Фрагмент 2. Их решения

Фрагмент 2. Их решения

◇ ◇ ◇

— О, София, доброе утро!

Когда я вошла в комнату, отведенную для авантюристов «Серебряного кролика ночного неба», Кэрол, уже сидевшая там, окликнула меня.

— Да, доброе утро, Кэрол.

Кэрол наверняка тоже была измотана, но на её обычном жизнерадостном лице не было и тени усталости.

Трудно было поверить, что прошло уже два месяца с тех пор, как Орун-сан и Лу-ни покинули «Серебряный кролик ночного неба».

За это время наш мир изменился до неузнаваемости.

Подземелья по всему континенту переполнились, наводнив поверхность магическими зверями, а война между королевством и Империей, набиравшая обороты, перешла в стадию перемирия.

Но самым большим изменением для нас стало то, что мы стали гораздо чаще покидать Тутрил.

Чтобы сражаться с магическими зверями на поверхности, нас, авантюристов, отправляли во все уголки страны.

Сегодня мы должны были отправиться на подмогу в соседний город.

— Доброе утро, Логан, — я поприветствовала Логана, который сидел рядом с Кэрол и, нахмурившись, читал газету.

Он поднял на меня взгляд, и выражение его лица, казалось, немного смягчилось.

— Да, доброе утро. София, ты уже читала утреннюю газету?

— Нет, я спала до последнего, так что времени не было. Что-то случилось?

— Хм, в каком-то смысле, это громкая сенсация, — ответила Кэрол на мой вопрос.

Должно быть, она уже прочла её. С тех пор как Орун-сан в прошлом году сказал нам, что это необходимо, мы старались читать газету при любой возможности.

— Вот, взгляни.

Я взяла протянутую Логаном газету, и мой взгляд упал на статью.

Первая полоса была посвящена подробностям недавнего саммита мировых лидеров.

Встреча на высшем уровне наконец состоялась после того, как Гильдия авантюристов призвала к ней все страны вскоре после появления магических зверей на поверхности.

На саммите Гильдия первым делом объявила о назначении нового Грандмастера, после чего были согласованы три ключевых пункта.

Во-первых, люди должны объединиться поверх национальных границ, чтобы противостоять угрозе магических зверей.

Во-вторых, необходимо покорить три оставшихся Великих Лабиринта на континенте.

И в-третьих, Орун-сан за свои слова и действия, которые выглядели как пособничество магическим зверям, был объявлен международным преступником и врагом мира под прозвищем «Владыка демонов».

— Ого… Всё именно так, как и предсказывал Орун-сан, — пробормотала я, закончив читать статью.

В тот день, когда мы вернулись из Даль-Ане, Орун-сан внезапно объявил, что покидает клан.

Вместе с тем он рассказал нам о будущем, которое нас ждет.

Я не совсем поверила ему, когда он сказал, что все подземелья на континенте переполнятся, но это действительно произошло.

Он также говорил, что спровоцирует крупный инцидент, чтобы разнести весть о том, что именно он несет за это ответственность.

Полагаю, речь шла об убийстве Грандмастера в столице.

И, как и желал Орун-сан, он стал общим врагом всего мира.

Всё шло в точности по сценарию, который он набросал для нас в тот день.

— Верно? И всё же, «Владыка демонов», а? Звучит круто, — прокомментировала Кэрол моё бормотание.

Круто?..

— Это означает «Король магических зверей», понимаешь. В этом нет ничего крутого, — возразил Логан.

— Если верить словам Учителя, то именно Гильдия авантюристов всё это устроила, верно? Так почему же теперь они — «хорошие парни»?! Учитель не сделал ничего плохого!

Гнев Логана вырвался наружу, и он повысил голос.

— Эй, тише! А если кто-нибудь услышит?! — я поспешно попыталась его успокоить.

Единственными, кто знал об истинных намерениях Орун-сана, были те девять человек, что слышали его рассказ в кабинете мастера Гильдии в тот день.

