Услышав от Сан Буцзиня, что Нин Хунцай уже спрятан в безопасном месте, Сан Юаньюань наконец почувствовала, как отпускает мучившая её тревога. Напряжение схлынуло так внезапно, что она даже покачала головой и с довольным вздохом произнесла:— Не зря мы сюда приехали!
Но лицо Сан Буцзиня резко изменилось. Взмахнув красным рукавом, он заслонил сестру собой. Юаньюань недоумённо выглянула из-за его плеча и увидела мужчину, который шёл к ним с другого конца переулка. От него исходила такая убийственная аура, что с его появлением даже свет вокруг словно померк, а тёплый ветер показался пронизывающе холодным.
Это был... Ю Умин.
Он тяжело шагал по переулку и вскоре оказался перед ними. Его лицо было мертвенно-бледным, губы — бескровными, а в глазах будто горели два призрачных огонька. От него веяло таким холодом, что мороз пробирал до костей. Сан Юаньюань ошеломлённо смотрела на него, не в силах собраться с мыслями.
Ю Умин слегка поднял руку, и с крыши легко спрыгнула кукла. Приземлившись на его согнутую руку, она подняла маленькое личико и невинно улыбнулась брату и сестре.— Попалась, — спокойно произнёс Ю Умин. — Маленькая ягодка Сан, куда это ты собралась?
Его голос звучал ровно, однако намерение убить Сан Буцзиня невозможно было не заметить. Тот нахмурился, и вокруг него вспыхнула духовная сила огня. Напряжение между мужчинами мгновенно достигло предела.
Куклу окутал тёмный сизо-зелёный туман. Её красивое личико скрылось в клубящейся дымке, а воздух вокруг словно заледенел. Это была духовная сила чрезвычайно могущественного мастера!
Сердце Сан Юаньюань дрогнуло — она наконец всё поняла.
«Так вот оно что. Эта кукла и правда была оружием, причём чрезвычайно опасным».
После покушения на Хуанфу Цзюня двое сильнейших мастеров покинули императорский дворец. Пока Верховная правительница была отвлечена происходящим, кукла, скорее всего, тайно проникла внутрь и напала на Цзян Яньцзи. Только такое маленькое создание могло среди бела дня пробраться во дворец, незаметно подобраться к ней и не вызвать подозрений.
Сан Юаньюань тихо втянула воздух. Совсем недавно, глядя на спящего Ю Умина, она ещё испытывала к нему жалость. Тогда ей казалось, что, несмотря ни на что, он тоже обычный человек: может получить рану, ослабеть, выложиться до последнего и всё равно потерпеть неудачу. Но она явно его недооценила. Одного Хуанфу Цзюня ему было мало — Ю Умин собирался одним ударом избавиться сразу от двоих.
— Маленькая ягодка Сан, — уголки его губ медленно растянулись в улыбке. — Пока я спал, ты тайком связалась с другими и решила от меня сбежать. Так?
Улыбка становилась всё страшнее, и Сан Юаньюань вдруг показалось, будто внутри него что-то окончательно надломилось. Кукла уже готовилась напасть. Сквозь тёмный туман проступали два огромных чёрных глаза, неотрывно следивших за Сан Буцзинем. Ещё мгновение — и она бросится на него.
Сан Юаньюань резко толкнула брата в сторону, подхватила юбку и бросилась к Ю Умину, едва не сбив его с ног. Его зрачки сузились, а уже взметнувшая руку кукла замерла.— Ты зачем вообще сюда притащился?! — Юаньюань схватила его за ворот и набросилась куда яростнее, чем он на неё. — Ты понимаешь, что ещё не оправился от ран?! Жить надоело?! Прекрасно! Тогда давай, умирай! А я следом! И мстить никому не стану! Умрём вместе — и дело с концом!
Ю Умин опешил. Уставился на неё, шевельнул губами, но так ничего и не сказал. Юаньюань выглядела настолько возмущённой и уверенной в собственной правоте, что он вдруг почувствовал: похоже, что-то всё-таки понял неправильно. Сизо-чёрный туман вокруг куклы рассеялся, словно втянувшись обратно в её тело.
