Часть 1
Движение кистью — и слоёный торт из камня осыпался с глухим, сухим шорохом. Мы стояли на краю каменного плато, и перед нами открылся пейзаж, который не хотелось называть ни радостным, ни даже привычным.
Степь, пустыня, саванна — все смешалось в одном дыхании “природы”. Я повернул голову: справа тянулись скалистые гряды с острыми, как зубы пилы, пиками, что торчали из земли под неестественными углами. Слева — ровная, выжженная равнина, покрытая красноватым песком, который переливался в знойном мареве, создавая иллюзию воды. Вдали, у самого горизонта, едва угадывались очертания чего-то похожего на горы — но слишком ровные, будто обрубленные гигантским клинком.
Ветра почти не было. Только редкие, обжигающие порывы, что поднимали с земли тонкие струйки пыли и гнали их по пустыне, словно змеиные следы. Но воздух не был мертвым. Где-то далеко, у подножия скал, слышался низкий, протяжный звук — не то вой, не то скрежет камня о камень..
На небе — ни облачка. Солнце висело в зените, белое и слепящее, и его свет падал на землю, как расплавленное стекло, заставляя воздух дрожать и плясать. От каждого камня, от каждого выступа тянуло теплом, будто мир только что вышел из печи. Где-то в скалах, кажется, я заметил тень, которая двигалась — но слишком быстро, чтобы быть человеком.
Перевёл взгляд на Эрис, от падения вроде оправилась, на ней была её повседневная одежда и её любимые наручи. Я начал проверять и свои карманы, там нашлись: шкатулка с кольцом Альба, мешочек от Эдона, и горсть монет: три серебряных, пять больших медных и одна маленькая. Рокси говорила, что курс у демонических сильно смещён в сторону Асуры. Вот только кому тут нужно наше серебро? На горизонте не было ни дыма, ни крыш, ни даже дорожной пыли.
— Куда идём? — голос Эрис был уже не дрожащим, а требовательным. Она стояла, руки в боки, взгляд устремлен вдаль.
«А я знаю? Мне хотя бы ночь нужна, чтобы понять, где мы. И где этот посланник "бога"?»
— Пока никуда. — Я постарался, чтобы мой голос звучал легче, чем я себя чувствовал. — Помнишь, Эрис, авантюристы сначала составляют план, и только потом действуют.
— Да! Так будет лучше! — её глаза загорелись, и она уже не выглядела испуганной. Лишь взволнованной и готовой к игре в “приключения”.
Часть 2
«Как же всё-таки жарко… И куда мой посох упал?..» — я мысленно вздохнул, поднял голову к палящему солнцу и показал ему мысленный кукиш. Руку вверх, поток маны устремился ввысь, превращаясь в облака. Создать область от горизонта до горизонта, замкнуть холодные и горячие потоки воздуха. Минута привычной работы — и градус вокруг существенно упал, знойные лучи перестали слепить. Тени стали длиннее, воздух — тяжелее, но не от жары, а от свежести и осенней прохлады.
«Однако на такой объём, ушло куда больше маны, чем я думал. Но зато никто "лишний" не найдёт эпицентр заклинания».
Ещё с полчаса я потратил на создание базы: ров, стены, возвышенность — всё как положено в учебнике полевой фортификации. На звуки прибежали монстры — волки, только чуть больше и зубастее. Вся стая умерла за два заклинания: болото и вакуум. Расстреливать их не стал — мог прибежать кто-то покрупнее. Пока занимался этим, отчётливо чувствовал чей-то взгляд.
«"Не атакуй его магией", да?.. Если бы меня не предупредили, я бы давным-давно взорвал тот пригорок, потому что человек с добрыми намерениями не станет тайно следить».
Я выдохнул, собираясь с мыслями.
— Эрис, не волнуйся, просто стой спокойно, — сказал я, не оборачиваясь.
— М? Ты о чём вообще? — в недоумении спросила она, но я уже начал.
