Отряд Ю Умина добрался до юго-восточной части Ючжоу. На юге отсюда лежал Цзянчжоу, на востоке — Тяньду, а климат здесь был чрезвычайно сухим: куда ни посмотри, повсюду простирались жёлтые пески. Торговый караван не мог двигаться со скоростью армии — слишком быстрая езда сразу привлекла бы внимание и вызвала подозрения, поэтому по пустоши приходилось ползти со скоростью черепахи.
За несколько дней такого неторопливого путешествия Сан Юаньюань успешно добралась до шестого уровня ступени Линин. Теперь её духовная сила стала чистого изумрудного цвета, похожего на мягкий нефрит, и каждый раз, погружаясь в медитацию и видя этот прозрачный прекрасный оттенок, она невольно представляла себя бесценной статуэткой, вырезанной из цельного куска жадеита.
Подсолнухи уже достигали длины предплечья, а выступавшее из сердцевин голубоватое сияние становилось почти жидким, напоминая драгоценную концентрированную эссенцию. Сан Юаньюань засаживала ими Ю Умина с ног до головы, и стоило ему погрузиться в медитацию, как он превращался в подобие огромного кактуса, в котором человеческие очертания угадывались лишь приблизительно. Так ему и надо. Нечего быть таким страшным.
◇◇◇
В тот день Агу, до сих пор молча сопровождавший караван, неожиданно подошёл к повозке и попросил аудиенции у Ю Умина.
— Господин, примерно в восьми километрах отсюда находится могила моего благодетеля. Я хотел бы навестить её, возжечь благовония и подсыпать земли. Прошу позволения!
До границы Ючжоу с Цзянчжоу оставалось меньше пятидесяти километров, и Агу прекрасно понимал, что его просьба может повлечь ненужные осложнения, поэтому на длинном худом лице читались одновременно стыд и нерешительность. После недолгого молчания из повозки донёсся спокойный голос Ю Умина:
— Поедем вместе.
Он распахнул деревянную дверь, вышел на козлы, некоторое время всматривался вдаль, а затем поманил Сан Юаньюань.
— Вон там. — Он указал на юго-восток. — Не смотри, что сейчас Агу такой грозный. В детстве был никчёмным слабаком, валялся в грязи и позволял всем кому не лень себя обижать.
Агу неловко почесал голову:
— Господин опять надо мной смеётся.
Сан Юаньюань выбралась из повозки и, встав на цыпочки, посмотрела на юго-восток. Расстояние было слишком большим — она различила лишь невысокие горы и островки зелени между ними, словно крохотный оазис посреди пустоши.
— Там родина генерала Агу? — с интересом спросила она.
Тот осторожно покосился на Ю Умина, но он лишь равнодушно махнул рукой:
— Я эту историю восемьсот раз слышал, уши уже мозолями покрылись. Только потише рассказывай, не мешай мне.
И скрылся в повозке. Агу снова почесал голову и смущённо признался:
— Когда напьюсь, люблю вспоминать прошлое. Причём ещё и считаю, что кому попало мою историю слушать не положено. Вот каждый раз, как храбрости после выпивки наберусь, иду к господину и начинаю...
Сан Юаньюань прыснула, живо представив, как Ю Умин в такие минуты мечтает достать клинок и кого-нибудь зарубить. Агу захихикал:
— На самом деле господин только с чужими такой страшный. Я-то знаю, меня он по-настоящему не зарубит. Хотя... нет, погодите. Рубил.
Он поднял руку и указал на затылок.
— Когда мне было семь, я заболел какой-то странной болезнью, и вот здесь выросла ещё одна голова. — Его взгляд слегка потускнел. — Меня объявили чудовищем и бросили в реку, но, к счастью, один человек спас меня и забрал к себе.
Агу немного помолчал и продолжил:
— Мой благодетель был учителем. После того как он приютил меня, многие ученики перестали ходить к нему заниматься. Он жил один и растил двухлетнего сына, а из-за меня лишился заработка, и мне было ужасно стыдно.
В глазах мужчины заблестели слёзы, а взгляд устремился куда-то в далёкое прошлое.
