Эль начала рассказывать.
Именно этого Гигю и ждал: правду о Габриэле и о том дне, когда проходил обряд священных мечей.
— Как я уже говорила, на мне лежала обязанность остановить Хаос. Я долго искала выход и в конце концов решила провести обряд священных мечей.
Эту часть он уже знал.
— Я рассчитывала, что после обряда смогу сама соприкоснуться с телом Хаоса и наложить на него печать. Разумеется, она не могла сравниться с печатью Бога, но хотя бы удержала бы его.
— Хм-м.
Лу задумчиво протянул:
— Вот этого я не понимаю.
Он продолжил уже серьёзнее:
— Да, ты владела Жизнью — одним из могуществ Бога — и была ближе к нему, чем кто-либо. Но даже тебе одной не хватило бы сил справиться с Хаосом. Среди чудовищ глубин именно Хаос почти равен самому Богу...
— Да. Вы правы, Лу.
Эль не дала ему закончить.
— В одиночку у меня действительно ничего бы не вышло. Поэтому...
— Постой. Вот оно что. Теперь понятно.
Лу, похоже, уже догадался.
— Вместе со мной в священные мечи обратились многие ангелы, — объяснила Эль. — Я стала их первой Владычицей, их предводительницей и узлом, через который должны были соединиться их силы. Мы собирались использовать эту мощь против Хаоса.
— Чего?
Гигю широко раскрыл глаза.
Сила множества ангелов должна была собраться в одном существе.
Это же почти...
— Связь?
Его собственная способность позволяла ему соединяться с Эго. То, что описывала Эль, звучало очень похоже.
— Ты вообще слушал меня, когда мы только познакомились? — раздражённо спросил Лу.
И сам же ответил на вопрос Гигю:
— Связь существовала задолго до тебя. Просто среди нынешних игроков нет тех, кто умеет ею пользоваться. Это древний способ объединять силу.
Лу продолжал без паузы:
— Правда, сама техника всегда была тайной и чудовищно сложной. Освоить её могли единицы: самые могущественные представители своего народа или существа с совершенно особыми способностями. Что-то вроде высшего тайного искусства.
Гигю замолчал.
Ведь Лу действительно говорил об этом ещё при их первой встрече. Упоминал и принудительную Связь, и другие её разновидности.
Почему же Гигю до сих пор был уверен, что такая способность есть только у него?
«Потому что она уникальная».
Вот и весь ответ.
Уникальная способность — та, которой обладает только один игрок. Поэтому он и решил, что сама Связь доступна ему одному.
— В целом ты рассуждал не совсем неправильно, — сказал Лу.
Гигю прислушался.
— Связь Эль и те её разновидности, которыми пользовались другие народы и существа, имели серьёзные изъяны. Более того, тот, кто становился центром такой Связи, принимал на себя огромный риск.
В голосе Лу послышалась усмешка.
— Само по себе вместить в сосуд с ограниченной вместимостью силу, которая ему не положена, уже опасно.
— То есть моя Связь всё-таки отличается от остальных?
— Можно сказать и так.
— Да, — согласилась Эль.
Лу подвёл итог:
— Тебе досталась совершенно ненормальная способность.
На несколько секунд замолчали все трое.
Мысли о природе Связи неизбежно тянули за собой другой вопрос — кем же в таком случае был сам Гигю.
Молчание затянулось, и Лу первым его оборвал.
— Ладно, продолжай уже. Остановилась на самом интересном. Чувство, будто посреди дела штаны натянул.
— Хорошо.
По его настойчивой просьбе Эль вернулась к рассказу.
* * *
— Сначала всё шло по плану. Обряд начался, а я, как его центральная участница...
— Вонзила в себя меч.
В голосе Гигю прозвучала тяжесть.
— Да, хозяин.
Это были не легенды и не чужие домыслы. Он слушал воспоминания Эль о том, что произошло на самом деле.
— Всё пошло наперекосяк именно после этого. Когда я начала обряд, остальные ангелы тоже приступили к превращению. Я стала первым священным мечом, а вслед за мной изменились и они.
По-видимому, речь шла о моменте, когда ангелы один за другим обрели форму мечей.
— А затем...
Голос Эль заметно дрогнул.
— Как только моё превращение завершилось, Габриэль предал нас.
Гигю этого ждал.
Предательство Габриэля.
