Человек, подошедший сзади... был Хань Шаолин!
Сердце Сан Юаньюань ёкнуло. Искусство маскировки не было редкостью — Мэн Ую, например, отправилась в поход под чужой личиной. Узнает ли правитель Ханьчжоу её? Она сделала два тихих вдоха, быстро настраиваясь. Настал час испытания её актёрского мастерства.
Ю Умин небрежно обернулся. Сан Юаньюань последовала за ним — опустив глаза, спокойно, без подобострастия, встала у него за спиной.
Хань Шаолин нахмурился:
— Срок истёк. Правитель Ючжоу, вы помните, что ваши люди подписали военный приказ? С полудня вчерашнего дня прошло уже два часа.
Ю Умин лениво достал нефритовую табличку и криво поднёс её к губам:
— Стену ещё не взяли?
С другой стороны таблички раздался несколько безумный хохот:
— Докладываю, господин! Взяли ещё полчаса назад. Мы как раз зачищаем стены от мелюзги!
Сквозь табличку доносились жуткие крики — словно фоновая музыка, от которой нельзя было избавиться. Ю Умин раздавил табличку, с раздражением потёр переносицу и бросил на Хань Шаолина взгляд, ясно говоривший: «Проваливай».
— Доволен? — спросил он.
Хань Шаолин нахмурил густые брови, вытянул руку и указал на дальнюю Внешнюю стену. В одном месте виднелся пролом — словно открылись ворота шлюза, и через них хлынула алая волна.
— Через пролом всё ещё проходят мрачные духи! Правитель Ючжоу, ваши люди солгали о военной обстановке. Знаете, какое за это наказание?! — голос Хань Шаолина дрожал от сдерживаемого гнева.
Ю Умин насмешливо скрестил руки на груди:
— Разве вчера я не сказал ясно? «Вернуть стену». Я вернул стену. Разве я говорил, что закрою ворота?
Хань Шаолин недоверчиво расширил глаза. Он посылал элитные отряды штурмовать Внешнюю стену именно для того, чтобы закрыть прорванные ворота. Если бы удалось это сделать, натиск мрачных духов ослаб бы, и тогда можно было бы начать контрнаступление, очистить пространство между стенами и отбросить врага обратно за внешний рубеж, минимизировав потери. До этого Хань Шаолин уже несколько раз отправлял лучших бойцов с той же целью — и каждый раз они гибли, так и не достигнув успеха.
Вчера Ю Умин внезапно отправил на штурм своих лучших и самых загадочных бойцов — «теневых стражей». Хань Шаолин был поражён, он отложил все дела в Санчжоу и сосредоточил всё внимание на Внешней стене, втайне посмеиваясь над глупостью Ю Умина — какой смысл хватать чужие заслуги? Он и не думал, что этот безумец просто решил его разыграть.
Глаза Хань Шаолина покраснели — он был в ярости.
Сердце Сан Юаньюань дрогнуло. Правитель Ючжоу сделал это, чтобы приковать внимание Хань Шаолина к Внешней стене — так ему было легче ускользнуть и отправиться за ней в заставу Цзюйлинь.
— Правитель Ханьчжоу, — раздался противный голос Ю Умина, — говорят, вы умудрились потерять мою дочь правителя Санчжоу?
На висках Хань Шаолина вздулись вены. Он с трудом сдерживал гнев, цедя слова сквозь зубы:
— Правитель Ючжоу, немедленно прикажите своим людям закрыть внешние ворота!
— Давайте обмен, — легко бросил Ю Умин.
Хань Шаолин глубоко вздохнул:
— Верховная правительница приказала...
Ю Умин скривился, словно у него разболелись зубы:
— Слушай, Хань Шаолин, не надо каждый раз прикрываться этой женщиной. Хотя, впрочем... если ты готов, то я возьму Сан...