— За всю жизнь я больше не встречал такого человека. Настоящий благородный муж: мягкий, воспитанный, чистый, словно нефрит. А маленький господин был точно бессмертный ребёнок, спустившийся с небес.
На губах Агу невольно появилась улыбка.
— Деревенские меня били, ругали, камнями забрасывали, а я в ответ воровал у них кур и уток, выдёргивал овощи с грядок, ловил в реке рыбу и кормил всем этим благодетеля с маленьким господином! А потом мне ещё и невероятно повезло: однажды я спал и вдруг сам собой прошёл очищение тела и вступил на первый уровень ступени Линин.
— Вот это действительно удача! — искренне воскликнула Сан Юаньюань.
Лицо Агу просветлело.
— После этого я смог поглощать духовную силу дерева. Я тогда решил: стану сильным, пойду в армию, буду уничтожать мрачных духов, прославлю благодетеля и заработаю столько, чтобы он с маленьким господином каждый день жили в достатке!
И тут Сан Юаньюань внезапно вспомнила, зачем Агу попросил остановиться: он хотел навестить место, где покоился благодетель. Улыбка мужчины стала горькой.
— Кто бы мог подумать, что такая жизнь продлится всего три года. Лишь потеряв всё, я понял: о каком ещё лучшем будущем я мечтал? Быть рядом с благодетелем и маленьким господином, ловить для них рыбу — вот это и была самая счастливая жизнь.
Сердце Сан Юаньюань сжалось, а глаза Агу постепенно покраснели.
— Однажды благодетеля внезапно схватили. Маленького господина тоже увели. Я ждал очень долго, а дождался лишь останков. Сказали — государственная измена. Смешно! Обычный сельский учитель — какую власть он мог свергать?!
Его голос становился всё глуше.
— Я понимал, что не способен отомстить, и не знал, что стало с маленьким господином. Ему ведь было всего пять! Мне оставалось только стиснуть зубы и жить дальше: искать сведения о ребёнке и изо всех сил совершенствоваться. Через десять лет наконец подвернулся шанс — я пробрался в восточный храм, чтобы убить врага...
Агу внезапно умолк, и Сан Юаньюань не выдержала:
— А дальше?
Он снова почесал голову.
— А дальше господин отрубил мне голову.
Сан Юаньюань остолбенела. Что вообще произошло с нормальной историей благодарности и мести и почему она внезапно превратилась в рассказ о призраках? Через мгновение до неё дошло: Ю Умин отрубил не настоящую голову Агу, а ту, лишнюю, из-за которой его считали чудовищем. Правда, легче от этого не стало.
— Неужели ты пытался убить... прежнего правителя Ючжоу? — понизив голос, спросила она.
Агу кивнул:
— Да. Это было десять лет назад. Я встретил господина и потерпел неудачу.
— А потом... пошёл за Ю Умином?
— Конечно! — серьёзно кивнул он.
Сан Юаньюань попыталась разложить всё по полочкам. Десять лет назад Агу не сумел убить прежнего правителя Ючжоу и присоединился к Ю Умину, а пять лет назад тот устроил кровавую резню на свадебном пиру — и тем самым, можно сказать, отомстил за своего подчинённого. Выходило, Ю Умин уже очень давно собирался уничтожить собственную семью, поэтому и прибирал к рукам людей, у которых с прежним правителем Ючжоу были кровавые счёты. Сама картина их знакомства выглядела до абсурда странно.
Ю Умин: «Хочешь убить моего отца?»
Агу: «Да!»
Ю Умин: «Тогда иди ко мне. Вместе вырежем всю мою семью!»
Агу: «Хорошо!»
В голове Сан Юаньюань окончательно сгустился туман. Голос родной матери Ю Умина, записанный в жемчужине памяти, был невероятно похож на голос Верховной правительницы Цзян Яньцзи. Но если его матерью действительно была она, как он вообще стал наследником Ючжоу? Сколько же тайн скрывал этот человек?
Сан Юаньюань покачала головой, решив пока не думать об этом.
— А потом ты нашёл маленького господина?
Взгляд Агу помрачнел. Он тихо покачал головой.
— Если маленький господин ещё жив, наверняка вырос таким же красивым и статным, как наш господин.
