Покорение девяносто третьего этажа

Глава 2. Покорение девяносто третьего этажа

С момента моего разговора с Кэрол прошло еще несколько дней.

Вместе с остальными членами первого отряда я уже вовсю исследовал девяносто третий этаж Южного Великого Лабиринта.

Путь к логову босса был проложен, так что сегодня нам предстояла финальная проверка перед решающим броском.

Нельзя сказать, что у меня совсем не было сомнений по поводу покорения Великого Лабиринта.

Слова Абеля Эддингтона, сказанные три месяца назад — о том, что Великие Лабиринты когда-то звались святилищами и были созданы героями сказок, — всё еще тяготили меня.

Однако способа проверить правдивость его истории не существовало.

Информации для окончательных выводов было слишком мало, и я решил, что пока нет смысла зацикливаться на этом.

Сейчас нам нужно было добраться до девяносто четвертого этажа, а затем — покорить его.

— Черт, ну и сырость тут, мерзость какая. Никак не привыкну... — ворчал впереди Уилкс, сохраняя бдительность во время разведки.

Девяносто третий этаж был почти полностью заросшим деревьями; к тому же здесь царили экстремально высокая температура и влажность. Словно в тропическом лесу, где никогда не бывает дождей.

Как и сказал Уилкс, это было промозглое место, в котором не хотелось задерживаться ни на секунду.

— Согласна. Здесь чуть лучше, чем на девяносто первом, но всё равно не то место, где тянет прогуляться, — отозвалась Рейн.

— Что по-настоящему бесит, так это то, что на поверхности сейчас зима! Вчера вечером шел снег. Кажется, я подхвачу простуду от такого перепада температур, — добавила Лукреция.

— Всем троим — прекратить болтовню, — голос Сельмы прозвучал в моей голове через телепатию. — Приближаются монстры. Три длиннорукие обезьяны. Рейн, Лукреция, готовьте заградительный огонь. Уилкс и Орун, на вас зачистка!

«Принято!» — синхронно отозвались наши мысли.

Мы мгновенно перестроились и перешли в боевую готовность, готовясь встретить врага.

Длиннорукие обезьяны были монстрами, напоминающими приматов с неестественно длинными конечностями. Их индивидуальная сила была невелика, но трехмерные перемещения по ветвям гигантских деревьев были невероятно сложными и трудноотслеживаемыми, что делало их одними из самых раздражающих противников.

Рейн-сан и Лукреция обрушили шквал [Водяных стрел] в сторону приближающихся тварей. Добить их магией было непросто, но подобный обстрел ограничивал их маневренность и не давал приблизиться к троим бойцам арьергарда.

Поскольку у длинноруких обезьян не было дистанционных атак, тыл находился в относительной безопасности, пока сохранялась дистанция.

А значит, мы с Уилксом могли смело идти на сближение.

Убедившись, что поблизости нет других монстров, я сорвался на бег.

Трое обезьян, не желая попадать под обстрел, сменили курс, уворачиваясь от [Водяных стрел].

— Я возьму ту, что спустится! Те, что наверху — твои! — крикнул Уилкс.

— Понял! [Отражающий барьер]!

Я оставил Уилксу ту особь, что приземлилась и неслась на нас, и нацелился на двух других, забравшихся выше в кроны.

Циркулируя ки по всему телу, я использовал комбинацию [Манипуляции гравитацией] и [Отражающего барьера], чтобы в мгновение ока сократить дистанцию.

Одна из обезьян встретила мой выпад острыми когтями, но я без труда уклонился и взмахнул Шварцхазе.

За мгновение до контакта лезвия я активировал [Импульс], и голова монстра отделилась от туловища без малейшего сопротивления.

Краем глаза заметив, как убитая тварь растворяется черным туманом, я попытался достать оставшуюся, но та ловко использовала деревья, чтобы ускользнуть из зоны досягаемости меча.

— Рейн-сан, перекройте ей путь к отступлению.

— Предоставь это мне!

Я обратился к Рейн-сан через телепатию, и несколько атакующих заклинаний прочертили воздух, отрезая обезьяне дорогу.

Благодаря ее магии я снова оказался на расстоянии удара. Одним взмахом Шварцхазе я превратил и эту обезьяну в черную дымку.

Внизу схватка Уилкса с последним противником шла в его пользу.

Он парировал атаки парными клинками, не упуская ни единой возможности методично снижать запас здоровья монстра.

Почувствовав свое поражение в лобовом столкновении, тварь попыталась бежать, но магия Лукреции пресекла эту попытку. Скоординированная атака двоих бойцов окончательно развеяла обезьяну прахом.

— Орун.

— Знаю, я уже занят этим.

Стоя на магической опоре в воздухе и наблюдая за боем Уилкса, я почувствовал, как сзади на невероятной скорости приближается куда более крупный сородич этих обезьян.