— Я столько цветов на тебе вырастила, чтобы ты спокойно лежал и восстанавливался! — продолжала кричать Юаньюань, сердито поджав губы. — А ты вот так обращаешься с моими стараниями?! Всё! Больше ничего не будет! Никогда! Ни одного цветка на тебе не выращу!
Она продолжала его отчитывать, а по щекам уже катились слёзы. Глаза покраснели, щёки надулись — казалось, ещё немного, и она взорвётся от злости.
Дыхание Ю Умина на миг сбилось, кадык дрогнул. Затем он взмахнул рукой, отправляя куклу обратно на крышу, и та мгновенно исчезла из виду. Взяв Юаньюань за плечи, он с трудом отодвинул её примерно на тридцать сантиметров, прижал ладонь к груди и тяжело перевёл дыхание.— Вот уж красавица, лёгкая словно ласточка, — с обидой пробормотал он. — Ещё немного — и ты бы меня насмерть раздавила.
Юаньюань возмутилась ещё сильнее:— Куда мне было уходить?! Куда?! Я голову ломаю, как вытащить тебя из этого проклятого места и увезти домой! А ты?! Я столько времени потратила, чтобы залечить твои раны, а тебе самого себя совсем не жалко! Все мои старания псу под хвост! И после этого ты ещё смеешь меня подозревать?! Как ты вообще мог?!
Ю Умин промолчал.
Сан Буцзинь тем временем окончательно потерял дар речи, никак не в силах осмыслить представшую перед ним картину. Младшая сестра вовсю отчитывала самого страшного безумца на свете, а тот стоял как деревянный истукан и покорно всё выслушивал. Более того, в его тёмных, пугающе пустых глазах даже мелькало нечто похожее на неловкость и чувство вины.
Ю Умин медленно опустил взгляд на сердито поджатые губы Юаньюань.— Ладно, считай, я зря тебя заподозрил, — тихо произнёс он.
Для такого человека даже эти слова означали невероятную уступку. Решив не перегибать палку, Сан Юаньюань тут же обернулась:— Брат, иди сюда. Помоги его поддержать.
Сан Буцзинь недовольно приблизился и, внимательно осмотрев Ю Умина, понял, что тот действительно едва держится на ногах. Раненый тоже оглядел его с головы до ног. Уголок рта дёрнулся раз, потом другой — он явно хотел что-то сказать, но в конце концов проявил редкую воспитанность и промолчал.
Две «красавицы» подхватили Ю Умина с обеих сторон и повели обратно на базу. На свою Маленькую ягодку Сан он опираться не пожелал. Вместо этого закинул руку на шею Сан Буцзиня и без малейших угрызений совести превратил будущего шурина в бесплатную опору.
Мужчины с самого начала испытывали друг к другу необъяснимую неприязнь, а стоило им оказаться так близко, как оба принялись исподтишка мериться силами: Ю Умин всё сильнее наваливался на будущего шурина, а тот из принципа не уступал. Вскоре неприязнь переросла в молчаливое состязание.
Пока эти двое развлекались, Агу на базе едва не сходил с ума от беспокойства. Увидев вернувшегося правителя, он бросился навстречу, несколько мгновений молча смотрел на него, а затем сжал губы, словно вот-вот расплачется.— Правитель...
Но тут его взгляд метнулся в сторону и остановился на Сан Буцзине. Зрачки Агу мгновенно сузились.
«Так это же та самая женщина, которая увела Нин Хунцая!»
Нахмурившись, он медленно перевёл взгляд на тесно прижавшихся друг к другу мужчин. Почти весь вес правителя приходился на незнакомую «женщину». Со стороны казалось, будто они стоят в обнимку, совершенно не заботясь о приличиях, хотя на самом деле продолжали исподтишка мериться силами.
Ю Умин всё крепче сжимал плечо Сан Буцзиня, тот отвечал тем же, а при каждом столкновении взглядов между ними вспыхивала немая враждебность. Сан Юаньюань при этом словно вообще осталась не у дел.
Агу невольно снова посмотрел на незнакомку. Эта ослепительная красавица в красном и правда чем-то напоминала госпожу Сан. И тут он вспомнил историю Хань Шаолина. Именно из-за того, что тот нашёл себе похожую на Сан Юаньюань Мэн Ую, отношения между ними окончательно испортились. Этим и воспользовался их правитель, забрав красавицу себе.