Перед глазами Сан Юаньюань невольно возникла картина: обычная деревушка, красивый молодой учитель ведёт по залитой закатным светом дороге очаровательного малыша, похожего на фарфоровую куколку, а рядом идёт странный мальчишка с лишней маленькой головой и со смущением и искренним восхищением смотрит на эту пару. Жаль, что прекрасную картину однажды безжалостно разорвали.
За разговором впереди уже показалась деревня. Агу не стал заходить внутрь, а обогнул поселение, поднялся на небольшой безлюдный холм и в неприметном уголке нашёл скромную могилу.
— Всё-таки его обвинили в измене. Даже надгробие поставить нельзя.
С красными глазами Агу зажёг перед могилой благовония.
— Фамилия моего благодетеля была Мин. Я никогда этого не забуду.
Он несколько раз поклонился и тихо заговорил:
— Благодетель, Агу до самой смерти не перестанет искать маленького господина. Если ваш дух ещё видит этот мир, прошу, укажите мне путь. Позвольте найти его и всю жизнь защищать. Благодетель, нынешний Агу уже не тот никчёмный мальчишка. Теперь Агу великий генерал! Я обязательно смогу защитить маленького господина и устроить ему такую жизнь, чтобы он каждый день ел и пил самое лучшее!
Сан Юаньюань слишком легко заражалась чужими чувствами, и глаза сами собой увлажнились. Вернувшись в повозку, она обнаружила, что Ю Умин не медитирует. Он сидел совершенно прямо и смотрел перед собой каким-то отсутствующим взглядом, словно сквозь стены видел ту одинокую могилу. Заметив её возвращение, мужчина медленно повернул чёрные глаза, а потом неожиданно прыснул:
— Маленькая Сан, ты даже на чужой могиле плачешь?! Тебе-то какое дело?!
Он хлопнул себя по колену и расхохотался. Сан Юаньюань сердито отвернулась и яростно вытерла глаза. Ну да, слишком сильно сопереживает. И что теперь? Ю Умин радостно затащил её в объятия.
— Понятно. Маленькая Сан сделана из воды, — заключил он. — Когда умру, обязательно заберу тебя с собой. А то станешь каждый день реветь на моей могиле и ещё размочишь меня там.
Она сердито покосилась на него, но всё-таки тихо прижалась к груди. Его состояние заметно улучшилось, хотя Сан Юаньюань понятия не имела, насколько в этом помогли её подсолнухи. Разница между их уровнями была слишком велика: если Ю Умин всерьёз занимался собственным исцелением во время медитации, её жалкие умения рядом с его способностями даже сравнивать было смешно.
— Как думаешь, Агу когда-нибудь найдёт маленького господина? — тихо спросила она.
Ю Умин пренебрежительно фыркнул.
— Теперь Агу — прославленный генерал, первый человек под твоим началом и глава Теневой стражи. Если тот ребёнок ещё жив, было бы замечательно: он наверняка сумел бы защитить его и подарить спокойную, счастливую жизнь.
Ю Умин опустил глаза и взглянул на неё.
— Вот как.
— Конечно.
Сан Юаньюань тихо вздохнула. Агу уже восемьсот раз рассказывал Ю Умину эту историю, и если бы маленького господина можно было найти, Ю Умин наверняка давно помог бы его разыскать — такую прекрасную возможность завоевать преданность подчинённого никто не упустил бы. Если посчитать, когда отца с сыном схватили, Ю Умину было всего четыре или пять лет. Он сам тогда находился одной ногой в могиле из-за слабого здоровья и никак не мог знать о столь незначительном событии, произошедшем где-то далеко. Немного подумав, Ю Умин велел каравану двигаться прямо на юг, к границе Ючжоу и Цзянчжоу.
— Вон там застава Тяньфэн. Моя, — самодовольно сообщил он, указывая вдаль.
— Угу. Твоя, — кивнула Сан Юаньюань.
Его рука медленно сместилась к востоку.
— Ущелье.
— Ущелье, — повторила она, совершенно не понимая, к чему он ведёт.
