Миновав площадку для алтаря, он пришел в зал для тренировок.
Атмосфера в додзё была подобна технике «колебания струны» на гуцине: то натянутая, то расслабленная.
После вчерашнего боя расслабленность, вызванная известиями о передвижениях войск управы Парящего Орла, мгновенно улетучилась.
Если бы Чжоу И не обнаружил врага вовремя, потерь в Пути Великого Мира было бы куда больше.
Теперь в патруль ходили по трое, а в помощь им выделили работников додзё, чтобы те прикрывали друг друга.
— Есть новости? — Спросил Чжоу И.
Ся Шу ждала у горных ворот, не сводя глаз с тропинки в сосновом бору, а стоявший рядом Янь Цю читал книгу.
Услышав голос Чжоу И, маленькие послушники обернулись.
— Старший брат.
Они поприветствовали его, и Ся Шу добавила:
— Посыльный, ушедший в горы, еще не вернулся.
— Хорошо. Если будут новости, немедленно сообщите мне.
— Слушаемся.
Чжоу И вернулся к ожиданию, но до самого заката вестей не было.
На второй день – та же тишина.
Он уже предчувствовал недоброе.
Шел третий день после гибели Куан Хуэя на горе Учителя.
Чжоу И позвал Ся Шу и Янь Цю, и вместе с ними поднялся на самую вершину горы Учителя. Там, на пике, находился каменный склад с запасами лекарств – это не было секретом, многие в додзё знали о нем.
Но в глубине склада, у самого края обрыва, скрывалась потайная комната.
О ней знали только Цзяоу-цзы и трое его ближайших учеников.
Здесь были спрятаны трактаты по алхимии, каноны, золото, серебро и другие ценности.
На случай, если придется бежать и не удастся забрать всё сразу, позже можно будет вернуться.
Дети держались спокойно – Чжоу И предупреждал их об этом заранее.
Янь Цю насобирал сухой травы и веток, чтобы замаскировать вход в подземелье на случай, если кто-то набредет на него случайно.
Ся Шу, заметив, как Чжоу И прячет за пазуху золото, спросила, моргнув глазами:
— Старший брат, ты собираешься сам спуститься с горы?
— Да. — Лицо Чжоу И было суровым. — Нельзя больше ждать. Если и сегодня не будет вестей, я немедленно отправлюсь в путь. Возможно… те, кто должен был принести вести, уже никогда не вернутся.
Дети прекрасно поняли, что он имеет в виду.
Ся Шу вспомнила одну вещь и поспешила сказать:
— Старший брат, а ты знаешь, где в Юнцю база Банды Гигантской Рыбы?
— Доу Куй говорил, что их прежний связной пункт разгромили враги, — добавил стоявший рядом Янь Цю.
Об этом Чжоу И не знал.
Он покачал головой и похвалил детей за внимательность.
— Если начнется смута, будьте поострее. В нужный момент я не смогу присмотреть за всем.
— Не беспокойся, старший брат.
Янь Цю, хоть и был мал ростом, заговорил с достоинством:
— Когда я был совсем несмышленышем, наставник подобрал меня среди груды трупов. Он научил меня читать, писать и многим важным вещам.
— Теперь я вырос и стал молодцом, не хуже брата Чжана или брата Фэна. Я не боюсь смерти и смогу защитить Ся Шу и тебя, старший брат, когда будем отступать. Обузой не стану.
Он стиснул зубы с воинственным видом, но когда посмотрел на Чжоу И и Ся Шу, в глазах его невольно заблестели слезы.
Он вспомнил седого наставника, и на сердце стало еще горше – ему было невыносимо терять этих троих.
— Глупый ты. — Ся Шу легонько стукнула его по макушке, отчего Янь Цю ойкнул.
Она скрестила руки на груди и с недовольным видом принялась его поучать:
— Старший брат сказал тебе быть острее, а не готовиться к смерти. Если ты станешь трупом, нам придется копать могилу, проводить обряды и сжигать грамоту для божества. И это ты называешь «не быть обузой»?
— Забыл, чему нас наставник учил?
— Конечно нет… — Янь Цю потер голову и пробормотал:
— В лихолетье – прячься, где можешь, и беги, пока можешь.
Чжоу И был тронут и в то же время не смог сдержать улыбки.
Всё-таки наставник обладал великой мудростью.
«Что ж, я теперь глава учения».
Тот старик был легок на ногу… и уже давно след его простыл.
Похлопав детей по спинам, он повел их вниз с вершины.
У Пути Великого Мира за пределами додзё были свои дела – в основном фермы и аптеки. Чжоу И хотел обсудить с ними, куда лучше перевезти имущество.
Спустившись к алтарю, он как раз собирался искать Доу Куя, и, по счастливой случайности, тот сам бежал им навстречу.
Чжоу И понял: что-то случилось, и поспешил навстречу.
— Старший брат! — Издалека крикнул Доу Куй.
Взгляд Чжоу И скользнул мимо него на людей позади.
Чжан Чэн и Фэн Сы несли дверную створку, на которой лежал человек.
Это был старик в грубой одежде, и Чжоу И сразу его узнал.
