Лобовое столкновение
На следующий день председатель Юн провёл ночь в спальне, расположенной в противоположном крыле от спальни жены. Наскоро позавтракав и внимательно прочитав несколько утренних газет, он заторопился на работу.
Он шёл, принимая поклоны прислуги, но, услышав гулкий топот, обернулся. Перед ним стояла жена — без макияжа, с растрёпанными волосами.
Жена, которая обычно выходила из спальни, лишь полностью приведя себя в порядок, появилась растрёпанной, и председатель Юн нахмурился.
— Провожать не надо. Я сразу уезжаю.
Председатель Юн уже было снова повернулся.
— Говоришь, больна? Умирает?
— Да что ж ты.
Председатель Юн снова обернулся. Тогда прислуга, что украдкой следила, потихоньку разошлась.
Джин Хва, лишь приподняв глаза, смотрела на мужа.
— Смертельная болезнь? Не лечится? И когда же она умрёт.
— Слушай!
Налитые кровью от бессонной ночи глаза жены сверкнули. Председатель Юн повысил голос, будто прикрикивая.
— Это сейчас уместно? Остановила человека, что на работу собрался, ради того чтобы спросить такое…
— Так что — она скоро умрёт, и до тех пор я должна терпеть? Что? Что я должна терпеть?
— Да что с тобой!
— Она умирает — и оттого жалкая, а я живу — и оттого не жалкая?
Председатель Юн сомкнул губы.
— Она умрёт раньше меня — и оттого без меры жалкая, без меры милая сердцу, а я, я живу здоровой — и оттого не жалкая?
— …
— Так что — хочешь успеть сделать для неё всё до её смерти? Чтобы она умерла без забот, ты и сына её в компанию пристроил, и оженить его собрался напоказ? Чтобы она с лёгким сердцем закрыла глаза?
Джин Хва, до белизны стиснув кулак, мелко дрожала.
— А я тогда?
— …
— А я. Я-то что. Раз у неё смертельная болезнь — мне, что ли, навестить её прикажешь? «Как же тебе тяжело, держись, крепись. Как же ты уходишь, оставляя и сына, и мужа», — пойти, что ли, утешить?
— Ты что вообще творишь сейчас!
— Как ты можешь говорить мне, что она скоро умрёт? Зачем ты рассказал мне о её смертельной болезни? Как ты можешь быть со мной настолько жестоким? Как человек вообще на такое способен?
Это был крик прорвавшегося наружу негодования, копившегося во всём её теле. Слёзы, что прежде лишь дрожали в глазах, ни разу не пролившись, побежали несколькими ручьями. С набухшими на шее жилами Джин Хва часто, прерывисто дышала.
— Вот увидишь. Я непременно явлюсь на эти похороны и закачу там пир — всем напоказ.
— Послушай. Мать Хи Дэ.
— Что? Всё закончится? Что закончится. Как это закончится. Умрёт — и конец? Не смеши. Пока я жива — как это может закончиться. Пока я жива, конца не будет ни за что. Нет такого! Никогда!
От крика во весь голос Джин Хва обессилела и качнулась на пару шагов. Лишь выталкивая из груди горячее дыхание, она уронила голову.
— Выходит, моя вина в том, что я жива. В том, что живу. Вот в чём вина.
«Что такое жизнь, я и теперь не знаю и, наверное, никогда не узнаю».
«Но если это и есть жизнь, я больше не хочу рождаться на свет».
— Прости, что живу. Это мне надо было умереть первой. Тогда все были бы счастливы.
«Да. В следующей жизни родись ветром. Родись летучим семенем без корней».
«Лети, куда захочешь, и останавливайся там, где пожелаешь. Так и живи».
— Только я не живу. Ты этого не поймёшь до самой смерти.
«Непременно так и сделаем».
«Если только у жизни есть следующий раз».
