Всё вернулось в норму. Криста рассказала родителям о котёнке, и они разрешили ей оставить его. Она была вне себя от радости. Теперь у Огонька есть дом и те, кто о нём позаботятся.
Так всё вернулось на круги своя. Хотя теперь я хранила две тайны: Криста любит Миро, а Миро, вероятнее всего, влюблён в Кристу. За этим очень приятно наблюдать. Как Криста пытается не краснеть при виде Миро. И как Миро пытается унять дрожь в голосе, пока Криста рядом.
Через несколько дней, когда я уже привыкла к одноклассникам, на одной из перемен речь зашла обо мне. А точнее — о том, какие навыки я получила на испытании на Хантера.
— Мина, расскажи что-нибудь полезное, — попросил Изан. — Ну, то, чему ты научилась.
— Да что она может рассказать? — фыркнул Кайден. — Выпендрёжница.
— Кайден, перестань! — сурово сверля его взглядом, произнесла Микка.
— Вы чего, ребят? — спросила я.
— Так расскажешь? — переспросил Рёма. — Всё-таки интересно.
— Хорошо, — выдохнула я. — Слушайте одну умную вещь. Однажды школьный учитель написал на доске следующее.
Я подошла к доске и написала столбик:
9×1=9
9×2=18
9×3=27
9×4=32
9×5=45
9×6=54
9×7=63
9×8=72
9×9=81
9×10=90
— Мина, — перебил меня Эйджи. — Тут один пример неправильный.
— Знаю, — кивнула я, не обращая внимания. — Я его специально сделала, как тот учитель. И вот что он сказал.
Я продолжила:
— Когда он закончил, ученики засмеялись над ним из-за одной ошибки. Тогда учитель сказал: «Я сделал это нарочно, потому что хотел вас кое-чему научить».
— И чему же? — спросил Юру.
— «Посмотрите. Я написал девять правильных уравнений, но никто из вас не похвалил меня. Вы только смеялись и издевались. Из-за одной единственной ошибки! Мир никогда не оценит даже миллион хороших поступков. Вместо этого он будет напоминать вам об одной ошибке. Но никогда не сдавайтесь! Держитесь выше всяких издевок и критики. Будьте сильными!»
— Этому тебя на испытании научили? — спросила Микка, вертя в руках свой амулет-планету.
— Ммм… Там меня учили другому, — я прикрыла глаза и начала ощупывать свой амулет, висящий на шее. — А эту мудрость мне кто-то когда-то рассказал.
В голове мелькнул смутный образ: чья-то тёплая рука на голове, низкий, спокойный голос… Но лицо размыто. От этого чувства забывчивости стало немного грустно и обидно.
— Кто же это был? Блин… Не помню… Как вспомню — расскажу.
— Учитель-то… не дурак оказался, — пробормотал Кайден, отворачиваясь.
— Значит, важно не то, сколько раз тебя похвалят, а то, не сломают ли тебя за одну ошибку, — задумчиво сказал Рёма.
— Да, верно. И таких примеров можно много привести. — Я убрала руку с амулета и посмотрела на класс. — Люди не запоминают хорошее. Но это не значит, что его не нужно делать.
На несколько секунд в классе повисла тишина. Даже Кайден не нашёл, что сказать.
— Ладно, — я улыбнулась. — Перемена почти кончилась. Нужно приготовиться к уроку.
— Хорошая история, — негромко сказал Изан, и я поймала на себе несколько задумчивых взглядов.
Может, они и не запомнят этот разговор надолго. Но я запомню. И где-то в глубине памяти, там, где прячется размытый образ, кто-то, кажется, улыбнулся.