— ...С другой стороны, мне стало безумно стыдно перед старшими братьями за то, что я отнимаю у них всё родительское внимание. Поэтому я решил дистанцироваться и стал называть вас просто по именам, — искренне закончил Бобби.
— Глупости, милый. Выбрось эти мысли из головы, — с теплой улыбкой покачала головой Миа. — После церемонии тестирования Изначальной Ци, когда окружающие повесили на тебя клеймо Бракованного, ты замкнулся в себе. Естественно, мы переживали за тебя сильнее и уделяли больше заботы. Сколько я тебя помню, ты был крошечным карапузом, который хвостиком бегал за двумя старшими братьями... Ах, как же я скучаю по тем беззаботным денькам.
— Мам, прошло уже пять лет с тех пор, как от них были хоть какие-то вести, — Бобби машинально потер ушибленный зад. — Черт, теперь, когда ты о них напомнила, я тоже чертовски по ним тоскую. А ты?
— Да ну, сдались мне эти две несносные мартышки!.. Без них в доме хоть вздохнуть спокойно можно стало, — фыркнула Миа, вызвав у обоих дружный смешок.
Несмотря на то что первая часть ее фразы звенела явной ложью, во втором утверждении Бобби не уловил ни капли фальши.
— И когда они выберутся домой хотя бы на короткую побывку? — с надеждой спросил юноша.
— Сынок, ты ведь прекрасно понимаешь специфику их службы... Сейчас выдернуть их оттуда просто невозможно. Обещать ничего не стану, но на прошлой неделе они выходили на связь: говорили, что постараются выбить отпуск в пределах трех лет. И признались, что очень скучают по тебе и Маргарет.
— Ладно, пойду пройдусь по округе, загляну на местный рынок... До скорого! — Бобби поднялся и поспешил к выходу.
Оставшись одна в гостиной, Миа негромко пробормотала себе под нос: — Не перегнула ли я палку?.. Надо было отходить его чуть помягче... Впрочем, нет! Этому паршивцу хорошая взбучка была жизненно необходима — сам ведь на рожон полез! Хмф... Зато мой мальчик наконец снова назвал меня мамой. Какое же это счастье.
С тех пор как Бобби покинул особняк, прошло меньше получаса. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и город озарился мириадами неоновых огней, выхватывающих из сумерек неспешно прогуливающихся прохожих.
Оставив позади респектабельный сектор A13, юноша свернул в глухой темный переулок, примыкающий к трущобам. На этих полузаброшенных улицах царила мертвая тишина: редкий прохожий решался сунуться сюда после заката — район пользовался дурной славой из-за постоянных грабежей и кровавых разборок.
Бобби резко замер посреди переулка и громко бросил в пустоту: — Хватит таскаться за мной хвостом, парни. После недавней беседы с матерью мне жизненно необходимо побыть одному, — он рефлекторно потер ноющую пятую точку и лениво добавил: — Так что вылезайте. Пора поговорить по душам. Вы ведь и сами небось задолбались пасти меня сутки напролет... Разве нет?
Из темного закоулка, поигрывая ножами, вывалились двое. На головах обоих красовались дикие, торчащие во все стороны ирокезы; одеты они были в потертые кожаные косухи и джинсы, а лица скрывали тканевые полумаски.
— Ке-ке-ке, пацан! Слышь, ты, умник... — попытался один из них заговорить хриплым блатным басом: — Живо выворачивай карманы и швыряй всё бабло на асфальт!
Второй тут же подхватил: — У нас сегодня нет настроения кого-то валить, так что не выводи нас из себя, понял?! Снимай всё вплоть до шмоток, иначе сгниешь прямо в этой помойке!.. Шевели поршнями, пока мы добрые!
— Короче, выбор за тобой, ублюдок: либо ты уматываешь отсюда на своих двоих, либо остаешься удобрять этот славный переулок! — снова вякнул первый налетчик. Оба выглядели на редкость комично и действовали как полные дилетанты.
Бобби смерил парочку мимолетным взглядом и начисто проигнорировал их присутствие, словно перед ним кривлялись пустые места. Повернувшись в сторону теней, он повысил голос: — Слушайте, ребятки из засады, мое терпение на исходе. Может, хватит играть в прятки и выйдете по-хорошему?
Опешив от столь неприкрытого пренебрежения, один из грабителей вскипел: — Эй, чмо болотное, ты с кем там вообще базаришь?! У тебя кукуха совсем поехала?!
Бобби слегка поморщился от досады, но даже не посмотрел в его сторону: — Вылезай давай, Лысый! Ты ведь вроде как старший в этой шайке? Позволишь перекинуться с тобой парой слов?
