От лица Мины
— Мина, только попробуй умереть там, — угрожающе сказал Эрнест. — Ещё раз возвращать тебя к жизни я не планирую.
— Пожалуйста, аккуратней, сестрёнка, — произнесла Тома.
— Хорошо, хорошо. Я буду живая и буду аккуратной. — Я посмотрела на Эрнеста. — Ты идёшь со мной.
— Блин, я думал, ты забыла про это.
— Неа, пошли давай.
Я открыла портал, и мы вошли. Вышли уже на Земле. Я вдохнула полной грудью и произнесла:
— Кислород, свежий воздух... Я дома.
Эрнест решил тоже втянуть воздух, но втянул жука.
— Кха-кха-кха! Чёрт! Кха... я кого-то проглотил! — закашлялся он. — Что делать? Он в горле застрял!
— Прокашляйся сильнее, вдохни ещё воздуха, должно помочь.
— КХА-КХА-КХА! — он снова втянул воздух. — Ёлки-ж, я опять жука проглотил! Фу! Кха-кха!
— Пошли уже, — усмехнулась я. — Подождём всех в доме.
Мы подошли к нашему домику. Я решила при помощи магии проверить, есть ли кто внутри. Увидела — дома люди. Точно определить, кто именно, не могла, но посчитала души: шесть.
— Ну что, стучу? — спросила я.
— Стучи.
— Тук-тук-тук-тук-тук.
— Я открою, — послышался незнакомый голос.
Дверь открылась. Передо мной стоял парень, заметно выше меня — почти два метра. Каштановые волосы торчали в разные стороны, будто он только что встал с дивана. Карие глаза цвета молочного шоколада. В левом ухе три серьги, от одной к губе тянулась тонкая цепочка. На правой руке темнела татуировка из непонятных символов — что она значит, знал только он сам. Белая майка обтягивала накачанный торс, чёрные широкие штаны держались на бёдрах без ремня. На шее поблёскивала серебряная цепочка.
— Кто вы? Что вы хотели?
— Мы...
Я начала говорить, и тут из-за угла вышла Криста. Увидев меня, она уронила бутылку с водой. На ней были чёрные лосины и длинная светло-розовая рубашка, которую на поясе стягивал ремень, подчёркивая талию. Волосы, как всегда, заплетены в две длинные косички, почти до самого пола.
— Ты чего, Крис? — послышался голос Миро.
— Там... там Мина.
— Чего? Этого не может быть.
Миро встал рядом с Крисой. Он выглядел так, будто только что вылез из-под стола с паяльником: свободные чёрные штаны в масляных пятнах, серая футболка, слегка заправленная за пояс. На шее висели очки с увеличительными стёклами, волосы взлохмачены, на щеке — след от чернил.
Они оба посмотрели в сторону входа и увидели меня. На их глазах лица побледнели. Парень, открывший дверь, переводил взгляд с одного на другого.
— Ребят, всё в порядке? — спросил он. — Вы чего?
Криста и Миро молчали, не в силах вымолвить ни слова. Миро снова глянул на меня, всё ещё сомневаясь в своих глазах. Я помахала ему рукой и наконец спросила:
— Можно нам войти?
— Да... да, проходите. — Миро выглядел растерянным. — Я за ребятами поднимусь.
Он пошёл на второй этаж, за ним — Криста.
Мы с Эрнестом сели на диван. Парень, открывший дверь, всё это время не сводил с меня глаз. Я уже хотела возмутиться, как вдруг он спросил:
— Я тебя где-то видел... Возможно, мы даже были знакомы. Но я не помню.
— Хватит на меня так смотреть, — ответила я. — Мне тоже кажется, что мы знакомы, но я же так на тебя не пялюсь.
— Ладно-ладно, прости. — Он улыбнулся. — Не знаешь, чего они так испугались?
— Меня.
— В каком смысле?
— Это я им и хочу объяснить.
— Понятно. — Он помолчал. — Ты, кстати, красивая.
— А? Что? Ты мне сейчас говоришь?
— Сейчас ты тут одна девушка, которой я могу сделать комплимент.
— Ладно... Спасибо...
Тем временем наверху:
— Что случилось, Миро, Криста? Вы призрака, что ли, увидели? — спросил Женя.