Тварь оттолкнулась от ствола дерева и бросилась на меня.

Я направил ману в клинок, не сводя с нее глаз.

Я резко усилил гравитацию, действующую на монстра. Тот на мгновение замер в замешательстве от внезапной тяжести, прежде чем успел дотянуться до меня, и рухнул на землю.

— ...Небесная вспышка.

Обезьяну, которая и так с огромной силой впечаталась в землю из-за добавленного веса, встретил последующий росчерк чистой тьмы. Сразу за этим на нее обрушился магический ливень Рейн-сан.

Спускаясь на землю, я добил израненную, но всё еще живую особь, и она наконец растворилась черным туманом.

— ...Твои движения становятся отточеннее с каждым днем. Привыкаешь к [Манипуляции гравитацией]? — спросил Уилкс, пока я подбирал магический камень.

— Ага. Всё еще нужно больше практики, но я уже неплохо представляю, что могу и чего не могу с ней делать. Я даже придумал несколько интересных способов применения. Надеюсь скоро опробовать их в настоящем бою.

— О? Звучит заманчиво. Обязательно расскажи мне об этих «интересных способах» на нашей следующей встрече.

— Разумеется.

Мы продолжили разведку девяносто третьего этажа и пришли к выводу, что готовы к полноценному штурму.

Операция начнется через два дня, после суток отдыха.

◇

«"Нефритовый вихрь" достиг глубоких этажей, вот оно как».

На следующий день я взял газету, и на первой полосе красовалась новость о том, что «Нефритовый вихрь» покорил девяностый этаж, пробился на глубокие уровни и стал новой группой S-ранга.

Это была группа Лоретты-сан, с которой я сражался в первом раунде турнира боевых искусств.

Еще тогда я отметил их как команду с самым мощным потенциалом, так что результат не стал для меня сюрпризом.

Говоря о зачистке новых этажей — мои ученики из «Сумеречной радуги» тоже делали уверенные успехи.

Сейчас они исследовали пятьдесят восьмой этаж, так что вполне могли добраться до нижних уровней еще до конца года.

С их навыками, усиленными присутствием Луны, их боевой мощи было более чем достаточно. Они стали по-настоящему надежными за столь короткий срок.

С этой мыслью на задворках сознания я просмотрел остальные статьи и отправился в лавку Деда.

В магазине был еще один покупатель — фигура, с ног до головы закованная в броню, вела переговоры с Дедом.

Это была лавка общих товаров для авантюристов, а значит, этот человек тоже был из наших.

Полный латный доспех, хм. «Бронированный авантюрист»? Но ведь в таком тяжелом снаряжении должно быть чертовски трудно двигаться... Секунду. Эта стойка... не может быть... Почему он здесь? Он же должен находиться в следственном изоляторе.

— Понадобится еще какое-то время, чтобы достать заказанный тобой предмет. Сможешь зайти где-то в следующем месяце? — сказал Дед.

Бронированный авантюрист кивнул и прошел мимо меня к выходу.

Из-за доспехов его походка немного отличалась от той, что я помнил, но сама привычка двигаться осталась прежней. Никаких сомнений.

— Эй, Дед.

— О, это ты, Орун. Что привело тебя сегодня?

— Завтра мы планируем взяться за девяносто третий этаж, пришел пополнить запасы расходников.

— Подожди минутку, — бросил Дед, скрываясь за прилавком.

Я убивал время, рассматривая товары на витринах. Спустя недолгое время он вернулся.

— Извини за ожидание. Как тебе такой набор?

Я подошел к прилавку и один за другим проверил выложенные предметы.

— Тот парень в броне, он часто сюда заходит? — спросил я.

— Ага. Стал заглядывать время от времени, пока ты пропадал в Регриффе. Что, заинтересовался им?

— Да, немного. С первого взгляда ясно, что он крепкий орешек. Всегда полезно присматривать за многообещающими авантюристами.

— Верно. Слыхал, он в одиночку спускается на нижние этажи. И возвращается без единой царапины, так что боец он, должно быть, отменный.

— Соло на нижних этажах? Разве это не безумно опасно?

Хотя на средних этажах и встречались одиночки, Лабиринт начиная с нижних уровней бросал вызов совершенно иного порядка: более сильные монстры, изменения среды — всё это трудно преодолеть одному. Сама Гильдия Авантюристов рекомендовала посещать их только в составе группы.

— Похоже, он осознает риски. И раз его это устраивает, не нам в это соваться.

Дед был прав. Это было не мое дело.

— Твоя правда. Хорошо, я забираю всё это. И добавь один точильный камень, пожалуйста.

Я еще немного поболтал с Дедом, проверил заказанный сверх меры камень и оплатил покупку.

— Кстати, год уже почти на исходе. Каким он был для тебя, Орун?

Вопрос Деда заставил меня оглянуться на прошедшие месяцы.