— Руйджерт Супардия! Прекратите прятаться! Я не причиню вам вреда! — со всей силы лёгких я выкрикнул в сторону пригорка. Мана в руке сжалась до предела, готовая сорваться в любой момент.
«Сейчас посмотрим, что насоветовал мне тот манекен…»
Из-за холма поднялась фигура.
Он был ближе, чем я думал. Высокий бледный мужчина, канаты мышц, покрытые шрамами, копьё в руке, зелёные волосы и… красный камень во лбу.
— С-с-с… СУПАРД! — Эрис резко вскрикнула у меня за спиной.
Это было так неожиданно, что часть заклинания сорвалась с руки. Воздух сжался до состояния стали, искривляя свет, пролетел три метра, слизывая камень с поверхности как масло, и остановился, удерживаемый мной за мгновение до контакта. Фигура осталась спокойной — даже отошла на пару шагов, словно давая мне пространство. Быстрый взгляд на Эрис. Безумный страх. Я никогда её такой не видел: она вся дрожала, неразборчиво умоляла всех, чтобы её спасли.
«Это не обычная эмоция. Пси-атака? Почему тогда цель не я?»
— Прекратите немедленно, — сказал я ровно, глядя на Супарда.
— Я… не могу это остановить, — спокойно и с ноткой какого-то безмерного сожаления сказал он. Его голос был глубоким, но в нём не было угрозы — только усталость.
«Что происходит? Это точно не из-за страшилок на ночь. Аура страха? Эрис начала бояться только когда на прямую его увидела».
— Будьте добры, стойте на месте, — сказал я, дождался его кивка и создал вокруг нас непроницаемый каменный куб.
Эрис сразу же отпустило.
— Ру-Ру-Рудиус… т-та-ам Супард! — она тыкала пальцем в каменную стену, и её голос всё ещё дрожал.
— А кто рядом с тобой? — спросил я тёплым голосом, наклоняясь к ней.
— А!? — она будто вышла из транса, моргнула несколько раз. — Рудиус…
— Тогда почему ты так испугалась, Эрис? Что бы Гислен или дедушка сказали, увидев тебя сейчас?
Эмоции замелькали на её лице — страх, стыд, растерянность — и остановились на возмущении.
— Не говори им только! — выдала она уже обычным, звонким голосом.
— Тогда перестань вести себя как испуганная девочка! — намеренно повысил я тон.
— Я не!.. — начала заводиться Эрис, и в этот момент я опустил стены куба.
Супард стоял всё там же, спокойно и неподвижно.
— А-аммъ! — Эрис резко зажмурилась, побелев на мгновение, затем открыла один глаз, потом второй. Она переводила взгляд с меня на него, но больше не дрожала. Только любопытство и недоумение.
«Неужели "затопление" сработало? Тогда это весьма слабая аура страха».
Я посмотрел на Супарда. Он будто тоже был удивлён. Его брови слегка приподнялись.
Часть 3
«Фух… удивительно, но в такую ситуацию я раньше не попадал. Ладно…»
Я прижал одну руку к груди, вторую выставил вверх и сделал дворянский поклон.
— Рудиус Грейрат.
Я слегка пнул Эрис носком сапога, чтобы она тоже представилась. Она поморгала, явно всё ещё находясь под впечатлением от странного страха, но потом всё-таки встала на дрожащих ногах и попыталась изобразить подобие реверанса.
— Эрис Бо-бо-бореас Грейрат.
Руйджерт сделал нерешительный шаг вперёд. Его лицо оставалось спокойным.
— Моё… имя вы уже знаете. Я Руйджерт Супардия. Приятно познакомиться, Рудиус Грейрат и Эрис Бо-бо-бореас Грейрат.
Он сказал это без тени насмешки, без попытки подколоть.
— Правильно Бореас! — выкрикнула Эрис, сама от себя не ожидая, а затем, осознав, что только что накричала на одного из Супардов, тут же спряталась за мою спину.
