— А призраки-то ведь существуют.
Мисаки, читавшая книгу, вдруг выдала это. В комнате, кроме неё, были Такэда, Фумика, Коёми, Ёсимура и Лия — новенькая, вступившая в клуб всего три дня назад.
— Нет их.
Такэда, как обычно, прекрасно понимая, что речь про ранобэ и мангу, всё равно не удержался. Но Мисаки, вместо привычного «ну, в смысле, в ранобэ и манге», посмотрела на него с недоумением:
— А? Ты о чём, Рю-тян?
— Что значит «о чём»? Я говорю: в реальности призраков не существует. В выдуманных историях — другое дело…
Мисаки нахмурилась ещё сильнее:
— …Ты серьёзно?
— …Это ты о чём вообще?
— Ну как же… Правда, Коёми-тян?
Мисаки бросила на Коёми растерянный, почти виноватый взгляд. Коёми, не меняясь в лице, слегка наклонила голову:
— …Неужели… ты до сих пор не замечаешь?
— Ч-чего не замечаю?
Сказано было с абсолютно серьёзным лицом, и Такэда слегка напрягся.
— …Понятно… Если не видишь — ничего не поделаешь…
— Ну да… Такое, наверное, лучше не видеть… Забудь, Рю-тян.
— Да объясните вы, что происходит?!
— …Уже неделя прошла…
Коёми снова произнесла это бесстрастно.
— Н-неделя?
— …Слушай, Рю-тян, ты правда не замечаешь? — Мисаки медленно подняла руку и указала куда-то за его спину. — …Оно всё время… там…
— ?!
Такэда вздрогнул и обернулся с перекошенным лицом. И в тот же миг:
— Шутка!
Мисаки расхохоталась.
— Ш-шутка?.. Ах ты…
— Аха-ха, Рю-тян реально испугался!
Такэда побагровел.
— Н-ничего я не испугался!
— Ага-ага. Пусть будет так.
— Хватит ржать…
Такэда с досадой уткнулся обратно в книгу.
— Кстати, спасибо Коёми-тян. Ты так натурально подыграла, что я сама чуть не поверила.
— Ага…
Коёми тихо кивнула. Похоже, всё это была чистой воды импровизация.
— А я вот недавно заметила: Коёми-тян, оказывается, умеет подыгрывать, — добавила Мисаки.
От этих слов Коёми покраснела и уставилась в пол.
И тут:
— …А, так это была шутка?
— …Шутка, значит…
Лия и Фумика ошарашенно заморгали.
— А я уже поверила, что за спиной Такэды-сэмпая и правда стоит призрак, — призналась Фумика.
— И я тоже. Коёми говорила с таким серьёзным лицом, что я не сомневалась ни секунды, — подхватила Лия.
Коёми под их словами залилась краской ещё гуще.
— А меня-то не обманули! — встрял Ёсимура.
— О-о? А я, честно говоря, в какой-то момент засомневалась: «Так, она же просто подыгрывает? Или правда что-то видит?»
— Ну, я вообще в призраков не верю…
— Вот как?
— Ага. Привидения — это ненаучно.
Мисаки слегка надулась:
— В мире не всё можно объяснить наукой.
— Нет, это не так. Просто есть вещи, которые наука пока недостаточно изучила. И всё.
— Ну ты и технарь…
— П-простите…
— …Я в целом с Ёсимурой согласен, — буркнул Такэда.
— Если кто-то утверждает, что призраки существуют, — пусть докажет. Пока нет ни одного научно достоверного доказательства их существования. Доказательств, что их нет, тоже нет, но требовать их — это уже «дьявольское доказательство». А «отсутствие доказательств того, что чего-то нет» — слишком слабый аргумент в пользу того, что оно есть.
— …А сам-то испугался, — надула губы Мисаки.
Такэда снова покраснел:
— Я не поверил в призраков по-настоящему. Просто на секунду подумал: «Было бы неприятно, если бы оно там было». И всё.
Тут вставила Лия:
— Рюносукэ-сэмпай. Если вы подумали «было бы неприятно», значит, вы не до конца исключили возможность «а вдруг всё-таки есть?». Разве нет?
— …Ну… пожалуй, что так.
Такэда неохотно кивнул, но тут же задумался:
— …Хотя нет, подожди. Если человек, который обычно не шутит, вдруг с каменным лицом выдаёт такое, любой подумает: «А может, правда?» Точнее, не «а может», а «было бы забавно, если бы правда».
— Я тоже в основном считаю, что призраков не существует. Но было бы забавно, если бы они были. Иначе не было бы смысла в страшилках и хоррор-романах.
— А я где-то как Такэда-сэмпай, — сказала Фумика.
— Наверное, и я так же. Прямо чтобы верить — не верю, но истории про привидения люблю. А ты, Сиро-кун, когда в книге попадаются призраки, как воспринимаешь?
— Ну… Если это, допустим, роман про изгнание привидений, я просто читаю как историю про другой, фэнтезийный мир, где по какой-то причине призраки существуют.
— Даже если действие в современности?
— Ага. Типа как «магическая энергия» в фэнтези или выдуманные частицы в фантастике. Но, честно говоря, это не самая моя любимая тема. Как-то не цепляет. Да и страшно мне обычно не бывает.
— Ну ты и отрицатель всего призрачного.
— Да мне без разницы, есть призраки в истории или нет, лишь бы сама история была интересной. Но в историях, где привидения — главная тема, часто всё мрачно, разве нет?
— Ну, не скажу… Хотя призрак — это по сути мёртвый человек… Так что сам сеттинг мрачный. Для бодрой и позитивной истории не очень подходит, — согласился Такэда.
Потом, будто вспомнив:
— А, кстати, Додзима говорил, что тоже не особо любит истории про призраков. Мол, зомби ему больше нравятся.
— З-зомби…
Ёсимуру передёрнуло.
— Ты чего, Сиро-кун?
— …Да я как-то с зомби не очень…
— Призраков не боишься, а зомби — да?
— Так они же мерзкие!
— Ну, это, по сути, гниющие трупы.
— Особенно если это не мистика, а вирус, как в «Обители зла», или ожившие с помощью науки мертвецы. Вот такое — самое противное. Зачем их вообще создавать, этих зомби?..
— Ну я-то откуда знаю? Спроси у начальства «Амбреллы», — неловко усмехнулась Мисаки.
— Хм… А меня, наоборот, такие научные объяснения разочаровывают. Призраки и зомби страшнее, когда непонятно, почему они появились, — задумчиво произнесла Фумика.
— И я так думаю. Если всё объяснят наукой, страх пропадёт.
— Да ну? А по-моему, наоборот: если это можно объяснить наукой, значит, это реально, и страшнее — «а вдруг однажды я тоже так?..» — Ёсимура наклонил голову.
— Я, наверное, понимаю и тех, и других, — сказала Мисаки. — И когда вообще ничего не понятно — страшно. И когда в психологическом хорроре всё очень реалистично — тоже.
— Мне как читателю, в общем-то, всё равно, как объясняют зомби. Додзима, по-моему, тоже говорил: главное, чтобы было кроваво.
— …Сколько людей, столько вкусов, — Фумика с умным видом покивала.
— А вы что думаете, Фудзикура-сан? Про призраков, зомби?
Коёми ответила бесстрастно:
— …Что тут думать… Я к ним привыкла… Они и сейчас за спиной Фумики…
— ?!
Все замерли.
Коёми покраснела и тихо добавила:
— …Шутка.
