Моя младшая сестра не может быть настолько милой

Прошла примерно неделя с тех пор, как студентка по обмену Лия вступила в клуб ранобэ. В тот день Фумика, Коёми и Лия, как обычно, засиделись в клубной комнате за чтением и болтовнёй, а когда начало темнеть, засобирались домой.

Они вышли из школы. Фумика ездила на велосипеде — до дома минут пятнадцать. Коёми добиралась на автобусе пятнадцать минут, потом ещё пять пешком. Расстояние до школы у них было почти одинаковое, но жили они в прямо противоположных направлениях.

— Что ж, Фумика, Коёми. До завтра.

Лия церемонно поклонилась.

— Кстати, Лия-сан, а где вы живёте?

— В общежитии.

— О? И где оно?

— Минут пятнадцать пешком отсюда. Дорога запутанная, место не слишком понятное.

— Вы каждый день ходите пешком?

— Именно. Велосипед я ещё не купила.

— Неудобно, наверное?

— Нет, особых трудностей не испытываю. Завтрак и ужин готовят в общежитии, рядом есть круглосуточный магазин.

— Живёте одна?

— Комната отдельная. Но вокруг много студентов, так что одиночеством это не назвать. Ванная и умывальня общие.

— Умывальня?

— Туалет.

— …Лия-сан, это лучше называть «туалетом». — Фумика, что бывало редко, вставила замечание.

— Впрочем, завтра я как раз собираюсь купить велосипед. Комната уже обустроена, и пора бы наведаться в книжный.

Завтра была суббота, выходной.

— Жизнь в общежитии, наверное, непростая.

— Да нет. Все в общежитии ко мне добры. Вот только еда не очень вкусная — это удручает. И порции не такие уж большие.

— Невкусная еда — это и правда грустно…

Дома у Фумики всегда готовили вкусно. Родители работали, поэтому готовкой в основном занималась младшая сестра Юкихана. Получалось у неё, пожалуй, лучше, чем в иных ресторанах.

— А, кстати, Лия-сан. Если завтра купите велосипед, не хотите потом зайти ко мне?

— !..

Коёми, молча слушавшая разговор, едва заметно вздрогнула.

— К вам домой? А удобно?

— Папа и мама по субботам допоздна на работе и обычно ночуют в компании. Так что дома будем только я и моя сестрёнка Юкихана-тян.

— У Фумики есть настоящая младшая сестра?

— Да. Юкихана-тян замечательно готовит. Особенно итальянскую кухню.

— Вот как… Итальянскую кухню я тоже люблю.

— И я.

Лия внимательно посмотрела на Фумику.

— Тогда я с радостью принимаю приглашение.

— Здорово. А, хотите, оставайтесь с ночёвкой?

— С ночёв!..

Коёми поперхнулась.

— Остаться у вас на ночь? Это называется «пижамная вечеринка»?

— Да.

— Если не помешаю — с удовольствием.

— Тогда вместе поужинаем и наговоримся до самой ночи.

— С нетерпением жду. …Быть может, я слишком навязчива, но нельзя ли попросить лазанью?

— Лазанья — коронное блюдо Юкиханы-тян. Когда я сказала, что ела вкусную лазанью в ресторане, она стала часто её готовить. Это очень вкусно.

— У нас с Фумикой поразительно совпадают вкусы.

За эту неделю они успели понять: совпадают у них не только вкусы в еде, но и многое другое. Книги, которые советовала Фумика, нравились Лии. Книги, которые советовала Лия, нравились Фумике.

По знаниям Лия, уже имевшая аттестат о среднем образовании, была на голову выше. Но, по её словам, в американской школе ей тоже не давался родной язык. Не то чтобы оценки были плохие — просто не любила. Американская школа — и не только уроки языка — требует от учеников нестандартного мышления и самостоятельности. Но Лии казалось, что на деле это та же самая клетка, только с табличкой «будь свободным».

Буквально три дня назад на перемене, когда одна из одноклассниц небрежно бросила: «В Америке, наверное, жить легко — свобода же!», Лия на полном серьёзе ответила: «В Японии говорят: торчащий гвоздь забивают. А в Америке гвоздь, который не торчит, выдёргивают. Разрыв между верхами и низами — и в знаниях, и в деньгах — там несравнимо страшнее японского. Верхний слой невероятно высок, зато нижний — беспросветен. Я пока знаю Японию лишь по книгам и не чувствую её изнутри, но по крайней мере понимаю: вот так просто сказать, какая страна лучше, а какая хуже, — нельзя». Одноклассники тогда только растерянно заморгали.