— Лысый?! Ты кого лысым назвал, выродок?! — взвился отморозок с ножом. — Ты в шары долбишься, придурок?! Со зрением проблемы?!
— Заткнись уже. Не с вами разговаривают, — холодно оборвал его Бобби. — Вы что, слепые? Где вы тут лысину увидели под своими петушиными гребнями? Мне до вас дела нет, валите отсюда и ищите лохов в другом месте. А если не терпится превратиться в два холодных трупа — продолжайте тявкать.
Он указал пальцем в глубокую тень за мусорными баками: — Эй ты, лысый со скорпионом на черепе! Хватит жаться по углам. Выкатывайся, пока я сам тебе шею не свернул.
Грабители проследили за его жестом — и в ту же секунду остолбенели. Из мрака переулка бесшумно выступила исполинская фигура мускулистого верзилы с выбритой головой.
Увидев татуировку скорпиона, оба налетчика задрожали от первобытного ужаса: в этих трущобах это имя знали слишком хорошо.
— Это же... Лысый Скорпион! — в ужасе взвизгнули оба и истошно заорали: — Врассыпную!
Преступники рванули в противоположные концы переулка.
— Поздно. Надо было слушать умного человека, — небрежно бросил громила. — Раз уж вы засветили мои лица рядом с этим сопляком, живыми вам отсюда не уйти.
Оба беглеца владели базовыми навыками Закалки Мышц и несли в себе зачатки Изначальной Ци, поэтому неслись быстрее любого тренированного спринтера. Однако Номер Три, несмотря на циклопическую массу, двигался со сверхчеловеческой грацией и скоростью.
За пару секунд он настиг первого беглеца и с ходу обрушил кулак ему на затылок.
Череп бандита разорвало, как перезрелую тыкву: ошметки мозгов и брызги крови веером разлетелись по асфальту и кирпичной стене, а обезглавленное тело рухнуло мешком. Не сбавляя шага, Лысый метнулся ко второму налетчику и повторил движение — голова несчастного брызнула кровавым фонтаном.
Достав из кармана белоснежный платок, громила методично стер чужую кровь со сбитых костяшек, небрежно бросил испачканную ткань на землю и неторопливо подошел к Бобби.
— Вот теперь нам никто не помешает, — усмехнулся юноша. — С чего бы начать?.. Хм, мистер Лысый, вы ведь тоже из наемников, верно? Мои глубочайшие соболезнования по поводу утраты троих твоих товарищей. Честно говоря, у меня нет особого желания калечить тебя: те трое, в отличие от тебя, перли на меня с неприкрытой жаждой убийства.
Бобби криво ухмыльнулся, но в следующую секунду его взгляд стал острым как бритва: — А теперь давай начистоту. От тебя не фонит ни каплей смертоносного намерения. Так какого хера вы круглыми сутками пасете мой дом и таскаетесь за мной по пятам? Твой тупоголовый босс окончательно выжил из ума от страха после того, как потерял на мне троих бесполезных шестерок?
— Значит... их убил ты? — пророкотал Лысый, скрипнув зубами от нарастающей ярости.
— А ты как думал? Они пришли за моей головой — в итоге сами легли в землю. Строго говоря, двоих прикончил лично я, а третьему помогли со стороны, но и там без моего участия не обошлось. Может, ответишь на мой вопрос? Почему вы наблюдаете за мной и моей семьей, вместо того чтобы снова попытаться меня грохнуть?
Видя наглую, глумливую ухмылку на лице сопляка, Номер Три потерял терпение. С яростным ревом он выбросил вперед пудовый кулак.
Бобби не стал уклоняться: его собственный кулак пошел на перехват.
Удар!
В воздухе грохнуло, словно взорвалась граната. От встречной ударной волны обоих бойцов отбросило на несколько шагов назад. Они замерли, впившись друг в друга немигающими взглядами.
— С такой силой... теперь я уверен, что те трое сдохли не без твоей помощи. А значит — я имею полное право размазать тебя по этой стенке, — зловеще осклабился татуированный, словно только что завершил необходимую проверку.
Он зашептал боевое заклятие и с размаху прижал ладонь к растрескавшемуся асфальту: — Клинок Земной Стихии, явись!
Земля под ногами содрогнулась, и из трещины вырвалась массивная изумрудно-зеленая рукоять. Перехватив ее обеими руками, Лысый с глухим скрежетом выдернул из недр исполинский двуручный палаш и воздел сияющее каменное лезвие высоко над головой.