Безумная гонка
Чхве Дэ Сик грубо вывернул руль. Бешено сигналя, он мчался по дороге, не сбавляя хода.
— Ну, поймайте меня. Поймайте, ну! Блядь!
Би-би-ип!..
Не переставая сигналить, Чхве Дэ Сик обгонял всё подряд. Он играючи проскакивал на красный и нёсся как попало; встречная машина ударила по тормозам, врезалась в соседнюю — и пошла цепь столкновений.
Дорога вмиг превратилась в хаос. Грохот, лязг сталкивающегося металла — а Чхве Дэ Сик гнал как помешанный.
Он выехал на встречную полосу забитой дороги, прокладывая путь там, где его не было. Весь урон ложился на простых горожан. Тем временем поднялся вертолёт и двинулся по его следу.
Когда вой сирен слился с гулом вертолёта, в глазах Чхве Дэ Сика вспыхнул огонь. Он даже посмеивался, будто наполовину спятил. Небывалое, доселе неизведанное чувство взметнулось до самой макушки, и, давно потеряв и цель, и смысл, он лишь продолжал свою безумную гонку.
Умереть вот так, на полном ходу, казалось ему не таким уж плохим исходом. Руки на руле двигались уже отчаянно, а на лице жутко стыла улыбка, никак не вязавшаяся с происходящим. Вопреки всей спешке взгляд мутнел всё сильнее, и под конец рассудок вовсе покинул его.
— Сволочи, какие же сволочи…
Из него выплеснулась ненависть без определённого адресата. Чистый взгляд жертвы. Чувство вины за то, что он довёл жену до смерти, казалось теперь далёким, как события прошлой жизни.
Полицейские машины позади, вертолёт над головой. Дорога, обращённая в свалку.
Будто он попал в кадр из фильма. Так какой же это фильм — со счастливым концом или с печальным?
Он нёсся к развязке, но дешёвой, пустяковой концовки себе не желал.
Гнал без памяти — и дорога вдруг опустела. На встречной полосе уже перекрыли движение, но откуда ему было знать. Теперь, с совсем уже безумным взглядом, он как одержимый давил на газ, набирая скорость.
И тут вдруг всплыли слова, что говорила Ён Со, протягивая ему документы.
«По результатам проверки узор, обнаруженный на подошве, оказался узором педали газа; и на самой педали газа точно так же отпечатался узор подошвы вашей обуви, господин Чхве. Это доказывает, что на педаль газа нажали с силой».
Носок, давивший на газ, налёг сильнее.
В глазах снова сверкнуло пламя. Со зрачками, сузившимися в точку, Чхве Дэ Сик скрипнул зубами. Будто бросая Ён Со вызов, он вдавил педаль ещё крепче и прибавил скорость.
Мчаться по дороге, с которой схлынули все машины, — словно дорога в рай. Тормозить ему было уже нечем: в нём самом не осталось тормозов. С обезумевшим взглядом он мотал руль из стороны в сторону, изображая хозяина дороги.
Без всякой причины сигналил и орал, как зверь. Накатывало наслаждение, дошедшее до самого предела. Вот тогда-то.
Он несётся — и видит на тротуаре Ён Со. Сквозь эту тьму, среди всех людей, словно знамение свыше…
— О-о? Эта сучка, это она!
Он видел одну только Ён Со, что застыла, уставившись в телефон. Едва она, будто обведённая золотой каймой, заполнила собой его взгляд, Чхве Дэ Сик захохотал, запрокидывая голову.
— Эй, вот, значит, как я тебя встречаю. Само небо мне помогает! Сучка ты драная!
Вр-р-ро-ом!..
Чхве Дэ Сик с силой вдавил газ и ринулся на тротуар. В это мгновение он мечтал о печальном конце — и одновременно о счастливом.
* * *
Корпоратив третьей юридической команды, на котором подчистили даже десерт, завершился. Начальник ушёл первым, сотрудники один за другим разъезжались на такси.
Оставшись последней, Ён Со рассеянно смотрела на дорогу. «Взять такси — или, раз время непонятное, поехать на автобусе?»
Она медлила, не в силах решить даже такой пустяк. Будто отказавшись от всяких мыслей, голова не отдавала никаких команд, ничего не выбирала. Ён Со просто стояла с пустым взглядом, раз за разом протяжно выдыхая, а потом достала телефон.
Вопросов, которые хотелось задать Хи Дэ, скопилась целая гора.
«Так что можешь ненавидеть меня сколько угодно. Ведь нет ничего важнее вашего будущего, адвокат».
Что же такое он узнал? Ран, засевших глубоко, было слишком много, и сразу понять, что именно он разгадал, оказалось трудно. Но смутно, кожей, чувствовалось: её настораживала та история, когда Хи Дэ публично проехался по Мин Уку в соцсетях, и не давала покоя вчерашняя встреча с его матерью.
