Ну что ж, я вернулась. Правда позже на один день… Думаю, Мэлл сошла с ума. У меня ведь телефон сломался, а чинить некогда было. Надо будет Миро попросить посмотреть телефон.
Вот он, виднеется. Домик, который теперь принадлежит нам, детям. В нём окончательно поселились я, Микка, Миро, а также иногда Криста с братьями приходят переночевать. Им не всегда разрешают, так как дома их ждут родители, но иногда они давят на жалость: мол, «наши друзья остались без семьи, а мы всё равно что их семья, мы должны быть рядом». Что-то такое я слышала от Саши и Жени, когда те отпрашивались у родителей остаться в первый раз. Сейчас уже не знаю, что им в голову придёт.
Я посмотрела на часы. 11:47. Дома ещё никого. Я достала свои ключи, открыла дверь и вошла. Внутри всё по-старому. На мгновение у меня слеза появилась от внезапных воспоминаний об этом месте.
— Ладно. Нужно сделать им сюрприз! — проговорила она сама себе. — Так, у нас есть молоко, масло, яйца… Можно сделать торт. Думаю, им понравится!
Через два часа торт был готов. Его нужно поставить в холодильник, иначе растает.
Так, а сейчас я поднимусь на чердак. Его мы решили оставить для разных старых изобретений, для старых вещей, которые нам сейчас не нужны. Меня что-то туда манило. Чувство, говорящее, что что-то не так. На чердак можно было попасть одним способом. Нужно подняться на второй этаж, по квадрату расположены пять комнат, а также туалет с ванной. Пройти мимо четырёх, а также мимо туалета с ванной и остановиться рядом с комнатой, которую Миро переделал под свою лабораторию. Далее нужно взглянуть на потолок, увидеть верёвку и дёрнуть её на себя. Так откроется чердак, и складная лестница спустится прямо к ногам.
Мина поднялась на чердак. Осмотрелась. И внезапно чихнула. Да так, что пыль вокруг поднялась на мгновение.
— Пыльновато тут… Но зато здесь хранятся наши воспоминания.
Мина ходила по чердаку, осматривая каждую деталь. Её глаз зацепился за свежую пыль среди старой. Она это поняла по слою пыли: свежая была очень тонкая в отличие от всего остального.
— Тут что-то забрали… Наверное, Миро. Хотя нет, тут еле видны следы. Они ведут… — я посмотрела след, ведущий в сторону. — Ведут к окну… Тут был кто-то чужой. Но когда? Следы такие же свежие, но всё равно это было давно.
Меня внезапно озарило. Я прошлась по чердаку ещё раз, но уже осматривая каждую деталь. Где же он? Чёрт! Точно, он же лежал именно на этом месте, где теперь свежая пыль. Его кто-то забрал. Там же была запись для Катры. А может, это она?
Меня прервал звук внизу. Громкие, вымотанные голоса о чём-то бурно говорили. Я сразу поняла, что друзья пришли, и начала спускаться вниз, совершенно забыв, что хотела на чердаке.
Тем временем у друзей.
— Да как так можно?! — яростно говорила Криста. — Учитель Рейв перешёл все границы! Разве чуть не убить — это тренировка?!
— Успокойся, Криста, — попытался поддержать Миро. — Это просто специфическая тренировка.
— Да ну? Разбиться на группы: одни — герои, вторые — злодеи. Герои должны охранять кристалл, защищать его, а злодеи — атаковать и разбить его. Что за херня?!
— Ну всё, прекращай. — Он повернулся к Микке: — Микка, ты чего-то подозрительно тихая. Всё время смотришь на свой кулон. Всё нормально?
— А? Да… Да, — ответила Микка. — Просто чувствую себя не очень, и Мина задерживается. Она должна была вчера приехать.
— Прекращу, но сначала поем! Есть хочу. Что у нас есть? — Криста открыла холодильник. — Так, у нас есть фрукты, молоко, немного яиц, торт, вчерашняя картошка… Стоп. Торт?
— Какой ещё торт? — спросил Миро и продолжил говорить с Миккой: — Мина задерживается, скорее всего потому что… не знаю… может, дорога назад долгая.
— Самый обыкновенный торт! Кто его покупал? — продолжила Криста.
Внезапно громкий звук сверху. Он раздался рядом с лабораторией.