Пальцы сами сжались в кулак.
— Вместе с превращением должен был начаться обряд соединения. Сила ангелов должна была потечь ко мне...
Эль ненадолго умолкла, будто пыталась успокоить поднявшуюся внутри бурю.
— Но Габриэль всё подготовил заранее. Вместе с другими архангелами он...
Она снова заговорила уже ровнее.
— Развернул Связь в обратную сторону.
— Что?
Гигю не сразу понял смысл её слов.
Как обычно, Лу разобрался раньше.
— Ты хочешь сказать, поток силы, который должен был идти от ангелов к тебе, пошёл наоборот?
— Да. Моя собственная сила стала растекаться по остальным.
Гигю молча слушал.
— Она вошла в ангелов, уже ставших священными мечами. Поэтому первой Владычицей оставалась я, но среди этих мечей появились такие, которые стали сильнее меня.
Гигю сразу вспомнил священный меч, принадлежавший Ли Сонхо.
— Но этим план Габриэля не ограничивался. Он исказил направление Связи ещё раз и...
— Сделал так, чтобы часть силы стекалась к нему самому, — закончил Лу.
— Да.
— Теперь понял, придурок? — тут же спросил он Гигю.
Гигю осторожно кивнул.
— Изначально силы множества ангелов должны были собраться в Эль, чтобы она получила возможность подавить Хаос. Но Габриэль всё развернул: сначала сила самой Эль — могущественнейшей из ангелов, владевшей могуществом Бога, — ушла другим ангелам, а потом часть общей силы забрал он сам. Так?
Хлоп-хлоп-хлоп. Лу изобразил аплодисменты ртом. — Только насчёт «части» ты промахнулся. Верно?
— Верно. Габриэлю досталась почти вся сила.
Сила огромного числа ангелов. И сила Эль, которая прежде была их владычицей.
Если большая её часть оказалась у одного Габриэля... во что же он превратился?
— А что стало с Хаосом?
Весь обряд затевался ради того, чтобы удержать существо, которое могло вырваться после смерти Бога.
Но если Эль лишилась силы, необходимой для запечатывания...
Неужели Хаос просто вышел на свободу?
И тогда что именно Эль удерживала под печатью позднее?
— Силы, на которую я рассчитывала, у меня не осталось. В таком состоянии сдержать Хаос было невозможно. Наш замысел рухнул, а Габриэль, получив новую мощь, начал устанавливать собственную власть. Все архангелы, кроме Рафаэля, подчинились порядку, который он создал. Рафаэль же забрал меня — уже в облике священного меча — и ушёл.
Гигю не сказал ни слова.
— Он решил, что всё ещё может остановить Хаос, если объединит оставшееся у него могущество Жизни с тем, что сохранилось во мне.
Рафаэль.
История звучала почти героически.
Почему-то Гигю это совсем не радовало.
— Место, где держали чудовищ глубин, уже раскрылось. Хаос начал выбираться наружу. Рафаэль отчаянно пытался вновь его запечатать. Я отдала всё, что у меня осталось, до последней крохи могущества. Рафаэль сделал то же самое.
Слушая Эль, Гигю невольно вспоминал старые сказки.
Храбрый герой бросается на злого дракона, чтобы спасти мир.
Разве что здесь принцесса почему-то была мечом.
И всё-таки история захватывала. И Гигю, и Лу так втянулись, что перестали задавать вопросы.
— Нам повезло. Хаос ещё не проснулся окончательно, поэтому шанс оставался. Мы сумели добраться до него и вонзить меч в его тело.
— Впечатляет, — без всякой насмешки сказал Лу.
Вот он, тот самый момент, когда герой побеждает дракона.
Неужели им всё-таки удалось?
— Нет. Мы проиграли.
— Что?
— Чего?
Вся торжественность рухнула, не успев толком возникнуть.
Реальность, как обычно, отказалась заканчивать сказку счастливым концом.
— Когда мы уже почти наложили печать, он появился снова.
Голос Эль вновь задрожал.
На этот раз она даже не пыталась подавить чувства.
Ярость хлынула по Связи прямо в Гигю. Лицо у него моментально налилось жаром. После испытания он ощущал эмоции Эль куда отчётливее, чем прежде.
— Габриэль! Когда печать уже почти сомкнулась, пришёл Габриэль!
Эль буквально выкрикнула его имя.