В сочетании с тем фактом, что мастер Гильдии исключил Орун-сана, как и планировалось изначально, остальные члены клана восприняли его действия за чистую монету.

Многие, особенно авантюристы, равнялись на Орун-сана, поэтому шок был тем сильнее, и немало людей теперь злились на него.

— В любом случае, что вы двое собираетесь делать дальше? — спросила Кэрол у меня и Логана.

Это был расплывчатый вопрос, но мы поняли, что она имела в виду.

— Разумеется, мы собираемся покорить Южный Великий Лабиринт. Этого хочет Учитель, так что мы обязательно сделаем это!

— Я чувствую то же самое! Орун-сан спровоцировал тот инцидент, чтобы защитить нас. Мы должны вернуть этот долг! — хором ответили мы с Логаном.

— Точно! Я рада! Я тоже так считаю! Давайте обязательно покорим Великий Лабиринт вместе!

Хорошо. Похоже, они оба разделяли мои чувства. Пока я испытывала облегчение от их слов, Логан заговорил снова.

— Но мы не сможем покорить его в нашем нынешнем состоянии, — признался Логан, стиснув зубы от досады.

Да. Я тоже так думала. Я считала, что за последний год мы стали намного сильнее, тренируясь под руководством Орун-сана.

Но этого всё равно было недостаточно.

Слова, которые Лу-ни сказала нам в день вступления в «Лунный лук сумерек» в прошлом году, всё еще горели в моей памяти.

— «Даже с моей точки зрения как S-ранга, Орун-сан — невероятный человек. Я понимаю, почему вы все его боготворите. Но неужели вы забыли? Ваша цель — покорение Южного Великого Лабиринта, а это то, чего не смог достичь даже сам Орун-сан».

Даже если мы трое сейчас объединимся, сомнительно, что мы сможем сравниться с прошлогодним Орун-саном.

В таком состоянии попытка покорить Южный Великий Лабиринт была бы безрассудством.

Великий Лабиринт не был тем местом, которое можно взять штурмом, просто слепо бросившись вперед.

— Вот почему я думаю отправиться в герцогство Хитития!

Мы с Кэрол обе были удивлены заявлением Логана.

— В герцогство Хитития? Логан, ты собираешься последовать за Орун-саном? А как же покорение Лабиринта?

— То, что это место находится в герцогстве — просто совпадение. Не думаю, что у Учителя найдется на меня время.

— Тогда почему туда?

— Я хочу поступить в Магическую академию Стромерия в герцогстве Хитития. Чтобы узнать больше о магии.

Академия, значит? Я даже не думала о том, чтобы уехать в другую страну.

Но, услышав слова Логана, я почувствовала луч надежды.

В последнее время я много думала об этом. Я хотела изучать магические инструменты.

Герцогство Хитития было известно как великая магическая держава, а еще там находилась компания «Даунинг», один из ведущих мировых поставщиков магических инструментов.

Условия для изучения магических инструментов в герцогстве Хитития могли быть гораздо лучше, чем в Тутриле!

Когда я подумала об этом, слова сорвались с губ сами собой:

— Я тоже хочу поехать в герцогство Хитития!

— И ты, София?

— Да! Я хочу изучать магические инструменты! Глядя на серьги Кэрол, я подумала, что если бы у меня был собственный уникальный инструмент, это расширило бы мои тактические возможности!

— Понимаю. Тогда поехали вместе!

— Эй! Так нечестно, вы двое! Я тоже еду!

— Ты же понимаешь, что это не отпуск и не экскурсия.

— Хм, я это знаю! Я уже давно хотела отправиться в герцогство Хитития по своим собственным причинам.

— …? Причинам?

— Хм, прости, это пока секрет. О, и мне нужно высказать Лу-ни всё, что я о ней думаю!

— О, точно. Если Орун-сан обосновался там, было бы неудивительно, если бы и Лу-ни оказалась поблизости!

В тот день, когда Орун-сан ушел, Лу-ни тоже покинула «Серебряный кролик ночного неба», оставив нам лишь записку.