Случилось многое, но самым значимым событием, несомненно, стало мое исключение из группы Героя, «Золотой зари».

После этого я вступил в «Серебряного кролика ночного неба», обрел очаровательных учеников, пережил массу событий с этим кланом и даже познакомился с принцессой. Это был год, который я и представить себе не мог в это же время в прошлом декабре.

— ...Да. Если описать одним словом, это был насыщенный год, как бы банально это ни звучало. Осталось только, чтобы «Серебряный кролик ночного неба» покорил девяносто третий этаж для красивого финала. А как насчет тебя, Дед? Каким был твой год?

— Для меня всё по-прежнему. В старости годы летят незаметно. Не успел оглянуться, а уже снова конец года.

— Я слышал, что чем дольше живешь, тем быстрее бежит время.

— Я старик. Кто знает, сколько лет мне осталось.

— Не говори так. Я хочу, чтобы ты жил долго. Береги себя, хорошо? Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь.

— ...Ты прав. У меня еще остались дела, которые нужно завершить. Полагаю, мне придется пожить подольше.

Пробормотал Дед, устремив взгляд куда-то вдаль.

Он и раньше принимал такое выражение лица, так что беспокоиться было не о чем, но почему-то его слова зацепили меня.

— Дела, которые нужно завершить?..

— Это же очевидно, разве нет? Увидеть, как ты растешь, Орун. В этом теперь мой смысл жизни. Если хочешь что-то для меня сделать, просто позволь мне и дальше наблюдать за твоим ростом с близкого расстояния.

— И это всё? Простая просьба. Я сделаю всё возможное, чтобы стать тем, кем ты сможешь гордиться, так что просто смотри.

— Конечно. Похоже, следующий год будет бурным, но я надеюсь, что в это же время в следующем году мы с тобой снова будем так же мило беседовать.

— Империя активизировалась, так что в следующем году наверняка начнется движение между странами. Надеюсь, к этому времени я смогу доложить, что мы покорили девяносто четвертый этаж.

— ...Хм. Буду ждать с нетерпением.

Выйдя из лавки Деда, я мельком взглянул на небо.

В последнее время часто шел снег, но сегодня небо было пронзительно голубым, словно отражая состояние моего сердца.

Улыбка невольно тронула мои губы, когда я подумал о бронированном авантюристе, который был в лавке.

У меня много вопросов, но сейчас... я просто рад, что с тобой всё в порядке, Оливер.

◇

— ...Мы на месте.

Тихо произнесла Сельма-сан, когда первый отряд прибыл к цели.

Сегодня мы пришли в Великий Лабиринт, чтобы покорить девяносто третий этаж.

Следуя заранее намеченному маршруту, спустя несколько часов мы достигли врат в логово босса.

— Отличная работа, все. Мы не можем расслабляться надолго, но давайте воспользуемся моментом, чтобы подготовиться и восстановить силы. Будем дежурить по очереди, верно, Сельма?

— Да. Так будет правильно.

Рейн-сан предложила сделать короткий перерыв, и Сельма-сан согласилась.

— Хорошо, я возьму на себя первую стражу. Вы, маги, отдыхайте. Орун, подсобишь?

— Да, без проблем.

Уилкс окликнул меня, и мы вдвоем заступили на первое дежурство.

— Итак, покорение девяносто третьего этажа наконец близится к кульминации. Давай доведем дело до конца, не теряя бдительности, Орун, — сказал Уилкс, пока мы стояли неподалеку от врат босса.

— Верно. ...Уилкс, как мы и обсуждали на брифинге, этот враг — иная порода по сравнению с теми, с кем мы сталкивались раньше. Если план сработает, тебе придется тяжелее всех, но в конечном счете я рассчитываю на тебя.

— Ха-ха! Знаю. В любой ситуации я выложусь на полную. Ты тоже смотри не запори свою часть.

— Не волнуйся. Я подготовлю сцену так, чтобы ты мог показать всё, на что способен, так что положись на меня.

— Вот это мне нравится. Снова рассчитываю на тебя, ас.

После того как мы с Уилксом сами немного отдохнули, мы были готовы встретиться с хозяином этажа.

— Лукреция, с этого момента тебе нужно быть предельно сосредоточенной. Ты как? — спросила Рейн-сан у Лукреции перед вратами босса.

— Ага, энергии полно, никаких проблем! Знаю, тебе тоже будет непросто, Рейн-сан, но я рассчитываю на тебя!

— Разумеется. Можешь положиться на свою старшую сестру!

Рейн-сан выпятила грудь и уверенно заявила о своей готовности.

Она совсем не выглядела нервной.

Если план пойдет как надо, Рейн-сан станет стержнем этой битвы. Видеть ее в обычном хладнокровном, «сестринском» расположении духа было обнадеживающе. Мы справимся.

— ...Все готовы?

Сельма-сан посмотрела на каждого из нас, подтверждая нашу решимость.

