Гигю снова оказался в том самом месте для отдыха.
— Вот это меня помотало.
Так он мог бы в двух словах описать минувшее испытание.
Ничего особенно сложного в нём не было, но дух оно вымотало основательно. Слишком много сведений свалилось на него разом, да и пережитое отняло немало сил.
— Эль.
Он позвал её.
— Да, хозяин...
Голос Эль звучал непривычно тихо.
Гигю сразу понял почему.
— Испытание напомнило тебе о том времени?
— Да.
Ответ последовал без промедления.
Эль была не такой, как Лу. Она не запечатывала собственные воспоминания по своей воле. Они стирались с течением времени — и, вероятно, не только из-за него.
Теперь забытое понемногу возвращалось, и это явно выбило её из равновесия.
— Спасибо вам, хозяин.
Гигю лишь мягко улыбнулся. Он прекрасно понимал, за что она его благодарит.
Испытание изменило многое, и самое важное он почувствовал сразу.
«Связь с Эль стала гораздо крепче».
Перемена произошла в самом конце. Гигю бросился спасать Эль, получил от Габриэля мечом в спину и уже потом увидел, как Рафаэль пытается её защитить.
«Точно как тогда».
Такое же чувство он испытал на похоронах, когда Связь установилась насильно.
Только теперь он не оказался связан со всеми ангелами разом. Вместо этого укрепилась его Связь с Эль, и её чувства и мысли стали доходить до него гораздо яснее.
— Не за что меня благодарить. Я твой хозяин. Защищать тебя — естественно.
— Бесит даже слушать.
— Спасибо вам, хозяин.
Гигю без труда пропустил брюзжание Лу мимо ушей.
— Слушай, Эль. Теперь ты всё вспомнила?
На этот раз он говорил серьёзно.
— Не всё... но воспоминания понемногу возвращаются, хозяин.
Голос Эль тоже потяжелел.
— Тогда я могу кое о чём тебя расспросить?
Гигю не хотел задеть её и потому подбирал слова осторожно.
— Разумеется. О чём бы вы ни спросили, я отвечу настолько полно, насколько смогу.
— Мне тоже интересно, — вмешался Лу. — Со своей стороной я ещё могу разобраться, а у вас всегда было слишком много тайн.
Гигю почувствовал, как Эль напряглась, и решил дать ей немного времени.
Испытание проходило в искусственно созданном мире, поэтому тело, похоже, совершенно не пострадало. Зато усталость в голове и на душе ощущалась вдвое сильнее. Он давно не чувствовал себя настолько выжатым.
Гигю тяжело опустился на землю.
— Сначала разберёмся ещё с одной вещью, а потом поговорим.
— Хорошо, хозяин.
Он поднял голову к пустому небу.
— Сначала награду.
Как и прежде, сверху что-то упало.
* * *
Гигю вертел находку в руках.
Она сияла золотом и больше всего походила на произведение искусства в форме кубка.
— Это и есть Святая Чаша?
Михаэль. Габриэль.
Гигю до сих пор не знал, каким именем называть игрока из Ватикана. Но речь явно шла о той самой Чаше, о которой тот рассказывал.
И всё же...
— Половина.
От Святой Чаши сохранилась только половина, словно её ровно рассекли вдоль.
И это было ещё не всё.
— Такое чувство, будто между нами есть какая-то Связь.
Точнее он объяснить не мог. Никакой видимой линии, никаких необычных проявлений силы — просто внутреннее ощущение, что Чаша с ним связана.
— Ничего удивительного, — отозвался Лу. — В твоём теле уже есть её осколок.
Гигю кивнул.
После того как он потерял контроль во Вратах Каннама, Михаэль использовал при лечении осколок Святой Чаши. Тот по-прежнему находился у Гигю внутри.
— Значит...
— Вы думаете правильно, хозяин, — подтвердила Эль.
Получалось, эта Чаша тоже была настоящей.
— Всё ещё сложнее, чем казалось.
Чаша Габриэля.