В записке была просьба простить её за столь внезапный уход, но было грустно, что всё закончилось только этим.

— Решено, тогда мы втроем отправляемся в герцогство Хитития!

Но наша цель — не преследование Учителя. А обретение силы, необходимой для покорения Южного Великого Лабиринта.

И чтобы задать взбучку Лу-ни за то, что ушла, не проронив ни слова. Вот наша цель!

— Да, звучит отлично!

— Никаких возражений!

И вот, мы решили отправиться в герцогство Хитития.

Я не знала, правильный ли это выбор.

Но есть поговорка: «Тише едешь — дальше будешь».

Чтобы покорить Великий Лабиринт, мы станем намного, намного сильнее!

◇ ◇ ◇

Харуто и Терше, жившие в герцогстве Хитития, теперь перебрались в Тутрил.

После недавнего саммита, где Орун был объявлен врагом мира, и благодаря маневрам Луцилы, вероятность нападения Ордена на Тутрил стала крайне низкой.

Тем не менее, шанс всегда оставался.

Поэтому Харуто и Терше прибыли в Тутрил, чтобы отразить любое нападение и немедленно связаться с Оруном и остальными, если Орден всё же предпримет какой-то шаг.

— Харуто, к тебе посетитель, — сообщила Терше Харуто, который дремал в доме клана «Медный закат» в Тутриле.

— Посетитель? Мне лень. Просто прогони их, — Харуто зевнул, протирая сонные глаза.

Увидев его отношение, от Терше начала исходить жажда убийства.

— Я не припоминаю, чтобы нанималась к тебе в служанки.

— Я увлекся, прошу прощения… — услышав низкий, гневный голос Терше, Харуто тут же принял позу догэдза.

— Пфф. Мастер гильдии, можно ли быть еще более жалким?

— Уже под каблуком, как я погляжу, Мастер, — прокомментировали Катина и Хьюи, наблюдавшие за этой сценой.

— Эй, вы двое! Заткнитесь!

— Я же сказала, тебя ждут. Живо иди.

— Слушаюсь…

Харуто огрызнулся на смеявшихся над ним двоих, но после нагоняя от Терше поспешно засеменил в приемную.

◇

— А? Вы, ребята…

Когда Харуто вошел в приемную, он обнаружил там Уилкса и Лукрецию из «Серебряного кролика ночного неба».

— Давно не виделись, Харуто-сан, — поприветствовал Уилкс Харуто непринужденным взмахом руки.

— Что ж, это неожиданно. Какое дело у авантюриста из занятого «Серебряного кролика ночного неба» к такому мелкому клану, как наш?

— Простите за прямоту, но что вы и «Медный закат» планируете делать дальше, Харуто-сан? — Уилкс сразу перешел к делу.

— Что ты имеешь в виду под «что делать»?

— Мир жаждет покорения Великих Лабиринтов. Похоже, «Медный закат» раньше не исследовал глубокие этажи, но есть ли у вас намерение попробовать? Вот что я хочу знать.

— Покорение, значит… Не хочу тебя разочаровывать, но прямо сейчас меня не интересует покорение Великого Лабиринта.

Подробности недавнего саммита разлетелись со скоростью лесного пожара через газеты и слухи.

Теперь, когда информация о том, что покорение Великих Лабиринтов — это первый шаг к искоренению магических зверей на поверхности, стала общеизвестной, число людей, желающих их покорения, росло с каждым днем.

— Почему вас не интересует покорение? — спросила Лукреция у Харуто.

— Не пойми меня неправильно. Я не против покорения Великого Лабиринта. На самом деле, я считаю, что мы должны это сделать.

— Тогда почему же…

— Это вопрос приоритетов. Сейчас у меня есть дело поважнее, чем покорение Великого Лабиринта.

— Что-то более важное?

— Да. Это нечто настолько важное для меня, что может стать главным делом всей моей жизни.

— …Понимаю. Скажите, Харуто-сан, вы приступаете к этому «более важному делу» прямо сейчас? — снова спросила Лукреция.

