Огненный багровый вихрь в центре пещеры утих, оставив после себя лишь облако искрящейся алой пыли, которая медленно, призрачным снегом оседала на растрескавшиеся каменные плиты. Селеста тяжело, судорожно дышала, чувствуя, как внутри её хрупкой физической оболочки бьется, словно пойманный в клетку дикий зверь, чужеродная, колоссальная мощь. Магия Источника была нестабильной: она яростными, раскаленными толчками пульсировала в венах, грозя разорвать тело изнутри. Воздух вокруг неё дрожал от жара, а подол изумрудного платья слабо дымился.
Селеста медленно опустила взгляд на свои руки, и её сердце пропустило удар. Кожа на ладонях и тонких запястьях пульсировала чистым, неоново-алым светом, из-под ногтей срывались крошечные, раскаленные искры. Но самое главное изменение произошло с её лицом и телом. В отражении гладкой грани застывшей скалы она увидела, что её привычный, мягкий карий оттенок исчез без следа. Теперь на этот мрачный мир смотрели два чистейших, сияющих рубина. Кроваво-красный огонек ярко, зловеще полыхнул в глубине её зрачков и затих, но сам рубиновый оттенок остался неизменным — клеймо первородной ведьмы, выжженное на её лице.
Вслед за изменением глаз Селеста ощутила странную, непривычную тяжесть на своих плечах и спине. Кожа у ворота платья почувствовала мягкое, шелковистое прикосновение. Она вздрогнула и запустила пальцы в волосы. Строгого, короткого каре больше не было. Под колоссальным воздействием дикой рубиновой магии её каштановые пряди стремительно выросли за считанные секунды, превратившись в роскошную, густую волну блестящих локонов. Тяжелым водопадом они струились по плечам, полностью закрывали грудь и доходили до самой талии. Напитанные первобытной силой, локоны стали еще темнее и гуще, отливая шоколадным оттенком и слабо искрясь багровыми искрами.
— Селеста… — хрипло, едва слышно стон заставил её резко обернуться.
Элиан лежал на коленях у подножия алтаря, бессильно опустив серебряную голову на холодный камень. Его рубашка была расстегнута, обнажая бледную грудь, а фиолетовые вены на шее и руке уже не просто пульсировали — они горели мертвенным, выжигающим остатки жизни светом. Без подзарядки от кристалла, который она только что уничтожила, его жизненная энергия стремительно, с каждой секундой утекала в пустоту. Он умирал прямо на её руках.
Забыв о собственной разрывающей боли, о сделке с принцем и о страхе перед будущим, Селеста бросилась к нему. Отросшие длинные волосы шлейфом взметнулись за её спиной.
— Элиан! Посмотри на меня! Что мне делать? Как тебе помочь? — в панике закричала она, подхватывая его за плечи и прижимая к своей груди.
Маг попытался что-то сказать, его губы дрогнули, но из горла вырвался лишь глухой, мучительный хрип. Он медленно угасал, его фиолетовые глаза затягивало туманом небытия. Селеста почувствовала, как внутри неё, словно повинуясь её отчаянному, безумному желанию спасти этого человека, вскипела только что обретенная алая магия. Сила внутри ядра искала выход, требуя усмирения и цели.
В этот момент Селеста потеряла контроль над собственным телом. Это не было интуитивным порывом или осознанным решением. Воздух вокруг неё стал ледяным, а её правую руку словно перехватила чья-то невидимая, властная и чужая ладонь. Кто-то неведомый силой направил её руку вперед, заставив Селесту жестко и плотно прижать горящую ладонь прямо к груди Элиана, туда, где слабо, прерывисто билось его сердце.
В ту же секунду её рубиновые глаза ослепительно, пугающе вспыхнули алым пламенем, а сознание Селесты резко, со страшным свистом выдернуло из реальности.
На несколько мгновений она провалилась в абсолютную, звенящую и леденящую душу черную пустоту. Там не было ни пещеры, ни стонов Элиана, ни застывшего в шоке Рейнарда. В этой непроницаемой мгле перед ней соткался странный, зловещий силуэт. Селеста отчаянно пыталась сфокусировать зрение, но не могла разглядеть его лица — фигура казалась размытым пятном из пепла и фиолетовых искр. Очертания мужчины были огромными, давящими.
Этот таинственный силуэт медленно наклонился к ней и что-то произнес. Его голос звучал громоподобно, отражаясь от несуществующих стен пустоты, но Селеста не могла разобрать слов. Звуки долетали до неё лишь обрывками, непонятными искаженными фрагментами: «...приняла... цена... этерна... не уходи...» До неё донесся лишь финал этой фразы, холодный и властный, заставивший её разум содрогнуться, прежде чем бездна вытолкнула её обратно в реальный мир.
Она резко выдохнула, возвращаясь в свое тело. Её губы уже вовсю двигались сами по себе, чеканя древнее, незнакомое заклинание на языке Первородных:
— ...этерна вита, реверсум Магика… — сорвался с её губ низкий, завораживающий шепот.
Потоки чистой алой магии, бушевавшие в её теле, послушно потекли через её ладонь прямо в грудь мага. Элиан резко выпрямился, его глаза широко распахнулись, отражая багряный свет.
На глазах у изумленного принца Рейнарда, который всё еще сидел на полу неподалеку, произошло настоящее чудо. Впитываясь в израненное тело Элиана, дикая магия рубинового Источника мгновенно очищала его каналы. Черная тканевая перчатка на его правой руке с треском лопнула по швам, обнажая кожу: уродливые, выжигающие фиолетовые вены на глазах начали бледнеть, растворяться и исчезать, уступая место здоровому покрову. Смертоносное проклятие отката времени, уничтожавшее его органы два года, отступило, загнанное глубоко внутрь. Лицо Элиана налилось здоровым румянцем, а его жизненная энергия восполнилась до самых краев, вспыхнув чистым серебряным сиянием.
Селеста обессиленно отдернула руку и пошатнулась, её ладони покалывало. Заклинание прекратилось так же внезапно, как и началось, а алые потоки силы внутри неё покорно затихли, подчинившись первому акту её воли.
Элиан глубоко, жадно вдохнул морозный воздух, словно человек, который едва не утонул в бездне, и уверенно, твердо поднялся на ноги. В его фиолетовых глазах больше не было изнуряющей боли — только безграничный шок, благоговение и преданность перед женщиной, стоявшей перед ним.
— Ты… ты исцелила меня, Селеста, — потрясенно прошептал маг, глядя на свои чистые, здоровые руки. — Ты не просто впитала эту силу. Ты подчинила её.
Селеста слабо, измученно улыбнулась. Её новые роскошные длинные волосы тяжелыми каштановыми волнами обрамляли лицо, а рубиновые глаза мерцали в полумраке пещеры. В голове всё еще эхом отзывался непонятный шепот из пустоты, пугая её до глубины души, но она понимала главное: теперь она способна помочь ему жить. Она больше не беззащитная жертва.
В тишине зала раздался медленный, тяжелый стук шагов. Принц Рейнард наконец поднялся с колен, опираясь на свой меч. Он переводил взгляд с ожившего, полного сил мага на Селесту с её пугающими красными глазами и внезапно отросшими до талии волосами. В его душе бушевал ураган: ревность к их очевидной, непонятной ему связи смешалась с диким страхом перед невиданной мощью этой женщины и абсолютной, безумной одержимостью. Она пообещала стать его. И теперь он собирался забрать свой трофей.
— Кто ты такая?.. — хрипло выговорил принц, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. — Что ты такое сделала, Селеста?