Перед глазами всё смазалось, и Цзян Ли оказался в тёмной сырой пещере.
Священная Пещера Огненных Облаков тоже находилась в отдельном пространстве.
Но на пространство Срыва Звёзд, где над головой раскидывались ослепительные галактики, она совершенно не походила.
Прославленная Пещера Огненных Облаков выглядела именно как пещера — естественная, грубая и до удивления простая.
Цзян Ли, разумеется, не посмел относиться к этому месту легкомысленно.
Он сложил руки перед собой и громко произнёс:
— Потомок человеческого рода Цзян Ли приветствует трёх святых Пещеры Огненных Облаков! Я желаю вновь возродить славу Человеческого Императора. Прошу трёх предков помочь своему потомку и исполнить эту просьбу!
Одни и те же слова он повторил трижды.
Как и ожидалось, ответа не последовало.
В тесном каменном проходе лишь многократно отозвалось его собственное эхо.
Говорил Цзян Ли нарочно громко. Так он не только выражал почтение, но и пытался при помощи «Сутры Сердца Великой Свободы Гуаньинь» понять устройство пещеры.
Вот только на этот раз техника, прежде почти никогда его не подводившая, неожиданно не сработала.
Звук вернулся к ушам обычным эхом и не сложился в знакомую цельную картину пространства.
Цзян Ли нахмурился и хотел зажечь духовный огонь, чтобы осветить окрестности.
Только тут он заметил ещё одну странность.
Духовная энергия внутри тела никуда не исчезла — но управлять ею он не мог.
Даже простейшую технику освещения применить не удавалось.
Он сжал кулак.
К счастью, физическая сила лишь немного ослабла и не пропала полностью.
Причина могла быть только одна — правила самой Пещеры Огненных Облаков.
По легендам, внутри этой святыни Небесный, Земной и Человеческий Императоры могли сражаться наравне со святыми.
Место, где сходилась удача всего человеческого рода, и правда оказалось далеко не обычной пещерой.
Цзян Ли вдруг кое-что понял.
Он снова поднял ладонь.
На этот раз над ней без всяких препятствий вспыхнуло яркое пламя.
Огонь Суйжэня.
Пещера подавляла посторонние силы, но всё, что принадлежало человеческому роду, здесь можно было использовать свободно.
При свете древнего человеческого пламени Цзян Ли наконец разглядел окружающее пространство.
Впереди уходил длинный каменный тоннель.
По сравнению с бесчисленными древними руинами, которые ему уже доводилось видеть, это место выглядело почти бедно.
Ни дворцов, ни сияющих сокровищ, ни даже следов сложной каменной обработки.
Скорее естественная пещера эпохи, когда люди ещё жили в норах и гротах.
Пол и стены были неровными, с потолка постоянно сочилась вода, а местами приходилось пригибаться, чтобы вообще пройти дальше.
С громким именем главной святыни человеческого рода подобная простота почти не вязалась.
Но если подумать — именно так всё и должно было выглядеть.
Когда Пещеру Огненных Облаков только создали, человеческий род ещё жил в эпохе шкур, сырого мяса и естественных укрытий.
Трём Императорам тогда было не до золота и роскошных дворцов.
Потому и святыня сохранила облик полуприродной пещеры.
Впрочем, древнейшие вещи часто и были такими.
С виду неприметные — а на деле способные потрясти Небо и Землю.
Каменный топор, в конце концов, однажды уже расколол мир.
Мощь никогда не определялась внешностью.
Держа Огонь Суйжэня над ладонью, Цзян Ли двинулся вперёд.
То и дело ему приходилось пригибаться.
На более ровных участках стен постепенно начали появляться рисунки.
Их наносили цветной глиной и минеральными красками.
Линии были предельно простыми, почти первобытными, но смысл всё же угадывался.
Перед ним разворачивалась история человеческого рода.
Сначала Нюйва создаёт людей.
Первые люди появляются на великой древней земле — ничего не знают, ничего не умеют и среди бесчисленных чудовищных рас не имеют почти никаких преимуществ.