— Нет. Сейчас я жду сообщения, но это не то, что случится сегодня или завтра.

— Тогда, пока вы не начали, не могли бы вы научить нас сражаться?

— Ха? Сражаться? Вы, ребята, и так достаточно сильны.

— Нет, мы прекрасно понимаем, что на нашем нынешнем уровне нам не покорить Великий Лабиринт… — кулаки Уилкса задрожали, когда он попытался подавить досаду.

— Я восхищаюсь такими амбициями, но почему вы пришли именно ко мне?

— Вообще-то, это Орун-кун нам посоветовал, — сказала Лукреция.

Глаза Харуто расширились от её слов.

— …Орун?

— Да… Он сказал, что если мы хотим сделать следующий шаг в развитии, нам стоит обратиться к вам, Харуто-сан.

— Он упомянул, что вы обучили его одной технике. Пожалуйста, Харуто-сан! Даже если это будет лишь мимоходом, пожалуйста, научите и нас этой технике!

— Пожалуйста! — Лукреция и Уилкс низко поклонились Харуто.

— Дайте мне немного подумать, — сказал им Харуто и погрузился в свои мысли.

Эти ребята — лучшие среди авантюристов, но они слабее меня. На таком уровне покорить Великий Лабиринт будет непросто.

И всё же Орун всё еще высокого мнения о первом отряде «Серебряного кролика ночного неба» и своих учениках.

Достаточно высокого, чтобы доверить им покорение Южного Великого Лабиринта…

То, что он прислал этих двоих ко мне, должно означать, что они преобразятся, если научатся управлять ки. Ки, значит…

Он продолжал размышлять, но, не в силах прийти к окончательному выводу, Харуто решил…

…Да ну! Я понятия не имею! И к тому же, почему я должен в одиночку брать на себя лишнюю работу? Это несправедливо.

Да, точно. Я втяну в это Терше!

Он перестал ломать голову и решил задействовать Терше. Он так и не понял, что именно в этом и заключался изначальный замысел Оруна.

◇

Харуто велел Уилксу и остальным временно выйти из комнаты и отправился на поиски Терше.

— Эй, Терше!

Терше, хлопотавшая на кухне, нахмурилась.

— …Что такое?

Взгляд Харуто упал на кастрюлю, в которой томился большой кусок мяса.

— О-о, выглядит аппетитно. На ужин мясо? Спасибо, что всегда готовишь.

От искренних слов благодарности Харуто выражение лица Терше слегка смягчилось, но она тут же снова нахмурилась.

— Это просто вопрос удобства. Это всё, что ты хотел сказать? Если да, то ты мешаешь. Иди куда-нибудь еще.

— Могла бы и не быть такой холодной.

— Ты слишком шумный. Если у тебя действительно нет дел, не мог бы ты уйти?

— Виноват. Вообще-то я пришел, потому что у меня есть к тебе просьба, Терше.

— …Просьба ко мне?

Затем Харуто рассказал ей о том, как Уилкс и остальные только что просили его научить их технике ки.

Терше выслушала рассказ Харуто с недоверчивым выражением лица.

— Если Орун-сама сказал им это, значит, за этим стоит какой-то умысел… — Терше задумчиво коснулась подбородка, пытаясь уловить намерение Оруна.

— Уилкс ведь на пороге мастерства ки, верно? — высказал Харуто свою мысль.

Терше кивнула.

— Да, в этом нет никаких сомнений. Достижение состояния «Сокрушения Демонов» — единственный способ для того, кто не обладает способностями, противостоять пользователю способностей или демону.

Это необходимо для встречи с боссом сотого этажа Южного Великого Лабиринта.

Говорили, что в эпоху сказок люди, вынужденные сражаться против злого бога и демонов, значительно эволюционировали.

Это выразилось в обретении способностей и умении манипулировать ки.

Ки была врожденной силой человека, и, столкнувшись с кризисом, некоторые начинали управлять ею.

