Перемена течений

Глава 1: Перемена течений

◇ ◇ ◇

— Орн, не хочешь ли ты стать моим?

Меня призвали в королевский замок и проводили в личные покои; теперь я сидел за столом напротив женщины, которая меня поджидала.

Ее звали Лусила Н. Эдельвейс. Облаченная в ослепительное платье, она обладала безупречной красотой: юное, почти детское лицо, золотые волосы, сияющие в лучах солнца, и глаза цвета алого пламени.

Она была единственной дочерью короля Нохитанта — иными словами, принцессой.

Получив вызов от особы королевской крови, я ожидал услышать невыполнимое требование, но слова, сорвавшиеся с ее губ, превзошли любые мои догадки.

«...»

— Видишь ли, Орн, я твоя большая поклонница, — продолжала она. — Ты привел «Золотой рассвет» на девяносто четвертый этаж Великого Южного Лабиринта, достиг девяносто третьего сразу после вступления в «Серебряный заяц ночного неба» и даже в одиночку покорил босса девяносто второго этажа. Я считаю это беспрецедентным, чудесным достижением.

— ...Вы мне льстите.

— Я тоже достигла того возраста, когда пора остепениться, и мне наскучило, что все вокруг донимают меня этим вопросом. Я нахожу заманчивой идею брака по любви. Союз двух сердец, что бьются в унисон, — разве это не прекрасно?

Внезапный поворот событий сбил меня с толку, но принцесса Лусила продолжала, то ли намеренно игнорируя мою реакцию, то ли, что вероятнее, наслаждаясь ею.

— В дополнение к твоим прошлым заслугам, нельзя забывать о службе во время имперского вторжения три месяца назад. Одного этого более чем достаточно для дарования рыцарского звания. Что скажешь? Не желаешь ли стать моим рыцарем? Уверена, Орн, за этим быстро последует и повышение в титуле. Путь будет тернист, но, возможно, это станет испытанием, в котором окрепнет наша любовь.

Принцесса Лусила говорила с легким, серебристым смехом. По ее манере было невозможно понять, какая часть сказанного — лишь шутка.

— Вы шутите, Ваше Высочество. Для такого человека, как я, было бы верхом дерзости стоять подле вас.

— Фу-фу, если бы ты согласился, Орн, я бы не позволила никому сказать и слова против. Пусть я и нахожусь на нижней ступени престолонаследия, я все же принадлежу к королевскому роду. Я редко вмешиваюсь в политику, но определенным влиянием все же обладаю, знаешь ли.

Она произносила довольно угрожающие вещи, сохраняя при этом свою нечитаемую улыбку. Но в ее голосе звучала такая уверенность, что я невольно поверил: она способна исполнить обещанное.

«...Нет, она наверняка просто дразнит меня, верно? И все же у меня дурное предчувствие. Кажется, если позволить ей и дальше вести игру, я окажусь в ловушке прежде, чем успею это осознать».

— Ваше Высочество, я глубоко польщен возможностью служить вам, однако вынужден просить прощения. Боюсь, участь авантюриста больше подходит моему нраву.

Когда я ответил решительным отказом, выражение лица принцессы Лусилы ни капли не изменилось.

— Вот как. Что ж, если ты настроен столь серьезно, ничего не поделаешь. На этот раз я отступлю.

Ее ответ был на удивление беспечным. Но фраза «на этот раз» подразумевала, что будет и следующий. Стоит заранее подготовить новые оправдания.

Хотя мне было искренне приятно внимание столь прекрасной женщины, я предпочитал и дальше вести беззаботную жизнь авантюриста.

Как раз в тот момент, когда я с облегчением выдохнул, в дверь постучали.

— Ваше Высочество, это Грэм, — раздался мужской голос.

— Как раз вовремя, — пробормотала принцесса Лусила. Она обменялась взглядом с горничной, стоявшей у стены, и кивнула.

Горничная открыла дверь, и в комнату вошли двое мужчин.

Первым был пожилой человек лет пятидесяти пяти. У него был острый взгляд и властная осанка человека, привыкшего повелевать.

Вторым был высокий, мускулистый мужчина средних лет. По его позе и тому, как быстро двигались его глаза, было ясно — это телохранитель старика. Ни одной бреши в защите. Этот человек был силен. Очень силен. Я не сомневался, что без [Снятия печати] буду против него совершенно бессилен.

— Благодарю за визит, герцог Азаль.

Старик, которого принцесса назвала герцогом Азалем, смягчился в лице, став похожим на дедушку, с нежностью взирающего на внучку.