О соперничестве с могущественными народами У и Яо тогда не могло быть и речи.
Люди едва умели просто выживать.
Тьма, голод, холод, дождь, болезни — каждое из этих обычных бедствий уносило бесчисленные жизни.
Великие существа древности рождались уже способными срывать звёзды и хватать луну.
Им трудно было даже понять, почему слабые люди умирают от настолько ничтожных причин.
И только когда один за другим появились человеческие первопредки, всё начало меняться.
Людей научили искать пещеры и строить жилища, защищаясь от ветра и дождя.
Обрабатывать камень и делать оружие, чтобы отбиваться от зверей.
Высекать огонь из дерева и передавать это пламя дальше, прогоняя ночную тьму.
Выжигать землю под поля, выращивать зерно, разводить скот и избавляться от голода.
Шить одежду из шкур, льна и ткани, защищая тело от холода.
Пробовать сотни трав, варить лекарства и лечить болезни.
Появились письменность, обряды, музыка, инструменты.
Шаг за шагом, поколение за поколением люди накапливали знания.
Так слабый народ, зажатый между бесчисленными опасностями, сначала научился выживать, затем начал расти и в конце концов занял место главы разумных существ.
Чем дальше шёл Цзян Ли, тем просторнее становился проход.
Грубые стены выравнивались, потолок поднимался.
Эта дорога хранила историю человечества.
Пока человеческий род существует, тоннель будет продолжать расти.
Даже эпоха, когда духовная энергия полностью исчезла, оставила здесь собственные изображения.
«В Эпоху Конца Закона людям, наверное, тоже пришлось несладко».
Цзян Ли ожидал увидеть именно это.
Но на стенах перед ним всё чаще появлялись совсем другие картины — шумные города, большие поля, множество людей.
И тогда он понял: длинная Эпоха Конца Закона принесла человечеству не только бедствия.
Без духовной энергии люди действительно потеряли защиту великих совершенствующихся.
Урожаи резко упали, голод случался чаще.
Но одновременно исчезли и чудовища, способные одним движением решать судьбу целого смертного царства.
Когда все остались обычной плотью и кровью, преимущество неожиданно оказалось на стороне людей — существ, которые умели изобретать, строить и пользоваться инструментами.
Они рубили леса, распахивали новые земли и веками непрерывно размножались и расселялись.
А Эпоха Конца Закона продолжалась не меньше ста тысяч лет.
Деревня, существовавшая в её начале, к нынешнему времени могла разрастись в целое царство.
Многие сильные древние ветви человеческого рода за эти века исчезли, а среднее человеческое тело стало слабее.
Но если смотреть только на численность, картина получалась поразительной.
Если исключить Хэниучжоу, то на любой из остальных восьми великих провинций сейчас жило больше людей, чем во всех Четырёх Великих Материках древности вместе взятых.
Качество упало.
Зато количество выросло многократно.
Для простых людей мир без бессмертных и богов, похоже, оказался не таким уж плохим.
Цзян Ли сжал правую ладонь.
Ирония была в том, что теперь уже он сам начинал с трудом выдерживать силу столь огромного человеческого рода.
Он шёл неизвестно сколько времени, пока впереди наконец не стало заметно просторнее.
Тоннель вывел его в каменный зал.
Фух!
Огонь Суйжэня в ладони внезапно взвился в несколько раз выше.
Цзян Ли едва не дёрнулся от неожиданности и поспешно приглушил пламя.
Только тогда он понял причину.
Зал был переполнен силой заслуг.
Её здесь было намного больше, чем носил на себе он сам.
Получить хотя бы часть — и ему хватило бы на ещё один Лотос Заслуг.
В центре помещения стояла простая каменная жаровня.
Цзян Ли вложил в неё Огонь Суйжэня.
Никаких дополнительных заслуг пламя не потребовало.
Ярко-жёлтый огонь поднялся сам и мгновенно осветил весь зал.
На возвышении сидели три золотые фигуры.
Цзян Ли всего лишь бросил на них взгляд — и тут же отшатнулся на три шага.
В голове закружилось, ноги подкосились, ещё немного — и он бы упал.