И вот не прошло и нескольких дней, как его собственный господин решил повторить ошибку Хань Шаолина?! У Агу даже зубы заныли от беспокойства. Он совершенно не понимал этих высокородных господ: зачем им непременно нужна какая-то замена? Чем настоящая-то не устраивает?
Решительно шагнув вперёд, он перехватил Ю Умина и подозрительно уставился на Сан Буцзиня. Тот опешил.
«Что ещё за взгляд, будто я вор какой-то? Что я вообще, по его мнению, собираюсь сделать с Ю Умином? Мне мужчины вообще-то не нравятся!»
В этот момент нефритовая пластинка на теле Агу вспыхнула, и послышался голос Девятого:— Брат Агу, передовой пункт разгромили!
Агу мгновенно посерьёзнел.— Правитель, через два-три дня они наверняка доберутся по следу и до нас! Я всё подготовлю и силой выведу вас из города!— Не нужно. — Ю Умин перевёл взгляд на Сан Буцзиня.
Сан Юаньюань тоже жалобно посмотрела на брата. Тот молча вздохнул.
«А что ещё оставалось? Конечно, всё опять придётся брать на себя».
Устроив раненого, Сан Буцзинь покинул базу Ючжоу и отправился организовывать их выезд из города. Агу остался возле лежанки и с тревогой произнёс:— Правитель, разве можно настолько доверять незнакомой женщине? А если она донесёт...— Не донесёт, — не открывая глаз, перебил Ю Умин.
Услышав такую уверенность, Агу едва не ахнул и с беспокойством покосился на Сан Юаньюань.
«Правитель настолько доверяет какой-то неизвестной женщине... А что же почувствует госпожа Сан?!»
От одних этих мыслей Агу готов был волосы на себе рвать. Он служил Ю Умину больше пяти лет и прекрасно знал, насколько тот отличается от обычных людей. В нём словно не хватало чего-то человеческого, и в любой момент он мог окончательно потерять интерес к собственной жизни. За все эти годы ничего не изменилось — лишь после появления Сан Юаньюань в нём впервые пробудилось что-то живое.
По мнению Агу, во всём мире существовал только один человек, способный удержать его господина от саморазрушения, — госпожа Сан. И никакая похожая на неё женщина её не заменит! Правитель просто временно лишился рассудка!
Долго промучившись, Агу наконец набрался решимости сказать всё прямо, даже если за это придётся поплатиться жизнью.— Правитель, не знаю, следует ли мне это говорить, но сегодня я обязан сказать!
Сан Юаньюань и Ю Умин удивлённо посмотрели на покрасневшего от напряжения Агу.— Говори.
Тот стиснул зубы:— Я и все наши братья признаём своей госпожой только госпожу Сан!
Ю Умин замолчал.
«Что ещё за чушь?»
Юаньюань тоже не нашлась с ответом.
«Меня, получается, только что заочно и окончательно утвердили в должности?»
Спустя некоторое время Ю Умин пристально посмотрел на неё.— Маленькая ягодка Сан, когда ты успела переманить на свою сторону моих людей?
Она невинно моргнула и тут же воспользовалась случаем:— А ты сам что думаешь? Всё ещё собираешься потом взять ещё двух младших жён?
Ю Умин холодно усмехнулся:— Мне и с тобой одной хлопот выше крыши! Нет уж, я ещё пожить хочу.
Получив однозначный ответ, Агу довольно потёр руки, расплылся в широкой улыбке и поспешно вышел, предусмотрительно закрыв за собой дверь.
У Юаньюань неожиданно защипало глаза. Помолчав немного, она тихо спросила:— Ты настолько доверяешь моему брату?— Не доверяю, — прямо ответил Ю Умин. — За ним следит кукла.
Она повернулась к нему. Взгляд мужчины уже рассеялся, а лицо утратило всякое выражение — было ясно, что больше он ничего не скажет. Тихо вздохнув, Юаньюань осторожно придвинулась и почти невесомо положила щёку ему на плечо.— Что с Цзян Яньцзи?
Ответ последовал не сразу:— Пока не умрёт.