Коёми часто поражалась тому, как свободно и нестандартно мыслит Фумика. Теперь она видела то же самое в Лии. Знаний у Лии было куда больше, чем у Фумики, а способности не читать атмосферу — и того больше.

— Если Фумика говорит «вкусно», значит, можно ждать многого.

— Ждите.

Фумика и Лия улыбались друг другу. И тут…

— …А… А можно…

Коёми робко подала голос.

— Что такое, Фудзикура-сан?

— Я… я…

Она вспыхнула до ушей и, собрав все силы, выпалила:

— …А можно мне с вами?

Фумика на секунду удивлённо замерла. От этого Коёми опустила голову ещё ниже. «Я веду себя нагло. Наверное, не чувствую атмосферы».

Но Фумика улыбнулась, как обычно:

— Конечно. Вы тоже останетесь с ночёвкой?

Коёми мелко-мелко кивнула.

— Тогда завтра устроим пижамную вечеринку втроём.

＊

На следующий день. В пять вечера все встретились у ворот школы Томицу и поехали на велосипедах к дому Фумики. Дорога шла через просёлочные тропы и грунтовку (похоже, это был «секретный короткий путь» Фумики). Коёми то и дело теряла равновесие, а Фумика и Лия с безмятежными лицами неслись вперёд довольно резво. Коёми изо всех сил старалась не отстать.

Минут через пятнадцать прибыли к дому Фумики. Обычный частный дом, из которого наружу просачивался вкусный запах. Открыли дверь.

— Мы дома.

— Прошу прощения за вторжение.

— П-простите за беспокойство…

Лия, как всегда, вежливо. Коёми — напряжённо, чуть ли не деревянным голосом.

— Что с вами, Коёми? Выглядите уставшей.

— …Ничего.

Коёми ушла от вопроса. На самом деле для неё это был первый раз — прийти к подруге в гости. Не то что остаться с ночёвкой, даже просто зайти к кому-то домой раньше не доводилось.

Фумика провела их в гостиную. Кухня не была отделена стеной. Там готовила девочка, очень похожая на Фумику. Заметив гостей, она выключила плиту и вышла.

— Это моя сестрёнка Юкихана-тян.

Юкихана вежливо поклонилась и расплылась в улыбке.

— Я Юкихана. Благодарите судьбу за то, что моя сестрица всегда о вас заботится.

…Странное приветствие. Но Коёми решила, что девочка просто нервничает перед старшими, и промолчала.

— Лия Альзайф. Ваша сестрица всегда обо мне заботится.

— Ну ещё бы.

Юкихана почему-то гордо выпятила грудь.

— …Фудзикура Коёми.

Коёми коротко поклонилась.

— Сестрица, ужин будет готов где-то через час. Подождите, пожалуйста. Прости, что заставляю тебя ждать. Я бестолковая, никчемная сестра.

— Я с нетерпением жду, Юкихана-тян.

— Хорошо! Отдам всю жизнь, но не подведу тебя, сестрица! Если я не оправдаю твоих ожиданий, мне останется только умереть!

С этими словами Юкихана вернулась на кухню.

— …Забавная… младшая сестра, да? — с сомнением проговорила Лия.

— А, да, Фумика.

Лия открыла сумку и достала прямоугольный свёрток в подарочной бумаге.

— Это вам. Угощайтесь.

— Ой, спасибо большое. А что там?

— Соль для ванны.

— О, я люблю соли для ванн.

Судя по лицу Фумики, это была не просто вежливость. Коёми занервничала.

— П-подарок…

Она-то пришла с пустыми руками. Остаться на ночь и не принести хотя бы мелочь — что, если её сочтут бестактной?

— Я поставлю в ванную. А вы пока располагайтесь.

Фумика вышла из гостиной. Лия и Коёми сели на диван.

— Коёми, а вы не принесли подарок?

Лия спросила в лоб, без обиняков. Коёми перекосило.

