Пока Гигю тонул в горе, он не замечал очевидного.
Стоило немного прийти в себя — и оказалось, что слишком многое не сходится.
— Башня не тупая.
Он ненавидел ее за то, что она распоряжалась Лу и Эль как своими вещами. Но при всей жестокости система всегда оставалась последовательной и, по-своему, справедливой.
Гигю поставил на стол два алмазных сундука.
На тридцатом этаже награды были разного уровня. Здесь же ему выдали сразу два сундука высшего качества.
— О! Так вот он какой, алмазный сундук.
Старик Хван тут же заинтересовался.
Гигю лишь улыбнулся и открыл первый.
Внутри лежало металлическое перо из незнакомого материала.
Он взял его в руку.
[Знак Эль]
— Так и думал.
Вот первая несостыковка.
Для эволюции Эль требовался ее Знак. Обязательное условие.
И что же получается? Испытание, за прохождение которого выдают этот Знак, при этом окончательно убивает саму Эль?
Бессмыслица.
Гигю открыл второй сундук.
— А?
— Это еще что?
На этот раз растерялись оба.
В алмазном сундуке лежало нечто совершенно неожиданное.
* * *
Отдав предмет, сундук растворился.
Гигю смотрел на выщербленный меч, лежавший на столе.
— Эль можно вернуть. Теперь я в этом уверен.
Хотя слово «вернуть» было точнее, чем «воскресить».
Потому что Эль, судя по всему, не умерла окончательно.
— Могущество Калеона спасает только от мгновенной смерти, — объяснил Лу. — Оно не отменяет саму смертельную рану. Отвратительно устроенная способность.
Гигю слушал молча.
— Ты ожил после удара, но с пробитым сердцем все равно вскоре умер бы. Ты говорил, что видел зеленую равнину?
— Да.
— Это внутренний мир Эль. Тогда вы были связаны особенно тесно.
Лу ненадолго замолчал.
— Эль — существо одного со мной ранга. Я владею Смертью, а она — Жизнью. Только ее пробуждение было неполным. Даже половины настоящей силы Жизни она не получила.
Взгляд Гигю снова остановился на разбитом клинке.
— И все-таки она использовала то, что имела, чтобы вернуть тебя. Воскресить уже умершего человека — не мелочь. Для этого нужна чудовищная сила Жизни. Эль заплатила собой.
Лу говорил сухо, но раздражение в голосе не скрывал.
— Она лишилась основы собственного существования. Поэтому меч теперь выглядит так.
— Значит, если восстановить эту основу, Эль вернется?
— Да.
Ответ прозвучал почти сердито.
Лу злился и на хозяина, и на Эль. Похоже, одинаково сильно.
Гигю вспомнил другое.
— Когда меч пронзил мне сердце, ты сказал: «Может, оно и к лучшему». Что ты имел в виду?
Он и тогда понял, что дело не только в способности Калеона.
Лу фыркнул.
— Ты один раз по-настоящему умер. Благодаря этому твой сосуд расширился.
— Каким образом?
— У любого существа в момент смерти сосуд разрушается. Если потом это существо возвращается к жизни, осколки соединяются уже не идеально. Между ними остаются зазоры. Если знать, как воспользоваться этим состоянием, сосуд можно увеличить.
— И у меня это получилось?
— Сила Смерти, которую ты получил от меня, дала тебе такую возможность. Твой сосуд сейчас заметно больше прежнего.
Гигю медленно кивнул.
Тогда реакция Лу становилась понятнее.
— И еще, — добавил тот.
Интонация изменилась.
— Это станет ключом к возвращению Эль.
* * *
По словам Лу, быстро решить проблему было невозможно.
Первым делом требовалось восстановить тело Эль — то есть сам меч.
Для этого у Гигю был идеальный человек.
— О-хо-хо! Такого я не ковал, но вот довелось же подержать в руках. Хорошо, что я заранее как следует изучил Найна.
Старик Хван пытался выглядеть серьезно, однако глаза у него горели.
Возможность поработать с Эль явно возбуждала в нем профессиональный азарт.
Гигю не обиделся. Он понимал: старик вовсе не радуется ее состоянию. Просто кузнец в нем был сильнее любых приличий.
— Это не просто дорогой мне меч, — сказал Гигю. — Она мой товарищ.
— Разумеется! Да и где ты видел меч, который для кузнеца не был бы дорог?
Хван тут же кивнул, а потом вдруг спросил:
— Кстати, подарок мой забрал?
— А!