Гигю стал понемногу складывать кусочки головоломки. После того как он получил тело Лу, соображать стало заметно легче, и картина выстроилась быстрее, чем он ожидал.
— Значит, Чаша у Михаэля в Ватикане тоже неполная. Чтобы получить целую, нужно соединить её с этой...
Он не договорил.
С самой Чашей всё более-менее прояснилось. Но оставался другой вопрос.
— Кто он вообще такой?
Игрок, называющий себя Михаэлем.
В воспоминаниях Эль это совершенно точно был Габриэль. Что с ним произошло, Гигю не понимал.
— Думаю, вам стоит встретиться с ним ещё раз, хозяин.
— Да.
Гигю кивнул. Эль была права. Сколько ни ломай голову в одиночку, ответа из воздуха не вытащишь.
Нужно снова поговорить с Михаэлем. Если он действительно Габриэль, почему называет себя Михаэлем? И почему не узнал Эль?
«А может, только сделал вид, что не узнал».
Михаэль обещал прийти к нему, как только разберётся со своими делами. Значит, долго гадать не придётся.
Пока же Гигю отправил Святую Чашу внутрь Врат.
— Можно и её изучить? — раздался голос Старика Хвана.
«Конечно. Делайте с ней что хотите».
— Благодаря тебе мне доводится работать с такими редкостями, о каких я раньше и мечтать не мог. Я тебе правда очень признателен.
«Да что вы...»
Гигю неловко почесал щёку.
— Но будь осторожен. Что бы ни случилось, твоя безопасность должна стоять на первом месте.
Гигю ответил не сразу.
«Спасибо, что беспокоитесь обо мне».
Как ни крути, слышать искреннюю тревогу за себя было приятно.
Он закрыл Врата.
— Уф-ф.
Вместо обычного вздоха Гигю глубоко вдохнул. Лёгкие наполнились магической энергией, и по телу разлилась приятная свежесть.
Место для отдыха, где он сейчас находился, было буквально насыщено магией. Для игрока лучшего места, чтобы прийти в себя, и придумать было нельзя.
— Эль!
Гигю нарочно повысил голос, чтобы разогнать тяжёлое настроение.
— Да, хозяин. Я готова.
Он перешёл прямо к делу.
— Зачем вообще понадобился обряд священных мечей?
Без заходов издалека.
— И что произошло в тот день, когда вы его проводили? Расскажи всё, что помнишь.
Второй вопрос — такой же прямой.
— И что у тебя было с Рафаэлем?
Последний удар в лоб.
— Дебил, — сухо бросил Лу.
Сквозь его голос Гигю будто бы услышал тихий смех Эль.
* * *
— Наш Отец, Бог, умер.
Теперь Эль говорила предельно серьёзно.
— После того дня мир изменился. Он почти не вмешивался в происходящее, но уже одно его существование поддерживало и оберегало очень многое.
Гигю и Лу молча слушали.
— Тут спорить не стану, — признал Лу. — Помнишь, ты спрашивал, существует ли Бог?
Когда-то Гигю действительно задавал ему этот вопрос, но тогда Лу ушёл от ответа.
— Бог существовал, — сказал он теперь. — А потом исчез.
— Да. Лу прав. Бога больше нет, — продолжила Эль. — Те, кто стоял за происходящим, хотели уничтожить то, что держалось на его силе. Сделать то, чего при нём сделать было невозможно: снять печать с чудовищ глубин.
— С каких ещё чудовищ?
— Чудовищ глубин...
Голос Эль задрожал.
— Это забытые братья Бога.
— И не только, — тут же подхватил Лу. — Когда-то им принадлежал Ад.
Гигю резко напрягся.
— Их называют чудовищами глубин потому, что Ад построили прямо над местом, где они запечатаны.
Одна тайна за другой переставала быть тайной.
Гигю поспешно прислушался к собственному телу.
— Штрафа нет...
Это точно были сведения о величайших тайнах Башни — и, пожалуй, всего мира. Однако Система никак его не наказала.
