Далекий, но ясный сигнал
— Ох, блядь, башка...
На следующий день снова началась тяжелая борьба с похмельем.
Хи Дэ, издавая стоны, которые по привычке вырывались каждый раз после хорошей пьянки, с трудом ворочался в постели. Стоило перевернуться набок, как пропитанные алкоголем внутренности словно подбросило, и он до боли зажмурился.
— Ох, я сейчас сдохну.
«И сегодня спасите Хи Дэ...»
При каждом выдохе в нос шибало перегаром. Даже в лежачем положении к горлу подкатила тошнота, и Хи Дэ, кое-как приподнявшись, потянулся к тумбочке.
Выпив половину медовой воды, которую наверняка приготовил управляющий, он снова шумно выдохнул. Дрожащей рукой поставив стакан на место, приложил ладонь ко лбу.
Кажется, был небольшой жар, а внутри всё перевернулось вверх дном.
— И как я вообще добрался до дома?
В какой-то момент память просто обрывалась. Когда он сидел в баре, то пил чистоганом, смакуя мысли о Сим Ён Со в качестве единственной закуски.
Он помнил лишь, что собирался уйти, выпив около трети бутылки виски, но потом, поддавшись глупому сожалению, решил допить её до половины.
Но как он ни напрягал мозг, дальнейшая память была затянута густым туманом. Моргая, он задумчиво взял телефон и зашел в приложение банка, чтобы проверить историю транзакций. Никаких списаний за вчерашний вечер не было.
— Что за черт. Оплаты нет.
«Что это? Они записали на мой счет? Мне в долг?»
Бар он посещал часто, его личность была более чем известна, поэтому он решил, что заведение просто отпустило его под честное слово.
С некоторым сомнением он открыл список недавних вызовов. А затем его лицо застыло. Он забыл, как дышать.
— Ох, блядь, это что еще такое?
Обнаружив в исходящих ясно отпечатавшийся номер Сим Ён Со, он широко распахнул еще мгновение назад полузакрытые глаза. А затем, слишком ошеломленный увиденным, крепко зажал рот ладонью.
Подняв растерянный взгляд в потолок, он изо всех сил попытался прокрутить вчерашний вечер. Но, к его ужасу, воспоминания не возвращались, и его охватил липкий страх, далеко превосходящий простое удивление.
— Дело дрянь. Какую херню я там натворил?
Время разговора было сравнительно коротким. Лишь растерянно моргая, он вперился в историю вызовов, а затем в отчаянии вцепился в волосы.
— Память наглухо отшибло... блядь... как же хреново...
Затем он на мгновение перестал дышать. В короткой, словно вспышка молнии, галлюцинации он вдруг отчетливо увидел лицо Сим Ён Со, приближающейся к нему, пьяному в хлам.
Замерев, Хи Дэ изо всех сил пытался склеить обрывки воспоминаний. Но было чертовски трудно различить, являлся ли её приблизившийся образ игрой пьяного воображения или тем, что произошло на самом деле.
Посидев так в тишине и покусав сухие губы, он понял, что ничего не остается, кроме как встать с постели.
— Вы проснулись, господин директор, — поприветствовал его управляющий домом.
— Как я вчера приехал?
— Вас привезла какая-то женщина.
Услышав про женщину, Хи Дэ резко обернулся и впился в управляющего взглядом.
— Женщина?
— Да. Насколько я понял, это адвокат из вашей компании.
— А...
Хи Дэ издал звук, в котором отчетливо слышалось отчаяние. Управляющий, подав ему стакан холодной воды, невозмутимо добавил:
— Поскольку вы совершенно не держались на ногах, она довела вас до кровати, поддерживая вместе с водителем службы трезвых водителей. Должно быть, ей пришлось нелегко.
— И что, она привезла меня и сразу уехала?..
— Ну... — Управляющий посмотрел на него с легкой опаской. — Вы и правда совсем ничего не помните?