— Что это было? — спросила Микка, пытаясь не показать, что испугалась, но дрожащий голос её выдавал.
— Не бойся, Микка, — поддержал парень.
— Я и не боюсь, — сказала она, всё сильнее сжимая кулон.
Миро и Микка стояли рядом с лестницей. Криста на кухне не видела, кто был на лестнице, — схватив нож, она была готова атаковать.
С лестницы спустилась запыхавшаяся синеволосая девушка. Волосы у неё были собраны в высокий хвост. Она была одета в удобный чёрный топ и короткие выгоревшие на солнце джинсовые шорты, сверху была свободная зелёная клетчатая кофта, которая почти закрывала её шорты. На груди висел такой же кулон, как у Микки, но сиреневого цвета (у Микки он был лаймового).
— Мина… — выдохнув, еле слышно произнесла Микка.
— Мэлл, Миро… — отдышавшись наконец сказала Мина и улыбнулась той улыбкой, которая была только у неё: — Я вернулась.
Из-за угла Криста видела только шокированных Миро и Микку, поэтому она решила внезапно атаковать незваного гостя. Выдохнув, она набросилась на Мину. Та, почувствовав атаку, приготовилась. Атака Кристы была остановлена, нож валялся в стороне.
Всё быстро закончилось, даже не начавшись. Мина сидела на Кристе, выворачивая ей за спину руку.
— Больно, больно, пусти! Я сдаюсь!
— Криста, ты… Прости…
Мина встала с подруги и протянула ей руку, чтобы та смогла подняться. Криста перевернулась с живота на спину, массируя руку, которую ей чуть не сломали, и взглянула на «гостя». Её глаза округлились.
— Мина… Что…?
— Давай руку, Крис. Прости, но ты первая кинулась на меня с ножом. Кстати, рука болит?
— Не… Не болит.
Мина осмотрела друзей. Микка не выдержала и крепко кинулась её обнимать.
— Ты меня до смерти напугала! Почему ты позже приехала?
— Мэлл…
— Что с тобой было? Откуда эта татуировка на шее?
— Это… так надо. — Мина резко закрыла татуировку рукой. — Это знак Хантера. Он у всех, кто прошёл испытание. Только место у каждого своё. У кого-то на спине, у кого-то на запястье, у кого-то на ключице… У меня — на шее. Я не выбирала, так вышло.
— Странно, — протянула Микка. — А почему именно шея?
— Потому что так случилось, — ответила Мина и чуть заметно улыбнулась, прикрывая татуировку волосами. — Зато это место я легко могу закрыть. И никто не увидит, если не захочу.
Наступило время молчания. Все молчали, не знали, как начать разговор.
— А торт всё-таки кто принёс? — прервала молчание Криста.
— Это была я, — ответила Мина. — Только я его не покупала, а сама сделала.
— Так это был сюрприз? — перевела тему Криста.
— Да. Хотела вас удивить.
— У тебя это получилось, — произнёс Миро. — Кстати, что там был за шум?
— Шум… А, шум! Это люк на чердак так закрылся. Я хотела плавно и бесшумно, но не вышло.
— В таком случае, раз сегодня пятница, в честь приезда Мины предлагаю просмотр ужастика вместе с тортом. Я хочу своих братьев напугать. Они ненавидят ужастики.
— Они разве сегодня придут с ночёвкой? — задумался Миро. — Завтра же, нет?
— Нет! Сегодня! Они к вечеру приедут.
— Тогда пока выберем фильм, — начала листать в телефоне фильмы Микка и попутно вспомнила: — Точно, Мина. Почему ты не позвонила, что задержишься?
— Это… — я достала из сумки сломанный телефон, который периодически искрил. — Телефон сломался… Миро, посмотришь пожалуйста?
Миро взглянул на штуку, которую я ещё называла телефоном, и твёрдо заявил:
— Он уже мёртв! Вернуть к жизни не получится! Что вообще с ним произошло? Где он побывал?
— Ну… — замялась я. — Он побывал в кастрюле с супом.
— Ясно, вот почему он умер.
— Это ещё не всё. После супа он ещё работал. Его случайно раздавили мои попутчики.
— Теперь понятно, почему он сжат в два раза тоньше. Всё равно я его починить не смогу, — выдавил Миро, как можно мягче говоря подруге.
— Так это ещё не все его приключения.
— Ты сейчас смеёшься?