— …Нет.

Она буркнула угрюмо. Лия вдруг помрачнела:

— Может, не стоило приносить подарок?.. Я считаю Фумику очень близкой подругой, но, возможно, подарок выглядел так, будто я держу дистанцию…

Лия и правда переживала. И Коёми вдруг стало легче — они похожи.

— …Подарок — это хорошо. Это вежливо. И на тебя похоже.

— Правда?

Лия облегчённо выдохнула.

Вернулась Фумика.

— Фумика, может, нам помочь вашей сестре с ужином?

— Посуда уже накрыта… Да и в готовку Юкиханы-тян мне почти нечего добавить. Вы умеете готовить?

— Катастрофически не умею.

— …

Коёми тоже совершенно не умела.

— Так что просто ждите угощения Юкиханы-тян.

В этот момент из кухни доносилось: «Сестрица похвалила меня, сестрица похвалила меня, сестрица возложила на меня ожидания, я обязана сделать это блюдо невероятно вкусным, ради этого я готова продать душу дьяволу и гореть в аду!» — но гости этого не слышали.

＊

Пока готовился ужин, Фумика, Коёми и Лия болтали о недавно прочитанных книгах — совсем как в клубной комнате. Место другое, а разговоры те же. В гостиной был телевизор, но ни игровой приставки, ни желания смотреть вечерние передачи ни у кого не нашлось. Его даже не включили.

Наконец всё было готово, и все сели за стол.

— Как здорово, что мы ужинаем вчетвером, да, Юкихана-тян?

Юкихана, сидевшая рядом с Фумикой, мечтательно произнесла:

— Твоя радость — это моя радость, сестрица. Субботний вечер с тобой наедине — главное счастье моей жизни. Когда я узнала, что придут твои подруги, моё сердце будто сгорело в адском пламени… Но стоило увидеть, как ты радуешься, — и моя уродливая душа очистилась. Мне кажется, я сейчас вознесусь на небеса.

— Если поставить вас рядом, вы с Юкиханой очень похожи.

Коёми кивнула:

— …Да. Только Юкихана выглядит немного взрослее.

Она была на год младше, но ростом почти не уступала Фумике, черты лица казались чуть старше, и грудь — немного больше.

Однако Юкихана отчаянно замотала головой:

— Нет-нет! Ни глаза, ни губы, ни нос, ни уши, ни брови, ни лицо, ни грудь, ни ноги, ни руки, ни талия, ни запястья, ни пальцы, ни кожа, ни голос, ни внутренние органы, ни кровь — ничего не сравнится с сестрицей. Рядом с ней я — просто кусок навоза.

«Не говори про навоз перед едой», — подумала Коёми.

— Юкихана-тян, за столом нельзя говорить про навоз.

Фумика сделала замечание. Проблема была явно не в этом, и сама она это слово тоже только что произнесла.

— Как вкусно выглядит! — Лия сменила тему.

На столе, помимо заказанной лазаньи, были равиоли, аранчини, минестроне, карпаччо — целое итальянское застолье.

— На десерт — тирамису, сестрица.

— …Тирамису!..

Коёми невольно застонала. Еда её вообще-то мало интересовала: на обед она обычно покупала два онигири в комбини. Но сладкое — совсем другое дело. «Тирамису можно приготовить дома?!» — это стало для неё настоящим потрясением.

— Наверное, было трудно приготовить всё это одной?

— Да. На эту еду у меня ушло три часа. Прости, что я такая медлительная и никчемная, сестрица.

«А что говорить нам, которые вообще не умеют готовить?» — подумала Коёми.

＊

Ужин оказался ровно таким вкусным, как обещала Фумика. Коёми наелась очень быстро — она вообще мало ела. А вот Фумика и Лия, несмотря на изящный вид, продемонстрировали отменный аппетит и умяли всё подчистую.

— Ах-х♥ Сестрица съела всё, что я приготовила, всё до последней крошки♥ Моя еда станет частью тела сестрицы♥ Это высшее счастье♥ Мне кажется, будто сестрица съела меня саму♥

— Было очень вкусно, Юкихана.

— Спасибо. Если бы я подала твоим гостям невкусную еду, это бросило бы тень на тебя. Ну что ж, сестрица, я пойду мыть посуду.