— А что? Почему вы спрашиваете таким пугающим тоном? Что такое? Я что, совершил какую-то ошибку?
— Это не ошибка.
— Тогда просто молчите. Не хочу ничего слышать.
Когда управляющий начал отвечать уклончиво, Хи Дэ предостерегающе поднял руку, обрывая его на полуслове. Сердце гулко билось о ребра, по спине прокатилась волна липкого жара.
Управляющий послушно замолчал. Спустя мгновение Хи Дэ бросил на него быстрый, затравленный взгляд. Хоть он и заявил, что не хочет слушать, вопросов в голове крутилась целая прорва.
— Так и? Она благополучно уехала?
— Да. Уехала, но совсем недавно. Кажется, около пяти утра.
«В пять часов? Какого черта?»
Увидев совершенно сбитое с толку лицо хозяина, управляющий пояснил:
— Кстати, господин директор, ваш жар спал?
— Жар? У меня был жар?
— Да. У вас поднялась небольшая температура. Поэтому адвокат измеряла вам её каждый час. Вы много выпили, поэтому жаропонижающее давать было нельзя, вот она и сидела, постоянно проверяла.
— ...
— А потом, убедившись, что жар окончательно спал, уехала. И было это около пяти утра.
Хи Дэ, вцепившись побелевшими пальцами в край кухонного острова, низко опустил голову. Он был на грани сумасшествия.
— Выходит, она вообще не спала до пяти утра?
— Да. Сидела вон на том диване и продолжала работать за ноутбуком.
— Работала. До такого времени.
От ощущения, что внутри всё болезненно сжимается, Хи Дэ крепко зажмурился и снова открыл глаза. Просидеть всю ночь без сна до пяти утра только ради того, чтобы мерить ему температуру.
Он тяжело выдохнул, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Надо было её хоть чем-нибудь покормить.
— Я предлагал, но она вежливо отказалась, поэтому я просто подал легкие закуски к чаю. Но она и к ним не притронулась.
— Ясно…
Хи Дэ снова, слегка пошатываясь, побрел в сторону спальни. В дверях он обернулся и посмотрел на управляющего:
— Я знаю, что вы человек моей матери, а не мой, но, умоляю, не говорите ей об этом. Вы же сами всё понимаете. Из-за этого пустяка дом превратится в руины.
— О, разумеется. Я ничего не знаю, господин директор.
Получив обещание молчать, Хи Дэ вернулся в спальню. Он рухнул на кровать, словно брошенный замороженный тунец, и принялся мучительно стонать в подушку.
— У-у-у... У-у-у-у...
— С ума сойти можно. С ума сойти. Вау, бля, я сейчас чокнусь. Реально.
Хи Дэ, сжимая в руке телефон, только и делал, что пялился в список исходящих вызовов. Что же, черт возьми, вчера произошло?
Судя по тому, что его дурацкая голова наотрез отказывалась хоть что-то вспоминать, возможно, оставаться в благословенном неведении было лучшим выходом.
Немного успокоившись, он всё же позвонил в отель. Трубку взял хорошо знакомый ему менеджер бара.
Обменявшись дежурными приветствиями, Хи Дэ признался, что вчера перебрал и у него отшибло память, а затем спросил про неоплаченный счет. На что менеджер любезно сообщил, что всё оплатила спутница, приехавшая за ним позже.
Хи Дэ обреченно потер переносицу.
— И сколько там набежало?
— Около трех миллионов шестисот тысяч вон.
Кое-как попрощавшись и повесив трубку, он отшвырнул телефон на другой край кровати.
Долгое время он просто барахтался в одеялах, жалобно постанывая, но в итоге всё-таки заставил себя подняться. В последнее время дорога на работу у «лица компании» была весьма изматывающей.
* * *
Как только Хи Дэ появился в офисе, секретарь передал ему папку, которую вчера оставила Ён Со. Скинув пиджак, Хи Дэ сразу же опустился в кресло.