Юаньюань кивнула и ласково потёрлась щекой о его плечо. Ничего удивительного: эта женщина забрала силу господина Мина, а затем десять лет занимала место Верховной правительницы. Насколько могущественной она успела стать за это время, трудно было даже представить.
Через некоторое время брови Ю Умина дрогнули.— Маленькая ягодка Сан, ты ведь не всерьёз сказала, что больше не будешь выращивать на мне свои огромные цветы? И ещё мне нужны эти... водоросли!
Сан Юаньюань уставилась на него.
«Какие ещё водоросли?!»
Лишь через несколько секунд она вспомнила, как в прошлый раз сплела из листьев длинные полосы духовной силы и закрыла ими его раны.
«Огромные цветы… Водоросли. Да уж, талант придумывать названия у Ю Умина был поистине удивительный».
Помогая себе руками и ногами, Юаньюань поднялась, снова вырастила на его груди целую россыпь подсолнухов, а заодно сплела длинные полосы «водорослей» и обмотала ими раненого так плотно, что он стал похож на мумию.
Закончив перевязку, она с удивлением обнаружила, что снова продвинулась в развитии. Духовная сила дерева приобрела оливково-зелёный оттенок и, судя по всему, продолжала темнеть. Юаньюань сразу принялась втягивать энергию из окружающего пространства, и постепенно её собственная сила приобрела насыщенный тёмно-зелёный цвет.
Она поднялась сразу на два уровня и достигла восьмого уровня Линин!
Прошло совсем немного времени, а до ступени Линмин оставался всего один шаг. Главным её отличием от Линин была способность высвобождать духовную силу за пределы тела. Стоило Юаньюань достичь Линмин — и она наконец по-настоящему вступит на путь мастера и тоже сможет с размахом запускать собственные «спецэффекты»!
Пока Сан Юаньюань радовалась этой мысли, Ю Умин внезапно открыл глаза.— Маленькая ягодка Сан, попробуй войти в моё тело...
Она вздрогнула и с ужасом уставилась на него.
«Он что, от ран совсем соображать перестал и сказал не то, что хотел?!»
Ю Умин глубоко вдохнул:— Не думай о всякой ерунде! Моё тело сейчас всё равно не в состоянии!
Сан Юаньюань промолчала.
«Да ты и раньше-то не мог».
Её взгляд настолько явно выражал эту мысль, что мужчина раздражённо продолжил:— В моём теле скопились яды духовной силы дерева, воды, огня и металла. Поэтому раны так долго не заживают. Я предлагаю тебе своим способом попробовать... вытащить их оттуда...
Чем дальше он говорил, тем двусмысленнее всё звучало. В конце концов Ю Умин поджал губы и посмотрел на неё так, будто собирался убить. Выражение лица Юаньюань стало ещё более странным, однако ответила она совершенно серьёзно:— Я попробую. Но я не вижу, что происходит у тебя внутри.
Он многозначительно посмотрел на неё:— Это моя последняя защита.
Сердце девушки дрогнуло, но внешне она ничем этого не показала и лишь задумчиво кивнула:— Тогда договоримся заранее: если у меня ничего не получится, ты не будешь на меня злиться. И смеяться тоже не станешь.
Ю Умин потерял дар речи.— Тебя только это волнует?— А что ещё? — растерянно спросила она.
Мужчина прищурился.— Я сейчас отдаю тебе свою жизнь, Маленькая ягодка Сан.
Она с улыбкой легко поцеловала его в уголок губ.— А разве ты уже не мой?
Юаньюань снова ловко увела разговор в сторону, избегая тем, которые могли заставить его замкнуться. Ю Умин поднял бровь, потёр переносицу и нетерпеливо махнул рукой:— Начинай уже.
Сан Юаньюань несколько раз глубоко вдохнула и погрузилась в медитацию. На этот раз перед её внутренним взором Ю Умин выглядел иначе: очертания тела стали размытыми, зато в груди отчётливо проступило сердце, окутанное сизо-зелёной духовной силой. Оно билось ровно, но слабо, и увиденное заставило Юаньюань насторожиться.
Он и правда полностью снял защиту. Будь она убийцей, сейчас ей ничто не помешало бы напрямую атаковать его беззащитное сердце.
Собравшись, девушка направила сознание внутрь его тела и вскоре обнаружила скопления чужеродной духовной силы. Оставленные другими могущественными мастерами, они теперь, словно настоящий яд, разъедали его изнутри.