— Стоит вам позвать, принцесса Лусила, и я примчусь, где бы ни находился.

— Фу-фу, это весьма обнадеживает!

— А он кто?

Закончив приветствие, герцог Азаль перевел свой пронзительный взгляд на меня.

— О, слухи распространяются быстро. Да, это Орн Дюра-сан из клана авантюристов «Серебряный заяц ночного неба». Орн, это герцог Азаль, главнокомандующий Центральной армией королевства, и Уоррен Хейс-сан, капитан королевской гвардии Центральной армии.

Принцесса Лусила представила мужчин.

Я не особо удивился, узнав, что старик — главнокомандующий, учитывая его титул. Но второй мужчина — совсем другое дело. Неудивительно, что он был так силен.

— Рад знакомству, юный Орн. Я Грэм из дома Азаль, мне доверено командование Центральной армией. Это честь для меня, — произнес герцог, протягивая руку.

— Взаимно, герцог Азаль. Я Орн. Честь принимать вас принадлежит мне, — ответил я, слегка пожимая его руку. Чтобы герцог с порога предложил рукопожатие простолюдину вроде меня... Стоит ли расценивать это как знак уважения?

После моего приветствия с герцогом вперед шагнул Уоррен-сан.

— Уоррен Хейс, — представился он с дружелюбной ухмылкой. — Услышал, что ты будешь здесь, и увязался за герцогом. Рад встрече, Орн.

— И я очень рад. Никогда не думал, что мне выпадет шанс встретить прославленного Хранителя, Уоррена-сама.

— Хех, значит, знаешь, кто я такой.

— Разумеется. Вы один из тех авантюристов, которых я уважаю больше всего.

Причина, по которой я знал об Уоррене-сане, была проста. Он был лидером отряда Героя «Золотое эхо» — того самого, что блистал до нас с Оливером.

Проще говоря, он был моим предшественником.

Однако к тому времени, как я стал авантюристом, Уоррен-сан уже вступил в ряды Центральной армии. Он, без сомнения, был главным претендентом на звание сильнейшего человека в королевстве.

К слову, Альберт-сан, покойный ас «Серебряного зайца ночного неба», ушедший от нас в прошлом году, также был членом «Золотого эха» и носил тогда титул Героя.

— Я-то думал, нынешняя молодежь обо мне и не слышала, так что мне искренне приятно это слышать! Хотя, признаюсь, немного неловко принимать знаки уважения от самого «Героя Королевства».

— Что ж, господа, почему бы нам не присесть? Разговоры на ногах так утомительны, — вставила принцесса Лусила, жестом приглашая нас к столу. К нему добавили два стула, и мы вчетвером устроились вместе.

— А теперь, если позволите, перейдем к более серьезному разговору, — произнес герцог Азаль после недолгой светской беседы, и лицо его стало суровым.

Расслабленная атмосфера в комнате мгновенно натянулась струной.

— Это еще не предали огласке, но в начале следующего месяца на имперской территории планируется проведение саммита, посвященного вторжению трехмесячной давности.

Начало следующего месяца. Сегодня 7 декабря, значит, встреча состоится уже после Нового года.

— И Империя потребовала, чтобы Его Величество король лично присутствовал на этом саммите.

— Это невероятно эгоистичное требование, — заметил я.

Вторжение три месяца назад было целиком и полностью на совести Империи. Они грубо нарушили пакт о ненападении.

Не только королевство Нохитант, но и соседние государства сейчас осуждали действия Империи.

Королевство ни за что не отправило бы своего монарха в страну, которую уже считало потенциальным врагом.

— Ты прав, Орн-кун. Недавние действия Империи непростительны. Однако проблема не в этом. Проблема в том, что Его Величество согласился на их условия и заявил, что отправится в Империю лично.

— ...Разве это не слишком опасно?

— Я разделяю твои опасения. К сожалению, вопрос о поездке Его Величества практически решен.

— ...И почему вы говорите об этом мне? — спросил я, хотя внутри уже росло нехорошее предчувствие.

— Уоррен и отряд элитных гвардейцев будут сопровождать его в качестве охраны. Однако я хочу принять все возможные меры предосторожности. Поэтому я бы хотел, чтобы ты, обладающий силой противостоять Герою, также присоединился к ним.

Как я и думал.

Как правило, авантюристы не вмешиваются в государственную политику. Более того, теперь я член «Серебряного зайца ночного неба». Если я приму это предложение, это станет проблемой не только для меня, но и для всего клана.

«...»