Эта техника передавалась от человека к человеку и стала великой силой человечества.

Более того, те, кто овладел ки, обрели власть прорываться сквозь ману. Это и было «Сокрушение Демонов».

Однако право на его достижение имели только те, кто не обладал магическими способностями.

Почему так? Потому что способности происходили из маны.

Если бы пользователь способностей, ассимилированный с маной своей силы, применил «Сокрушение Демонов», он бы сам нанес себе колоссальный урон.

Поэтому такие люди подсознательно ставили блок и не могли его использовать.

Высшее состояние после снятия этого блока и было сутью «Финальной формы: Монт Энде» Оруна.

— Но смогут ли они научиться этому за такой короткий срок? Я имею в виду, даже в эпоху сказок этого достигали лишь единицы, верно?

— Орун-сама рассудил, что они справятся. Проблема в другом… Способность «Отслеживание маны»… Выслеживание остатков маны… Ах, возможно…

Терше с озабоченным видом изучала потенциал Лукреции, но, словно пораженная какой-то идеей, её лицо изменилось, выражая понимание.

— Ты догадалась?

— Да, вероятно. Я возьму на себя пользователя «Отслеживания маны». А ты сосредоточься на том, у кого нет способностей, Харуто.

◇

— Ну что ж! Я исполню вашу просьбу и обучу вас технике! — провозгласил Харуто, как только вернулся в приемную вместе с Терше.

— Эм… Благодарю вас… — произнесла Лукреция, выражая признательность, несмотря на свое замешательство.

Двое гостей не могли скрыть смущения от полной перемены в поведении Харуто, который еще мгновение назад был таким серьезным.

Игнорируя атмосферу, Терше подошла к Лукреции.

— Ты ведь Лукреция Отис? Я — Терше. Я буду отвечать за твое обучение.

У меня нет намерения давать тебе поблажки, так что, если хочешь отступить — скажи об этом сразу. Это сэкономит время нам обеим.

Терше представилась, опустив фамилию, и изложила свои строгие условия.

Её слова были колючими, но в глазах, выражении лица и поведении сквозила скрытая доброта. Лукреция тоже это заметила.

— Я не сдамся… госпожа! С нетерпением жду начала занятий!

— …Если тебе неудобно использовать официальный тон, можешь этого не делать.

— О? А, хорошо. Спасибо.

— Тогда мы сейчас же отправляемся в Великий Лабиринт. Следуй за мной, — Терше сказала всё, что нужно, и стремительно направилась к выходу.

— Эй, подождите меня! — Лукреция поспешно бросилась вдогонку.

— …С ней всё будет в порядке? — пробормотал Уилкс, с тревогой наблюдая за ними.

— Э, всё будет путем. Терше в глубине души добрый человек. Ладно, давай и мы приступим.

Харуто подбодрил его, прежде чем повернуться к Уилксу.

— Твоя цель — совершенная форма защитника. Я вдолблю в тебя основы: как использовать зрение и движения тела, а также ту технику, которую ты ищешь.

Я буду суровым наставником, так что лучше не отставай.

— Я готов! Я обязательно её освою! — ответил Уилкс с бесстрашной улыбкой на вызывающие слова Харуто.

И вот, эти двое начали свои тренировки под руководством Харуто и Терше.

◇ ◇ ◇

Рейн сидела на краю крыши главного здания «Серебряного кролика ночного неба», глядя на луну.

— Так вот ты где, — к Рейн подошла женщина — Сельма — и заговорила с ней.

— …Да. Я смотрела на луну.

Сельма подняла глаза вслед за словами Рейн.

Там, в темноте, одиноко сияла полная луна, окрашивая ночное небо.

— В последнее время я нечасто смотрела на луну, но сейчас вижу — она прекрасна.

— Да.

Некоторое время они обе в тишине смотрели на луну.

— Так тебе что-то нужно от меня? Может, жалоба или лекция о том, как я подрываю боевой дух остальных?

Рейн повернулась к Сельме с измученным выражением лица.

