Гигю приподнялся на постели.
— Хозяин! Что вы...
Эль растерянно смотрела на него.
Гигю ответил холодным взглядом.
— Хватит.
— Простите?
Она переспросила, будто не поняла.
Тогда он рявкнул:
— Я сказал, прекрати этот дешёвый спектакль!
Крик прокатился по палате и отдался от стен.
Эль не дрогнула.
Она только смотрела на него без выражения.
— Ты кто?
В тот же миг пространство треснуло.
По стенам, потолку, полу побежали изломы, словно всё вокруг было стеклянной декорацией. Мир раскололся на куски и осыпался, но Гигю, Эль и больничная кровать остались нетронутыми.
Вокруг развернулась бездонная темнота.
Эль всё так же смотрела на него спокойными глазами.
— Я считал тебя туповатым, но чутьё у тебя, похоже, есть.
Её фигура тоже начала растрескиваться.
Кожа, волосы, одежда — всё распалось осколками, как разбитое зеркало.
На месте Эль остался человекоподобный силуэт.
Гигю нахмурился.
У существа были руки, ноги, голова, но ни глаз, ни носа, ни рта. Оно состояло из сплошной черноты и всё же отчётливо выделялось даже на фоне этого тёмного мира.
— Кто ты?
— Я...
На гладком лице прорезалась длинная щель.
Она растянулась в чудовищную пасть, полную десятков зубов.
Между ними показался раздвоенный язык.
— Ты.
Сознание Гигю оборвалось.
* * *
— Ранкер Ким Гигю! Очнитесь!
Голос бил по ушам.
Нет, не просто бил — гремел так, будто Сонхун кричал прямо внутрь головы.
— Всё нормально.
Гигю сел, стиснув руками виски. Казалось, череп вот-вот лопнет.
Он огляделся.
Вокруг была всё та же тёмная комната. Хорошо хоть чужих взглядов здесь не оказалось.
— Скоро приедет скорая. Вам нужно хотя бы...
— Не нужно. Правда, я в порядке.
— Но что вообще...
Гигю повторил ещё раз, и Сонхун, тяжело вздохнув, кому-то позвонил. Судя по всему, отменил вызов.
— Мы в комнате для родственников погибших. Что с вами случилось? Неужели...
Он не договорил.
По выражению лица было ясно, о чём Сонхун подумал: не вернулось ли то существо, которое появилось во Вратах.
— Нет. Ничего такого. Просто в последнее время слишком много всего навалилось.
Сонхун посмотрел на него с беспомощной тревогой.
— Что там снаружи?
— Удивительно, но Чхве Чанён помог заместителю главы Ли Бомджуну успокоить людей. Похоже, все решили, что у вас случился шок после потери товарищей.
— Хорошо.
Гигю криво усмехнулся.
Чанён, видимо, боялся лишнего внимания не меньше самого Гигю.
— Тогда вы сразу домой?
— Да. Наверное, так будет лучше.
Он встал.
Тело слушалось нормально.
Только голова раскалывалась.
«Чёрт, как болит».
Лу молчал.
И не потому, что ему нечего было сказать. Скорее сознательно не вмешивался.
Гигю открыл дверь.
Яркий свет ударил в глаза, и перед ним снова оказался похоронный зал.
Кто-то всё ещё плакал. Кто-то мельком смотрел на Гигю и тут же отводил глаза.
Среди людей к нему подошёл Ли Бомджун, а рядом с ним шла молодая женщина.
— Что произошло? Вы точно в порядке?
— Да. Простите. Пришёл выразить соболезнования и сам устроил переполох.
— Не за что извиняться. Вам, должно быть, и так сейчас непросто. Постарайтесь хотя бы немного отдохнуть.
Гигю коротко поблагодарил и посмотрел на спутницу Бомджуна.
Та будто только и ждала, когда на неё обратят внимание.
— Я только что приехала. Гигю, что с вами вообще произошло? Вы правда нормально себя чувствуете?
Это была Син Юбин.
— Просто переутомился. Всё нормально. Ты тоже пришла?