— Герцог Азаль, Орн — мой. Я не отдам его Центральной армии, ведь он собирается стать моим рыцарем! Верно, Орн? — вмешалась принцесса Лусила, видимо, почувствовав мое колебание и решив подыграть в своей ироничной манере.

— Да, прошу прощения, — сказал я, ловя волну, которую она создала, чтобы отклонить предложение герцога. — Хотя, справедливости ради, в данный момент у меня нет планов становиться рыцарем принцессы Лусилы.

Когда я в очередной раз отказал ей, она лишь рассмеялась. «О боже, снова отвергнута», — прощебетала она, явно забавляясь.

— Герцог Азаль, кажется, я уже говорил, что попытки вербовать авантюристов — плохая затея, — подал голос Уоррен-сан, когда вопрос был улажен.

— Авантюристы — народ такой, вечно ищут, где бы «силушку испытать». Попробуешь принудить — большинство только ощетинится. И хотя Орн кажется парнем рассудительным, в нашем деле полно грубиянов, у которых мышц больше, чем мозгов. Найдутся и те, кто просто не станет выполнять приказы.

Уоррен-сан объяснял герцогу саму природу авантюристов.

Тот факт, что он намеренно подмешивал в свои слова долю вымысла, наводил на мысль: он пытается защитить меня и авантюристов в целом от использования государством.

Побывав и авантюристом, и солдатом, он наверняка понимал, где проходит граница между ними.

Возможно, мы, авантюристы, сами того не зная, все это время находились под его защитой.

— Однако вы, бывший некогда Героем, теперь служите капитаном королевской гвардии. Неужели нет других, подобных вам?

— Не скажу, что их нет совсем, но я — исключение. Лучше не делать из меня стандарт. И это лишь мое личное мнение, но, поговорив с ним, я думаю, что Орну лучше оставаться на вольных хлебах. Если позволить ему делать то, что он хочет, в долгосрочной перспективе это принесет стране больше пользы, чем попытка затащить его в Центральную армию.

— ...Я понимаю. Принимая во внимание ваше мнение, я пересмотрю свою позицию. Пока что я оставлю вопрос об Орне-куне.

— Благодарю за понимание, — произнес я.

— Нет, это я был слишком поспешен. Прошу прощения. Я возлагаю на тебя большие надежды. Надеюсь, в будущем мы сможем поддерживать взаимовыгодные отношения.

— Разумеется. Это весьма лестное предложение. Буду рад сотрудничеству.

◇ ◇ ◇

— Сестренка, смотри, смотри! Эта мягкая игрушка та-а-акая милая!

Моя младшая сестра София подняла плюшевого медведя размером с младенца и лучезарно улыбнулась мне.

Игрушка, конечно, была симпатичной, но София, прижимающая ее к себе, была еще очаровательнее. Да, София была сущим ангелом. В этом не было никаких сомнений!

— Да, очень мило.

— Правда? И представь себе, у него есть функция климат-контроля! Он все время поддерживает в комнате идеальную температуру!

Сейчас мы находились в «Компании Даунинг», магазине в королевской столице. «Компания Даунинг» была одной из ведущих торговых фирм мира, чья коммерческая сеть охватывала весь континент. В основном они занимались бытовыми магическими устройствами.

— Хочешь его?

— Хм, этот милашка, но тут столько всего другого, что я не могу решить. Можно мы еще немного посмотрим?..

— Конечно. До вечера у нас полно времени. Выбирай сколько захочешь.

Софии недавно исполнилось пятнадцать. В нашей стране это был возраст совершеннолетия, поэтому мы пришли в «Компанию Даунинг», чтобы купить ей праздничный подарок.

К тому же сегодня вечером мы планировали встретиться с Орном, который был в королевском замке, чтобы поужинать вместе, так что шоппинг в столице упрощал встречу.

И все же, о чем думает Люси, вызывая Орна вот так?

Нет, нужно перестать об этом думать. Пусть всего на день, но София была полностью в моем распоряжении. Было бы верхом глупости позволить ненужным мыслям испортить такое счастливое время!

— Знаешь, многие из этих вещей на первый взгляд совсем не похожи на магические устройства, — заметила София.

— Согласна. Это тот подход, который возможен только в компании, годами занимающейся бытовой магией. Нашему клану стоило бы поучиться у них паре вещей.

Многие товары здесь имели изысканный дизайн, служа украшением комнаты, если это были предметы интерьера, или акцентными аксессуарами, если их предполагалось носить на себе.

И вот так я наслаждалась блаженными мгновениями рядом с сестрой.