* * *
Придя на работу, Хи Дэ разбирал материалы к совещанию руководства и то и дело останавливал руку. Потом потёр губы — верхнюю о нижнюю, а потом и большим пальцем тихонько надавил на них.
И вдруг, усмехнувшись, запрокинул голову.
— Да ё-моё, вот это да… сделал, ведь сделал.
Вчера, когда он едва не замёрз насмерть, посреди безлюдного переулка он поцеловал Сим Ён Со. Двое людей старше тридцати — исполнительный директор компании чеболя и адвокат — стояли посреди улицы и целовались.
— Ха… сладко…
Холодно было до ужаса. Больше получаса он трясся снаружи, поджидая Сим Ён Со, так что язык казался ледяной сосулькой. И вот, таская это продрогшее тело, он плёлся за ней по пятам — и в итоге.
В итоге!
— И что теперь? Мы встречаемся? Сегодня у нас первый день? Какие вообще между нами отношения?
Развернув кресло к окну, он задумался. Потом, словно приводя чувства в порядок, на мгновение закрыл глаза. Машинально покосился на камеру наблюдения и снова посмотрел в окно.
Какое-то время, потеряв память, — охваченный непонятной злостью, он целыми днями жёг себе грудь. Поначалу нервы были на пределе из-за последствий, оставшихся в теле, и обида брала оттого, что он чуть не погиб вместо Сим Ён Со. Мысль об обиде преобладала, так что разглядывать другие чувства было некогда.
Раз ничего не помнится, копаться в прошлом — лишняя возня, думал он. И от этого Сим Ён Со становилась всё ненавистнее, всё досаднее, и он чувствовал благодарность богу за то, что тот забрал память.
Но, опрокинув несколько стопок, он обнаружил, что в голове не мутится, а, напротив, всё яснее проступает одна истина. А именно: что все эти отрицательные слова о Сим Ён Со, которые он без конца себе твердил, были на деле сильнейшим утверждением.
Оправдываясь тем, что с потерей памяти всё обнулилось, он продолжал жалкое самооправдание. И понял: ничего из этого он не делал бы, не будь у него никаких чувств.
Ему хотелось видеть Сим Ён Со.
Если отбросить все суетные доводы и выудить то, что осталось, — ему хотелось её видеть.
Хотелось встретиться и злиться, хотелось излить свою обиду, а если не это — то хоть, придравшись к чему угодно, всё равно встретиться с ней.
Когда мысли дошли до этого, Хи Дэ поставил стакан и вышел. Он так отчаянно хотел увидеть Ён Со, что даже отправился на место аварии в надежде вернуть память. Но сколько ни бродил там, ничего не менялось, а в голове всё лишь сильнее путалось.
Хи Дэ снова поднёс руку к губам. «Вообще-то я встретился с ней не затем, чтобы сразу поцеловать».
Хотелось её видеть, без всякой причины. Внезапно вспомнив, что оставил в машине отвар, он возликовал и позвонил. Думал придраться по полной, наговорить колкостей и развернуться, но…
Когда он, совсем замёрзнув, ненадолго укрылся в здании, прибежала Ён Со. Он долго смотрел на неё. «Откуда же ты бежала?»
Во взгляде Ён Со, что озиралась туда-сюда, с горячим паром и частым дыханием, читалась тревога. Было видно насквозь, как крепко она сжимала свою тревогу. Глядя на одну только Ён Со, что суетливо водила глазами, ища его, он почувствовал, как запертые чувства принялись биться, требуя выпустить их наружу.
Ничего из этого он не предполагал. Ведь ещё днём ему хотелось оборвать с ней всякую связь.
И вот — всё обернулось так. Всего за половину дня.
Пока он отрешённо смотрел в окно, раздался стук — тук-тук — и вошёл секретарь. Когда тот шепнул, что пора на совещание руководства, Хи Дэ поднялся.
Едва он вышел из кабинета, как позвонила бабушка, госпожа Чан Ю Ран. Увидев имя бабушки, что без особой причины в будни не звонит, Хи Дэ кашлянул и ответил.