Слева, в области раны от стрелы, совсем рядом с сердцем, скопился похожий на расплавленную лаву огненный яд. Примерно в десяти сантиметрах от него виднелся сизо-зелёный отпечаток женской ладони — след силы дерева, уже начавший понемногу расползаться. Под двумя рёбрами, сломанными Хуанфу Цзюнем, темнело большое скопление водной энергии. Кроме того, по всей грудной клетке были рассеяны мелкие белые крупицы металла и бледно-чёрные капли воды. Скорее всего, они остались после прямых столкновений с духовной силой Хань Шаолина и Хуанфу Цзюня.
Сан Юаньюань осторожно втянула воздух и направила одну из своих «водорослей» внутрь его тела, обволакивая самую маленькую металлическую крупицу. Из всех противников Ю Умина слабее остальных был Хань Шаолин, поэтому начать она решила именно с оставленной им энергии. Если что-нибудь пойдёт не так, последствия хотя бы окажутся не столь серьёзными.
Стоило «водоросли» обернуть похожую на песчинку частицу и начать вытягивать её наружу, как Ю Умин вздрогнул всем телом, а из груди вырвался сдавленный стон. Сан Юаньюань испугалась и тут же рассеяла свою силу, открыв глаза. Лоб мужчины покрылся холодным потом, губы побелели, а в глазах проступили кровавые прожилки.— Хорошо, — сквозь зубы произнёс он. — Работает. Продолжай.— Но ты...
Его лицо тут же стало свирепым.— Не волнуйся. Больше я тебе мешать не буду.
Юаньюань поджала губы. Она понимала: сейчас ему нужны не бесполезные сочувствие и утешения, а возможность как можно скорее избавиться от чужеродной энергии и залечить раны.— Хорошо, — согласилась она. — Тогда терпи и ни в коем случае не двигайся. Если яд заденет внутренние органы, последствия могут быть очень серьёзными.
Ю Умин явно не ожидал, что она не станет его отговаривать. В чёрных глазах мелькнуло удивление, а затем он поджал губы и с одновременно гордой и обиженной интонацией произнёс:— Маленькая ягодка Сан, ты меня совсем недооцениваешь!
Юаньюань продолжила. Каждый раз, когда она обволакивала застрявший внутри яд и силой вытаскивала его наружу, Ю Умина, должно быть, пронзала мучительная боль, словно что-то острое скребло по самым костям. Она не знала, о чём он думает, но видела, что после их разговора мужчина и правда лежал совершенно неподвижно: больше ни разу не шевельнулся и не издал ни звука. Если бы сердце не продолжало биться, можно было бы решить, что он потерял сознание от боли.
Удалив весь металлический яд Хань Шаолина, Юаньюань переключилась на мелкие скопления водного, разбросанные по грудной клетке после прямого столкновения с Хуанфу Цзюнем. Она попробовала обернуть одно из них «водорослью», но этот яд оказался куда агрессивнее металлического: при первом же соприкосновении полоса духовной силы начала разрушаться. Юаньюань поспешно сомкнула её вокруг чужеродной энергии и успела вытянуть опасную частицу из тела Ю Умина прежде, чем та окончательно разъела «водоросль».
На девушку накатила слабость, в висках заныло, словно после бессонной ночи. Работа с водным ядом требовала огромных затрат и духовной силы, и сознания. С трудом удалив последние рассеянные капли, Сан Юаньюань почувствовала головокружение и невольно вышла из медитации.
Подняв глаза, она заметила, что Ю Умину стало лучше: на прежде мертвенно-бледных щеках появился едва различимый румянец — первый признак возвращающихся сил. Быстрый результат так её обрадовал, что усталость на время отошла на второй план. Юаньюань закрыла глаза и вновь погрузилась в медитацию.
Огненный яд, похожий на расплавленную лаву, казался немного слабее остальных, однако находился слишком близко к сердцу, поэтому трогать его она пока не решилась. Огромное скопление водной энергии под сломанными рёбрами тоже выглядело опасно: чтобы удалить его, потребовалось бы слишком много «водорослей», а сил почти не осталось. Поэтому Сан Юаньюань выбрала сизо-зелёный отпечаток женской ладони.