Пока мы продолжали осмотр, мой взгляд упал на ободок с кошачьими ушками.

— У них есть даже такое. Что это? «Кошачьи ушки, которые двигаются в такт эмоциям владельца»?

— Значит, эти ушки умеют читать эмоции? Какая же формула делает это возможным?..

— Выглядит весело! Эй, сестренка, примерь!

— Я?! Ты же знаешь, мне такие вещи не идут!

— Это неправда! Будет супер-мило! Пожалуйста! Ну пожа-а-алуйста!

Невинный взгляд Софии был направлен прямо на меня.

Ух, я не могу сказать «нет», когда она так смотрит..!

— Л-ладно... Только не смейся, даже если это будет выглядеть нелепо, хорошо?..

— Спасибо! Вот, держи!

Я взяла ушки, которые она протянула с сияющей улыбкой, и, набравшись смелости, надела их на голову.

Я чувствовала, как горит мое лицо.

«...»

— С-София. Скажи хоть что-нибудь...

Не в силах выносить ее молчание, я повернулась к ней и обнаружила, что она смотрит на меня широко открытыми глазами.

— Т-так... мило! Ты выглядишь так невероятно мило, сестренка!

После мгновения тишины глаза Софии загорелись, словно прорвало плотину эмоций, и она издала восторженный крик.

— Т-ты так думаешь?

— Угу, угу! Так мило! О, о! Скажи «мяу»!

«...»

— Ну пожалуйста, сестренка!

Прекрати, я бессильна перед этими глазами...

— М-мяу...

— Кья-а-а!! Потрясающе! Это просто нереально круто!

Восторг Софии зашкаливал, и ее словарный запас свелся к бессвязным возгласам.

Ее гиперактивное состояние привлекло внимание других покупателей в магазине. Все они смотрели на меня и краснели, но это я готова была провалиться сквозь землю от смущения!

Несмотря на эту маленькую сцену, мы продолжали наслаждаться временем, проведенным вместе.

◇

Закончив покупки в «Компании Даунинг», София заговорила, когда мы шли по улицам столицы.

— Сестренка, спасибо тебе за то, что забрала меня из дома в тот день.

— ...С чего вдруг такие мысли?

— Аха-ха, наверное, это было немного внезапно. Я всегда тебе благодарна, просто подумала, что редко говорю об этом прямо.

— Тебе не за что меня благодарить. Это я утащила тебя за собой, поддавшись порыву.

— И все же, если бы ты не забрала меня тогда, я знаю, что не жила бы такой насыщенной жизнью, — продолжала София с мягкой улыбкой на лице. — Ты подарила мне счастливые дни, сестренка. Не знаю, как я смогу когда-нибудь отплатить тебе, но на днях я стала взрослой и чувствую, что расту, по чуть-чуть. Так что, если у тебя когда-нибудь будут неприятности, не стесняйся, скажи мне, хорошо? Я сделаю все, что в моих силах!

— ...Верно. Ты теперь взрослая, София.

— Именно, я теперь взрослая!

Ее слова заставили меня заново осознать, как сильно выросла София.

Становясь старше, она может однажды покинуть меня. Это будет невыносимо грустно, но если это приведет ее к счастью, я должна буду проводить ее с улыбкой.

Думаю, это последнее, что старшая сестра может сделать для младшей.

Вот почему я должна дорожить этим временем, которое мы можем проводить вместе сейчас и в будущем.

— Хорошо. Если что-то случится, я обязательно поговорю с тобой об этом.

— Договорились! — София кивнула с довольным видом.

Это выражение лица было для меня дороже всего на свете.

◇ ◇ ◇

Попрощавшись с принцессой Луцилой и остальными, я покинул королевский замок и направился к одному из столичных ресторанов.

— Снег, — едва слышно прошептал я.

Ожидая гостей в отдельном кабинете, я наблюдал в окно за первым снегом, чьи лениво кружащиеся хлопья стали безмолвным вестником окончательно воцарившейся зимы.

— Похоже, ты пришел первым, Орун. Прости, что заставили ждать.

— Простите за опоздание, Орун-сан.

Я рассеянно любовался снегопадом, когда в дверях показались Сельма-сан и София.

Мы собрались здесь, чтобы отметить совершеннолетие Софии.

Как правило, подобные праздники справляют в узком семейном кругу. Я чувствовал себя здесь несколько лишним, но София любезно пригласила меня на сегодняшний ужин, так что мы с Сельмой-сан праздновали этот день вместе с ней.

К слову, их родовое поместье находилось в Даль-Ане, в восточной части королевства.