Ю Умин спрыгнул с повозки, затащил её на спину Коротышки и повёл зверя к узкому горному проходу. Ущелье оказалось настолько тесным, что рядом едва могли пройти один-два облачных зверя. По обе стороны возвышались огромные выветренные скалы, а ветер гнал вдоль земли песчаную пыль, поднимая её примерно на тридцать сантиметров. Казалось, будто Коротышка ступает по жёлтому туману. Облачный зверь прекрасно понимал хозяина и без приказа замедлился, неторопливо двигаясь вперёд.
— Маленькая Сан, ты ведь как дурочка поверила всему, что рассказал Агу?
Не дожидаясь ответа, Ю Умин продолжил:
— С его-то способностями самостоятельно пройти очищение тела, да ещё без духовной жидкости? Ха.
— А? — Сан Юаньюань недоумённо посмотрела на него.
— Конечно, ему кто-то помог! — Ю Умин весело оскалился. — Этот Мин вовсе не был обычным человеком. Теперь понимаешь? Смотри сюда... Видишь?
Он указал вперёд. Прямо посреди узкого ущелья неожиданно открывалось огромное пустое пространство: скалы справа и слева словно срезали гигантским клинком, образовав широкую округлую впадину. Если взглянуть сверху, весь проход напоминал тонкую нить с нанизанной посередине крупной бусиной. Сан Юаньюань запуталась ещё сильнее.
«Как эта странная местность доказывала, что благодетель Агу был необычным человеком?»
Она вопросительно повернулась к Ю Умину, а тот опустил взгляд.
Сквозь песчаную дымку солнечный луч упал прямо на её лоб, заставив гладкую кожу мягко сиять. Ю Умин словно поддался внезапному порыву и легко поцеловал её в висок, после чего заметил приоткрытые от удивления губы. Они почему-то показались куда привлекательнее. Он бессознательно наклонился, но в тот самый миг, когда их губы соприкоснулись и кончик языка едва коснулся её, Ю Умин всем телом вздрогнул. Словно поражённый молнией, он судорожно отшатнулся назад.
Сан Юаньюань увидела, как его лицо мгновенно приобрело синеватый оттенок, губы побелели, а по виску скатилась крупная капля холодного пота. Зрачки сжались почти в точки, зубы невольно впились в нижнюю губу, и выступила кровь. В глазах бушевало безумие — точно чёрное море перед началом шторма. Ю Умин поднял руку и неожиданно мягко положил ладонь ей на шею, а пальцы осторожно сомкнулись.
— Умри...
Бессознательный шёпот сорвался с губ. Из ранки медленно вытекала кровь и стекала по уголку рта. Коротышка в тревоге принялся яростно рыть землю всеми четырьмя копытами. Глаза Ю Умина широко распахнулись, и радужки почти затерялись среди белков. Слегка покачивая головой, он приблизил лицо к Сан Юаньюань и медленно слизнул кровь с уголка губ; во взгляде было что-то болезненное, нечеловеческое.
Пальцы на её шее дрожали, то разжимаясь один за другим, то снова сжимаясь. Дыхание стало тяжёлым и частым, на губах появилась возбуждённая улыбка — так хищник смотрит на пойманную добычу за мгновение до того, как вонзить клыки ей в горло. Сердце Сан Юаньюань болезненно сжалось: на этот раз приступ накрыл его полностью и оказался страшнее всех предыдущих. Размышлять о причинах было некогда. Она встретила искажённый взгляд мужчины и заставила собственный голос звучать как можно мягче и спокойнее.
— Ю Умин, это я. Твоя Маленькая Сан.
Его тело качнулось.
— Ма... лень... кая... Сан...
— Маленькая Сан, которая любит тебя. — Она улыбнулась. — Маленькая Сан шестого уровня ступени Линин. Совершенно безобидная Маленькая Сан.
Не отводя взгляда, она продолжила:
— Та самая Маленькая Сан, которая каждый день говорит, что любит тебя, и каждый день легонько целует. Ю Умин, ты ведь сам говорил, что каждый день хочешь получать моё «люблю» и мой «вкус». Неужели забыл? Я твоя Маленькая Сан...
Взгляд снова дрогнул.
— Маленькая Сан.
Он несколько мгновений неподвижно смотрел на неё, и чёрные волны в глазах постепенно улеглись. Когда сознание вернулось, Ю Умин резко отдёрнул руку, словно обжёгся, а через мгновение наклонился, поднял её подбородок и внимательно осмотрел шею со всех сторон. Затем приблизился и несколько раз подул.
