Интерлюдия, 5 лет назад

Итак, чуть отмотаем время назад, примерно на пять лет, ещё до всей той странной истории с лифтом...

Автобус из деревни в город трясётся сильно. Двигатель работает с таким надрывом, что кажется, сам устал от своей работы, но остановиться не может. Запах внутри особенный, своя смесь из пыли, бензина, чьей-то еды в пакете и старой обивки кресел, которая въелась намертво. К этому запаху давно привык, он уже не раздражает.

Мартин сидит у окна и смотрит наружу без особого интереса. Дорога, редкие дома, заборы, поле, снова забор. Ничего нового. В голове какая-то мутная каша из мыслей, которые даже разбирать не хочется, просто плавают там и всё.

Спать хочется, но сиденье жёсткое, ноги упираются в переднее кресло, и двигатель орёт. Настроение такое, что даже если уснуть, легче не станет.

Автобус тормозит через тридцать минут. Двери открываются с привычным скрипом, народ вываливается наружу, толкаясь и ворча. Мартин выходит одним из последних, без спешки.

Свежий воздух немного приводит в чувство.

— О, ты живой.

Ян стоит у остановки, улыбается. Давно здесь ждёт, судя по виду.

— Пока что да.

Он подходит и хлопает по спине.

— Ты чё такой убитый? Выглядишь, как будто тебя ночью кто-то избивал.

— Да не, просто... фигня всякая. Семейное.

Он сразу становится чуть серьёзнее.

— Всё нормально?

— Да-да, говорю же. Через минут десять вообще забуду.

— Неужели снова твои предки тарелками кидались друг в друга?

— Конечно. Неприятное зрелище.

— Ладно, если что, скажешь мне.

— Угу.

Идут вместе к школе. Ян что-то начинает рассказывать, но половина слов проходит мимо ушей.

Класс уже наполовину заполнен, когда заходят.

Мартин садится на своё место и достаёт из рюкзака еду. Два треугольных бутера, жирных, с расплавленным сыром. Откусывает.

Уффф. Хорошо-то как. Эти бутеры прям возвращают вкус жизни. Что бы делал без них.

— Ты опять ешь перед уроком? — Влад плюхается рядом и косится на бутер.

— Браток, даже не мечтай. Это мой бутер и только моя собственность. Пошёл отсюда, стервятник недоделанный.

— Ладно-ладно, всё, я пошёл.

Сзади тихо посапывает Ангелина. Можно не оборачиваться, чтобы понять, что она снова спит. Чёрные волосы закрывают половину лица, голова на парте, руки под щекой. Выглядит так, будто её вообще ничего не волнует в этом мире. По всем предметам плохие оценки, кроме биологии, почему-то.

Слева начинается шум. Парис, она же Рыжуля, активно что-то объясняет своему парню, размахивая руками.

— Я тебе говорю, они просто взяли и утащили!

— Да кто?

— Первоклашки! Эти мелкие вообще обнаглели!

— Подожди, ты серьёзно?

— Они стащили мой портфель и утопили его в туалете!

В классе на секунду тишина. Потому что это звучит неожиданно и ужас как громко.

— В смысле утопили? — кто-то с другого ряда вмешивается.

— В прямом! Я захожу, а он там впихнутый торчит!

Звонок.

Все садятся, шум немного стихает. Проходит минута, две, пять. Учительница опаздывает...

— Она опять?

— Как обычно.

Дверь наконец открывается.

И сразу что-то не так. Обычно у неё лицо злое. Сейчас мягче. Это странно.

— Так, — говорит она, закрывая дверь. — Новости. У нас новенький. Причём иностранец. Только недавно приехал, так что не ожидайте от него многого. Постарайтесь быть вежливыми.

Кто-то тихо присвистывает.

Дверь снова открывается.