Мы все синхронно кивнули.

— Тогда идем. Пора сразить босса!

— — — — ДА!

Я коснулся двери, отделяющей Лабиринт от логова босса, и она начала медленно отворяться.

В тот момент, когда внутреннее пространство стало видимым, я мгновенно оценил обстановку.

Всё было точно так же, как я помнил по своему визиту с «Золотой зарей» около года назад.

Земля была покрыта сочной травой, среди которой на большом расстоянии друг от друга были разбросаны невысокие деревья.

И вот он, почти в самом центре арены.

Гигантский монстр, чье тело было настолько толстым, что его можно было принять за массивное бревно, скользил по земле. На его треугольной голове трепетал длинный красный язык, похожий на пламя. Белый Змей свернулся кольцами, в упор глядя на нас.

— Белый Змей в центре арены! Перебрасываю всех согласно плану!

Я передал информацию остальным, на предельной скорости выстраивая магическую формулу в голове.

Услышав мой голос, четверо остальных достали свои белые магические инструменты в форме кинжалов. Я материализовал такой же кинжал и активировал заклинание.

— [Пространственный прыжок]!

Мое заклинание мгновенно телепортировало четверых бойцов. Они появились на равных интервалах вдоль внешней стены арены, образуя круг вокруг Белого Змея.

— Так, все, вонзайте кинжалы в землю!

Голос Сельмы-сан эхом отозвался в моем сознании.

Как и было велено, все вонзили белые кинжалы в почву в то самое мгновение, когда приземлились.

Холодный белый дым мощно вырвался из рукоятей, быстро обволакивая всю зону босса.

Сразу после этого я почувствовал, как температура моего тела повысилась от поддерживающей магии Сельмы-сан. Затем Сельма-сан, Рейн-сан и Лукреция сотворили свои заклинания, и по арене пронесся порыв ветра, заставив температуру резко упасть.

Белый Змей всё еще не предпринимал решительных действий.

К тому времени как ветер стих, пейзаж полностью преобразился. Логово босса превратилось в зимний ландшафт.

— Грань Хаоса!

Как только белый дым рассеялся, Уилкс двинулся первым.

Он взмахнул парными клинками, и росчерк хаотичной, смешанной маны устремился к Белому Змею.

Синхронно с его атакой Рейн-сан и Лукреция начали свой обстрел, сосредоточившись на магии воды и льда.

Я использовал [Слияние магического меча], чтобы перевести Шварцхазе в форму магического клинка, и в мгновение ока сократил дистанцию до Белого Змея.

Быстрее, чем змей успел среагировать, я оказался в зоне удара. Я нанес свой сильнейший удар, комбинируя [Импульс] и [Манипуляцию гравитацией].

«Черт! Как и ожидалось, даже это его не проняло».

Чешуя Белого Змея была полной противоположностью чешуе черного дракона.

Если у черного дракона она была твердой, то у Белого Змея — невероятно мягкой.

Мой удар ощущался так, словно его импульс был поглощен, а сила рассеяна. Против этой податливой, но прочной шкуры даже моя мощнейшая атака не нанесла существенного урона.

Магия Белого Змея заставила остроконечный ствол дерева вырваться из земли и на огромной скорости устремиться ко мне.

— Кх!

Я оттолкнулся от магической опоры, чтобы разорвать дистанцию со змеем, уклоняясь от стремительно растущего ствола.

Безветвистое гигантское дерево теперь стояло между мной и змеем, его ствол был испещрен отверстиями через равные промежутки.

Из этих отверстий вылетел шквал острых веток.

— [Пятая форма: Монт Фюнф]!

Я сгруппировался и укрылся за своим магическим щитом, чтобы переждать атаку.

— А ну посмотри сюда, змеиный ублюдок!

Пока внимание Белого Змея было сосредоточено на мне, Уилкс подобрался вплотную и обрушил парные клинки на его голову.

Как бы хорошо его тело ни рассеивало удары, голова не могла аннулировать всё.

Атака Уилкса, усиленная моим [Импульсом], впечатала голову Белого Змея в землю.

Но, как и подобает боссу этажа, даже когда его голову крушили, его хвост с идеальной точностью метнулся к Уилксу.

Тот был в воздухе и не мог уклониться.

Но для Уилкса парирование атак было второй натурой.

Это не менялось, даже когда он находился в безопорном пространстве.

Он ловко орудовал парными клинками и с легкостью отразил атаку хвоста.

Я предложил отступление через [Отражающий барьер] по телепатии, и Уилкс согласился.

Возникла серая стена, и мы с Уилксом коснулись ее, мгновенно отдалившись от змея.

Словно ожидая этого момента, плотность магических атак Рейн-сан и Лукреции возросла.

— Как я и думал, урона почти нет, — голос Уилкса прозвучал в моей голове, пока он наблюдал за змеем, который казался невозмутимым под дождем из магии.