— …Я помогу. Посуду мыть я умею.

— Я тоже помогу. Столько посуды — это тяжело.

— Нет, не нужно. Никакой тяжести. Трудиться ради сестрицы — для меня высшее счастье.

— Юкихана, ты, случайно, не сискон? — напрямую спросила Лия то, о чём Коёми не решалась даже заикнуться.

Юкихана с серьёзным лицом покачала головой:

— Вовсе нет. Я люблю сестрицу не потому, что она моя сестра. Я поклоняюсь ей, потому что она священна, божественна, совершенна и прекрасна. Разве не естественно испытывать благоговение перед святыней?

…Это было даже серьёзнее, чем сискон.

— Юкихана-тян умеет преувеличивать. — Фумика заметила это как ни в чём не бывало.

＊

После ужина все поднялись в комнату Фумики на втором этаже. Обычная комната, без особых примет, но очень аккуратная. Полуторная кровать, подушка, декоративная думка и плюшевый Груми. Шторы — с милым цветочным узором. Комната — татами на восемь, но казалась просторной.

У Коёми вся комната была забита коробками с прочитанными книгами и башнями из ещё не прочитанных, так что комната Фумики производила совсем другое впечатление. Книжная полка Фумики была забита едва наполовину. Ранобэ — меньше десяти штук. Учебники и справочники средней школы, пара старых сёдзё-манг. И на свободном месте — два Груми разных цветов. «Игрушки на книжной полке! Какая непозволительная роскошь — так тратить место!» — Коёми была потрясена.

Но всё же, увидев комнату, в которой Фумика живёт каждый день, Коёми почувствовала радость. «Вот она, комната настоящей старшеклассницы. Надо запомнить для романа…» — подумала она, и это было уже слегка подозрительно.

— Фумика, у тебя не так много книг?

Лия, как и Коёми, в первую очередь изучила полку.

— Я до вступления в клуб почти не читала. И сейчас в основном беру книги в клубной комнате. А какая комната у Лии-сан?

— У меня книги уже не помещаются на полки. Я старалась отобрать только самое важное из дома.

— Книги, которые отец отправил из Японии в Америку, вы привезли обратно в Японию? Это же реимпорт.

— Не реимпорт.

— Не реимпорт.

Фумике ответили одновременно Лия и Коёми.

— А у тебя, Коёми, что с полками?

— …Книги переполняют их.

На самом деле — давно и с большим запасом.

— …Не помещаются, поэтому ставлю в два ряда.

— База, — кивнула Лия.

— …В два ряда?

Фумика не поняла.

— …Ставишь книги на полку, а перед ними — ещё один ряд.

— Но тогда задние книги не видно. И доставать их сложно.

— Конечно, не видно.

— И доставать, разумеется, неудобно.

— Но.

— По-другому нельзя.

Лия и Коёми говорили по очереди. Фумика удивлённо заморгала.

— Кстати, Коёми. В два ряда — это ещё терпимо. А вот в три — у слабой полки перегородка может не выдержать веса и сломаться. Будь осторожна.

— Ага…

Коёми это знала. Вернее, уже проходила. Один раз её полка погибла. С тех пор — только два ряда.

— Я всегда мечтала о полках, забитых книгами, как в клубной комнате. Но, наверное, если собирать слишком много — это уже перебор.

Коёми покачала головой:

— …Набитые до отказа полки успокаивают.

— О, я понимаю. Думаешь: «И зачем мне столько?» — но при этом немного гордишься. А ещё смотришь на полку — и вспоминаешь, как читал каждую книгу.

— …Мне даже нравится наводить на полках порядок.

— Согласна, Коёми. Переставляешь книги — задние вперёд, по издательствам, по степени того, насколько понравились…

Коёми закивала. Особенно перед контрольными или дедлайном её тянуло вытащить все книги и разложить заново.

— М-м… Я не совсем понимаю, о чём вы… — Фумика наклонила голову.

— Кстати, у тебя нет компьютера?

— Есть в папиной комнате. Но я им почти не пользовалась. А у тебя, Лия-сан, есть?

— Разумеется. Без него не узнать новости о японских книгах и аниме. И интернет-магазины. Без Amazon я бы не выжила.