Он немедленно опустил глаза и снова почтительно поклонился.
Только через несколько мгновений давление ослабло.
Когда Цзян Ли рубил предателей человеческого рода Алебардой Человеческого Императора, оружие подавляло их происхождением и потому становилось примерно на семь десятых сильнее.
Здесь действовал тот же принцип, только неизмеримо мощнее.
Любой, кто родился человеком, перед этими тремя неизбежно испытывал давление крови и происхождения и не мог полностью проявить свою силу.
Избежать этого можно было лишь двумя способами: самому стать Человеческим Императором — или отказаться от человеческой природы и перейти в разряд людей-яо и им подобных.
— Потомок человеческого рода Цзян Ли приветствует трёх Священных Императоров!
Он снова выждал некоторое время и лишь затем осторожно поднял взгляд.
Три правителя человечества по-прежнему сидели наверху, будто просто закрыли глаза для медитации.
Слева находился мужчина с красноватым лицом и полными губами. Плечи покрывали листья, пояс — шкуры тигра и леопарда. Он сидел босиком, с широкими ладонями на коленях.
Земной Император Шэньнун.
Справа — правитель в императорском облачении, с мечом у бедра, золотыми волосами и длинными бровями, почти касавшимися ушей.
Небесный Император Сюаньюань.
Третий сидел в центре.
Хотя его называли Человеческим Императором, внешность от обычного человека отличалась резко.
Длинная голова, вытянутые глаза, два рога на темени, зубы, похожие на черепашьи, драконьи губы, белая отметина между бровей и волосы, спускавшиеся до земли.
Ниже пояса — змеиное тело.
Человеческая голова, змеиный корпус.
В облике больше духа-яо, чем человека.
Но ошибиться было невозможно.
Человеческий Император Фуси.
Если не считать полной неподвижности, три Священных Императора выглядели почти живыми.
На золотых телах даже не было пыли.
Пещера Огненных Облаков защищала их, а огромная человеческая удача и заслуги, окружившие тела ещё при жизни, позволили сохранить останки почти нетронутыми.
Будь на их месте какой-нибудь горный дух с чрезвычайно долгой жизнью, возможно, он даже пережил бы Эпоху Конца Закона.
Но трём Императорам этого всё равно не хватило.
Наверняка они сумели оставить где-то крошечные остатки душ.
Однако условия, необходимые для возвращения существ такого уровня, были куда жёстче, чем для обычных бессмертных и богов.
По крайней мере сейчас пробудиться они точно не могли.
После почтительного поклона пламя в каменной жаровне внезапно поднялось ещё выше.
А прямо перед ней неизвестно когда появились девять маленьких нефритовых треножников.
Сами по себе они не были могущественными артефактами.
Но каждый имел прямую связь с одним из Девяти Треножников Провинций.
Через эти сосуды Человеческий Император мог управлять Девятью Треножниками.
Какая-то сила словно сама вложила в разум Цзян Ли понимание следующего шага.
— Так вот что Три Императора оставили человеческому роду…
Он немного помедлил, достал Алебарду Человеческого Императора и глубоко рассёк себе запястье.
Кровь хлынула прямо в один из маленьких сосудов.
Тот выглядел совсем крошечным, но вместимость оказалась несоразмерно большой.
Цзян Ли пришлось довольно долго выпускать кровь, прежде чем треножник наконец наполнился.
Он осторожно поставил сосуд в каменную жаровню.
Золотое тело Шэньнуна едва заметно дрогнуло.
Невидимая сила прошла от него через каменное возвышение и влилась в жаровню.
Огонь Суйжэня подхватил её и мягко направил в нефритовый треножник.
Кровь Цзян Ли начала меняться.
Вскоре и без того необычная человеческая кровь стала благородного пурпурно-золотого цвета.
Цзян Ли поднял глаза.
После завершения преобразования золотое тело Земного Императора заметно иссохло.
По поверхности прошли тонкие трещины.
Значит, Три Императора использовали собственные тела как сосуды, чтобы сохранить эту силу до нынешней эпохи.