Было бы естественно, если бы здесь присутствовала вся семья Софии, но в прошлом девочка подвергалась жестокому обращению со стороны мачехи, госпожи Клодель.

По этой причине Сельма-сан тоже держалась от семьи на расстоянии, фактически став для Софии единственным близким человеком.

— Вовсе нет, я и сам только пришел. Ну что, София, тебе понравилось гулять по столице?

— Да! Я здесь впервые, поэтому всё кажется таким новым и упоительным! Мы даже зашли в лавку компании «Даунинг», которая недавно открылась в королевстве. Там было столько милых магических вещиц, это было так весело! Правда ведь, сестренка?

— Ах, д-да... так и есть, — ответила Сельма-сан, отводя взгляд, но соглашаясь с сестрой.

Такая реакция была для нее редкостью.

И всё же, компания «Даунинг», вот оно как.

Изначально в этой стране доминировали отечественные фирмы, такие как компания «Флокхарт» — бизнес родственников Луны. Однако после инцидента на фестивале Благодарения полгода назад «Флокхарт» была поглощена компанией «Даунинг», которая теперь активно расширяла здесь свое коммерческое присутствие.

Я слышал, что товары «Даунинг» отличаются высоким качеством.

В бытность мою в «Золотой зари» я был частым клиентом «Флокхарт», отчасти из-за связи с Луной, поэтому их исчезновение вызывало у меня смешанные чувства. Но как потребитель, я не мог не радоваться тому, что «Даунинг» укрепляет здесь свои позиции.

София продолжала пересказывать события дня с сияющим, искренне счастливым выражением лица.

Один только её голос заставлял меня невольно улыбаться.

Когда все были в сборе, подали еду, и мы наслаждались беседой, пробуя изысканные блюда высокой кухни.

— Слышал, ваше продвижение в Лабиринте в последнее время идет на лад, — заметил я.

— Да! Кажется, я докладывала, что в прошлом месяце мы одолели босса пятидесятого этажа, но теперь мы добрались уже до пятьдесят пятого! Наша ближайшая цель — как можно скорее достичь нижних ярусов!

Я следил за новостями о «Сумеречной лунной радуге», так что уже знал об их успехе на пятьдесят пятом этаже.

Во время весенней тренировочной экспедиции София и остальные смогли добраться лишь до пятидесятого.

Но теперь они пробивались вглубь своими силами. Мысль об этом наполняла меня чувством гордости.

Самый тревожный фактор — душевное состояние Кэрол — на данный момент тоже казался стабильным. Хотя она иногда и впадала в прострацию, Луна говорила мне, что во время вылазок в Лабиринт девушка сохраняет привычную концентрацию.

— Приятно слышать. Но именно тогда, когда дела идут в гору, легче всего совершить роковую ошибку. Никогда не забывай, что Лабиринт — место смертельно опасное.

— Да, я понимаю! ...Орун-сан, вы, э-э, в последнее время кажетесь очень занятым.

Приняв моё предостережение, София заговорила с некоторой нерешительностью.

— ...Прости. В последнее время мне не удавалось уделять много времени вашим тренировкам.

Это была правда. С тех пор как я вернулся в Тутрил, я почти не виделся со своими учениками.

Главной причиной стала переменчивая политическая ситуация после имперского вторжения.

В настоящее время «Серебряный кролик ночного неба» ставил в приоритет покорение девяносто четвертого этажа Великого Лабиринта.

Раньше первый отряд отправлялся в Лабиринт через день, но недавно график изменился: два дня исследований сменялись лишь одним днем отдыха.

Даже в выходные дни находилось множество первоочередных задач, требующих внимания, и на тренировки времени почти не оставалось. Я понимал, что фраза «у меня нет времени» — лишь жалкое оправдание, и от этого чувствовал себя беспомощным.

— Нет! Я совсем не это имела в виду. Я знаю, как вы заняты, Орун-сан, к тому же теперь мы официальные авантюристы «Серебряного кролика ночного неба». Я тоже стала взрослой, так что не могу вечно полагаться на вашу опеку.

— Ты действительно стала сильнее, София, — произнесла Сельма-сан с нескрываемой радостью, слушая слова сестры о долгожданной независимости.

— Эхе-хе, теперь я тоже взрослая. Само собой!

— Хех, похоже, мы тоже не можем позволить себе проигрывать, Орун, — добавила Сельма.

— ...Ты права. Нам нужно зачистить девяносто третий этаж как можно скорее.