Гигю только теперь вспомнил, что даже не сообщил старику.
— Да. Все уже у меня.
Кхм-кхм. — Ну как?
— Отлично.
Гигю улыбнулся.
— Не знал, что вы коллекционируете такие вещи.
— Эхем! Мужчина и автомобиль — это святое. Делай с ними что хочешь, конечно, но иногда...
Старик понизил голос.
— Иногда давай прокатиться. Я их собирал, собирал, а сам толком ни разу не поездил. Сам знаешь... из мастерской выбраться не мог.
— Конечно, Старик Хван.
Гигю чуть не спросил, как тот вообще ухитрился собрать коллекцию машин, если не мог покидать мастерскую.
Но промолчал.
Сегодня старик был похож на довольного ребенка, и портить момент не хотелось.
— А теперь достань мне редкие материалы. Похоже, на Эль уйдет немало.
— Без проблем.
Гигю открыл Врата, собираясь велеть кому-нибудь принести нужные запасы.
Хван вдруг замер.
— Хм?
Он всмотрелся внутрь.
— Это...
— Мои Врата. Их открывает вот она.
Гигю провел ладонью по груди, возле солнечного сплетения, где находилась Брюнхарт.
Пальцы задели место недавней раны. Грудь неприятно прострелило, но боль была терпимой.
— Хе-хе, — довольно отозвалась Брюнхарт.
— Точно. У тебя же собственные Врата есть.
Хван сунул руку внутрь и замер, будто пробуя воздух на ощупь.
— А вот магия здесь занятная. Очень плотная. И словно сама идет навстречу.
Он повернулся к Гигю.
— Можно я буду работать прямо там?
— Внутри Врат?
Предложение застало Гигю врасплох, но всего на секунду.
— Конечно.
Ради Эль он согласился бы и на куда более странные условия.
Старик Хван явно остался доволен. Собрал инструменты и почти бегом исчез внутри.
Гигю окликнул Харта:
— Присмотри за ним как следует.
— Будет исполнено, Великий господин.
— Все, что попросит, доставайте. Если чего-то нет — сразу говори мне.
— Повинуюсь.
Голос Харта донесся из Врат с гулким эхом.
С первым этапом разобрались.
Кто, кроме Хвана, сумел бы восстановить тело Эль?
Лучшего специалиста по Эго Гигю не знал. Старик не просто был редким кузнецом-игроком — он обладал знаниями, полученными в изнаночном мире, а теперь и сам стал Эго.
Гигю закрыл Врата и потянулся.
— Ну что. Теперь моя очередь.
* * *
Второй этап был куда хуже.
Лу предупредил сразу:
— Легко не будет. То, что способ существует, еще не значит, что у тебя получится. Наоборот, вероятность успеха почти нулевая.
С Хваном им повезло.
Шанс восстановить меч был высоким.
А вот дальше все зависело от Гигю.
Ему предстояло научиться управлять Жизнью.
Расширить собственный сосуд — и суметь вместить в него силу, противоположную Смерти.
— Раньше такое существовало только в теории, — пробормотал Лу. — Не думал, что когда-нибудь увижу идиота, который реально попробует.
Даже он, веками находившийся на вершине Тёмной магии и обладавший необъятными знаниями, не помнил случая, когда кто-то действительно делал подобное.
Конечно, память Лу была неполной.
Но Гигю и сам легко верил, что прецедентов могло не быть.
— Жизнь и Смерть одновременно... Это уже почти как бог.
— Не неси чушь.
Лу огрызнулся.
— В нормальной ситуации тебя просто разорвет. Эти силы несовместимы. Человек не должен быть способен на такое... да, пожалуй, вообще никто. Черт. Никогда не думал, что мне придется всерьез объяснять подобное.
Даже Лу звучал ошарашенно.
Потом в голосе появилась едва заметная заинтересованность.
— Но если выйдет...
Он сделал паузу.
— Кто знает, что за невиданная тварь тогда родится.
Гигю усмехнулся.
Лу явно уже увлекся задачей.
Маги, колдуны, игроки магических классов — какими бы разными они ни были, одна черта была общей почти для всех.
Любопытство.
Жажду понять неизвестное.
Новая сила и новый опыт для такого существа сами по себе становились соблазном.
Гигю сел на пол.
Стоять тоже можно было, но сидеть ему казалось устойчивее.
Он неловко скрестил ноги.
— Это и есть поза лотоса?
Так обычно сидели мастера в старых боевых романах. Гигю решил, что, может быть, поза поможет сосредоточиться.