— Спросить, что ли…
«А не позвонить ли ему вот так, словно с ума сойдя, и не спросить ли. Почему он сказал мне такое. И что именно значат эти слова».
Подумав об этом, Ён Со вдруг невесело усмехнулась. Ну спросит, ну узнает ответ.
«И что тогда изменится?..»
Она качнула головой, словно беря себя в руки. Если копнуть в сердце чуть честнее — услышать его голос хотелось сильнее, чем спросить. Ей казалось, что в лифте она выплеснула слишком много холодных слов, и это терзало её до боли.
А если бы она вернула ему его чувства словами помягче, подобрее — как бы всё было? Тогда, наверное, не было бы так мучительно.
— Хватит думать о ерунде, домой иди, домой.
«Если я сама себя не удержу, никто моё сердце не удержит». Отрезав это бормотанием, Ён Со достала из сумки наушники и вставила в уши. Слушая льющуюся музыку, осторожно прибавила громкость. Когда звук стал таким громким, что вышибал из головы все мысли, бьющий в виски ритм будто заглушил стук сердца.
Даже смешаться с толпой казалось ей непосильным, и она решила вызвать такси. Пока искала машину в телефоне, на слух опустилась нежная мелодия. И само собой она осталась одна, отрезанная от мира.
Она вызывала такси прямо туда, где стояла. Почему-то поблизости машин не было, и поймать никак не удавалось. И верно — дорога была пустыннее обычного; недоумевая, что случилось, Ён Со подняла голову.
Всё произошло в одно мгновение. Тогда, когда она осталась совсем одна, выпав из мира и оставшись наедине с собой, — именно тогда.
Кто-то, внезапно возникший, с силой толкнул её, и удар сбил её с ног.
— Х!..
Кажется, толкая, он что-то громко крикнул, но она не разобрала.
Бах-х-х!..
От сильного толчка Ён Со повалилась навзничь и покатилась, наушник выпал. В тот же миг, как на уши обрушился грохот, со всех сторон хлынули людские крики, а перед глазами оказался взлетевший в воздух Хи Дэ.
Подброшенное вверх тело Хи Дэ очень медленно опустилось на землю. С глухим стуком — бух — оно забилось на асфальте.
Лёжа, Ён Со смотрела на падающего Хи Дэ. Машина, врезавшаяся в тротуар, сдала назад и снова рванула по дороге, но замечать такое было некогда.
Как у человека с малокровием, перед глазами потемнело, а потом медленно прояснилось…
Глядя издалека, как Хи Дэ несколько раз дёрнулся, Ён Со лишилась всякого выражения лица. Она смотрела — и не могла поверить тому, что видит, не могла принять страх, вонзившийся в сердце.
— А… не, нет. Нельзя. Нельзя…
Тело, сердце, голова и губы жили каждый сам по себе. Хотелось вскочить, но ноги не слушались; хотелось крикнуть так, чтобы разорвалось горло, но она будто разучилась говорить и не могла толком издать ни звука.
Несколько раз содрогнувшись, как в припадке, Хи Дэ медленно повернул голову и посмотрел на Ён Со. Вокруг творился хаос, но, как ни странно, ни один звук не примешивался, и казалось, слышен лишь слабый шорох того, как он смыкает и размыкает веки.
Ён Со упёрлась ладонями в землю и поползла, волоча ноги. Время, за которое она, таща ставшее чужим тело, добиралась до него, тянулось как вечность.
Из-под головы сочилась алая кровь…
И подумалось: вот он-то и есть сон.
— Ис… исполнительный директор.
Впервые прорезался голос. Слёзы дождём капали одна за другой, всё тело колотила дрожь, и ничто из этого не было подвластно её воле.
— Вы… вы как? Слышите, слышите меня?
Когда Ён Со спросила, Хи Дэ очень медленно смежил и поднял веки. Будто отвечая: слышу твой голос.
Дышавший прерывисто, толчками, Хи Дэ снова прикрыл и открыл глаза, словно подзывая ближе, и Ён Со прижалась лицом к его уху. Все мышцы её тела, казалось, ходили ходуном в безудержной дрожи.
Послышался его слабый голос. Лицо Ён Со застыло, будто у неё перехватило дыхание.
— Не плачь…
«Во мне не было ни одной нормальной части — оттого-то я и ждала печального конца…»
«А под конец меня поджидали бы лютое одиночество и тоска».
«Ведь беда не обойдёт меня стороной. Ни разу не обходила».
— Скорее звони сто девятнадцать…
«Наверное, ничего не выйдет».
«Кажется, нам не суждено быть вместе».
— Я ведь без тебя помереть не смогу — обидно слишком…
«А я-то именно так и думала».