◇

— София, тебе понравилась еда? — спросил я, когда мы закончили с последним блюдом.

— Да! Было невероятно вкусно! Спасибо, Орун-сан, и тебе, сестренка, за то, что привели меня в такое чудесное место!

— Пожалуйста. Я рад, что тебе понравилось. И еще раз — поздравляю с совершеннолетием.

— Поздравляю, София.

Пока мы с Сельмой-сан рассыпались в поздравлениях, София одарила нас застенчивой, но лучезарной улыбкой.

— Точно, у меня есть для тебя небольшой подарок в честь праздника. Буду рад, если ты его примешь.

Я достал из магического хранилища конверт и протянул ей.

— О, спасибо. ...Письмо? Э-э, я могу его открыть?

— Конечно. Надеюсь, тебе понравится.

Получив мое разрешение, София с восторгом вскрыла конверт и извлекла оттуда лист бумаги.

— ...Это магическая формула? — спросила она, бросив беглый взгляд на содержимое.

— Верно. Я подумал, что материальный подарок может совпасть с тем, что подарила Сельма-сан, поэтому решил передать тебе заклинание. Его название — [Цепь усиления]. Формула была модифицирована специально под тебя, София.

— Э-э, разве [Цепь усиления] не ваше личное боевое заклинание, Орун-сан?

— Именно. После установки оно считывает формулу любого атакующего заклинания, проходящего сквозь него, и автоматически активирует идентичную, усиленную версию.

— В-вы уверены, что мне можно принять нечто столь невероятное?..

— Да. Я хочу, чтобы оно было у тебя. Верю, что ты сумеешь его освоить, София.

Эта магия отличалась от общепринятой.

Формула разрабатывалась с расчетом на то, что вместе с ней будет использоваться особая способность. Впрочем, я уже подтвердил, что её можно воспроизвести с помощью [Психокинеза] Софии, так что проблем возникнуть не должно.

Я надеялся, что это заклинание станет катализатором для дальнейшего пробуждения её способностей.

— ...Спасибо. Я обязательно освою это заклинание и оправдаю ваши ожидания, Орун-сан!

— Вот и славно. Буду ждать с нетерпением.

На этом моя встреча с принцессой Луцилой и празднование совершеннолетия Софии подошли к концу.

Теперь нам предстояло начать полномасштабный штурм девяносто третьего этажа.

Но прежде мне нужно было сделать кое-что еще.

◇

Прошло несколько дней с праздника Софии и моего возвращения в Тутрил.

Сегодня у первого отряда был выходной от исследований Лабиринта, и я заранее удостоверился, что у «Сумеречной лунной радуги» тоже день отдыха.

Я направился к живописному холму на окраине города, и, как и ожидал, тот, кого я искал, был там.

— Зимой здесь холодно. Ты простудишься, если будешь сидеть тут слишком долго.

Я обратился к фигуре, обхватившей колени руками и безучастно взиравшей на плывущие по небу облака.

— Мастер?..

Кэрол отреагировала на мой голос, переводя взгляд в мою сторону.

Холод в её глазах постепенно сменялся теплом, возвращаясь к привычному состоянию. И выражение лица снова приняло вид дружелюбной, неизменной улыбки.

— Хм? Разве первый отряд не должен сейчас исследовать Лабиринт? — спросила она, в замешательстве склонив голову набок.

Если смотреть со стороны, она казалась обычной собой, но, видя её состояние мгновением ранее, моё сердце болезненно сжалось. Я заставил себя вести как можно непринужденнее.

— Наш график недавно изменился. Сегодня у нас выходной.

— О, правда? Значит, вы совсем как мы!

— Верно. У нас обоих сегодня отдых. Так что... — я сделал паузу. — ...тебе не нужно притворяться. Можешь вести себя естественно.

От моих слов у неё перехватило дыхание.

До сих пор, если Кэрол пыталась что-то скрыть, я делал вид, что ничего не замечаю.

С момента битвы с Оливером полгода назад я начал терять способность сопереживать другим.

Но это было лишь оправданием.

Я не мог громко заявлять, что способен спасти Кэрол, но я мог хотя бы попытаться облегчить страдания девушки, которой явно было невыносимо больно.

— Ну же, Мастер. Я всегда веду себя естественно, разве нет?

Хотя в её глазах промелькнула тень беспокойства, как она и сказала, её выражение лица, тон и манеры ничем не отличались от обычных. Как я и думал, простых слов будет недостаточно, чтобы достучаться до неё.

— Понимаю. Значит, я ошибся.

— Ага! Боже, Мастер, не говорите таких странных вещей внезапно.

