— Это был истинный король. Именно таким мы увидели Великого хозяина.
Харт закончил рассказ и вновь склонился перед Гигю с почти религиозным благоговением.
Хамиэль отреагировал совершенно иначе.
— Держитесь подальше от зла, Великий господин. Зло — это пламя, которое пожирает всё без остатка. Если вы снова позволите ему войти в себя, оно сожжёт и тело, и разум.
На лице ангела смешались тревога и страх.
Харт тоже боялся — этого Гигю не мог не заметить. Но поверх страха у лича лежало другое чувство: почтение, почти такое же, с каким верующий смотрит на божество.
Гигю тяжело выдохнул.
Тогда заговорил Хал.
— Какой бы путь вы ни избрали, мы всё равно последуем за вами.
— Именно так, — неожиданно согласился Хамиэль.
— Наш долг — идти за Великим хозяином, — добавил Харт.
Впервые за долгое время ангел и лич высказались в один голос.
Гигю чуть улыбнулся.
— Спасибо. Всем вам.
Трое одновременно склонили головы.
— Я хочу немного побыть один. Уйду к себе. Харт, пожалуйста, никого ко мне пока не пускай.
— Будет исполнено, Великий господин.
* * *
Между небесным островом и землёй нежити строилась огромная башня.
Изначально всё начиналось как пирамидальная стройка-наказание для Роджерса, но стоило старику Хвану взять надзор на себя, как замысел изменился до неузнаваемости. Скелеты и грифоны теперь возводили полноценное сооружение, а в его средней части располагались личные покои Гигю.
— У господина Хвана, конечно, вкус своеобразный...
Гигю оглядел комнату.
За огромной стеклянной стеной просматривалась почти вся территория Врат. Земля всё ещё подрагивала после слияния. Хван, как успел услышать Гигю, собирался включить в проект и подземные уровни.
— Хотя... неплохо.
Комната была оформлена со вкусом: спокойные старинные украшения, дорогие материалы, ничего лишнего. В одном старик Хван действительно был непревзойдён: создавать, перестраивать и приводить пространства в порядок он умел лучше всех.
Гигю ещё немного постоял у стекла, затем опустился на длинный диван.
— Лу.
«Чего тебе?»
— Кто ты вообще такой?
После рассказа Харта и Хамиэля этот вопрос уже нельзя было отложить.
Они подробно описали всё, что происходило с момента, когда Гигю потерял себя. Харт, как выяснилось, рассказывал удивительно живо и точно.
Слишком живо.
Уа-а-а...
Гигю резко согнулся, подавляя рвоту.
Через несколько мучительных секунд он вытер рот и с трудом перевёл дыхание.
— Я... жрал демона.
Харт очень подробно сообщил, как Гигю, вернее Лу в его теле, ел Ботиса.
От одного воспоминания во рту словно снова появился вкус чужой плоти.
Гигю перевернулся на бок и зажал рот.
«Это уже произошло. Прошлое не отменишь. Разберёшься с последствиями и пойдёшь дальше».
Лу тут же сменил тон.
«И вообще, сначала проверь собственное тело. Почему ты попёрся слушать этот рассказ раньше осмотра? Совсем жить надоело, идиот?»
За привычным раздражением отчётливо чувствовалась тревога.
После нисхождения Лу связь между ними будто стала плотнее. Гигю теперь лучше различал его настроение, чувствовал скрытые эмоции.
И ещё появилось странное ощущение, будто теперь из Лу можно было вытянуть больше, чем прежде.
Гигю сел ровно и скрестил ноги.
Поза до сих пор казалась ему неудобной, но он сосредоточился и попытался посмотреть внутрь собственного сосуда.
«По словам Харта, тогда твой сосуд раскололся полностью».
Сознание начало медленно погружаться внутрь.
Гигю вспомнил точные слова Харта:
«Женщина по имени Им Хесук сказала, что сосуд Великого хозяина был полностью разрушен. То, что есть сейчас, — только временная мера. Трещины соединили при помощи Святой Чаши Михаэля и Жизни госпожи Эль».
Сосуд разбился.
Осколки собрали заново.
«То, что содержалось внутри тебя, гораздо серьёзнее, чем ты думаешь. Когда в стенках появились щели, всё это начало просачиваться наружу...»
Гигю уходил всё глубже.
Обычно к этому моменту он уже видел сосуд. Сегодня перед внутренним взглядом оставалась пустота. То ли навык притупился из-за долгого перерыва, то ли причина была в чём-то другом.
Голос Лу становился всё тише.
«Эй...»
Гигю не отвлёкся.
Он сосредоточился ещё сильнее.
Ничего.
Ещё глубже.
«Эй!»
Внутренний мрак внезапно разорвался.
Гигю увидел огромный глаз.
Ха-а!
Он судорожно втянул воздух и вынырнул из транса.
Определить цвет или даже форму увиденного было невозможно. Первой пришла нелепая мысль: этот взгляд ему знаком.
А следом накрыл страх.
Такой сильный, что на несколько секунд Гигю потерял способность говорить.
«Вот же дерьмо», — пробормотал Лу.
Гигю только молча ждал объяснений.
«Когда сосуд раскололся, Смерть хлынула наружу. Но главная проблема не в этом».
Голос Лу стал резким.
«Вместе со Смертью там застряли мои осколки. И часть памяти. Чёрт! Вот же ебаная удача!»