— Нет. Он работал после того, как в супе поплавал и его раздавили.
— Удиви меня, что было ещё?
— Ну… — замешкалась я, пытаясь плавно преподнести информацию. — Мои знакомые… эм… его чуточку разрубили на куски, когда телефон их взбесил.
У Миро дёргался глаз, но он переспросил:
— Что они сделали?
— Разрубили на части. А потом другой знакомый изолентой его скрепил обратно. Телефон пару секунд работал, а потом очень громко завизжал и взорвался. Я его потом собрала по частям и не стала больше трогать. Вот как-то так. Миро, ты там дышишь?
Парень стоял бледный как мел. Он еле дышал. После он свалился в обморок, периодически бормоча себе под нос:
— Суп… давка… резня… взрыв…
— Миро! — почти в один голос крикнули все.
Миро мы уложили на диван отдыхать. В это время Микка и Мина решили сходить за новым телефоном, а Кристу оставили присматривать за Миро.
Сестры вернулись ближе к вечеру. Уставшие, вымотанные. На вопрос, что стряслось, они ответили так:
— Нас послали на хрен консультанты почти во всех магазинах техники.
— Что вы такого им сказали? — спросила Криста.
— У меня почти получилось убедить их, что телефон, который я куплю, с вероятностью 50% будет цел.
Сестры обошли несколько магазинов техники. В первых трёх объясняли причину, почему им нужен новый, попутно показывая сломанный телефон. В итоге там консультанты падали в обморок. Перед последним магазином они проходили рядом с приютом, в котором раньше жили Мина и Миро.
Мина остановилась у ворот. Она смотрела, как дети разного возраста играют, бегают. Это вызвало у неё воспоминания о прошлом, когда она с Миро так же дурачились. Её вернула в реальность женщина, которую она хорошо знала. К девочкам подошла Изабелла Игоревна. Она внимательно смотрела на девочек, не понимая, кто они, хотя догадывалась.
— Вы кто? — с осторожностью спросила воспитательница.
— Да никто, — ответила Микка. — Мы так, проходили мимо. Извините, что побеспокоили. Пошли, Мина.
Мина стояла на месте, глядя прямо в глаза воспитательнице. И наконец она произнесла:
— Изабелла Игоревна… Простите за доставленные мною неприятности.
— Так это правда ты, Мина? — переспросила Изабелла.
— Да. Это я. Мина Блайт.
— Но как? Миро и остальные сказали, что ты умерла, что тебя кто-то куда-то забрал хоронить.
— Чего? — не понимая, о чём говорят, спросила Микка. — Мина, о чём эта женщина?
— Эту женщину зовут Изабелла Игоревна. Она воспитатель в этом приюте. Я пять лет жила в нём, до того, пока меня не «убили». Точнее, так Эрнест соврал, чтобы быстрее спасти меня.
— Так… ты не была мертва? — разглядывала воспитатель обеих девочек. — Вы обе очень похожи.
— Нет, была мертва. Меня воскресили. И да, мы похожи, потому что мы близняшки, — заявила Мина. — Это моя старшая сестра Миккаэлла, хотя старше лишь на 10 минут.
— Я рада, что ты кого-то нашла в своей семье, — выдохнула с облегчением Изабелла, и внезапно её осенила мысль: — Не хотите зайти? Поговорим. Расскажете, как живёте?
— Я бы и с радостью, но нам нужно в магазин техники за телефоном, — сказала Мина, смотря на сестру. — Нас потом ждут дома. Мы точно зайдём как-нибудь и всё расскажем.
— В таком случае буду вас ждать. Заходите в любое время, — произнесла воспитательница, поворачиваясь к балующимся детям: — Ладно, пока, девочки. Эй, Педро, а ну слезь с дерева! Упадёшь!
— До свидания, — сказали мы и отправились в последний магазин техники в нашем городке.
— Хорошая это женщина, я чувствую, — подметила Микка.
— Да, она замечательная. Ладно, пошли, пока не закрылся магазин.
— Иду!
В последнем магазине мы просто попросили телефон, без всяких объяснений, зачем он нам. Иначе телефон мы бы так и не купили.
Через час мы вернулись домой. Дома уже были Саша и Женя. Они отреагировали более спокойно, чем Криста.