— Конечно пришла... Господи. Не пугайте так.
Юбин на мгновение опустила голову.
— Ладно. Прости, но я, кажется, действительно поеду домой. Потом увидимся.
— Хорошо.
Гигю уже собрался уходить, когда она торопливо окликнула:
— Гигю!
Он обернулся.
— Вы ведь помните советницу Им Хесук?
Лицо Гигю мгновенно стало серьёзным.
Им Хесук.
Она действительно просила его прийти.
— Она сказала, что лучше вам не затягивать. Я сама толком не понимаю, но...
Юбин замялась, явно не зная, как это сформулировать.
— По её словам, печать может оказаться под угрозой.
Глаза Гигю резко расширились.
* * *
«Вам и правда стоит как можно скорее встретиться с советницей Им Хесук».
По дороге домой Гигю снова и снова вспоминал голос Сонхуна.
Тот говорил осторожно, словно подбирал каждое слово.
«Вообще я думал, что лучше вам услышать это от неё самой, но...»
Ещё одна пауза.
«Похоже, она хочет поговорить с вами о вашем отце».
Отец.
«С матерью пока лучше ничего не обсуждать. Сначала выслушайте советницу Им Хесук».
Эти слова только сильнее запутали мысли.
Одна проблема не успевала закончиться, как тут же возникала следующая. Жизнь Гигю неслась вперёд с такой скоростью, что он начал уставать от самого темпа событий.
— Ха-а...
Снова вырвался вздох, хотя он обещал себе не делать этого по любому поводу.
— Лу.
Голос Гигю стал жёстким.
Он уже был дома. Коротко поговорил с матерью и Юджон, после чего спустился в подвал.
— Я слушаю.
Лу тоже звучал непривычно серьёзно.
— Можешь объяснить, что со мной произошло?
В ответ — тишина.
— Не знаю. Честно.
— Значит, не знаешь.
Гигю опустил голову.
Впрочем, чему удивляться. Лу не раз стирал собственные воспоминания. Обрывков знаний у него оставалось много, но глубокие тайны прошлого были для него почти так же недоступны, как для Гигю.
— Дело не в памяти.
— Что?
— Я действительно ничего не видел. И Эль, думаю, тоже. Когда с тобой началась эта хрень, моё сознание провалилось куда-то вниз, в самую глубину тьмы.
Гигю молча слушал.
— Там были десятки предельных чувств. Они били одно за другим, а мы будто попали в ловушку и не могли выбраться. Мерзкое ощущение. В общем, я не знаю, что происходило с тобой снаружи. Только понимаю, что дело было серьёзное.
Гигю кивнул.
Если так, он сам мог рассказать всё по порядку.
Он описал боль, голоса, почерневшие глаза, чужие эмоции, линии Связи, остановившиеся и внезапно пошедшие часы. Лу не перебивал.
Когда рассказ закончился, тот задумчиво протянул:
— Хм-м... Сложно судить. Я этого не видел и не чувствовал напрямую.
Гигю снова кивнул.
— Но кое-что предположить можно.
— Что?
— Остаток меня, который появился после переполнения смертью.
Это действительно имело смысл.
Чёрная фигура чем-то напоминала Лу.
Но только им дело не ограничивалось.
«Там было что-то от Эль. И от меня самого».
Существо принимало её облик. Потом словно отражало самого Гигю.
— И ещё кое-что.
Лу наконец произнёс то, к чему, похоже, вёл всё это время.
— То, что в тебе скрыто.
— Что именно?
— Штраф.
И тут Лу замолчал.
Похоже, продолжать было опасно: само обсуждение могло задеть ограничение.
Гигю мысленно выругался.
С этим штрафом нужно было разбираться как можно скорее.
— Я покопаюсь в тех воспоминаниях, которые у меня ещё сохранились. А ты сделай, как сказал этот Хо Сонхун.
Гигю уже понял, к чему он клонит.
— Найди Им Хесук. Похоже, она знает хоть что-то.
Гигю кивнул.