— Компьютер — это удобно, наверное. Я бы тоже хотела поиграть в игры, как Сакурано-сэмпай.

— …Компьютер — обоюдоострый меч, — буркнула Коёми. — …Особенно интернет.

— Да, это опасно. Он поглощает время с невероятной скоростью.

— Правда?

— …Зайдёшь почитать блог любимого писателя, оттуда — на страницу другого автора, потом в Википедии откроешь «Персонажи Троецарствия» или «Полководцы Сэнгоку», и не успеешь оглянуться — прошло часов пять.

— Понимаю!

Лия горячо закивала.

— Особенно коварны ссылки в тексте: увидишь незнакомое имя — и уже провалился в статью о нём. Причём не потому, что было нужно, — и в итоге в памяти ничего не остаётся. Листаешь, листаешь — и вдруг прошло несколько часов. А что именно читал — не помнишь!.. А ещё вики по играм опасны. Разборы каждого персонажа «Musou» на максимальной сложности, анализ урона — зачем это мне, если я играю на расслабоне?! Нет, всё равно зачитываешься. С книгой хотя бы остаётся факт: «Я прочитал эту книгу». А после интернета даже не понимаешь, сколько информации сжёг впустую!

— Ага…

Коёми прекрасно понимала, до холодного пота на висках.

— …Интернет — зло. Точно.

Особенно перед дедлайном. «Зато я узнаю новое, это поможет в написании книг, значит, не зря…» — вот эта отмазка хуже всего.

— …Я не всё поняла, но уяснила: компьютер — это страшно. — Фумика слегка отстранилась.

…После этого разговоры продолжались ещё часа два. Смена обстановки почти не изменила привычную атмосферу клуба.

— Сестрица, я набрала ванну. Я, как всегда, помоюсь после тебя. Вода после твоего тела — святая. Если её выпить, избавишься от всех болезней, — сообщила Юкихана.

— Ну что ж, пойдём купаться. Добавим соль для ванны, которую принесла Лия.

Юкихана что-то говорила про «выпить воду». Коёми и Лия сделали вид, что не услышали.

— Фумика, мыться будем все вместе?

— !..

От вопроса Лии Коёми вздрогнула. Конечно, в манге и ранобэ девочки часто моются вместе. Но Коёми терпеть не могла, когда на неё смотрят. Она понимала: никому, тем более девочкам, нет дела до её тщедушного тела. Но всё равно было стыдно. А ещё ей было неловко смотреть на других. В иллюстрациях и манге — пожалуйста. А в жизни — нет. Даже в школьных поездках она мылась быстрее всех, выскакивала из ванной, не залезая в воду, лишь бы не сидеть с кем-то рядом. Совместное купание для неё — слишком.

— Наша ванна не такая уж большая. Вдвоём ещё поместимся.

У Коёми отлегло от сердца.

— …Тогда я лучше одна.

Но Фумика и Лия посмотрели на неё с осуждением:

— Так нельзя.

— Именно. Оставлять подругу одну — неприемлемо.

…Забота, конечно, приятная. Но почему вы, обычно бесцеремонные, заботитесь именно тогда, когда не надо?!

— …С-слушай… у меня… на… на попе… синяк. Мне стыдно его показывать.

Пришлось соврать.

— Вот оно что… Поэтому вы так не хотели косплей… — Фумика погрустнела.

И Коёми стало стыдно уже по-настоящему.

— Ну, тогда ничего не поделаешь… Фумика, мы вдвоём? Или по очереди?

— Мне всё равно.

— Тогда давай вдвоём. Я всегда мечтала о сцене, как в манге: подруги в ванной, «Ой, у тебя грудь опять выросла?» — «Ах, перестань, куда ты трогаешь!»

— !..

Коёми покраснела от одной только картинки в голове.

— «Опять выросла»… я же не знаю, какой она была раньше. И трогать нельзя.

— Что… ты сказала?!

Лия остолбенела с лицом, как в «Бличе».

— Я считала это главным событием сегодняшней ночёвки. Вчера перечитала кучу манги, чтобы понять, под каким углом и с какой силой мять грудь… Вот как… Нельзя… А я-то думала, в Японии так принято…

«Что ты вообще думаешь о Японии?!» — хотела заорать Коёми.