Парень. Чёрные волосы, лицо спокойное, даже слишком спокойное. Как будто вообще не нервничает, как будто для него зайти в незнакомый класс это то же самое, что выйти за хлебом. Если бы Мартин оказался на его месте, уже бы сто раз напрягся.

Парень делает шаг вперёд, оглядывает класс.

— Hello... I'm glad to meet you all. [Здравствуйте... Я рад познакомиться со всеми вами.]

Смотришь на него и думаешь: почему именно сюда. Есть куча других мест, куда можно переехать. Почему эта страна?

— Представься, — говорит учительница.

Он кивает.

— My name is Aizawa, it's a pleasure doing business with you. [Меня зовут Айзава, приятно иметь с вами дело.]

На задних партах кто-то фыркнул.

Причина была даже не в том, как он представился.

Просто Айзава выглядел так, будто пришёл не на уроки, а на важную встречу директоров.

Чёрный пиджак, галстук, строгие брюки, блестящие туфли.

На фоне класса, где половина сидела в худи, растянутых свитерах и футболках с непонятными принтами, это выглядело немного сюрреалистично.

— Он что, на собеседование пришёл? — едва слышно прошептал Ян.

Он садится рядом с Ангелиной. Та продолжает спать.

Айзава смотрит на неё, осторожно касается плеча.

— Hello?... [Привет?...]

Никакой реакции.

Пробует чуть сильнее.

— Hellooooo... [Приве-е-ет...]

Ангелина не двигается.

Ян шепчет:

— Да забей, это бесполезно.

Айзава поворачивается к нему.

— What? Sorry, I don't speak your language very well yet. Could you please say that in English? [Что? Извините, я пока не очень хорошо говорю на вашем языке. Не могли бы вы сказать это по-английски?]

— Ok, look, she won't wake up anyway, you can just stop trying. [Ладно, смотри, она всё равно не проснётся, можешь просто перестать пытаться.]

— Sure. [Хорошо.]

Учительница замечает, что Ангелина спит, но ничего не говорит. Это вторая странность за утро.

Урок начинается. Что-то объясняют, пишут на доске, кто-то отвечает. Айзава сидит спокойно, смотрит вперёд. Не крутится, не отвлекается. Слишком тихий для нового человека в новой школе в новой стране.

— Так, — говорит учительница перед концом урока, — кого сегодня нет?

Эвги, не поднимая глаз от тетради:

— Только Феля. Написал, что заболел.

Учительница приподнимает брови.

— Даже так? Редкость. Обычно минимум шестеро отсутствует, а сегодня один...

Мартин смотрит в окно. Ветер поднимает пыль у школы, она крутится маленькими вихрями.

— Ладно. Поскольку у нас новенький, нужно, чтобы кто-то показал ему школу.

Тишина.

Ильич поднимает руку.

— Окей. На перемене.

После урока...

Перемена начинается шумом, который как будто просто был на паузе. Ильич подходит к Айзаве.

— So... I'll show you the school, okay? [Итак... Я покажу тебе школу, хорошо?]

— Okay. [Хорошо.]

Они выходят. Ильич идёт первым, Айзава чуть позади.

— It's not that big, actually. You'll get used to it fast. [Вообще-то она не такая уж большая. Быстро привыкнешь.]

— I see. [Понятно.]

Ильич пытается понять, как с ним разговаривать. Обычно всё проще: шутка, ответ, ещё шутка. Но с незнакомым человеком из Японии так не работает, и у японцев другой юмор, не хочется неловкой ситуации, где придётся объяснять шутку как малолетнему ребёнку.

Они доходят до столовой. Айзава заглядывает внутрь, и его выражение лица меняется. Еле заметно, но меняется.

— Is this... normal food? [Это... нормальная еда?]

Ильич тихо усмехается.

— Yeah. Pretty much. [Да. В общем-то.]

Айзава смотрит ещё пару секунд.

— It looks dangerous. [Выглядит опасно.]