Весь вечер все болтали, разговаривали о всяком. Мина рассказала, какие испытания ей пришлось пережить. Что там было, как это было. Друзья слушали, не перебивали, лишь изредка задавали вопросы.
— А потом мы с ними договорились как-нибудь встретиться, — закончила Мина.
— Крутое было приключение! — заметил Саша.
— Ага, я бы, думаю, и половины не прошла, — смущённо сказала Микка, и у неё внезапно пошла кровь из носа.
— Мэлл, у тебя кровь, — заметила её сестра.
— Ой, ничего страшного. Я пойду остановлю, а вы продолжайте болтать. Я скоро.
Микка ушла в ванную, а Мина спросила очень осторожно у друзей:
— Что с Мэлл?
Все переглянулись.
— Да вроде всё в порядке, — решил ответить Женя. — Кровь из носа может пойти у каждого, и это нормально.
— Да? Ладно тогда, — согласилась Мина.
В душе Мину что-то очень беспокоило насчёт Микки, но она списала это беспокойство на усталость.
— А вот и я! — вернулась Микка. — Давайте уже ужастик смотреть?
— Да, для этого мы как раз и не спали. Специально десяти вечера дожидались, чтобы точно напугать моих братьев, — с искрами в глазах смотрела Криста на своих братьев.
Те синхронно сглотнули от ужаса.
— Может, не ужастик? — спросил Саша, его голос уже дрожал.
— Нет! Мина хочет ужастик, значит ужастик, — ответила Криста, явно наслаждаясь страхом братьев.
— Мина, это правда? — спросил другой брат, стараясь не показывать страха в лице и голосе, но получалось не очень хорошо.
— Да, я хотела что-нибудь из ужасов посмотреть, — доливала масла в огонь Мина.
Через пару часов дети досмотрели фильм и разошлись по комнатам. В одной спал Миро. В соседней — Микка и Мина. А в комнате после туалета с ванной была комната для Кристы и её братьев. Соседнюю с Крисой комнату никто не занимал, она была пустой.
Ночь.
Где-то глубоко за полночь. В доме тихо, только часы мерно тикают на кухне.
Криста просыпается от резкой жажды. Горло пересохло, язык будто наждачная бумага. Она ворочается с боку на бок, но сон не возвращается.
— Да что ж такое… — шепчет она и всё же решает встать.
На цыпочках, стараясь не разбудить братьев, она выскальзывает из комнаты и крадётся на кухню. В доме темно, хоть глаз выколи — только лунный свет пробивается сквозь штору на кухонном окне, рисуя бледные полосы на полу.
Криста делает шаг, второй… и замирает.
Тень. У окна. Кто-то есть. Силуэт двигается. Медленно, плавно, будто дышит.
У Кристы сердце уходит в пятки. В голове проносятся все ужастики, которые она когда-либо видела. Руки холодеют.
— Т-ты кто? — шепчет она, но голос срывается.
Силуэт не отвечает. Только продолжает двигаться.
— Я… я кому сказала?!
Тишина.
И тут силуэт делает шаг в её сторону.
— А-А-А-А-А-А-А-А!!!
Криста не помнит, как подлетает к окну. В ней просыпается не то герой, не то дикий зверь. Она делает огромный прыжок через всю кухню, врезается в штору, хватает силуэт и душит его со всей дури.
— УМРИ, ТВАРЬ! УМРИ!!!
Резкий звук. Громкий, будто гром среди ясного неба. БАБАХ!
Криста замирает. Разжимает пальцы.
Перед ней — верхняя половина робота. Автоматической системы полива цветов. Изобретения Миро. С дымящимися проводами и тускло мигающим красным глазком.
— Пи-и-и… — жалобно пищит робот и затихает.
— Ой… — выдыхает она.
В этот момент подоконник под ней издаёт жуткий треск — и проваливается. Криста чудом успевает ухватиться за край, но осколки стекла впиваются в руку.
— АЙ!
Она падает на пол. Стекло хрустит под ней. Рядом валяется мёртвый робот. А в центре окна — огромная дыра, откуда дует ночной ветер. Осколки стекла усыпали пол, а на улице, в темноте, валяется бедный цветок Микки, выбитый ударом.
На шум сбегаются все.
Первым влетает Миро. Глаза у него размером с блюдце.
— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?! — Он обводит взглядом разгром и замирает. — Мой… мой автополив…
Он падает на колени перед останками.