Старый Ли, который часто приносил в додзё овощи и рис. Возле его правого глаза был шрам – говорили, он остался несколько лет назад, когда Ли забрали на рытье канала Ханьгоу.
Ян Гуан согнал более ста тысяч человек на эти работы, от Шаньяна до Янцзяна.
Старый Ли часто вспоминал об этом, ведь он едва не погиб в той воде.
Шрам оставил в его памяти неизгладимый след.
— Небесный наставник Чжоу… — увидев его, старик попытался приподняться.
Зная, что Ли недавно поранился при падении, Чжоу И шагнул вперед и поддержал его.
— Что случилось? — Он посмотрел на Доу Куя.
Тот лишь покачал головой:
— Старший брат, дядя Ли чуть ли не ползком добрался до горы, твердил только, что ему нужно видеть тебя.
Другие ничего не могли добавить, и Чжоу И обратился к старику:
— Дядя Ли, не спеши, говори по порядку.
— Принесите воды, — велел он, заметив у старика свежую рану над левым глазом, и добавил:
— И мазь для ран.
Янь Цю тут же умчался.
Руки старика были в ссадинах, под ногтями забилась грязь. Дрожащим, слабым голосом он произнес:
— Небесный наставник Чжоу… Позавчера моя дочка ходила в уездный город Вайхуан за лекарством для меня. Там она услышала, как люди болтают… мол, Путь Великого Мира готовит восстание…
При этих словах лица всех присутствующих переменились.
Старый Ли продолжал:
— Я-то недавно помощь от додзё получил, сам мастер Доу меня к лекарю возил.
— Пока шли, много о чем толковали, и ни слова о войске повстанцев не слышали. Дочка всегда была рядом, потому, услышав это в Вайхуане, удивилась.
— Она проследила за теми, кто распускал слухи, и поняла, что один из них – из секты Хуньюань.
Секта Хуньюань!
Чжоу И подавил гнев и мягко переспросил:
— Твоя дочь не могла ошибиться?
— Никак нет, — старик горестно покачал седой головой. — Люди из Хуньюань в Юнцю на виду, и в лавках, и в чайных – их лица запомнить несложно.
— Когда она вернулась и рассказала мне, на дворе уже стемнело, и я велел ей идти на гору Учителя на рассвете.
— Но вчера утром она ушла и больше не возвращалась…
— У меня нет другого выхода, только просить вас о помощи…
Он замолчал, голос его задрожал, глаза наполнились слезами, а в сердце поселилась невыносимая тоска.
— Она у меня одна-единственная, слабенькая совсем, не знаю, какие муки ей там терпеть приходится… Герои, если будет время, прошу вас, поищите ее.
— В этой жизни отблагодарить не смогу, так в следующей хоть волом, хоть лошадью стану, а долг верну!
Если бы Чжоу И не держал его, старик бы рухнул на колени.
Доу Куй тяжело дышал, лицо его побагровело. Он сделал шаг вперед.
Толпа здоровяков окружила их, у каждого сердце горело праведным гневом. Кровь ударила им в головы – они готовы были хоть сейчас точить мечи и спускаться с горы!
— Хуньюань совсем края потеряли!
— Старший брат!
Люди разом сложили руки в приветствии, ожидая его приказа.
Янь Цю уже вернулся и вместе с Ся Шу принялся поить Ли водой и смазывать раны.
Под прицелом множества глаз Чжоу И медленно выпрямился.
Мысли его работали лихорадочно. Он спокойно спросил:
— Дядя Ли, когда ты сегодня поднимался на гору, тебя кто-нибудь останавливал?
Старик покачал головой:
— Наоборот, добрые люди помогли дойти.
Все замерли в недоумении, не понимая смысла вопроса.
Чжоу И же зрил в самый корень:
— Если бы секта Хуньюань хотела использовать армию Суй как карающий меч, они бы не дали вестям дойти до горы.
— Отсюда вывод: когда она возвращалась из Вайхуана, за ней никто не следил, иначе мы бы не увидели дядю Ли.
— Значит, слухи в Вайхуане и исчезновение дочери Ли – дело рук разных сил.
Фэн Сы мгновенно всё понял:
— Точно! На пиру в поместье Цао У Гуаньлань из Хуньюань якшался с Бандой Балин!
— Наверняка эти псы сговорились!
Чжоу И холодно произнес:
— Банда Балин – грязные крысы, от них в Юнцю добра не жди.
— Старший брат, что нам делать?!
На руках воинов вздулись вены, они были словно бочки с порохом, готовые взорваться!
— Хм, неужели они думают, что наш Путь Великого Мира так легко обидеть?
— «Лучше погибнуть на ветке, храня аромат, чем быть сорванным северным ветром».
Голос Чжоу И зазвучал властно и твердо:
— Если армию Суй обманом заставят напасть на гору Учителя, додзё может и не устоять.
— Но прежде чем это случится…
— Наш Путь Великого Мира должен поступить по совести, свести старые счеты! Мы исполним волю Небес и избавим Юнцю от скверны!
— В бой! — Выкрикнул он.
Доу Куй, Чжан Сань, Фэн Сы и остальные в едином порыве взревели, так что кровь закипела в жилах:
— В бой! В бой! В бой!
…