Лия поникла. Фумика, глядя на неё, сказала:

— Ну… если только чуть-чуть?

— Правда?!

Коёми перепугалась. Допустить такое… нельзя.

— …Ф-фумика!.. У тебя и мять-то… нечего…

— …

Лицо Фумики потеряло выражение.

— Логично. Коёми права… Физически мять нечего… Тогда пусть Фумика помнёт мою.

— Не хочу. Если от этого твоя грудь станет ещё больше, мне будет неприятно.

— Jesus!!!

Кажется, это был удар, достойный английского возгласа.

＊

Фумика и Лия ушли в ванну. Коёми осталась одна. Хотела почитать, открыла сумку. Три непрочитанные книги. И ещё пять — которые она собиралась дать Фумике. Она взяла одну из них. Автор — «Фудзикава Цукуёми». Это псевдоним Коёми. Её дебютная работа, первый черновик которой она написала ещё во втором классе средней школы.

Вообще-то сегодня она собиралась показать её Фумике и признаться, что она писательница. …Но передумала. Стыдно. И Лия тут. Книга не стала хитом, отзывы так себе. Вряд ли Фумика случайно на неё наткнётся. Но если вдруг прочитает и скажет, что интересно, — вот тогда и признаюсь.

Так Коёми решила и уже собиралась убрать книгу. И тут в дверь постучали. Она положила книгу на кровать и открыла. На пороге стояла Юкихана с охапкой постельного белья. Принесла футоны для Коёми и Лии. Молча внесла их в комнату.

— …Помочь?

— Не нужно.

Ответ прозвучал слегка колюче. Коёми стало неловко, но она молча стояла у кровати и смотрела.

— Отдыхайте.

Юкихана разложила два комплекта в углу и сухо сказала. И тут её взгляд упал на книгу на кровати.

— …О. Какая милая обложка.

— Ага.

Коёми кивнула. Содержание, с нынешней точки зрения, было так себе. Но иллюстрации — и обложка, и вклейки — прекрасны. За это она могла поручиться. Иллюстратор с тонким стилем, его любили и мужчины, и женщины. Когда редактор спросил, кого бы она хотела видеть иллюстратором, Коёми назвала его имя — и желание сбылось. Потом она узнала: обычно иллюстратора выбирает редактор, и просьбы автора выполняют редко.

Похвала обложке — пусть даже только обложке — согрела Коёми.

— …Почитать?

— А можно? Вы же сами читали…

— Ага. Я её уже сто раз читала.

— …Тогда возьму. К утру прочитаю.

— Ага… Только верни, когда Фумики и Лии не будет рядом.

— …Ладно. Хорошо.

Юкихана озадаченно кивнула, взяла книгу и вышла.

＊

После того как Фумика и Лия вышли из ванны, Коёми тоже искупалась. Потом снова были разговоры — в гостиной, в комнате. Как всегда. Около двух ночи Фумика и Лия почти одновременно вырубились. Коёми же, привыкшая спать мало, ворочалась без сна — подушка чужая, футон чужой. Кажется, в школьных поездках она тоже всегда засыпала последней. Тиканье часов раздражало.

В такие моменты Коёми не мучила себя попытками уснуть, а просто бралась за книгу. Завтра воскресенье, можно не спать вовсе. Стараясь не шуметь, она достала из сумки книгу и выбралась из-под одеяла. Тихо открыла дверь и выскользнула в коридор. Повозилась с выключателем, включила свет, спустилась на первый этаж. «Вообще-то нельзя вот так бродить по чужому дому…» — запоздало подумала она. Но потом плюнула, включила свет в гостиной, села на диван и открыла книгу.

Это была дебютная работа автора, которому, судя по всему, только-только исполнилось восемнадцать, — он окончил школу в прошлом году. И стиль, и сюжет были настолько искуснее, чем у дебюта Коёми, что ей стало не по себе. Вот она, разница между школьником и старшеклассником. Конечно, раз ты дебютировал — возраст не оправдание. Но она всё равно думала об этом. «Может, стоило подождать, набраться опыта, повзрослеть…» — эта мысль и сейчас кольнула.

Прошло около часа. Прочитано две трети.

— Тук… тук… тук.

С лестницы донеслись шаги. Кто-то спускался. Дверь открылась. Вошла Юкихана.