Криста и Миро не могли произнести ни слова, просто кивнули.
— Ну а если серьёзно? — переспросил Женя. На нём были белые джинсы с дырками на коленях и синяя футболка с закатанными рукавами.
— Ну... а... м... а... — Миро пытался что-то сказать, но слова застревали.
— Понятно... — вздохнул Женя. — Криста, давай ты расскажешь. Только без своих «а... м... а...».
— Да, сейчас. — Криста глубоко вдохнула. — Если вкратце, мы увидели призрака.
— О чём ты? — нахмурился Саша. На нём были чёрные джинсы с дырками на коленях и белая футболка с закатанными рукавами, похожая на майку.
— Мина живая. Она там, внизу.
— Пойдём посмотрим. Может, вы перепутали, или фантазия сыграла с вами злую шутку.
Ребята спустились вниз. Криста окликнула:
— Мифисто, вы где?
— Мы на кухне, — отозвался парень.
Все зашли на кухню. Я посмотрела на парня внимательнее и вдруг узнала.
— Мифисто? — переспросила я. — Тебя так зовут?
— Да, всё верно. А что?
— Ого! — я не смогла сдержать улыбки. — Ты так вырос! Выше стал... Сколько у тебя рост теперь?
— Да, вырос немного, организм так устроен. Сейчас 197 сантиметров, почти два метра. — Он усмехнулся. — Извини, а я тебя хоть знаю?
— Конечно знаешь! Я — Мина Блайт. Забыл меня, что ли?
Он осмотрел меня с ног до головы. У меня были непривычно для глаз заплетены две косички, спускающиеся по чёрному топику. На ногах — короткие джинсовые шорты, почти везде порванные, но это сейчас модно. Сверху на мне была надета зелёная клетчатая кофта, которую пришлось подшивать и оттирать от крови моих крыльев. Он смотрел на меня, и в его глазах читалось недоверие, смешанное с надеждой. Будто он боялся, что я — мираж, который сейчас исчезнет.
— Ничего себе... — выдохнул он. — Ты же в два раза меньше была. И волосы, и глаза другого цвета.
— А ты, — я хитро прищурилась, — как там школа? Тебя же в ту строгую отправили, для мальчиков, на перевоспитание.
— А, — он махнул рукой, но в глазах мелькнула гордость. — Закончил с отличием. Приехал за братом, а тут... ну, решил остаться. С вами тут веселее.
— А где живёшь?
— Квартиру купил, недавно. Совсем рядом с приютом. — Он вздохнул. — Хотел Миро к себе забрать, но опекунство не дали. Из-за школы. Там ни связи, ни интернета, ни машин — вообще ничего. Считается, что я был в нестабильных условиях.
— Понятно... — я положила руку ему на плечо. — Но ты молодец, что вернулся.
— Ладно, — он кивнул в сторону ребят. — А это что за переполох? Мне ребята сказали, что ты умерла. Они соврали?
— Как бы тебе объяснить... — я посмотрела на друзей. — Думаю, вам всем будет интересно послушать.
Я указала на Эрнеста:
— Это мой старший брат, Эрнест. Дальше он расскажет сам.
— С чего бы начать? — Эрнест почесал затылок.
— Начни с причины, по которой ты меня забрал.
— Когда Мина умерла, — начал он, — я знал, что её можно спасти. Но времени было мало. Я сказал вам правду о её смерти, чтобы быстрее помочь ей дома. Мне пришлось немного соврать — о том, что душа не может быть отделена от тела после смерти. Иначе Мина бы действительно умерла. Она — моя младшая сестра и наследница трона. Я не мог позволить ей умереть. Думал, когда она придёт в себя, ничего не вспомнит и не захочет возвращаться. Простите меня за враньё.
— Так вот в чём дело... — тихо сказала Криста. — Почему ты сразу не сказал?
— Тебя испугался, — честно ответил Эрнест, глядя на меня. — Ты же меня в пазл порезать хотела.
Я улыбнулась, и в моих глазах мелькнуло: «Жаль, что ты так и не понял, что я шутила».
— Хотела, — кивнула я. — Но я не знала всей правды. — Я обернулась к друзьям. — Ребят, ему можно идти?
