Часть 1
— Это не тот результат, на который ты рассчитывал? — спросил Филипп, когда очередная кочка на ухабистой дороге подбросила нас в карете. Его голос звучал буднично, но взгляд, устремленный на меня, был острым, как лезвие.
— Этот результат даже лучше, — выдал я полуправду, чувствуя, как слова даже не царапают горло.
После последней, действительно финальной операции, выяснилось то, что я и подозревал. Паразит — вырос в размерах, полностью захватив новую спину, щупальца зелёных нитей теперь оплетали каждый новый мускул, каждый позвонок. Родной спинной мозг Эдона был ему нужен как база, как источник жизненной силы и, судя по всему, как фабрика для производства этой проклятой «золотой защиты». Из-за этого носитель оставался парализованным. Но как только я добавил ему во владение еще один позвоночник — со всеми мышцами, нервами и кровеносными сосудами, — паразит молниеносно захватил его, переключился, и позволил Эдону двигаться. Обмен. Симбиоз. Плен.
«Интересно, если пересадить такой цветок на кого-нибудь размером с кита, он сможет захватить и такое тело?..»
— Как там Эрис? — решил я перевести тему, пока Филипп не начал копать глубже.
— Спасибо, Рудиус, — не поддался он на отвлечение, поначалу наградив меня взглядом, полным многозначительности. — Ты, как и обещал, справился с задачей. — Легкая пауза, взгляд в окно на золотые поля пшеницы, проносящиеся мимо. — А что до Эрис… хорошо, что ты уже возвращаешься… — он с намеком улыбнулся
— Разозлилась, когда узнала, что я не вернулся вместе с Альфонсом? — предположил я, хотя ответ уже знал.
— Да… И наотрез отказалась выполнять домашние задания, которые ты им оставил. А еще перестала ходить на уроки этикета к Марте, — подытожил Филипп с видом человека, который только что свалил с плеч тяжёлый груз.
— А Гислен без меня занималась? — Филипп кивнул — Понял. Приеду — разберусь, — кивнул я. — А зачем Эрис вообще нужен этикет? — решил я продолжить тему с Мартой, которую поднял Филипп
— М?.. — Филипп приподнял бровь, всем своим видом говоря: «Ты серьёзно об этом спрашиваешь?» Я слегка вздохнул.
— Ладно… С этим тоже разберусь, — сдался я, принимая очередной «квест» от назойливого, но полезного союзника.
— Спасибо, Рудиус. Ты, как всегда, поражаешь… — Филипп откинулся на спинку сиденья. — Только один день отдохни, а то выглядишь бледно. А это у тебя навсегда или как? — он указал на мой левый мизинец. Вернее, на второй мизинец, аккуратный, почти неотличимый от настоящего.
Я развернул ладонь, пошевелил пальцами, оценивая. «Ладно, с "улучшениями" пока повременим». Магией земли я создал тонкий, как бритва, скальпель, обезболил руку коротким импульсом, заблокировал капилляры. Одно движение — лишний палец отделился, не встретив сопротивления, и я выбросил его в окно. Он не долетел до земли — вспыхнул пламенем и рассыпался пеплом, развеянным ветром над пшеничным полем.
Рука уже сияла новой, гладкой кожей, без шрамов, без намека на то, что здесь только что было шесть пальцев, только нервы еще фантомно давали ощущение от него.
— Подумал, что на дне рождения буду выглядеть странно… — улыбнулся я, чувствуя, как отпускает напряжение.
— Правильно подумал, — усмехнулся Филипп, и карета покатила дальше, к Ро.
Часть 2
Выглянув из кареты по приезду, я увидел, что к нам несется разъяренный красный смерч. Эрис, сжимая деревянный меч, мчалась так, будто за ней гнались все демоны преисподней, — волосы развевались алым пламенем, в глазах горела жажда крови.
«Стиль Бога Меча… Нужно бить первым».
Не дожидаясь, пока карета полностью остановится, я спрыгнул на землю, стараясь принять выражение лица как можно более злое и разочарованное. Сделал шаг навстречу и резко выбросил руку вперед, указывая пальцем прямо на неё.
— Э-э-эрис! Что началось-то?! — рявкнул я, вкладывая в голос всю возможную командирскую жёсткость.
Она замерла. Будто врезалась в невидимую стену. Меч опустился, глаза расширились от неожиданности.
— Мне что, даже на неделю тебя оставить нельзя?! — грозно вопрошал я, пока она стояла в ступоре, переваривая неожиданный поворот. — Мне Филипп всё рассказал! — «Надеюсь, отца она бить не будет…» — Ведёшь себя как маленькая девочка! Эта неделя была проверкой на твою самостоятельность! На твою независимость как воина! — «Ха-ха. Что я говорю?.. Я же просто бросил их на неделю из-за Эдона, а теперь пытаюсь выставить это как педагогический прием…» — Мне нужен был результат. Гислен, ты продолжала учиться в моё отсутствие?
Зверолюдка как раз подошла к нам, бесшумно ступая по мостовой. Её взгляд на меня был слегка встревоженный, но я незаметно махнул ей рукой. На мой вопрос она молча, но очень выразительно кивнула.