— ОН БЫЛ ПОЧТИ ГОТОВ! Я ТРИ НЕДЕЛИ ЕГО ПАЯЛ! КРИСТА, ЗАЧЕМ?!
— ТАМ БЫЛ ЧЕЛОВЕК! — орёт Криста в ответ, пытаясь встать, но осколки звенят под ней.
— Это был цветок! — Миро в отчаянии трясёт полуробота. — Я его назвал «Поливашка-3000»! У него был характер!
Следом забегают Мина, Микка, Саша и Женя. Картина, открывшаяся их глазам, достойна отдельного полотна.
Мина мгновенно оказывается рядом с Крисой, вытаскивая осколки из её рук.
— Сиди смирно, сейчас всё заживлю. — Она уже светится магией. — Криста, ты вообще видела, на кого нападала?
— ТАМ БЫЛ ЧЕЛОВЕК! Я КЛЯНУСЬ!
— Это был цветок, — устало повторяет Мина.
Саша и Женя стоят с каменными лицами. Саша смотрит в одну точку, Женя — в другую. Оба изо всех сил пытаются не заржать.
Микка подходит к окну, смотрит на пустой подоконник, потом в дыру, на улицу, потом переводит взгляд на Кристу. Спокойно, даже слишком спокойно, она спрашивает:
— А мой цветок где?
Криста замирает.
— Ч-чего?
— Цветок. Он там стоял, — Микка кивает на пустой подоконник. — Я его поливала. Он рос.
— Я… я не видела никакого цветка, — Криста нервно сглатывает. — Там был человек!
— Ты убила мой цветок, Криста.
Тишина. Такая громкая, что слышно, как ветер свистит в разбитом окне.
И в этой тишине раздаётся сдавленный звук. Саша не выдерживает — из его груди вырывается что-то среднее между всхлипом и смешком. Он пытается замаскировать это под кашель, но получается плохо.
Криста медленно поворачивает голову и смотрит на братьев. Глаза сужаются.
— Вы… вы серьёзно сейчас решили поржать?
Саша и Женя синхронно делают шаг назад. Женя мотает головой, прижимая руку ко рту. Саша вообще не смотрит в её сторону, уставившись в потолок и часто моргая.
— Не-не, мы просто… — начинает Женя, но его голос срывается.
— У меня аллергия! — выпаливает Саша, но в конце фразы отчётливо слышен смешок.
Криста прищуривается ещё сильнее. Её лицо становится таким злым, что братья понимают: нужно сваливать. И быстро.
— Мы пойдём! — Женя хватает Сашу за руку.
— Да-да, спать, нам спать надо! — подхватывает Саша.
Они пулей вылетают из кухни и через секунду забегают в свою комнату. Щелчок закрывающейся двери — и тут же из-за неё раздаётся дикий, неконтролируемый ржач. Они смеются так, что, кажется, стены вибрируют.
Криста вскакивает с пола, забыв про порезы, и орёт в сторону коридора:
— ТАК И ЗНАЛА! ХВАТИТ РЖАТЬ! ПРЕДАТЕЛИ!
Из комнаты доносится только усиливающийся смех.
Микка всё ещё стоит у дыры в окне, глядя на улицу.
— Мой цветок… — тихо говорит она. — Я его два месяца растила.
Миро поднимает с пола верхнюю половину робота и прижимает к груди:
— Прощай, Поливашка… Ты был хорошим мальчиком…
Мина закатывает глаза, долечивает последнюю царапину на руке Кристы и устало произносит:
— Всё. Завтра утром будем думать, как это заколотить. А сейчас — спать. Всем. Включая этих двоих, — она кивает в сторону комнаты, откуда всё ещё доносится ржач.
Криста виновато смотрит на разгром:
— Я заплачу за новый цветок…
— Ещё бы, — Микка наконец отворачивается от окна и идёт к выходу. — И за робота тоже.
— Эй! — возмущается Миро. — Робота не вернуть!
— Значит, заплатит за материалы для нового.
Криста вздыхает и опускает голову:
— Это была самая страшная ночь в моей жизни…
— Это была самая глупая ночь в твоей жизни, — поправляет Мина, выходя с кухни. — Иди спать, героиня.
Криста плетётся за ней, оставляя за спиной разбитое окно, дыру в подоконнике, мёртвого робота и тихий смех братьев, который всё никак не стихает.