— Нет, урон постепенно накапливается, по крупицам. Это раздражает, но у нас нет выбора, кроме как продолжать изматывать его магией. Сельма-сан, мои атаки мечом неэффективны, так что я присоединюсь к Уилксу в защите арьергарда.

— Поняла. Вы слышали Оруна. Теперь это битва на истощение. Всем сохранять предельную концентрацию!

— Принято!

Я прижал левую руку к земле, подготавливая [Создание магического меча], одновременно активируя другое оригинальное заклинание.

— [Наслоение: Пятый уровень]!

[Наслоение] было, попросту говоря, улучшенной версией техники усиления.

Овладев манипуляцией ки, я больше не нуждался в шести базовых типах поддерживающей магии.

Специализируясь на модификации формул, начертанных на мне самом, я достиг эффекта, сопоставимого с прежним [Наслоением], при этом радикально увеличив длительность боеспособности.

Раньше, когда мне требовалось использовать продвинутые боевые техники с [Наслоением], моим пределом был час. Теперь я мог сражаться несколько часов без проблем.

Хотя моей конечной целью было поддержание состояния постоянного [Снятия печати].

Оставив натиск на Белого Змея магам, мы с Уилксом начали вырубать окружающие невысокие деревья.

Магия Белого Змея позволяла ему взаимодействовать с растениями и контролировать их.

Так же, как он мгновенно вырастил гигантское дерево ранее, он мог создавать новые растения. Но помимо этого, уже существующие деревья в этой зоне могли действовать автономно, словно обладали собственной волей.

Чтобы предотвратить это, нам нужно было устранить препятствия, пока была возможность.

Односторонний бой продолжался еще какое-то время, но затем Белый Змей внезапно издал угрожающее шипение, и его чешуя начала приобретать синеватый оттенок.

Похоже, он адаптировался к холодной среде.

Его чешуя стала темно-синей, и со скоростью, никак не вяжущейся с его массивным телом, он бросился к Рейн-сан, отбросив прежнюю медлительность.

— Рейн, нужна поддержка? — спросила Сельма-сан через телепатию, ее голос был спокоен. Всё это было частью плана.

— Просто поддерживайте баффы. Я вытяну его на себя, как и договаривались. Остальным — приготовиться к атаке. О, и Лукреция, держи наготове заклинание воды.

Рейн-сан, со своей стороны, не выказала ни тени напряжения, несмотря на несущуюся на нее громаду; ее ответ был небрежным.

Когда расстояние между ней и змеем сократилось, она активировала заклинание.

Земля вокруг нее мгновенно вздыбилась, и хаотично выросшие каменные столбы преградили путь змею.

Но они почти не замедлили монстра, который просто проскальзывал между ними.

Не обращая внимания на препятствия, змей наконец навис над Рейн-сан и широко разинул пасть.

Его челюсти начали смыкаться с обеих сторон, намереваясь проглотить ее целиком.

Мгновение спустя из пасти змея донесся громкий взрыв.

Он тут же раскрыл челюсти, из которых повалила тонкая струйка дыма. Змей забился в конвульсиях, словно от боли.

— Моя магия была вкусной? — спросила Рейн-сан, теперь восседая на вершине одного из каменных столбов и обращаясь к змею, который впервые получил видимые повреждения.

Белый Змей вперил в нее полный ярости взгляд и со скоростью, на которую обычный человек не смог бы среагировать, хлестнул хвостом.

— Мимо. Я здесь.

Рейн-сан, которая уже переместилась на другой столб, поддразнила змея.

Его ярость усилилась, и змей использовал свою магию, чтобы прорастить бесчисленные лианы вокруг Рейн-сан.

Масса плетей хлынула к ней.

— Лукреция, воду! — крикнула Рейн-сан через телепатию, воздвигая вокруг себя барьер маны.

Пока я использовал [Манипуляцию гравитацией], чтобы замедлить движение лиан, над головой Рейн-сан возникло несколько магических кругов, и на нее обрушился поток водяных пуль.

— [Снежная буря]!

С заклинанием Рейн-сан вокруг нее материализовался холодный белый дым, гораздо более плотный по содержанию маны, чем тот, что исходил от кинжалов.

Лианы, которые уже почти коснулись Рейн-сан, мгновенно замерзли при контакте с белым туманом.

— Фу-фу. Жаль, господин Змей. Ты снова промахнулся, — усмехнулась Рейн-сан.

Белый Змей, издав оглушительное шипение, вновь бросился в атаку, на этот раз с еще большей скоростью, словно намереваясь протаранить ее головой.

Этот звук был не просто угрозой, а ревом чистейшей ярости.

Для тех, кто жил битвами, наличие или отсутствие способности становилось колоссальным водоразделом.

Рейн-сан не обладала способностью.

Однако она была особенным существом, отличным от обычных пользователей способностей.

— «Исключительный маг».