Хань Шаолин наконец потерял самообладание. Он с силой ударил ладонью по каменной стене рядом с собой. Гулкий металлический звон разнёсся по всей Внутренней стене. Тяжело дыша, он несколько мгновений сверлил Ю Умина взглядом, а потом ледяным тоном произнёс:
— Хорошо. С этого момента я больше не буду вас беспокоить, правитель Ючжоу. Мне и самому по силам справиться с этими жалкими мрачными духами. А после я доложу Верховной правительнице, как именно вы выполняли свой долг.
Ю Умин только усмехнулся — лениво, равнодушно, как старый пройдоха, которому всё равно. Хань Шаолин уже собрался уходить, когда к нему подбежал взволнованный телохранитель:
— Господин, я по недосмотру позволил госпоже Мэн присоединиться к отряду, выходившему за стены! Теперь ворота закрыты! — на лице телохранителя выступил пот, он напоминал мокрую глиняную статую, которую кто-то начал лепить, но бросил на полпути.
Услышав это, Сан Юаньюань чуть не рассмеялась. Разве может главная героиня обойтись без того, чтобы не вляпаться в неприятности? Хань Шаолин и так был как пороховая бочка, готовая взорваться от малейшей искры. Услышав о новой выходке Мэн Ую, он едва сдерживал ярость, голос его перешёл в рык:
— Что?!
Телохранитель был безнадёжен:
— Госпожа Мэн слишком... энергична. Не найдя вас, она начала везде «помогать».
По тону было ясно, что «помощь» была катастрофой.
— Она случайно разобрала одну из повозок с провиантом, — продолжал телохранитель с отчаянием в голосе. — Возчик испугался, что его накажут, и попросил меня подтвердить, что это была случайность. А пока я разговаривал, госпожа Мэн исчезла.
Хань Шаолин сжал пальцами переносицу.
— Я обыскал всё вокруг, но не мог найти её. Потом ко мне подошёл один человек и сказал, что я приказал женщине заменить его в отряде, вышедшем за стены, и послал его ко мне, чтобы он доложил. Я добежал до ворот — и мне сказали, что госпожа Мэн уже вышла с отрядом... — голос телохранителя был полон горечи. Он, сильный воин пятого уровня царства Линмин, хотел сражаться на передовой — а не бегать за сумасшедшей девчонкой и разбираться с тем, что она натворила.
Хань Шаолин рванул к краю стены, высунулся между зубцами и тяжело задышал, как загнанный бык. В его взгляде, устремлённом вниз, не было и тени нежности. Он боялся за свою собственную жизнь.
У ворот уже расходились два отряда. Один собирал чёрные железные стрелы, другой убирал туши мрачных духов у подножия стены — их нельзя было оставлять, иначе они стали бы лестницей для следующей волны.
Сан Юаньюань посмотрела вдаль и увидела, как быстро приближается алая волна мрачных духов. Впрочем, времени было достаточно. Отряды были хорошо обучены и могли выполнить задание и вернуться до того, как враг подойдёт.
Забили боевые барабаны. Защитники на стене оживились, накладывая стрелы и прицеливаясь в первую волну. Отряд, собиравший стрелы, уже вернулся. Отряд, убирающий туши, задержался на полпути. Издали было видно, как один из бойцов согнулся, словно его тошнит. Ясно — хрупкая девушка не выдержала вида крови и запаха смерти.
Стены задрожали от грохота — чёрные стрелы, словно саранча, взлетели с высоты ста метров, описывая смертоносные дуги, и обрушились на первую линию врага. Алая волна взорвалась криками, пронзительными до дрожи. Отряд, убирающий туши, замешкался. Они были в трёхстах метрах от ворот, если не успеют уйти, их накроет следующая волна!
Сан Юаньюань удивлённо подумала: «Почему бы кому-нибудь просто не подхватить Мэн Ую и не утащить её обратно? Зачем давать ей задерживать весь отряд и ждать, пока их накроют мрачные духи?»
Что это за странное свойство — быть обузой для всех вокруг?