— А? — выдавила Эрис, хлопая глазами. В её голове явно шла борьба между праведным гневом и внезапно нахлынувшим чувством вины.
— Вот поэтому Гислен и Королева Меча! — подвел я черту. — Всё. Время до завтрашнего полудня. Мне нужен результат, Эрис.
И, не давая ей ни малейшего шанса опомниться или вставить слово, я резким импульсом воздуха запустил себя вверх, прямо в распахнутое окно второго этажа. За спиной осталась стоять растерянная, красная от смеси гнева и смущения девочка.
Часть 3
Времени до полудня я дал не просто так. С трудом запихнув в себя хоть какую-то еду — пару кусков хлеба с сыром и кружку теплого молока, — я рухнул в кровать. Кровать, которая до этого казалась обычной, сейчас была невероятно мягкой и удобной. Прохладная подушка, тишина, легкий ветерок из приоткрытого окна, общий уют комнаты — всё сложилось в идеальную колыбель. Я уснул мгновенно, провалившись в сон без сновидений, и проспал до самого полудня.
Когда умывался холодной водой, приводя себя в порядок, поймал себя на том, что пытаюсь пошевелить отсутствующим мизинцем. «И чем он Филиппу не понравился?.. Хороший инструмент был… Ха-ха». Я усмехнулся своему отражению и направился в класс.
Зайдя внутрь, увидел напряженную Эрис и Гислен, которая, как всегда, была невозмутима. Зверолюдка слегка кивнула, заметив, что я пришёл в норму.
— Вот, Рудиус! Я всё сделала! Сама! — гордо, но с явными нотками страха в голосе заявила Эрис.
Я подошёл ближе и взглянул на стол. На её половине вперемешку лежали тетради — и её, и Гислен. Это было легко понять по почерку: у кошки он был аккуратнее, ровнее, с наклоном. Но была и другая проблема: Гислен тоже наделала кучу ошибок.
— Два! Обеим! — вынес я вердикт.
— Что?! Но всё же правильно, вот посмотри! — тут же подпрыгнула Эрис, тыча пальцем в страницы.
— Поняла, — спокойно, без тени возмущения согласилась Гислен, и её уши чуть прижались.
— Ладно. Плюс один балл за то, что хоть как-то попытались, — вздохнул я, хотя они и так были молодцы. — Эрис… В следующий раз, когда будешь выдавать ответы Гислен за свои, не поленись и перепиши всё своими руками.
Глаза Эрис расширились, она явно не ожидала, что её маленький план раскроют так легко и быстро. Её рот приоткрылся, но слова застряли.
— Гислен, если не знаешь, что ответить, просто напиши своими словами то, что думаешь. Это будет куда полезнее, чем тыкать пальцем в небо.
— А!.. А… Я… — продолжала открывать и закрывать рот Эрис, пытаясь подобрать оправдание.
— Да. Хорошо, — вновь кивнула Гислен, махнув ушами в знак согласия.
Остаток урока мы просто пробежались по темам — легко, без нагрузки, давая Эрис возможность прийти в себя после разоблачения. К концу занятия я закинул крючок.
— Эрис, я хочу пойти на уроки этикета к Марте. Пойдёшь со мной?
Реакция была мгновенной.
— Хм! — Она задрала носик и демонстративно отвернулась к окну, будто не слышала моего предложения.
— А если я расскажу, какое задание я выполнял и какого мальчика вылечил?
Слово «задание» сработало как спусковой крючок. Эрис дёрнулась, но сохранила гордый вид.
— Ты должен был рассказать это ещё когда приехал! — насупилась она.
— Я бы рассказал, если бы кто-то прилежно учился и показал свою самостоятельность, — парировал я.
— И-и-ы-ы! — она вскочила, занося руку для привычной оплеухи.
Я сидел спокойно, не шевелясь, и просто ждал.
— Фыр! — она сдула прядь со лба и с грохотом опустилась обратно на стул. — Не хочешь рассказывать — не говори. Этикетом я всё равно не буду заниматься!
«Вот это номер!.. Где я просчитался? Марта, ты что там, плетью её бьёшь за ошибки?»
«Я думал, обойдусь без философских речей на тему образования и труда… Хотя…»
— Эрис! А давай урок по этикету и танцам проведу я! — выпалил я, импровизируя на ходу. «Может, дело именно в этом?»
— А разница?! Всё равно ничего не получится! Зачем время тратить? Лучше бы сейчас пошли тренироваться! — Эрис уже собралась вскочить, её глаза горели знакомым огнём.
— Не торопись, Эрис… — я мягко, но настойчиво остановил её жестом. — Ты очень талантливая. И то, что ты не видишь результатов, может быть… не твоя вина.
Я решил поставил всё на красное.
— Мм!? В каком смысле? — она слегка успокоилась, её нахмуренные брови сложились в вопросительный «домик».
— Одно занятие, Эрис. Если не понравится — этикетом можешь больше не заниматься.
Я выложил главный козырь «Ох, Марта-Марта… Кого-то скоро уволят».
С этими мыслями, в компании недоверчиво косящейся на меня Эрис, мы направились в соседний класс, где обычно проходили уроки этикета.