— Неслыханно!
Даос Му в ярости уставился на ладонь Чжоу И и выкрикнул:
— Принимай удар!!
Он резко выкинул руку вперед, его халат раздулся парусом от собранной энергии, и в мгновение ока мастер преодолел два чжана по каменным плитам!
Его ладонь, огромная, как веер, неслась прямо в лицо. Чжоу И совершенно не поспевал за его скоростью.
Перед глазами все поплыло, он уже видел линии на чужой ладони, но, к счастью, Даос Му неосознанно попался на крючок: в гневе он не стал применять сложные приемы, а просто нанес прямой силовой удар.
Чжоу И оставалось лишь задействовать внутреннюю технику и встретить удар своей ладонью!
В тот же миг в лицо ударил яростный ветер. Огромная сила ворвалась в тело. Чжоу И ощутил себя пламенем праздничной свечи в зале – он колебался на ветру, не имея опоры!
В критический момент он применил метод, которому научил его мастер, когда он удерживал пальцами ног каменную гирю.
Теперь, воспринимая мощь коротышки как внешнюю силу, он уподобил её той гире. Энергия из точек Юйфу с обеих сторон хлынула вспять по меридиану почек.
И вновь возникло то чувство легкости, когда он управлял потоком крови, чтобы сбросить вес гири.
Неистовая энергия Даоса Му исчезла!
Чжоу И, секунду назад готовый улететь, вдруг обрел невероятную устойчивость, черпая силу в самом противнике. Он пропустил чужую энергию через себя и выбросил её вовне через точки Юнцюань на обеих стопах!
Внутренняя ци коротышки-даоса была невероятно мощной.
Вывод этой силы довел Чжоу И до предела. Чужая ци била по меридианам, причиняя нестерпимую боль. Он впервые почувствовал, насколько беспощадной может быть истинная энергия, и держался лишь на честном слове.
Спина его покрылась холодным потом, а Даос Му замер в глубоком потрясении!
«Не так, всё не так!» – билось у него в голове. «Словно бык в болото провалился! Куда делась моя ци?!»
За десятки лет в цзянху он никогда не сталкивался с чем-то столь необъяснимым.
Поняв, что перед ним не шарлатан, даос поостыл, но тут же почувствовал смутную угрозу.
Повинуясь инстинкту бойца, Даос Му резко отдернул руку и, совершив кувырок в воздухе, отскочил на целый чжан.
Зрители еще не поняли, что произошло.
Они видели лишь яростный выпад коротышки, но небесный наставник Тайпин стоял как вкопанный. Столкновение длилось миг – кто же победил?
Но вот Чжоу И сделал шаг по двору поместья Цао, и у многих перехватило дыхание!
Цзи Няньтао, стоявшая рядом с отцом, замерла с непередаваемым выражением лица.
На сероватых каменных плитах двора четко отпечатались два глубоких следа от его ступней!
Снова «чудесное искусство Тайпин», и на этот раз – никаких сомнений в его подлинности.
— Вот оно как! — Второй молодой господин Цао хлопнул в ладоши, не скрывая восхищения. Теперь он окончательно понял, почему дед был так почтителен с этим Чжоу И.
Сначала «Метод Пальца Пылающего Дерева», теперь – эта странная и грозная техника.
Даос Му подошел ближе и уставился на следы на камне.
Гнев его почти испарился, но дыхание было частым и прерывистым. Он потянулся к тыкве, желая выпить, но сосуд был пуст. Обиженно хмыкнув, он замер.
В этот момент Чжоу И сложил руки в приветственном жесте и произнес:
— В трактате «Хуайнань-цзы», в главе «Обозрение сокровенного», сказано: «Тот, кто хранит совершенную природу и истину, не вредит своему телу». Путь самосовершенствования велит блюсти свою суть, дабы слиться с истинным Дао.
Чжоу И сделал паузу, глядя в глаза даосу.
— Почтенный даос, вы водитесь со злодеями, хотя в душе презираете их. Если это идет вразрез с учением Цюаньсин, зачем же вы действуете наперекор своей природе?
Этот довод заставил Даоса Му замолчать.
Он и вправду презирал Банду Балин. Отрицать слова Чжоу И значило бы отречься от самого себя и от наследия школы времен династии Хань. А если ты не можешь защитить собственное учение, какое право имеешь судить Тайпиндао?
Он-то думал, что юнцюйский Путь Великого Мира – это лишь сброд фокусников и обманщиков, а оказалось, что у них есть истинная преемственность, да и само учение Цюаньсин им ведомо до тонкостей.
«Эх, попался… Срезал меня малец», – уныло подумал он.
— Ты выиграл, — буркнул он нехотя.
Сказав «а», пришлось говорить и «б». Даос Му спросил:
— Значит, ты увёл всю мою ци в камни?
Чжоу И понял, что старик не из тех, кто будет бесконечно враждовать.
Лучше иметь друга, чем врага, тем более такого сильного. Он заговорил мягче:
— Именно так. Но то, что ваши две доли силы смогли пробить камень так глубоко, говорит о невероятном мастерстве. Если бы мой учитель видел это, он бы непременно похвалил вашу внутреннюю мощь.
Этот мостик к примирению пришелся даосу по душе.