Он собирался зайти к ней как-нибудь потом, без спешки.
Теперь это «потом» отменялось.
* * *
— Подождите здесь. Глава гильдии и советница скоро подойдут.
— Спасибо.
Гигю вежливо кивнул проводившей его женщине.
Он находился в штаб-квартире гильдии «Гипсофила».
Гильдия была необычной: небольшой, тщательно отобранный состав, причём состоящий только из женщин.
В другое время Гигю, возможно, задумался бы об этом, но сейчас мысли были заняты совсем другим.
Эль и остальные, связанные с ним, рассказали одно и то же.
Когда он потерял сознание, их будто утянуло в глубокую темноту. А затем на них навалились чужие эмоции.
«Это была Связь».
В похоронном зале, когда глаза почернели, он действительно связался со всеми присутствующими.
Хорошо хоть, кроме Сонхуна, никто, кажется, этого не заметил.
Главное было в другом.
Через Связь Гигю почувствовал эмоции этих людей.
А ещё — силу.
На совместные похороны двух крупных гильдий пришло множество игроков. И когда Связь охватила их всех, Гигю ощутил огромный поток энергии.
Слабые источники, сильные — десятки разных потоков сложились в единое целое, наполнив его до краёв.
Почему?
Почему вообще такое стало возможно?
Он и пришёл сюда в надежде получить ответ хотя бы на часть вопросов.
Юбин и Им Хесук всё ещё не было.
Гигю собрал мысли по порядку и оставил напоследок одну.
«Отец».
Ким Седжин.
О собственном отце Гигю почти ничего не помнил. Только то немногое, что когда-то рассказывала мать.
Хотя нет.
Одно воспоминание у него всё-таки было.
Один короткий эпизод.
Отец смотрит прямо на него.
И этот взгляд...
— Простите, что заставили ждать. После всех этих Врат мы тут с ног сбились.
— Извини, что задержалась.
В комнату вошли Син Юбин и Им Хесук.
— Давно ждёте?
— Нет, я сам недавно пришёл.
— Натерпелся ты, парень.
Им Хесук тепло улыбнулась.
Морщинистое лицо старой женщины не отталкивало. Наоборот, от её улыбки становилось почему-то спокойнее.
Гигю невольно улыбнулся в ответ.
— Почему же ты так долго не приходил?
— Простите?
Он не сразу понял, что она имеет в виду.
Им Хесук только продолжала добродушно улыбаться.
— Юбин, принесёшь нам чаю?
— Конечно, бабушка.
Похоже, наедине Юбин называла её не советницей, а бабушкой.
— Только приготовь как следует. Сегодня хочется хорошего чая.
Юбин на мгновение прищурилась.
— Поняла.
Гигю и без объяснений уловил смысл. Им Хесук хотела остаться с ним наедине.
Юбин тоже всё поняла, коротко кивнула Гигю и вышла.
— Когда молодёжь рядом, приходится устраивать весь этот спектакль.
По тону было ясно: она имела в виду именно то, что привела Юбин с собой, а потом отправила за чаем.
— Ничего страшного.
— Так вот. Я позвала тебя, потому что хочу кое-что рассказать. О твоём отце, Ким Седжине.
Гигю застыл.
И в тот же момент внешность Им Хесук начала меняться.
Морщины исчезали. Согнутая старческая фигура выпрямилась. На месте пожилой женщины возникла красавица, чья сияющая внешность могла соперничать с Эль.
— О первом наёмнике. Человеке, который предложил создать саму систему наёмников.
Им Хесук уже совсем не походила на ту старуху, которую Гигю видел минуту назад.
— О человеке с кодовым именем Кронос.
И тогда Гигю вспомнил, почему всю жизнь избегал разговоров об отце.
Почему не расспрашивал мать.
Почему, даже узнав, что Им Хесук что-то знает и хочет встретиться, откладывал разговор.
Где-то глубоко внутри он всегда отталкивал эту тему.
Потому что единственное, что сохранилось в памяти об отце, — его глаза.
Глаза, полные ненависти, направленной на собственного сына.