С того дня, как Орун объявил об уходе из клана, Рейн была апатична.

Она участвовала в отрядах, занимавшихся истреблением магических зверей на поверхности, но была далека от своего обычного состояния, что приводило других авантюристов в замешательство.

— Я не могу злиться на тебя, когда ты в таком виде. На самом деле я благодарна тебе за то, что ты помогаешь с истреблением зверей, хоть тебе и тяжело.

Не могу сказать это вслух, но даже Рейн, пребывающая не в лучшей форме, вносит больший вклад в борьбу с монстрами, чем остальные члены клана.

— Понимаю. Умом я осознаю, что так продолжаться не может, но сердце просто не поспевает. В любом случае, прости, что доставляю хлопоты.

Видя, как Рейн извиняется со слабой улыбкой, Сельма почувствовала смесь печали и беспомощности.

— Послушай, Рейн. Не хочешь поговорить со мной? Я молчала, думая, что ты сама со всем разберешься, но вместо того чтобы пойти на поправку, ты, кажется, всё больше времени проводишь с несчастным видом.

— Я… я больше не могу видеть тебя в таком состоянии…

— Мне правда очень жаль. Но ведь я — старшая сестра.

При этих словах взгляд Сельмы стал обвиняющим.

— …И что с того, что ты сестра? Тебе нельзя показывать слабость младшим? Даже когда ты так явно страдаешь…!

— Ахаха… Тут мне нечего возразить. Но да. Старшая сестра должна нести всё на своих плечах в одиночку.

Плечи Сельмы задрожали.

— Ты так представляешь себе старшую сестру, Рейн?.. Если так, то ты ошибаешься! Я столько раз показывала свою слабую сторону младшей сестре!

Эмбаррасирующие вещи, поступки, которые приводили её в замешательство! И всё же моя сестра София принимает меня такой, какая я есть.

Разве сестры не должны показывать друг другу всё: и хорошее, и плохое?!

— …

— Я считаю тебя своей дорогой подругой, Рейн! Я полагаюсь на тебя, как на старшую сестру! Ты всегда помогала мне. Я тоже хочу быть рядом с тобой…!

Сельма выплеснула свои чувства.

Её отчаянные слова, казалось, достигли Рейн, и по её щеке скатилась слеза.

— …Это… нормально?.. Полагаться на других такому человеку, как я… Мне, которая не заслуживает спасения…

Сельма решительно кивнула.

— Конечно, нормально!

Рейн сквозь слезы прошептала тихое:

— Спасибо…

◇

Спустя некоторое время Рейн, восстановив самообладание, начала по крупицам рассказывать свою историю.

Это произошло в её детстве, когда её боготворили как особенного мага, и она возгордилась собой.

Однажды человек с повязкой на правом глазу попросил её телепортировать его и людей, которых он вел, в Деревню Рассвета.

Поверив его словам о том, что это нужно, чтобы помочь людям, Рейн телепортировала их.

Несколько дней спустя её старшая сестра, Терше, открыла ей правду.

Их цель была прямо противоположной помощи людям — они собирались уничтожить деревню.

В то же время ей сказали, что из-за её косвенной причастности её рано или поздно убьют.

Увидев трагическое состояние места, где когда-то была деревня, Рейн получила от Терше минимум припасов и приказ покинуть страну, что она и сделала.

— Деревня Рассвета?.. Я никогда не слышала об этом месте, — пробормотала Сельма, слушая рассказ Рейн.

— …Да. Это было скрытое от глаз поселение. …Т-Так вот, тогда…

Рейн, решившая выговориться, почувствовала, как слова застряли в горле, когда она подошла к самой сути.

Она, казалось, была в ужасе от возможной реакции Сельмы.

«Я решила рассказать ей всё. Даже если она разочаруется во мне, услышав это, — это моя вина, и я должна её принять…»

Рейн сделала несколько глубоких вдохов, затем собралась с духом и произнесла:

— Та Деревня Рассвета… она была родиной Орун-куна.