Он буквально выплёвывал слова.
Гигю нахмурился.
— Объясни нормально. Я не понимаю, к чему ты ведёшь.
Он заставил себя отодвинуть страх и сосредоточиться.
«Помнишь всё, что Харт рассказывал о том, каким я был, когда использовал твоё тело?»
— Такое не забудешь.
Внутри неприятно сжалось.
«Так вот. Это осталось в тебе. Всё, что должно было исчезнуть вместе со мной, теперь торчит в твоём сосуде. Понимаешь, что это значит?»
Гигю молчал.
«Прежний я может вылезти наружу без твоего согласия».
Глаза Гигю широко раскрылись.
Нисхождение Лу.
То, что он считал одноразовым отчаянным приёмом, могло теперь произойти само по себе.
И не по его воле.
Сила, которой невозможно управлять, ничем не лучше бомбы с заведённым таймером. Особенно если эта сила испытывает бесконечный голод и перестаёт различать врагов и союзников.
— Чёрт...
Мощность сама по себе ничего не решала. Ракета, которая не умеет наводиться на цель, остаётся просто огромной бомбой.
«Что за херня вообще происходит...»
Даже Лу звучал по-настоящему растерянно.
Несколько секунд они оба молчали.
Первым тишину нарушил Лу.
«Но знаешь...»
Он говорил осторожно, и уже это насторожило Гигю.
«Почему ты вообще не умер?»
* * *
«Ты должен был умереть. Смерть вылилась за границы разрушенного сосуда и теперь окружает его снаружи. Даже прежний я такого бы не выдержал».
Слова Лу не выходили у Гигю из головы.
— Похоже, всё-таки придётся сходить к советнице Им Хесук...
Вопросов о собственном состоянии стало слишком много. Именно она вернула его к жизни и явно понимала происходящее лучше остальных. К тому же сама просила найти её позже.
Но не прямо сейчас.
«Пока я даже не могу сказать, насколько всё плохо. Подожди немного».
Лу и сам не понимал до конца.
И это было неудивительно. Он утверждал, что даже в прежней форме не смог бы перенести такое состояние. Опыта не было ни у кого.
— Ладно. Две вещи мы хотя бы проверили.
Уверенности это не добавило, но бесконечно топтаться на месте Гигю не собирался.
— Пора будить Эль.
Ради того чтобы дать Лу время на нисхождение, Эль и без того вышла далеко за пределы собственных сил. Потом, спасая Гигю, она пожертвовала ещё больше.
Теперь Эль спала, и вернуть её в сознание было необходимо.
— Только сколько у нас вообще времени...
Вечно оставаться во Вратах нельзя. Нужно было узнать, что происходит снаружи, и потому на восстановление следовало отвести разумный срок.
Гигю поднял руку и посмотрел на старые механические часы.
— А?
«Что ещё?» — сухо спросил Лу.
По тону было ясно: новых сюрпризов он уже не хотел.
— Часы остановились.
Лицо Гигю резко стало серьёзным.
«И что? Часы иногда ломаются».
— Эти — нет! Они ни разу не останавливались!
Гигю почти сорвался на крик.
Внутри Врат и Башни обычная электроника не работала. Даже аналоговые часы на батарейках обычно выходили из строя. Но эти всегда продолжали идти.
С тех пор как Гигю надел их, они не остановились ни разу. Ни во Вратах, ни в Башне.
И он давно догадывался почему.
— Это единственная вещь, оставшаяся от отца.
Его отец был Первопроходцем.
Старые часы — единственная реликвия, которую он оставил сыну. Гигю давно подозревал, что перед ним какой-то предмет, но определить его свойства не удавалось. Разбирать часы ради проверки он не решался.
Однажды, когда денег совсем не было, Гигю даже попытался продать их за бесценок.
Не получилось.
Ремешок просто не снимался с руки, будто часы подогнали специально под него.
«Подожди. Ты хочешь сказать, что это предмет?»
— Я не знаю. Только предполагаю.
Часы выглядели настолько старыми, что невозможно было определить их возраст. Но они не ломались, не рвались даже в боях с монстрами и всегда продолжали идти.
Если это не системный предмет, то что тогда?
«Да вы издеваетесь... Что ещё за дрянь?»
Теперь растерялся уже Лу.
— Посмотрим. Такое впервые.
Гигю опустил рукав, закрывая часы. Позже нужно будет показать их старику Хвану.
«Странная штука. Я вообще не чувствую от неё магической энергии. Поэтому даже не предполагал, что это может быть предмет».
— Вот как?
Гигю пожал плечами.
«Ладно, хрен с ними пока. Ты собирался будить Эль?»
— Да. Думаю, пора.
Нужно было закрыть максимум вопросов и как можно скорее выйти наружу.
«Тогда поменяй порядок».
— В смысле?
«Эль оставь на потом. Сначала займись Ботисом. Если делать так, как я задумал, это займёт время. Разбудишь Ботиса, а уже потом займёшься Эль. Так будет эффективнее».
— Уверен?
Лу знал весь план Гигю и редко давал бессмысленные советы.
— Ладно. Если считаешь, что так лучше...
Сейчас важнее всего было выжать максимум из короткого срока.
«Тогда прямо сейчас...»
Лу выдержал небольшую паузу.
«Иди к кокону».