— Потому что я уже на пятидесятом этаже?
Неужели штрафы уже перестали действовать?
— Нет, — возразил Лу. — Скорее, Система считает, что ты всё это уже знаешь.
— В смысле?
— Ты получил мои воспоминания целиком. Просто сам ещё не умеешь их осознавать и вызывать по желанию. Всё, что я рассказываю, уже лежит у тебя где-то глубоко в памяти. Поэтому штраф и не срабатывает. Совсем он исчезнет только после того, как ты полностью покоришь пятидесятый этаж.
— Тогда то, что рассказывает Эль...
Гигю хлопнул в ладони.
— С Эль то же самое. Её сведения я тоже уже получил.
— Именно.
— Верно, хозяин.
— Ты просто не можешь всё это вспомнить без толчка, — пояснил Лу. — Мы лишь вытаскиваем нужные воспоминания на поверхность.
Гигю кивнул.
Первое испытание было связано с Лу, второе — с Эль. Пройдя оба, он получил заключённые в них данные. Значит, их память и знания уже передались ему, просто воспользоваться ими в полной мере он пока не мог.
Лу и Эль рассказывали о прошлом, чтобы помочь этим знаниям всплыть.
— Понял.
— Всё-таки то, что ты поумнел, иногда приносит пользу.
— Заткнись.
Гигю оборвал Лу без церемоний.
— Так или иначе, пока существовал Бог, чудовища глубин не могли пробудиться. После его смерти они зашевелились. Если однажды им удастся полностью выйти в мир, миру придёт конец.
Эль продолжила:
— Нам пришлось искать способ остановить их. Уничтожить чудовищ силой мы не могли. Оставался единственный путь. Тот, кто унаследовал могущество Бога и был ближе всех к нему...
— Должен был сам запечатать их.
— Всё верно, хозяин.
Гигю кивнул, а потом нахмурился.
— Погоди. Но я нашёл тебя во Вратах. Судя по твоим словам, ты должна была быть в Аду.
Чудовища глубин находились под Адом. Разве для их запечатывания Эль не следовало оставаться там?
— Башня подобна копью, пронзающему один мир за другим. Она связала наш мир с Адом, и чудовища глубин проникли в неё. Врата же служат одновременно дверью в иные миры и проходом к Башне.
— А-а.
Гигю кивнул. Он не мог сказать, что понял устройство этой системы во всех деталях, но общая картина стала яснее.
— Позже я объясню всё подробнее. Сейчас важно другое. После исчезновения Бога мы были обязаны исправить то, что произошло. Для этого он нас и создал.
Эль сделала паузу.
— Выход был один: стать священными мечами и запечатать чудовищ глубин. А самое сильное из них...
В её голосе проступил страх.
Гигю тут же попытался её успокоить.
— Всё хорошо. Если тебе тяжело об этом говорить...
— Нет, хозяин.
Она будто бы перевела дух.
— Моей задачей было усмирить Хаос.
— Хаос?
— Да.
Эль снова задрожала.
Успокаивая её, Гигю пытался сопоставить услышанное с тем, что помнил сам.
Когда он впервые встретил Эль, она находилась во Вратах.
Тогда выходит...
«Те красные глаза... Существо, которое Эль удерживала под печатью, и было одним из чудовищ глубин? Тем самым Хаосом?»
Казалось, всё понемногу становилось на свои места, но тут возникло новое противоречие.
— Погоди, Эль. Когда я забрал тебя, то существо вырвалось наружу. Это и был Хаос? Но разве мне не говорили, что ты запечатала демона?
Гигю всегда считал, что пленником Эль был именно демон. Ему и в голову не приходило связывать его с чудовищами глубин, забытыми братьями Бога и существом по имени Хаос.
Что же там на самом деле произошло?
Под стать своему имени, Хаос устроил настоящий бардак у Гигю в голове.
— Это...
Эль наконец ответила:
— Вы всё поймёте, когда услышите, что случилось с Габриэлем.