— Прости, прости. И всё же, здесь славное местечко. Недалеко от города, но тихо. Идеально подходит для того, чтобы привести мысли в порядок или когда что-то гложет душу.

Я сел рядом с ней, лихорадочно пытаясь подобрать нужные слова.

— ...Неужели даже у Мастера есть поводы для беспокойства?

— Конечно. Я стараюсь не показывать вам свои слабости, но я всего лишь человек. У каждого есть тревоги, большие и малые. У тебя ведь тоже, верно, Кэрол?

— Я...

Когда я слегка надавил, взгляд Кэрол дрогнул.

— ...Возможно, это тема, которую ты не хочешь затрагивать, Кэрол, но сегодня мне придется настоять на этом разговоре.

Должно быть, почувствовав что-то в моем выражении лица, я заметил проблеск страха за её улыбкой. Но сегодня я был полон решимости встретиться с ней лицом к лицу.

Продолжение этих иносказаний лишь заставит её и дальше уходить от ответа.

Возможно, такое давление причинит ей еще больше боли. Возможно, всё это лишь ради моего собственного самоудовлетворения.

И всё же, я чувствовал, что это мой долг как её наставника.

Утвердившись в своем намерении, я заговорил.

— ...Уверен, ты уже догадалась, Кэрол, но я знаю об инциденте, который привел тебя в «Серебряный кролик ночного неба». Я знаю, как с тобой обращались в Ордене «Цикламен».

— !..

— Я не смею утверждать, что понимаю, через что ты проходишь сейчас. Не думаю, что я способен даже вообразить это. Поэтому я хочу, чтобы ты сама сказала мне. Ты страдаешь, Кэрол? Или ты действительно ничего не чувствуешь?

— Н-но...

Я чувствовал, как её сердце колеблется, замирая в ответ на мои слова.

Если она медлит, значит, ей есть что сказать.

— Мне дорога личность, известная как Кэролайн Инглот.

— ...А?

— Кэрол, ты моя драгоценная ученица и мой товарищ. Что бы ты ни пережила, я приму тебя. Тебе не нужно думать о тяжелых вещах. Знаешь, иногда просто высказать то, что ты хочешь сделать, о чем думаешь... я верю, это может помочь тебе почувствовать себя лучше.

— ...Правда? О чем бы я ни думала... вы всё равно останетесь моим мастером? — спросила она, робко встречаясь со мной взглядом.

Я видел в её глазах хрупкую надежду.

— Разумеется. Я сказал тебе в тот день, когда стал твоим наставником, помнишь? Что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне. Это единственное, что никогда и ни за что не изменится.

Услышав мой ответ, Кэрол опустила голову и едва слышно прошептала: «...Хорошо».

Последовало недолгое молчание.

— ...Моя мама, — начала Кэрол, её голос был подобен шелесту листвы, — когда она была жива, всегда говорила: «Улыбайся, когда тяжело». Она говорила: «Если будешь продолжать улыбаться, однажды ты найдешь счастье».

Она начала рассказывать о себе.

— ...Я боюсь людей. Я люблю Лога, и Софию, и вас, Мастер, и Лу-ни, и всех в «Серебряном кролике». Это правда. Но я также знаю... что в этом мире есть люди, которые и глазом не моргнут, видя чужие страдания, и люди, которые ударят тебя просто потому, что у них плохое настроение.

Орден «Цикламен», в котором раньше состояла Кэрол, был одной из самых печально известных преступных организаций мира. Похищения, торговля людьми, терроризм — список их злодеяний был бесконечен.

— Там было невыносимо. Каждый день я молила о смерти. В конце концов я решила покончить с собой и сделала это. Но я не смогла умереть. Именно тогда проявилась моя способность — моё проклятие — [Самоисцеление].

Проклятие, вот как.

Для меня моя способность была оружием, чем-то, что помогало мне.

Наверное, так было для большинства обладателей дара.

Но для Кэрол её сила была чем-то, что она презирала всей душой.

— Раз я не могла умереть, мне оставалось только смеяться. Мне оставалось только цепляться за мамины слова.

Слова матери пустили в ней глубокие корни. ...Полагаю, со мной было то же самое.

— Поэтому я заставляла себя улыбаться, и тогда трудности и боль ранили не так сильно. И когда я делала то, что от меня хотели, и добивалась хороших результатов, люди улыбались, и тогда тех, кто причинял мне боль или бил меня, не было рядом.

Кэрол всегда ставила других выше себя.

Само по себе это было одной из её добродетелей.