Судя по тому, что происходило сейчас, силы одного золотого тела хватало лишь на то, чтобы помочь Цзян Ли преобразовать кровь для одного Треножника Провинции.
Попытайся выжать из Шэньнуна силу для остальных восьми сосудов — от его останков, вероятно, не осталось бы ничего, кроме пыли.
Цзян Ли поднял наполненный пурпурно-золотой жидкостью треножник.
Это была его собственная кровь — но уже кровь Человеческого Императора.
Оценка не требовалась.
Он и так понимал её назначение.
Стоило выпить кровь из одного треножника — и он получит признание соответствующего Треножника Девяти Провинций, а вместе с ним право заимствовать силу всех людей, живущих в этой провинции.
Если же выпить золотую кровь из всех девяти сосудов одновременно…
Цзян Ли на короткое время станет настоящим Человеческим Императором.
Он получит не только невероятную мощь, но и прямое право использовать силу всего человеческого рода Поднебесной.
Боги встанут на пути — убьёт богов.
Будды встанут — убьёт будд.
И уже не придётся, как сейчас, косвенно тянуть человеческую силу через Алебарду Человеческого Императора.
Вот только существовало одно ограничение.
Эффект золотой крови каждого треножника мог длиться только три дня.
Когда сила иссякнет, Цзян Ли потеряет временный статус Человеческого Императора.
Цзян Цзыя в одном всё-таки не солгал.
Линия Человеческих Императоров действительно оборвалась.
После войны Возведения Богов новый Человеческий Император так и не появился.
Теперь же Три Императора в Пещере Огненных Облаков были мертвы.
Передать кому-либо настоящий статус Человеческого Императора они больше не могли.
В святыни действительно не осталось способа навсегда сделать человека новым Императором.
После ста тысяч лет Эпохи Конца Закона запас силы трёх правителей сохранился лишь в очень ограниченном объёме.
Каждый мог преобразовать кровь только для трёх сосудов.
Итого — один полный набор, позволяющий единожды временно стать Человеческим Императором, либо девять отдельных применений силы одной провинции.
Насколько мощным окажется каждое такое усиление, будет зависеть от количества людей, живущих на соответствующей земле.
Три Императора оставили этот последний резерв ради одного — чтобы их потомки смогли пережить величайшее бедствие, если оно снова обрушится на человеческий род.
Больше они уже ничего не могли дать своим детям.
Но им невероятно повезло с тем, кому досталось это наследие.
Защита, протянутая через сто тысяч лет, в руках Цзян Ли могла принести в тысячу, а то и в десять тысяч раз больше пользы, чем предполагалось изначально.
Сам он примерно такого результата и ожидал.
Разочарования не было.
Напротив — на лице появилась довольная улыбка.
Положение Человеческого Императора даруется Небом и Землёй.
А значит, вместе с силой неизбежно приносит ограничения.
Начнись ещё одна Эпоха Конца Закона — и этот дарованный миром статус превратится в нож, который ударит владельца в спину.
Золотая кровь такого недостатка не имела.
Для Цзян Ли она подходила даже лучше.
Три дня ему были не нужны.
Даже несколько секунд настоящего статуса Человеческого Императора уже делали этот трофей бесценным.
Он снова рассёк запястье и один за другим наполнил остальные восемь нефритовых треножников.
Затем поочерёдно задействовал силы Небесного, Земного и Человеческого Императоров, завершив преобразование всех девяти сосудов.
Так Цзян Ли наконец получил одну из вещей, к которым шёл почти с самого начала.
Наследие Человеческого Императора теперь действительно лежало у него в руках.
Но золотую кровь он пока пить не стал.
Его нынешнее тело было слишком слабым для такой силы.
Совсем недавно, когда Цзян Ли через Алебарду Человеческого Императора заимствовал мощь людей Восточного Региона Цанъюньчжоу и человеческих ферм Хэниучжоу, одной руке едва не пришёл конец.
Если сразу втянуть в себя слишком большую долю силы всего человеческого рода, тело просто разорвёт изнутри.
По крайней мере сначала нужно достичь Земного Бессмертия.