Именно этим термином описывали таких людей, как Рейн-сан.

Исключительный маг обладал предрасположенностью к конкретному заклинанию, настолько выходящей за рамки нормы, что никто не мог с ним сравниться.

Например, они могли выстраивать магическую формулу столь мгновенно, что казалось, будто на это вовсе не тратится время, или могли воздействовать на область, охватить которую обычно невозможно.

И «Исключительной магией» Рейн-сан был [Пространственный скачок], считавшийся сложнейшей для построения формулой среди всех общеизвестных заклинаний.

Будучи исключительным магом, Рейн-сан в прошлом пережила трагедию, а потому редко прибегала к [Пространственному скачку].

Однако ради этой битвы мы попросили ее сделать исключение и временно снять печать.

В тот самый миг, когда голова Белого Змея должна была сокрушить цель, Рейн-сан активировала [Пространственный скачок] и переместилась в иную точку.

— Все, сейчас!

Когда Белый Змей врезался головой в опустевшую каменную колонну, голос Рейн-сан эхом отозвался в наших разумах.

Мы не упустили эту брешь.

— «««[Молот Небесного Грома]!!!»»»

— Грань Хаоса!

— Небесная Вспышка!

Рейн-сан, Лукреция и Сельма-сан обрушили на врага заклинание высшего порядка, Уилл — свой хаотичный разрез, а я — иссиня-черный удар; всё это разом впилось в тело Белого Змея.

◇ ◇ ◇

По моему призыву все обрушили на Белого Змея мощную атаку.

— Рейн, ты еще держишься? — спросила Сельма, и в ее голосе сквозило беспокойство.

— Да. Я в полном порядке. Давайте продолжать изматывать его!

Я одарила Сельму ободряющей улыбкой.

Вскоре Белый Змей предпринял очередную попытку атаковать меня.

К тому моменту, как я выбрала точку для телепортации, чтобы уклониться, мой разум неосознанно завершил построение формулы [Пространственного скачка].

Я влила ману в формулу и снова переместилась.

Это чувство... как же давно я его не испытывала.

Пока я использовала [Пространственный скачок], чтобы водить Белого Змея за нос, меня захлестнуло определенное ощущение.

Это чувство всезнания о пространстве вокруг меня.

Это ощущение всемогущества, иллюзия того, что я могу управлять всем по своему желанию.

Я должна была презирать это чувство, и всё же оно поднималось из самых глубин моего сердца.

И воспоминания, которые я хотела стереть, но которые никогда не должна забывать, отчетливо всплыли в моем сознании.

Я родилась в герцогстве Хиттия, великой магической державе, расположенной в центре континента.

Существовало несколько причин, по которым ее называли великой магической страной.

Главной из них было наличие нескольких магических учебных заведений, называемых «академиями», подобных Институту Благородных в королевстве Ноитант.

К счастью, моя семья была состоятельной, поэтому я поступила в академию, как только мне исполнилось пять лет, и начала изучение магии.

Спустя несколько лет обучения я уже могла использовать заклинания высшего порядка каждой стихии, и взрослые наставники провозгласили меня гением.

Окончательно это закрепилось, когда я познала [Пространственный скачок], считавшийся вершиной магического искусства.

В тот миг, когда я увидела базовую формулу, я поняла в ней всё. Я могла выстроить ее без малейшей задержки и применить мгновенно.

Тогда я впервые узнала, что являюсь тем, кого называют Исключительным магом.

Постоянные возгласы о моей «гениальности», а затем осознание своей исключительности сделали меня высокомерной.

Я мнила себя особенной.

Но это в прошлом.

Теперь я понимаю, что я всего лишь обычный человек, которому магия дается чуть лучше, чем остальным.

Пройдя через череду превратностей судьбы, к моменту вступления в «Серебряный Кролик Ночного Неба» я испытала столько сожалений, что больше не считала себя особенной.

Но во мне всё еще жила определенная гордость Исключительного мага, человека, прошедшего обучение в академии.

Однако даже эта гордость была недавно сокрушена — человеком по имени Орн-кун.

Его способность к обучению выходит за всякие рамки.

Одним словом, он — «гений».

Я никогда не думала, что существует другой подобный гений, способный так полно растоптать мою гордость. Существование Орн-куна стало откровением.

Когда он был зачарователем в «Золотой Заре», он мог использовать [Пространственный скачок], но я слышала, что он не мог включить его в параллельное построение.

И всё же, присоединившись к «Серебряному Кролику Ночного Неба» и выслушав мои пояснения о заклинании, он углубил свое понимание с поразительной скоростью.

Казалось, он поглощал мои знания и чувства, делая их собственной плотью и кровью.

В этой самой битве он начал с того, что применил четыре [Пространственных скачка] одновременно, телепортировав каждого из нас в разные точки.

Это было моим коронным приемом, привилегией Исключительного мага.