— …А? — ошеломленный звук сорвался с губ Сельмы, словно это откровение было слишком неожиданным.

— Конечно, он тоже был в деревне в тот день. Кажется, Орун-куну повезло выжить, но его родители и большинство жителей деревни тогда погибли.

— …

— Получается, это я убила родителей Орун-куна. Думаю, его потеря памяти может быть вызвана шоком от тех событий…

Я… я отняла у него родителей, и всё же вела себя с ним как старшая сестра.

— …Видишь? Я не тот человек, который заслуживает спасения, не так ли? — Рейн горько усмехнулась.

Сельма опустила взгляд. Ночь не позволяла Рейн разглядеть выражение её лица.

Сельма молчала всего несколько секунд, но для Рейн, чувствовавшей себя так, словно она ожидает приговора, это время показалось вечностью.

— …Так вот что произошло, — наконец заговорила Сельма.

Рейн затаила дыхание и зажмурилась.

— Спасибо, что рассказала. Если ты всё это время так думала, тебе, должно быть, было очень тяжело, — Сельма нежно обняла Рейн.

Рейн, ожидавшая обвинений, была ошеломлена словами и действиями Сельмы.

— …А? Почему? Почему ты не винишь меня? Я отняла родителей у человека, который тебе нравится, Сельма?..

— Почему ты так винишь себя? Ты этого не делала, Рейн. Ты просто хотела помочь людям.

Кроме того, Орун сам сказал в тот день, не так ли? «Рейн не виновата». «Виноваты те, кто сделал Рейн соучастницей».

Послушав твою историю, я согласна с Оруном.

Виноват тот человек с повязкой, который воспользовался твоей добротой и напал на деревню.

— Но если бы я не помогла…

— Конечно, возможно, это была бы трагедия, которую удалось бы предотвратить, если бы ты не помогла.

Но человек с повязкой мог найти другой способ напасть на деревню. В конечном счете, мы не знаем, что бы произошло.

Я не говорю, что тебе должно быть всё равно, но не думаю, что тебе нужно нести больше вины, чем необходимо.

— …Спасибо, Сельма. У меня такое чувство, будто камень с души свалился. Я рада, что рассказала тебе.

Сияющая улыбка, самая яркая за долгое время, появилась на лице Рейн, словно тяжкое бремя спало с её плеч.

— Я рада, что смогла помочь. Если тебя когда-нибудь снова что-то будет тревожить, пожалуйста, не стесняйся говорить со мной.

Уилкс и Лукреция тоже беспокоились о тебе.

Они всегда полагались на тебя, и теперь они полны решимости поддержать тебя.

Они тренировались вместе после завершения истребления зверей и в последнее время возвращались все в синяках и ссадинах.

— Они правда?.. А я и не заметила. Ахаха… Насколько же я была слепа… Я и им доставила хлопот…

— Думаю, если ты покажешь им свою улыбку сейчас, они почувствуют облегчение.

— Да, ты права. Они еще не вернулись?

— Если они вернутся в обычное время, то скоро должны быть.

— Понятно. Тогда, пожалуй, я пойду и встречу их.

Рейн встала и уверенной походкой направилась к двери на крышу.

Пока Сельма с облегчением провожала её взглядом, на её лице отразилось осознание.

— Ах, Рейн! Дай мне поправить еще кое-что напоследок!

— …?

— М-мне не нравится Орун, ясно?! То есть, он мне нравится как человек, но я не вижу в нем мужчину!

Рейн, ошарашенно смотревшая на Сельму, разразилась смехом.

— Э, ну это ты загнула. Я ведь вижу, Сельма, как твое лицо всегда смягчается, когда ты смотришь на Орун-куна.

— Э-это…! Верно! Всё потому, что Орун — дорогой друг и моя цель! …Да, должно быть, в этом всё дело!

Смех Рейн эхом разнесся в тишине ночи.

Вина внутри неё не исчезла. Она всё еще несла свою боль, но теперь она улыбалась.

Её улыбка, освещенная лунным светом, сияла нежным сиянием.

***