Он машинально качнул пустую тыкву и заметил в ответ:
— В школе Хунъюань из Сихэ тоже знают толк в перенаправлении силы «хуацзинь», но даже их глава Ма Шоуи не сумел бы так чисто увести мою ци в землю.
Стоявший в стороне У Гуаньлань так и вспыхнул от негодования.
«Ну и ну! Двое наглецов… Как они смеют приплетать нашего главу?!»
Даос Му покосился на него:
— Что, старейшина У, считаешь, я не прав?
Тот про себя костерил его на чем свет стоит, но вслух ничего не сказал.
— Хм. Передай Ма Шоуи, что я отъел ваши хлеба, но влип из-за вас в скверную историю. Этим ударом ладони мы в расчете.
Даос Му отвернулся:
— И больше меня не ищи, чтоб люди чего доброго не подумали.
С этими словами он, не дожидаясь ответа, вновь обратился к Чжоу И:
— А как называется твоя техника? Из каких свитков она взята?
В нем внезапно проснулся интерес к тайным знаниям.
Чжоу И, не долго думая, начал плести небылицы:
— Наш Путь Великого Мира глубоко изучает «Комментарии Сянъэр к Лао-цзы». Там сказано о движении пяти звезд и о том, как противостоять неблагоприятным влияниям.
Он вдохновенно продолжал:
— Это звезды Года, Мерцающая, Белая, Утренняя и Усмиряющая. Когда они следуют своим путем – это норма, когда идут вспять – перемены.
— А потому техника зовется… Смещение звезд!
Даос Му был потрясен до глубины души.
— Смещение звезд… — повторил он.
В его голове это название отозвалось по-своему, вызвав еще большее почтение.
«Огонь и Вода, ось колеса… Это и есть истинный путь звезд. А когда чужая звезда идет вспять – разве это не суть Инь и Ян? Постижение законов светил… Глубокая мысль, великое мастерство!»
Даос призадумался: «Хоть этот юнец еще слаб, он заставил меня споткнуться. Беда! Если сам Цзяоу-цзы применит это Смещение звезд, боюсь, даже в полную силу мне его не одолеть. Сегодня я и так опозорился, а если проиграю еще и на горе Учителя – стану посмешищем для всех».
«Решено. Пока не найду способ противостоять этой технике, нечего мне искать встречи с этой парочкой», – заключил он.
Кивнув самому себе, коротышка-даос бросил последний взгляд на Чжоу И и одним прыжком взлетел на стену. Черепица на крыше поместья Цао с треском разлеталась под его ногами, когда он стремительно скрылся из виду.
Все знали его буйный нрав и никто не посмел его задерживать.
— Небесный наставник Чжоу, возможно, между нами и было недопонимание, но всё это – козни младших учеников. Я доложу нашему главе, и он сам уладит этот вопрос, дабы не портить отношения между нашими школами.
У Гуаньлань предпочел отступить, и Чжоу И не стал загонять его в угол.
— Тогда передайте ваши слова главе Ма.
Старейшина У попрощался и ушел, а Лай Чжанмин поспешил следом за людьми из Хунъюань.
Чжоу И, соблюдая приличия, закончил дела и под пристальными взглядами гостей сел в повозку, которая направилась к горе Учителя.
Многие еще долго смотрели ей вслед…
— Дедушка, почему вы позволили У Гуаньланю так топтать честь нашего дома? — Спросил Цао Чэнъюнь, когда они остались в тишине внутреннего покоя.
Цао Жуйнянь ответил ровно:
— Чэнъюнь, мы прежде всего купцы. Нам нужно видеть общую картину и следовать за переменами в мире. Школа Хунъюань спелась с Бандой Балин, а те связаны с кланом Юйвэнь. Войска управы Парящего Орла уже на подходе – как мы можем с ними враждовать?
— А то, что в нашем поместье были потомки династии Лян, тоже с этим связано? — Не унимался внук.
— Конечно, — подтвердил старец. — Тот человек из свиты Сюй Сюаньчэ, но называл себя слугой потомков Лян. Их интересует учение Тайпиндао. Теперь понимаешь?
— Сюй Сюаньчэ… — Цао Чэнъюнь на мгновение задумался. — Насколько я помню, он люйшуай из Юэчжоу, подчиняется сяовэю Дун Цзинчжэню. Хм, эти выскочки из Лян спелись с суйскими генералами – видать, амбиции у них нешуточные.
Он воодушевленно добавил:
— Но если говорить о героях смуты… Дедушка, я вместе с главой нашей школы видел господина Ми! Вот настоящий лидер! Его окружают лучшие люди империи! Сейчас господин Ми проходит через трудности, но Небо закаляет великих мужей. Наша семья должна решительно поддержать его!
— Ха-ха-ха… — старик Цао сухо рассмеялся. — Мой мальчик, Вэй Цзе хоть и великий мастер, но его речам нужно внимать, а не верить им слепо.
— Слышал, что Фэн Сюань говорил князю Мэнчану? «У хитрого кролика три норы, лишь так он может избежать смерти». Мы, купцы, не можем ставить всё на одну карту, не имея путей к отступлению.
— Что же вы предлагаете? — Задумался Цао Чэнъюнь.
Цао Жуйнянь вынул из-за пазухи письмо и вложил ему в руку.
— Завтра отправишься на гору Учителя и передашь это небесноному наставнику Чжоу…
…