Иными словами, это было нечто такое, что по всем законам не должен был уметь никто, кроме меня.

Но мастерство Орн-куна достигло уровня, на котором это стало возможным.

Чем больше времени я провожу с ним, тем чаще сталкиваюсь с фактом, что наше мастерство находится на разных ступенях.

Однажды мы обсуждали это с Сельмой, гадая, не покинет ли он нас когда-нибудь, чтобы стремиться к еще большим высотам.

Поэтому, если это время придет, если Орн-кун решит оставить нас позади, это будет печально, но я хочу проводить его с улыбкой.

Хотя я надеюсь, что этот день никогда не настанет, а пока, как старшая сестра, я хочу помогать ему всеми силами.

Верно. Потому что я — старшая сестра.

— Всем приготовиться к атаке!

Пока часть моего разума блуждала в прошлом и мыслях об Орн-куне, я воззвала к остальным через телепатию.

Я вновь уклонилась от атаки Белого Змея с помощью [Пространственного скачка].

Затем, ухватившись за брешь в обороне, мы развязали нашу бесчисленную по счету скоординированную атаку.

◇ ◇ ◇

— Уилл, время почти пришло. Ты готов? — передал я ему мысленно.

С начала битвы прошло несколько часов. Белый Змей слабел, и я, наконец, увидел путь к победе.

— Наконец-то! Я заждался!

Мы сражались на разных позициях, но по моему сигналу все, кроме Рейн-сан, собрались в назначенном месте.

Рейн-сан до самого конца продолжала отвлекать внимание змея на себя. Тварь, словно в сотый раз, бросилась на нее, пытаясь протаранить головой.

Разумеется, она уклонилась, используя [Пространственный скачок], и телепортировалась туда, где собрались мы.

— ...Фух. Простите, что заставила ждать. Остальное оставляю на вас, Орн-кун, Уилл!

Даже Рейн-сан после применения [Пространственного скачка] более сотни раз была явно истощена.

Если бы я применил его столько раз, я бы точно свалился без чувств. Это было суровым напоминанием о том, насколько далеко за рамки нормы выходят Исключительные маги.

— Да, предоставь это нам! — пробасил Уилл, и на его лице расплылась бесстрашная ухмылка.

Когда мы все собрались в одном месте, Белый Змей естественным образом обратил свой взор на нас.

— [Создание Магического Меча].

Я активировал заклинание, которое готовил с самого начала битвы. На земле вспыхнул массивный магический круг.

Из его центра поднялся сгусток чистой тьмы.

Когда Уилл коснулся его, в его правой руке возник Магический Меч, чье яростное давление заставило сам воздух вибрировать.

Опасаясь меча, Белый Змей свернулся в защитную позу.

Затем он использовал свою магию, чтобы вырастить между нами несколько гигантских деревьев, преграждая путь.

Но исход был уже предрешен.

— Уилл, прорывайся напролом! Я расчищу путь! [Шестая форма: Монт Зекс]!

Я крикнул Уиллу, трансформируя «Шварцхазе» в лук.

Я натянул тетиву, накладывая стрелу из сконцентрированной маны.

— Небесное сотрясение.

Тщательно прицелившись, я выпустил иссиня-черную стрелу.

Гравитационная волна, усиленная моим [Управлением гравитацией], в порошок стирала гигантские деревья на своем пути, пока стрела летела прямиком к Белому Змею.

Стрела поразила цель и, подобно Небесной Вспышке, развеяла ману; последовавшая за этим ударная волна отбросила змея.

Затем я создал гравитационный колодец прямо над его головой.

Ослабленный ударной волной и накопленным уроном, змей не смог сопротивляться. Гравитация раздавила его, заставив свернутое тело расправиться и подставить бок.

И прямо на этот обнаженный бок несся Уилл с Магическим Мечом в руках.

Белый Змей почувствовал его приближение и попытался сопротивляться, но было слишком поздно.

— А-а-аргх!

Его метания были тщетны. Размашистый удар Уилла достиг цели.

Я наложил свой [Импакт] на его выпад.

Магический Меч прочертил в воздухе идеальную дугу, рассекая массивное тело Белого Змея надвое.

◇

После долгой и изнурительной битвы мы одолели Белого Змея и ступили на девяносто четвертый этаж Великого Южного Лабиринта.

— Ого! Тут всё белое! И хо-о-олодно! Аха-ха!

Посреди бушующей метели девяносто четвертого этажа Лукреция резвилась словно ребенок.

— После всей той магии, что она выпустила, у нее еще остались силы дурачиться?.. — недоверчиво пробормотал Уилл.

Я не мог с ним не согласиться.

Лукреция применила не так много заклинаний, как Рейн-сан, но их число перевалило далеко за второй десяток.

Даже учитывая, что она не занималась изматывающей умственной работой вроде обширного параллельного построения или удержания заклинаний в режиме ожидания, она должна была быть истощена.