— Больно? — нервно спросил он.
На самом деле мужчина даже не успел по-настоящему сжать пальцы. Сан Юаньюань обиженно посмотрела на него:
— А сам как думаешь?
— Наверняка ужасно больно, — раздражённо цокнул языком Ю Умин. — Маленькая Сан ведь из воды сделана. Нежная, слабенькая — тронешь пальцем, и уже разваливается.
Она тут же изобразила тяжело раненную и бессильно привалилась к его груди. Под её ухом бешено колотилось его сердце.
— Почему ты вдруг захотел меня убить? Я что-то сделала не так?
Ю Умин застыл и лишь через некоторое время сухо произнёс:
— Нет. Дело во мне.
Она подняла голову и заметила, как беспокойно мечется его взгляд.
— Здесь произошло что-то очень плохое? — осторожно спросила она.
После долгого молчания он хрипло ответил:
— М-м.
Сан Юаньюань мягко прижалась к нему и с огромным трудом вытянула шею, чтобы дотянуться до лица. На уголок его губ лёг лёгкий поцелуй, а затем девушка бессильно сползла вниз, словно вот-вот собиралась умереть прямо у него на руках.
— Я хочу всегда быть рядом с тобой. Уничтожить всех врагов и вместе с тобой... жить. По-настоящему жить.
Сердце Ю Умина дрогнуло. Он взял её лицо в ладони — неуклюже и осторожно, словно ребёнок, боящийся случайно сломать любимую игрушку.
— Настолько боишься смерти? Что хорошего в жизни? — быстро и тихо пробормотал он.
Она поджала губы.
— Ю Умин, если я умру, ты будешь плакать?
Он помедлил.
— Нет.
Затем нахмурился.
— Я заставлю весь мир отправиться за тобой.
Сан Юаньюань молча посмотрела на него.
— А ты? Почему сам со мной не пойдёшь?
Ю Умин не ответил. Его сердцебиение постепенно успокоилось, тонкие губы сжались, а спустя несколько мгновений уголки внезапно поползли вверх. Он громко расхохотался:
— Маленькая Сан! Ты ужасно изображаешь умирающую!
Она снова молча уставилась на него.
«Ну всё. Приступ точно закончился».
Ю Умин посмотрел на неё и натянуто улыбнулся:
— Я ведь не стану по-настоящему причинять тебе вред.
— Угу. Я верю, что ты меня не обидишь.
Она ласково улыбнулась и опустила голову. Но Ю Умин мгновенно заметил разочарование в её глазах. Он понял, что она совершенно ему не поверила, и прекрасно знал почему: он сам не верил собственным словам. Внутри поднялось раздражение.
— А за то, что ты закидала меня своими огромными цветами, я ещё с тобой не рассчитался!
Сан Юаньюань через силу подняла глаза и послушно улыбнулась:
— А, так ты заметил.
Даже огромные цветы не смогли её развеселить. Чёрные глаза Ю Умина быстро метнулись туда-сюда.
— Маленькая Сан, ты что, дурочка? Они ночью сами поворачиваются обратно на восток! Ты даже этого не знала?! Ха-ха! Да это любой трёхлетний ребёнок знает!
— Вот как...
Она улыбнулась, но глаза привычно не изогнулись полумесяцами. Ю Умин преувеличенно воскликнул:
— А ты что думала? Что они все по твоей команде разом повернут головы и напугают меня до смерти?! Ой, как страшно!
Он изо всех сил, неуклюже и отчаянно пытался её рассмешить. Она подняла лицо и снова ему улыбнулась, однако по-прежнему выглядела поникшей, словно цветок после сильного дождя. Ю Умин нахмурился. Внутри всё кипело от непривычного раздражения, но впервые ему совершенно не хотелось никого убивать, и вдруг пришло осознание: его приступы способны приводить к последствиям, которые ему очень не нравятся.