— Проверьте, пришла ли уже адвокат Сим Ён Со. Если на месте — пусть поднимется ко мне.
— Слушаюсь, господин директор.
Когда секретарь вышел, Хи Дэ посмотрел на часы. Десять минут десятого утра. Раз уж Ён Со не сомкнула глаз до пяти, возможно, она еще даже не приехала.
Он только-только подумал о том, что было бы лучше, если бы её еще не было, как дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул секретарь.
— Господин директор. Адвокат Сим Ён Со ожидает в приемной.
«Ха... Всё-таки решила прийти на работу».
На душе стало так тяжело, что это было трудно передать словами. Хи Дэ медленно поднял голову.
— Пусть войдет.
Одновременно с уходом секретаря в кабинет шагнула Ён Со. Глядя на то, как аккуратно и собрано она входит, Хи Дэ тяжело выдохнул.
Её лицо было абсолютно ясным и свежим — словно у человека, проснувшегося после долгого, здорового сна.
— Здравствуйте. Доброе утро, господин директор.
Пока он молча вглядывался в это безмятежное лицо, он вдруг уловил очень тонкий, но предельно ясный сигнал.
— Я принесла материалы для сегодняшнего совещания.
Сигнал о том, что он снова влюбился в эту женщину.
Будущее, которое еще вчера казалось таким беспросветным, начало вырисовываться с пугающей ясностью.
— Доброе утро. Проходите, адвокат Сим.
Теперь ему оставалось только по-собачьи валяться у неё в ногах и умолять о пощаде.
Они сели рядом на диван.
Пока Ён Со включала ноутбук и раскладывала документы, Хи Дэ молча, не отрываясь, смотрел на её лицо. Затем негромко спросил:
— Говорят, ты уехала от меня только на рассвете.
Ён Со подняла взгляд и спокойно посмотрела на него.
— Как ваш жар?
— Как видишь. У меня часто поднимается температура, когда переберу. Могла бы и не обращать внимания.
Произнеся это, Хи Дэ достал из внутреннего кармана пиджака плотный белый конверт и пододвинул его к ней по столику. Когда Ён Со вопросительно на него посмотрела, он выпрямился и кивком велел взять.
— Кажется, вчера я немного задолжал адвокату Сим. Это единовременное погашение.
Молча смотревшая на конверт Ён Со всё же взяла его.
— Раз вы говорите, что это долг, я возьму.
Слегка приоткрыв пухлый конверт, она подняла взгляд. Даже на глаз было понятно, что сумма внутри внушительная.
— Кажется, здесь гораздо больше, чем я заплатила.
— Будем считать это процентами за беспокойство.
— Мне не нужны проценты. Я возьму ровно столько, сколько отдала за счет...
— Тогда назовем это официальной оплатой за ночные сверхурочные. Называй как угодно, лишь бы тебя устроило.
Когда Ён Со нерешительно замерла с конвертом в руках, Хи Дэ чуть вздернул подбородок:
— Просто бери. Не заставляй человека чувствовать себя еще более неудобно.
— Хорошо. Раз уж вы настаиваете, с благодарностью приму.
— Это я у тебя в долгу. Наверное, сильно испугалась, когда я внезапно позвонил?
— Честно говоря, немного испугалась. Не знала, что алкоголь бывает таким дорогим, — Ён Со убрала конверт в сумку для ноутбука.
Пристально наблюдавший за ней Хи Дэ сглотнул вязкую слюну. Невысказанные слова комком распухали в горле и рвались наружу, но было мучительно трудно выбрать, о чем именно стоит спросить.
Как так вышло, что вчера она всё-таки приехала за ним по первому зову? Как получилось, что она поехала с ним прямо к нему домой?
И когда он горел в лихорадке... волновалась ли она за него?
— Мне нужно вам кое-что сказать, господин директор.
Первой тишину нарушила Ён Со. Раз уж ей было что сказать, Хи Дэ почему-то с головой накрыло дурным предчувствием.