— Спускайте канат, — процедил Хань Шаолин сквозь зубы. — Она не позволит никому к себе прикасаться.
Тяжёлая чёрная цепь, свисавшая с зубцов стены, начала разматываться. Хань Шаолин схватился за неё одной рукой и прыгнул вниз.
Ю Умин подозвал Коротышку, тот подбежал, виляя хвостом. Под брюхом у него висел большой чёрный меч. Мужчина медленно вытащил его, одной рукой взялся за рукоять, другой погладил ножны. Люди правителя Ханьчжоу мгновенно насторожились, встав полукругом, чтобы защитить канат.
Ю Умин закинул меч за спину. Затем он обнял Сан Юаньюань за плечи, прижал к зубцам стены и прошептал ей на ухо:
— Он спасает другую женщину. Тебе больно?
Это был вопрос с подвохом. Сан Юаньюань бросила на него быстрый взгляд и тихо ответила:
— Это не ты спасаешь красавицу. С чего бы мне переживать?
Ю Умин вздрогнул, повернул её голову в другую сторону и пробормотал:
— Опасная женщина. Ты меня погубишь.
Рука, лежавшая на её плече, скользнула вниз и ухватилась за её пояс. Сан Юаньюань показалось, что он собирается сбросить её вниз. Она быстро ухватилась за его пояс в ответ. Девушка обернулась и посмотрела на него — Ю Умин смеялся, глаза его сияли. Над алыми, словно лепестки, губами виднелись острые белые зубы.
— А, — сказал он. — Моя маленькая ягодка хочет умереть вместе со мной. Значит, она действительно меня любит.
Они стояли, вцепившись друг в друга за пояса. Только когда правитель Ханьчжоу со свистом спустился по канату к подножию стены, Ю Умин разжал пальцы.
Сан Юаньюань осенило:
— Ты ведь хотел сбросить меня на него, да?
Взгляд Ю Умина стал откровенно виноватым. Сан Юаньюань расхохоталась от злости, почти закричав шёпотом:
— Я дочь правителя Санчжоу! С таким статусом можно найти тысячу применений! А ты хотел использовать меня как мешок с песком?!
Она так разозлилась, что забыла — перед ней самый известный безумец во всём мире. Она повысила на него голос. Настоящая смелость, но даже у мешка с песком есть гордость.
Ю Умин притворно уставился вдаль. Сан Юаньюань сделала два глубоких вдоха, заставила себя успокоиться и посмотрела вниз. Хань Шаолин уже добрался до девушки, обнял её и ухватился за канат одной рукой. Наверху телохранители принялись крутить лебёдку, поднимая их наверх.
В этот момент первые мрачные духи прорвались сквозь стрелы и достигли стены. Один из них высоко подпрыгнул и щёлкнул зубами впустую. Крик Мэн Ую эхом разнёсся у подножия стены. Из-за неё отряд, убирающий туши, не успел вернуться в город. Мрачные духи подошли, и ворота пришлось закрыть. Они остались снаружи, ибм предстояла верная смерть. А та, что стала причиной, дрожала в объятиях мужчины, в целости и сохранности вернувшись на стену. Она с ужасом посмотрела вниз.
— Ах! Их окружили! — закричала она пронзительно, срываясь на плач. — Спасите их! Почему вы закрыли ворота?! Откройте! Хань Шаолин, спаси их!
В голове Сан Юаньюань промелькнули сцены из десятков мыльных опер. Все эти героини — будто с одного конвейера! Хань Шаолин отшвырнул Мэн Ую, опёрся руками о стену и с трудом сдерживал ярость. Это была мелочь, но она могла испортить его репутацию.
Сан Юаньюань почувствовала, как ветер пронёсся мимо. Ю Умин, как тень, преодолел десять метров, схватил Мэн Ую за пояс и одним движением перевернул её вниз головой. Девушка полетела вниз.
— Иди, спасай, — улыбнулся Ю Умин, как ангел.