* * *
— Габриэль?! Какого чёрта ты здесь делаешь?!
Рафаэль не мог скрыть потрясения.
Разве Габриэль предал их не ради власти над небесным миром? Тогда зачем мешать ему и Михаэль сдержать Хаос?
Гр-р-р-р-р-а-а-а!
Хаос корчился и ревел.
Другого шанса не будет.
Упустят этот миг — и удержать его больше не смогут.
— Ты хочешь конца света?!
Рафаэль крикнул Габриэлю, не отрывая от него взгляда.
Тот больше не скрывал перемен. Тёмно-багровые крылья лениво двигались за его спиной, пока он смотрел на них сверху вниз.
Рафаэля захлестнула ярость.
— Разве тебе не нужна была власть?! Пускай ты стал правителем, но если Хаос выйдет наружу, править будет нечем! Останется только конец!
Габриэль даже не шелохнулся.
— Ублюдок!
— Рафаэль.
Наконец он заговорил.
— Зачем ты так отчаянно собой жертвуешь? Впрочем, Михаэль, ты такая же.
Габриэль посмотрел на меч Михаэль в руке Рафаэля.
— Только потому, что Отец создал нас хранить мир? Потому что однажды приказал его защищать? Ты действительно готов ради одного этого выбросить единственную жизнь, будто она ничего не стоит?
— Псих ебаный!
Рафаэль сорвался на крик.
— Какая к чёрту разница, почему?! Я просто хочу спасти этот мир и исполнить волю Михаэль!
Он рванулся к Хаосу.
— Дурак.
Габриэль рассмеялся.
Рафаэль уже расправил все крылья и бросился вперёд. Каким бы невозможным это ни казалось, их попытка почти удалась: ещё немного — и Хаос вновь окажется под печатью.
— Этого я позволить не могу.
Габриэль двинулся с места.
— Что...
Кланг!
Белый меч Габриэля встретился с Михаэль в руке Рафаэля.
Всего за одно мгновение Габриэль догнал его и остановил удар.
Гр-р-р-р-р-а-а-а!
Хаос продолжал кричать.
Но этот крик звучал не в ушах.
Он бил прямо по душе.
Стоило ослабить внимание, и Хаос начинал затягивать сознание внутрь себя, стирая само существование того, кто не сумел сопротивляться.
— С дороги, мразь!
Крылья Рафаэля вспыхнули красным.
Он выжимал из себя всё. Собирал последние остатки силы, почти полностью растраченной на Хаос.
**Кланг!* Кланг-кланг-кланг!*
Клинок Габриэля понемногу начал отступать.
Но на лице самого Габриэля не дрогнул ни один мускул.
— И это всё?
— Хаос должен выйти на свободу.
— Что...?
От неожиданности Рафаэль едва не выпустил Михаэль из рук.
— Всё, что произошло, было нужно именно затем, чтобы освободить Хаос.
— Какого хрена ты несёшь?!
— Для этого создали Башню. Для этого убили Бога. Только после его смерти печать Хаоса можно было разрушить. Ради этой цели пришлось пожертвовать всем.
На губах Габриэля появилась странно горькая улыбка.
— Есть слишком многое, о чём тебе ничего не известно. Ни ты, ни Михаэль...
Чавк.
— ...не знаете ничего.
Рафаэль замер.
Он даже не увидел удара.
Клинок, прошивший ему грудь, был уже не белым мечом Габриэля.
С него капала густая синеватая кровь.
— Это ещё что...?
Рафаэль еле выговорил слова.
Что-то уже расползалось по его телу изнутри.
— Владыка Ада.
— ...Что?
— На этом моя дань уважения тебе и Михаэль заканчивается. Прощай.
Хр-рясь!
Габриэль вырвал оружие, а вместе с ним — сердце Рафаэля.
Пальцы Рафаэля разжались.
Михаэль сорвалась вниз — прямо в распахнутую пасть Хаоса.
Следом Габриэль швырнул туда же оружие, на котором всё ещё торчало вырванное сердце.
Самого Рафаэля он держал одной рукой.
— Возможно, смерть для тебя была бы милосерднее.
Габриэль уже собирался бросить его вслед за остальными.
Но Рафаэль всё ещё был в сознании.
— Уб... лю... док...
Без сердца, едва живой, он оскалил окровавленные зубы и с ненавистью выдавил имя врага.