Тот факт, что она всё еще была полна энергии, служил доказательством ее невероятной выносливости.

Девяносто четвертый этаж был царством экстремального холода.

На нижних ярусах встречались похожие этажи, но это место было несравненно суровее.

Метель бушевала непрестанно, сокращая видимость до нескольких метров.

Хуже того, шторм мог легко дезориентировать. Потеряться в бескрайних просторах глубоких этажей, когда запредельно низкие температуры высасывают силы, было билетом в один конец.

Даже в «Золотой Заре» мы не смогли провести полномасштабное исследование этого этажа, так что неизвестного здесь было больше, чем изученного.

— Мы наконец добрались. Девяносто четвертый этаж, — произнесла Рейн-сан, окинув взглядом окрестности после того, как с мягкой улыбкой понаблюдала за Лукрецией.

— Да. Мы догнали «Зарю». Осталось только превзойти их, — ответила Сельма-сан, и ее голос был полон непоколебимой решимости.

Об этом этаже почти не было информации, и мы в буквальном смысле не видели, что ждет впереди.

Легко было представить, что покорение этого места потребует совершенно иного уровня усилий.

Вполне возможно, что мы могли даже понести потери.

Но именно через покорение глубочайших этажей и шаг в неизведанное искатели приключений заслуживали право называться доблестными героями. Героями с большой буквы.

Хотя в душе она наверняка таила тревогу, взор Сельмы-сан был устремлен только вперед.

Возможно, именно эта ее черта и притягивает людей.

После этого Сельма-сан и остальные приложили свои гильдейские карты к кристаллу у входа, чтобы зарегистрировать этаж, и мы вернулись на поверхность.

К тому времени, как мы вышли, солнце уже полностью зашло.

Однако у входа в Великий Лабиринт собралась огромная толпа.

— Эй! Ребята из «Серебряного Кролика Ночного Неба» вернулись! — выкрикнул кто-то, заметив нас.

Точно, в утреннем выпуске «Бланки» была огромная статья о том, что мы бросаем вызов девяносто третьему этажу.

Весть о нашем успехе мгновенно разнеслась по Тутрилу, и весь город погрузился в праздничное настроение.

Наблюдая за ликованием горожан, я вновь вспомнил о том, как сильно падение «Золотой Зари» ударило по людям.

И именно поэтому я хотел продолжать быть искателем приключений, способным оправдать их ожидания.

◇

Следующие дни пролетели как в тумане: интервью газетам, посещение приемов, устроенных нашими спонсорами. И вот, до конца года оставалось всего несколько часов.

— С твоим приходом в этом году, Орн, мы смогли совершить огромный скачок вперед. Орн, еще раз спасибо тебе за то, что присоединился к «Серебряному Кролику Ночного Неба», — внезапно произнесла Сельма-сан необычайно мягким голосом.

— Спасибо тебе, Орн-кун.

— Огромное спасибо!

— Спасибо, дружище.

Остальные трое последовали ее примеру, и каждый выразил свои слова признательности.

— ...К чему это всё, так внезапно?

— Год почти на исходе. Я хотела поблагодарить тебя как следует. Нет сомнений, что мы зашли так далеко именно благодаря тебе, Орн.

— Это правда. В это же время в прошлом году мы стояли перед огромной стеной, не в силах сдвинуться с места. Именно ты разрушил ее для нас, Орн-кун. Мы искренне тебе благодарны.

— Угу! С тех пор как ты пришел, всё идет просто замечательно! Раньше мы во многом полагались на тебя, но теперь, когда мы достигли девяносто четвертого этажа, думаю, мы тебя немного догнали. Отныне мы будем трудиться не покладая рук, чтобы и ты мог на нас положиться!

— Да. Возможно, дальше всё будет не так гладко, но я верю, что впятером мы справимся с любыми невзгодами. Так что давай и дальше стараться вместе!

Теплые слова от каждого из моих соратников.

Каждое из них всколыхнуло во мне бурю эмоций.

Невозможно было выразить всё это одним словом.

— ...Эм, спасибо вам. Не знаю, что полагается говорить в такие моменты, но... ваши слова много значат для меня. Скорее, это я благодарен всем вам за то, что приняли меня как своего. Теперь я могу с гордостью сказать, что это мой дом. Иметь такое место — величайшая радость. Так что, ну... я с нетерпением жду того, что будет дальше.

После этого мы провели время, предаваясь воспоминаниям об успехах и неудачах уходящего года; наша беседа расцветала размышлениями о минувших двенадцати месяцах.

Этот год был поистине драгоценным.

В его начале я и мечтать не смел, что буду встречать новый год вот так.

В надежде, что следующий год станет еще лучше, мы провели последние его часы вместе.

Спустя некоторое время наступил 630-й год Священного календаря.

Иными словами, это был рассвет года, которому суждено было стать поворотным моментом в моей судьбе.

***