Но её фундамент был заложен в чем-то глубоко негативном.

Я ожидал чего-то подобного, но слышать это из её собственных уст было невыносимо тяжело.

— Поэтому я думала, что мамины слова — правда. Если я буду улыбаться, мне не будет больно. И если все остальные будут улыбаться, никто не сделает мне ничего ужасного. Все будут счастливы. Вот почему я улыбаюсь. Я должна заставлять всех улыбаться.

Я представлял себе это. Что прошлое Кэрол было отнюдь не легким. Но это...

— ...Спасибо, что доверилась мне, Кэрол. Прости, что заставил тебя вспоминать о болезненных вещах.

Я протянул руку и погладил её по голове.

— ...Разве это не... неприятно? — спросила она, и в её голосе сквозило замешательство.

— Неприятно? С чего бы это?

— Вы сами сказали, Мастер. Что способность действовать с учетом интересов других — одна из моих добродетелей. Но... на самом деле, я делала это только ради себя.

— Вот оно что. Я вовсе не считаю это неприятным. ...Это лишь моя личная теория, но я верю, что в конечном счете люди — существа, действующие в собственных интересах. Даже когда мы делаем что-то для других, мы подсознательно ожидаем чего-то взамен.

Я поделился с ней своими размышлениями.

Я знал, что это крайняя точка зрения, и не считал её абсолютной истиной. Лишь один из способов восприятия мира.

— Кто-то, кого я уважаю, однажды сказал, что это общество построено на взаимной выгоде. И я с этим согласен. Поэтому я считаю, что в итоге те, кто способен действовать во благо других, оказываются в выигрыше.

— ...Для вас это тоже правда, Мастер? — спросила Кэрол, и её лицо стало необычайно серьезным.

— Полагаю, да. К примеру, я твой наставник и обучаю тебя всем премудростям авантюризма, но далеко не всё это делается только ради тебя. Если ты вырастешь и добьешься результатов, моя репутация как того, кто тебя обучил, тоже вырастет. В этом есть и мой эгоистичный мотив.

— ...Понимаю. Значит, не я одна такая.

Пробормотала Кэрол, и черты её лица слегка расслабились.

— Именно. Думаю, в каждом есть капля эгоизма. В тебе нет ничего странного, Кэрол. Ты просто обычная девушка. О — и чтобы ты не поняла меня превратно: я искренне хочу, чтобы все вы стали прекрасными авантюристами. Это моё настоящее чувство.

— Да. Я знаю это. Я всегда чувствую, как сильно вы заботитесь о нас, Мастер.

— Вот и хорошо. Я знаю, ты о многом думаешь сейчас, когда воссоединилась с родными и вспоминаешь прошлое. Но что бы кто ни говорил, сейчас ты — «Кэрол» из «Серебряного кролика ночного неба». Ты не одна, Кэрол. У тебя много товарищей, включая меня. Верно?

— ...Да. ...Да!

Кэрол решительно кивнула, всё еще не поднимая лица.

Какое-то время после этого слышались лишь тихие всхлипы. Но когда Кэрол наконец подняла голову, на её лице играла привычная улыбка.

— Спасибо, Мастер. Мне кажется, после разговора с вами стало немного легче!

— Рад это слышать. Отныне, если тебя что-то тревожит, сразу приходи ко мне. Держать всё в себе — плохая затея.

— Хорошо, я так и сделаю! Эхе-хе! Спасибо, Мастер!

— Не за что.

— Решено! Завтра я выложусь в Великом Лабиринте на полную! Цель: достичь нижних ярусов до конца года!

Кэрол вскочила и потянулась всем телом к небу, выкрикивая свое решение.

Я надеялся, что это станет катализатором, который поможет ей начать смотреть вперед.

То, как Кэрол встретит свое прошлое, решать только ей.

Всё, что я мог сделать сейчас — это создать условия, в которых она могла бы всё обдумать в своем собственном темпе.

И ради этого мне тоже придется потрудиться.

— Эй, Мастер, послушайте.

— Хм? Что такое?

— Если вы не против, я хотела спросить... могу я рассчитывать на индивидуальные уроки в будущем? Вы согласны?

— Конечно, согласен. Ну что ж, сегодня мы проведем особую тренировку один на один. И только попробуй мне устать.

— Ура! Спасибо, Мастер! Ну всё! Я стану еще сильнее и оставлю Софию и остальных далеко позади!

Её решительный взгляд был лучшим из того, что я видел за последнее время.

Да, улыбка действительно шла Кэрол больше всего.