Инстинкт подсказывал, что теперь придётся раскрыть ещё немного своих секретов, иначе Маленькая Сан не успокоится. Нужно было объяснить ей: он действительно сделал это не намеренно. Само желание казалось настолько странным, что Ю Умин не понимал, холодно ему или жарко, а тело даже слегка подрагивало. Он плотно сжал губы, натянул поводья, вывел Коротышку на самое открытое место и указал на скалы вокруг.
— Смотри. Всё это — следы сражения сильнейших. Он не хотел втягивать деревенских, поэтому покорно ушёл с теми людьми из деревни, а уже здесь начал сражаться.
Сан Юаньюань поняла: под «ним» Ю Умин подразумевал учителя Мина — скрывавшегося в деревне могущественного мастера. Она тихо кивнула и внимательно слушала, понемногу оживая. Ю Умин украдкой следил за её лицом и, увидев, что девушка расслабилась, сам немного разжал напряжённые губы.
— Видишь вон то?
Он указал на странно искривлённую скалу.
— Сдвинуть горы и перевернуть моря. Убийственная техника Хуанфу Цзюня.
«Хуанфу Цзюнь?!»
Сан Юаньюань широко раскрыла глаза. Значит, отца и сына схватил вовсе не прежний правитель Ючжоу — это сделал Хуанфу Цзюнь?! Ю Умин тихо рассмеялся и указал на огромную впадину напротив:
— Хуанфу Цзюнь проигрывал. Даже применил свой сильнейший приём — и всё равно не справился с Мином.
Следуя за его рукой, Сан Юаньюань рассматривала следы чудовищной силы на камнях, и перед глазами словно действительно оживала великая битва, произошедшая больше двадцати лет назад.
— А ведь господин Мин ещё и защищал пятилетнего ребёнка, — тихо произнесла она.
— Именно. — Ю Умин равнодушно кивнул. — Вот и сама посуди, насколько Хуанфу Цзюнь слабак.
Слово «слабак» он несколько дней назад подхватил у Сан Юаньюань и теперь пользовался им с заметным удовольствием.
— А потом? — В её глазах вновь появился живой интерес.
— Потом...
Ю Умин улыбнулся, а на виске медленно запульсировала жила. Сан Юаньюань вдруг почувствовала: если бы он только что не пережил один приступ, сейчас наверняка начался бы второй. К счастью, пока наступил период затишья.
— Потом появилась женщина. — Ю Умин покосился на неё. — Цзян Яньцзи.
Сердце Сан Юаньюань подпрыгнуло. Она ещё не успела ничего осмыслить, а по спине уже пробежал холод.
— Никчёмная женщина, которая после родов лишилась способности совершенствоваться, — в глазах Ю Умина появился змеиный холод. — Вот такая никчёмная женщина. Именно такая.
Он тихо рассмеялся, взял Сан Юаньюань за руку и быстро повёл вперёд.
— Вот здесь. Можешь представить Цзян Яньцзи, рыдающую как безумная? Она устроила целое представление: бросилась к отцу с сыном, будто пытаясь их защитить, и кричала, что искала их долгие годы, что безумно скучает по родному ребёнку и едва не сошла от тоски с ума. Мин так легко ей поверил, а во время поцелуя она его отравила.
Сердце Сан Юаньюань болезненно сжалось. Вот почему несколько минут назад, когда он поцеловал её именно здесь, начался приступ.
— Господина Мина и... маленького господина так и захватили? — хрипло спросила она.
Конец этой истории она уже знала от Агу: господин Мин погиб.
— Да, — легко рассмеялся Ю Умин. — Вот видишь, Маленькая Сан, насколько страшно женское коварство.
Он беспечно пошёл вперёд. Сан Юаньюань смотрела на его спину и чувствовала, как холод пробирает всё тело.
— Ю Умин.
Он остановился, но не обернулся. Она с трудом выговорила:
— Ты... ты и есть тот...
Ю Умин повернул голову. В чёрных глазах пылало пламя, губы растянулись в улыбке асуры, а голос прозвучал низко и хрипло:
— Я и есть тот маленький господин.
В одно мгновение Сан Юаньюань показалось, что весь окружающий мир погрузился в абсолютную тишину.
— Маленькая Сан. — Он сделал шаг к ней. — Теперь ты знаешь ещё один мой секрет. Во всём мире его знаешь только ты.
Он улыбался ласковее весеннего ветра.