— Что вы делаете в такое время?

— …Не спится. Читаю.

— …Понятно. Я тоже до этого читала. Книгу, которую вы дали.

Глаза Юкиханы были слегка красными.

— …Ну как?

Коёми спросила осторожно.

— …Очень… Очень тронула! Правда. Очень.

По крайней мере, эмоции были искренними.

— …Понятно.

От такой прямоты Коёми покраснела. Фан-письма она получала трижды. Но вот так, в лицо, читатель говорил с ней впервые.

— Да! Я будто чувствовала то же, что герой. Одиночество в классе, когда все веселятся, а ты одна, и тебе невесело…

— В-вот как…

Коёми чувствовала, как жар поднимается по всему телу, не только на щеках. Этот роман был написан от первого лица. И в нём было очень много её собственного тогдашнего одиночества.

— Эту книгу написал человек, который тогда был в средней школе. Наверное, поэтому так совпало.

— …Наверное, поэтому.

Техника хромала, но синхронизация с ровесницей — это сильная сторона. Члены жюри тоже говорили что-то про «свежесть чувств ученицы средней школы».

— …Кстати, сейчас этот автор учится в старшей школе.

— Правда? Тогда вышло что-то новое?

— …Ага… Кое-что.

— Тогда обязательно куплю! И эту книгу тоже куплю себе. Хочу перечитывать.

— А, дарю!

От радости Коёми выпалила раньше, чем подумала.

— …Дарю. Эту книгу. Тебе…

— А? Можно?

— Ага… У меня дома ещё девять штук…

Сказала — и тут же поняла, что сболтнула лишнего. Как автор, она получила от издательства десять авторских экземпляров. Раздать их было некому, так что все лежали у неё в комнате.

— Девять?! Зачем девять?!

— …Э-это… для… проповеди…

Паршивая отмазка.

— А сестрице вы её давали?

— …Нет.

— Почему?

— …Думаю, Фумике она не подойдёт…

— Этого не узнаешь, пока не прочитает.

— …В-в общем, Фумике нельзя…

— …«Для проповеди» — это враньё, да? Я сразу чувствую, когда врут.

— …

Коёми замолчала.

— А правда почему?

…Врать дальше человеку, которому так понравилась твоя книга, Коёми не могла.

— …Потому что я — автор.

Она призналась, красная как рак.

Юкихана распахнула глаза.

— Да ладно!.. …Нет, не ладно. Это правда?

— …Правда.

— Ух ты…

Глаза Юкиханы загорелись. Такое открытое, взволнованное лицо у её сестры не увидишь.

— П-п-п-п-потрясающе! Потрясающе! Не зря вы подруга моей сестрицы! М-можно пожать вам руку?!

— …Ага…

Смущаясь, Коёми протянула руку. Юкихана вцепилась и затрясла её.

— Я пожала руку писателю… Пожала руку…

У Юкиханы на глазах выступили слёзы. Коёми и сама была готова расплакаться от радости.

Но сказать нужно было обязательно.

— …Только Фумике и остальным — ни слова.

— Почему? Вы же такая крутая…

— Фумике я хочу сказать сама… Пожалуйста.

«Сможет ли эта тяжелобольная сестра-обожательница скрыть что-то от сестры?» — мелькнуло у Коёми.

— …Хорошо. Раз просит Фудзикава-сэнсэй, я готова обмануть даже богов.

— …А, да… Спасибо…

Слишком пафосно, конечно. Но Коёми вздохнула с облегчением.

…Кстати, в той книге она тоже старалась писать «красиво» — словами, которые в жизни не использовала. Сейчас это стыдно. Но, возможно, именно это и зацепило Юкихану.

— Ф-Фудзикава-сэнсэй…

— Не называй по псевдониму… — Коёми смутилась.

Вообще-то даже редактора она просила называть её по имени — псевдоним резал слух.

— Хорошо!.. Э-э-э… …А как вас зовут?

Похоже, до этого Коёми существовала для неё как «подруга сестрицы А (или Б)».

— …Фудзикура Коёми.

— Понятно, Фудзикура-сэнсэй!

— И «сэнсэй» не надо…

Ну и ладно.

Так у Коёми появился человек — кроме семьи и издательских знакомых, — который знал её секрет.