Не помогла.
Непривычно и неудобно.
Он закрыл глаза.
До сих пор Гигю никогда не видел свой сосуд напрямую. О его состоянии ему рассказывали Лу и Эль.
— Сначала научись находить собственный сосуд. Без этого дальше вообще не о чем говорить.
— Ладно.
Гигю ответил легко.
Не получится сегодня — продолжит завтра.
Не получится завтра — будет сидеть дальше.
До тех пор, пока не выйдет.
Эль, Лу, Брюнхарт, Би, Гермес, Оберон — они были его товарищами.
Ради любого из них Гигю готов был упрямиться сколько потребуется.
* * *
— Да блядь!
Крик прокатился по подвалу и вернулся от стен эхом.
Гигю тут же опомнился.
— Черт... Маму разбужу.
Он посмотрел на часы.
04:35.
Мать и Юджон наверняка давно спали.
Сколько дней он уже пытался увидеть сосуд, Гигю начинал терять счет.
Продвижение было настолько медленным, что терпение наконец лопнуло.
— А ты думал, сосуд увидеть — глаза закрыл и готово?
Лу ехидно фыркнул.
Гигю почувствовал, как раздражение снова поднимается, но промолчал.
В конце концов Лу прав.
Даже среди знакомых Гигю сосуды могли различать лишь существа уровня Эль, Лу, Ваала или Суджон.
С какой стати ему должно было стать легко?
— Бесит.
Он потер лицо.
Сидеть целыми сутками, скрестив ноги, и всматриваться в самого себя оказалось настоящей пыткой.
Особенно для игрока.
Игроки привыкли к прямой отдаче: убил монстра — получил конкретный опыт, усилился. Почти любое действие имело понятный результат и измеримый прогресс.
А здесь можно было потратить день и не знать, приблизился ли вообще хоть на шаг.
Ха-а...
Лу снова заговорил:
— Зажрался. Ты и так сильнее большинства игроков. После тренировок с Королевой демонов научился лучше владеть тем, что набрал, но у тебя все равно полно силы, которой ты не умеешь нормально пользоваться. Даже если сосуд так и не увидишь, одна эта практика сделает тебя сильнее. Не хуже очередного повышения уровня.
Гигю кивнул.
Странным образом, чем дольше он занимался внутренним созерцанием, тем дальше словно отдалялся сам сосуд.
Зато остальные силы внутри тела становились заметнее и понятнее.
— Ну, повышение уровня мне все равно не светит.
Он усмехнулся.
— Тогда заткнись и сосредоточься. Ха-а-ам...
Лу откровенно зевнул.
— Есть.
Гигю снова закрыл глаза.
К этому моменту входить в нужное состояние он уже научился.
Внешние звуки стали гаснуть.
Внутри проступили потоки магической энергии.
Тонкие нити тянулись куда-то вовне и возвращали силу обратно.
«Это Связь».
Вероятно, именно так сознание показывало соединение с Эго и поток их способностей.
Гигю проследил за нитями.
Энергия расходилась по рукам, ногам, корпусу.
Шла к сердцу.
Он наблюдал долго.
Ничего нового.
Снова тишина.
Снова время, которое растягивалось так, что перестаешь понимать, сколько прошло.
И среди этой пустоты перед внутренним взглядом возникло лицо Эль.
Слезы на щеках.
Только теперь Гигю понял, насколько привык к ее постоянному присутствию.
Лу и Эль, как и остальные Эго, были ближе любых случайных товарищей по рейдам. Они находились рядом всегда.
И отсутствие одной из них ощущалось как вырванная часть повседневной жизни.
«Вернешься — буду лучше с тобой обращаться. Обещаю. Только вернись, Эль».
Он невольно улыбнулся, представляя ее возвращение.
И тогда впервые заметил это.
«Что?..»
В районе солнечного сплетения, там, где находилась Брюнхарт, бушевал огромный поток магии.
А совсем рядом — возле сердца, которое недавно было пробито насквозь, — существовало нечто еще.
Пустое пространство.
Незнакомая область внутри него самого.
Лу фыркнул.
— Быстрее, чем я ожидал. Ну, иначе какой из тебя мой хозяин.
Гигю улыбнулся, не открывая глаз.
— Смотри внимательно.
Голос Лу стал серьезнее.
— Это и есть твой сосуд.
К этому открытию Гигю пришел на рассвете, спустя две недели и три дня почти непрерывного внутреннего созерцания — без сна и еды.