— Да, бабушка. Это Хи Дэ.
— Да, директор Юн. На работе?
— На работе. Вы дома?
Войдя в лифт и оказавшись на этаже, где располагались залы совещаний, Хи Дэ зашагал по коридору. Госпожа Чан Ю Ран после всяких слов перешла к сути.
К обеду она собиралась заглянуть в компанию — велела ему быть в кабинете.
Понуро шагавший Хи Дэ застыл на месте. Заметив поодаль Ён Со, беседующую с начальником управления Юн Сон Джо, он тут же нахмурился.
«Стоит мне отвернуться, и она уже рядом с начальником Юном».
— Ну как. Время есть? К часу.
— Уже всё решили, чего и спрашивать. Приезжайте. Буду на месте.
Ответив для виду и положив трубку, Хи Дэ двинулся дальше и снова резко встал. В процессе того, как он естественно припомнил, что Юн Сон Джо и Сим Ён Со встречались и прежде, он ощутил странность.
— Что. Откуда я это знаю?
«Неужели я что-то вспомнил?» Хи Дэ прикрыл глаза и попытался проследить мысль в обратном направлении. Но не понимал, откуда она появилась, и восстановить её путь не смог.
Хи Дэ сразу же направился к Ён Со. Они, видно, столкнулись в коридоре и вели важный разговор. И тут вдруг дверь зала совещаний резко распахнулась. Ён Со чуть не ударилась о неё, и Сон Джо, потянув её за руку, уберёг от столкновения.
Качнувшись и тут же выпрямившись, Ён Со поблагодарила Сон Джо. Она едва не ударилась поясницей о дверную ручку.
— Спасибо, начальник управления. Тогда, как вы и сказали, подам наверх отчёт, чтобы вы могли свериться с кратким текущим состоянием…
Продолжавшая говорить Ён Со отступила на пару шагов. Это Хи Дэ потянул её.
Хи Дэ поочерёдно посмотрел на Ён Со и Сон Джо и склонил голову набок. Тогда Сон Джо торопливо замахал руками. Он хорошо знал о ходящих слухах и потому чрезмерно жестикулировал, не желая навлечь подозрения.
— Дело не в том, — мы выясняли, отчего запрос, спущенный в юридический отдел, не пришёл в срок. Оказалось, при смене ответственного, похоже, вышло упущение, вот и пересогласовываем. Господин директор. Ничего другого не было.
— Я не спрашивал.
— А, да. Вдруг вам интересно.
Юн Сон Джо знаком показал Ён Со, что откланивается. Ён Со поклонилась, и Сон Джо быстро скрылся в зале совещаний.
Опустив взгляд, Ён Со поприветствовала Хи Дэ. Тогда Хи Дэ протяжно выдохнул и заговорил.
— Думал, ты только меня одного оберегаешь, а оказалось, не так. Аж руки опускаются.
Повертев некстати торчащую дверную ручку, он с грохотом закрыл дверь. Ён Со подняла на него взгляд.
Тогда Хи Дэ посмотрел на неё.
— Что. Есть что сказать?
— Нет. Ничего.
Когда Ён Со коротко ответила, Хи Дэ дёрнул бровью.
— Как это ничего. Должно быть много чего.
— А у вас, господин директор, найдётся что сказать?
— У меня-то много. Если время и место позволят.
Хи Дэ посмотрел на толпу руководителей, надвигавшуюся с конца коридора, и вздёрнул подбородок в сторону Ён Со.
— В обед поднимись в кабинет.
— В обед?
Когда Ён Со, округлив глаза, спросила, Хи Дэ кивнул.
— Приходи. К двенадцати. А по какому делу — узнаешь, когда придёшь.
Договорив, Хи Дэ направился в зал совещаний. Ён Со, сама того не замечая, прикусила и спрятала губы, глядя ему вслед.