— Don't worry, there's also a buffet. You can buy something there. So you won't starve. [Не переживай, тут ещё есть буфет. Там можно что-нибудь купить. Так что с голоду не умрёшь.]

— That's good. [Это хорошо.]

По тону понятно, что он реально рад этому.

Идут дальше. Коридоры шумные, народ носится.

— Here are the toilets. [А вот туалеты.]

Айзава заглядывает.

— There is no paper. [Тут нет бумаги.]

— Yeah. [Ага.]

— At all? [Совсем?]

— At all. [Совсем.]

Айзава смотрит на него.

— How is this acceptable? [Как это вообще можно считать нормальным?]

— It's just how it is. [Просто так здесь устроено.]

— But this school has good reviews, right? [Но у этой школы ведь хорошие отзывы, да?]

— Yeah. [Да.]

— How? [Как?]

— It's a standard school. Most of them are like this. [Это обычная школа. Большинство из школ здесь такие.]

— I feel sorry for you. [Мне вас жаль.]

— Thanks, I guess. [Спасибо... наверное.]

Идут дальше. В какой-то момент доходят до игровой комнаты. Дверь открывается, и атмосфера сразу другая. Четыре стола настольного футбола, бильярд, диваны, пуфики. Кто-то сидит, кто-то играет.

Реакция Айзавы другая. Впервые что-то похожее на интерес появляется в лице.

— This is nice. [А вот это неплохо.]

— Yeah. Best place in the school. But small dudes occupied this place, so we have war with them. [Да. Лучшее место в школе. Но его оккупировала мелочь, так что у нас с ними война.]

На диванах сидит мелочь. Развалились, как хозяева.

Это раздражает, но Ильич ничего не говорит. Айзава этого не замечает, смотрит на комнату.

— I like this place. [Мне нравится это место.]

— Same. [Мне тоже.]

Между ними что-то вроде нормального контакта на секунду. Без напряжения.

Айзава подходит к столу настольного футбола, где мелкие играют.

— Can I join? [Можно присоединиться?]

Один из мелких поднимает голову.

— Что? А, это английский. Прости, я по-английски не разговариваю, не мешай, пожалуйста.

Айзава странно смотрит на него. Ильич переводит.

Тем временем в классе Мартин облокотился на парту и слушает Яна.

— Слушай, как он вообще собирается учиться.

— Кто.

— Ну этот, новенький. Айзава.

— А.

— Может, понимает язык, но говорить не может нормально.

— Ну да, слушать окей, говорить сложно.

— Угу. — Ян смотрит на него. — Кстати, ты сегодня бутеры ел, они хорошо выглядели. Можешь поделиться как-нибудь? Хочу попробовать.

— Зайди тогда к нам на неделе.

Ян оживляется.

— Серьёзно?

— Да. Но не сегодня.

— Почему?

— Родители не в настроении. Могут начать выносить мозги.

— А, понял.

— Причём не мне, а тебе.

— Ну класс.

— Ну да.

Ангелина наконец просыпается. Медленно поднимает голову, морщится от света, несколько секунд просто сидит. Замечает чужой рюкзак рядом.

Кто-то сел. Ладно. Главное, чтобы не доставал.

Выходит в коридор, находит подругу.

— Ты живая?

— Агась, не выспалась сегодня.

— Аналогично. Отстойный день.

— Угу.

Они отходят подальше от основного потока людей. Стоят у окна.

— У дяди сегодня день рождения, — говорит подруга. — Вчера сидели до ночи.

— А у меня просто... не знаю, сон не идёт.

— Бывает.

Стоят молча. Смотрят, как кто-то в коридоре бегает и орёт.

Обычный день. Ничего особенного. Просто обычный школьный день за пару часов до того, как всё изменится...

[Почему Айзава пошёл в школу, не зная язык? Ответ: в этой стране каждый человек от 6 или 7 до 18 лет обязан посещать школу (не дистанционную), даже иностранцы. Такой вот тут закон…]