— Думаю, да, — ответил Мифисто.
Я открыла портал на Эдегириун. Эрнест шагнул внутрь, на прощание я сказала:
— Ты прощён.
Портал закрылся. Я посмотрела на друзей — по их лицам было ясно, что они ждут объяснений.
— Если коротко, — начала я, — в тот день, когда Кренг запустил свои щупальца прямо мне в мозг, я вспомнила всё. Свою магию. Свою семью. Своё настоящее имя. Вспомнила, кто я на самом деле и откуда пришла. Вспомнила Эдегириун, Эрнеста, Тому. И то, что я там — наследница королевского трона. — Я помолчала. — Вы все скучали хоть по мне?
Криста не выдержала.
— Я по тебе не скучала? — её голос дрожал. — Когда мне скучать? Скучают только бездельники. А у меня работы полно! Кручусь как белка в колесе... — Она сделала шаг ко мне. — Я тебя искала. В толпе, в шуме, в тишине. Всё казалось, что ты сейчас выйдешь из-за угла. Взглянешь на меня своими янтарными глазами и скажешь: «Чего вылупилась? Идём уже». Но тебя не было. — Она сжала кулаки. — Плакала иногда. Не при детях, не при родителях. Одна. Ночью. В подушку. Иногда от боли морщилась, когда острая иголка памяти вонзалась прямо в сердце. А бывало, задыхалась, словно рыба, выброшенная из моря на берег безжалостной волной. Просто не могла вздохнуть. А так нет, не скучала. Я без тебя просто не жила. Понимаешь? Не существовала. Просто ждала. Сама не зная чего.
Она подошла и обняла меня так крепко, будто хотела задушить. Из её глаз текли слёзы счастья. Я обняла в ответ.
— Значит, я не одна скучала.
Сказав это, я почувствовала, как слёзы потекли и у меня. А потом — тепло. Со всех сторон меня обнимали друзья. Всем своим видом они показывали, что я им нужна, что они меня не отпустят.
Я подняла глаза — и увидела Микку.
На ней были короткие зелёные шорты и длинная свободная радужная футболка, волосы до пояса были распущены.
Моё сердце чуть не остановилось.
— Всё, ребят, вы меня задушите, — прошептала я. — Пустите.
Они отпустили, а я, не веря своим глазам, смотрела на сестру.
— Мэлл? — голос дрожал. — Это ты? Да?
Я не могла поверить. Моя сестра, Миккаэлла, — жива.
Я подошла к ней. Мы стояли друг напротив друга. Наши сердца бились в одном ритме. Радость зарождалась где-то в груди, под рёбрами, и разливалась по всему телу. Ноги будто налились свинцом — тяжело сделать шаг. Руки не слушались, только кончики пальцев дрожали.
Шаг. Ещё шаг. Ещё.
Мы стояли так близко, что слышали дыхание друг друга. Я хотела что-то сказать, но Микка вдруг ударила меня по щеке. Я пошатнулась.
А потом она сама бросилась ко мне. Обняла сначала осторожно, будто проверяя, не мираж ли это. А потом — со всей силой, прижимая к себе, уткнувшись носом в мою шею, чтобы слышать, как я дышу.
Я сжала её в ответ так крепко, как только могла.
— Как... как ты могла? — всхлипывала она.
— Прости...
— Простить?! — она отстранилась, но не отпустила. — За такое разве прощают? Ты убила родителей и братьев. Ты причинила мне боль — дважды! Ты не страдала так, как я. Знаешь, как больно было услышать от твоих друзей, что ты умерла у них на глазах? Что ты обо мне ничего не рассказывала? Будто я была для тебя пустым местом?
Я не выдержала — снова бросилась к ней в объятия.
— Мне тоже было больно! — крикнула я сквозь слёзы. — Я думала, что осталась одна. Что из-за моего огня я лишилась мамы, папы, братьев и тебя. Мне было больно, душа до сих пор болит. Но сейчас она болит ещё сильнее — потому что меня не было рядом с тобой после пожара. Потому что я не умела управлять своей магией. Потому что не смогла спасти всех от своего же пламени. Потому что была... такой слабой.
Мы стояли, обнявшись, и плакали. Впервые за долгое время — вместе.