Господин Мин владел стихией дерева, а Цзян Яньцзи забрала его силу и теперь пользовалась той же энергией, так что нетрудно было догадаться, кому принадлежал этот след. Причём нанесённый им вред явно не ограничивался обычной раной.
«Водоросль» обвилась вокруг сизо-зелёного яда, но Юаньюань с досадой обнаружила, что тот образует единое целое. Удалить его отдельными крупицами, как предыдущие скопления, не получится. Немного подумав, она вырастила на груди Ю Умина подсолнух, вытянула из листа тонкую иглу и направила её к отпечатку ладони.
Острие врезалось в край скопления. В то же мгновение Юаньюань ощутила сильное сопротивление, а голову пронзила резкая боль. Листовая игла почернела и рассыпалась. Перед глазами всё поплыло, но она заставила себя сосредоточиться и снова всмотрелась в отпечаток внутренним зрением.
Получилось. С самого края удалось срезать крохотный кусочек.
Стиснув зубы, Юаньюань обернула его своей силой и выбросила из тела мужчины. Голову уже неприятно распирало, однако тот по-прежнему не двигался, и она, не давая себе передышки, направила к отпечатку следующую иглу.
Постепенно ей начало казаться, будто она вступила в смертельную схватку с самой Цзян Яньцзи, и эта мысль пробудила почти безрассудный азарт. В воображении Сан Юаньюань уже превратилась в бесстрашную воительницу: размахивала клинком, без разбора рубила Цзян Яньцзи и при этом во всё горло кричала: «А-а-а-а!»
Она уже не знала, сколько прошло времени. В конце концов ей удалось безжалостно, кусочек за кусочком, отсечь у отпечатка все пять пальцев, оставив лишь след от ладони. Глядя на результат своих трудов, Юаньюань почувствовала глубокое удовлетворение, словно действительно только что как следует расправилась с Цзян Яньцзи.
Она ненадолго остановилась перевести дух, и именно в этот момент Ю Умин пошевелился. Наклонился и коснулся её губ холодным поцелуем. Сан Юаньюань вздрогнула и открыла глаза. Лицо мужчины оставалось мертвенно-бледным, однако действовал он решительно и властно, не оставляя ей возможности сопротивляться. Опрокинув её на постель, навис сверху.— М-м?
Ю Умин закрыл глаза и никак не отреагировал. Целовал жадно и яростно, словно собирался проглотить её целиком. У Сан Юаньюань закружилась голова. Она машинально подняла руку, собираясь его оттолкнуть, но мужчина на мгновение замер, затем освободил одну руку и без всякой деликатности накрыл ладонью её грудь, крепко сжав.
Юаньюань резко втянула воздух. От неожиданности тело обмякло, а икру даже свело судорогой. Ю Умин тяжело дышал, он снова впился в её губы, и от прежней слабости, казалось, не осталось и следа — сейчас его движения были полны сдерживаемого напряжения.
Сан Юаньюань уже решила, что на этот раз ей точно не спастись, когда он внезапно отпустил её, перекатился в сторону и, тяжело дыша, произнёс:— Сан Буцзинь приехал.
Юаньюань поспешно поднялась и, пылая от смущения, принялась приводить в порядок одежду и волосы.
Оказалось, прошла уже целая ночь. Сан Буцзинь прибыл на улицу перед базой с тремя большими повозками. Ю Умин вместе с Теневой стражей вышел наружу. Они с Сан Буцзинем обменялись взглядами — и сразу стало ясно: ни один не рад этой встрече.
Будущий шурин по-прежнему был переодет женщиной. Сегодня он подвёл глаза золотым, и яркий макияж придавал его облику почти вызывающую красоту, напоминая оперение золотого феникса. Заметив покрасневшие щёки сестры и слегка припухшие губы, Сан Буцзинь тут же посуровел. Широкими шагами приблизившись к Ю Умину, он понизил голос и процедил:— С этого дня даже не надейся снова провести ночь с моей сестрой наедине.
Тот насмешливо фыркнул и вызывающе поднял бровь:— Тогда сам будешь ночевать со мной?
Сан Юаньюань тяжело вздохнула и потащила внезапно преисполнившегося сил «тяжелораненого» к повозке.