— Вот как, извини, — просто ответил Руйджерт, и в его голосе не было ни раздражения, ни снисходительности. Только лёгкое сожаление.
«Хм. Супарды куда спокойнее, чем мне описывала их Рокси».
— К слову, могу я поинтересоваться, откуда вы знаете моё имя? — спросил он так же ровно, но я уловил в его голосе искреннее любопытство.
«Опа. А это странно. Может, врет или скрывает? Или Хитогами действительно не общался с ним? Ставлю всю свою проницательность на то, что этот Супард, даже если бы умел врать, не стал бы».
— Хитогами, — сказал я, решив не ходить вокруг да около. — Белый силуэт, являющийся во снах и называющий себя богом. Он вам не знаком?
— Нет, такого бы я точно запомнил, — он помотал головой, и я не увидел в его глазах ни тени лжи.
— Он попросил не атаковать вас магией… — я невольно скосил взгляд на следы от воздуха, оставшиеся на земле, — и выслушать вас.
Я почесал висок, собираясь с мыслями.
— Тогда, если вдруг увидите его… Эрис, тебя это тоже касается. Просто молчите. Все его слова — это провокации и ложь.
«Ой… ха-ха. А кого я сейчас описал?»
— Хорошо, — просто согласился Руйджерт.
— М?! — Эрис явно не поняла, о чём я, но я решил пока не углубляться.
— Ладно. Так зачем вы за нами следили?
— Хотел помочь.
— Зачем прятались?
— Не знал, как подойти, чтобы не вызвать вот такую реакцию, — он снова посмотрел на Эрис с тем же выражением сожаления.
— Зачем вам нам помогать? — спросил я главное.
— Гордый воин Супардов не может оставить детей в беде, — ответил он легко, будто объяснял очевидное.
«Какой ещё "гордый воин"? О чём он говорит? Чёрт, он как та большая кошка, или хуже — пока напрямую не спросишь, не начнёт».
— Вот как… мне описывали Супардов иначе.
Он лишь горько улыбнулся, и в этой улыбке было столько боли, что я на мгновение засомневался в своей тактике.
— Неужели "так" вас боятся все? — спросил я, садясь прямо на землю.
— К сожалению, да, — он сел напротив, опустив копьё на колени. — Репутация Супардов втоптана в грязь.
— Хм. Ещё бы. Вы же столько своих перебили, — сказал я ровно, почти буднично.
Это была рискованная провокация, но лучше так, чем вытягивать из него по слову клещами.
— Да нет же! — Он взорвался впервые за всё время: его спокойствие пропало, пальцы, сжимающие копьё, побелели, и я почувствовал давление силы, как от Гислен. — Это Лаплас нас подставил!
Секунда, вторая — и он успокоился, даже помотал головой, будто не веря, что так разозлился. Эрис сидела рядом, уже не боялась, но ей явно было неловко.
— Расскажи, пожалуйста. Это важно, — смягчил я тон.
— Ты… странный ребёнок, — он посмотрел на меня, и отчего-то улыбнулся уже по-доброму. — Хорошо…
«Ха… И правда выслушиваю его по совету манекена».
История о войне Лапласа, услышанная от того, кто в ней участвовал, была совсем иной. Лаплас оказался великим магом, способным создавать артефакты невероятной силы. Для Супардов он создал чёрные копья — оружие, которое должно было сделать их непобедимыми. Но оно сделало их безумными. Оно усиливало силу и выносливость, но забирало рассудок. Родовое копьё каждого Супарда — это их душа, часть тела, которая растёт вместе с ними до совершеннолетия. Отказавшись от них и приняв дар Лапласа, они стали монстрами, которых боялись даже свои.
Всё это было познавательно и объясняло, почему Супарды вызывают страх. Но меня это не задело — в отличие от последней детали.
— Когда пелена спала, я почувствовал вкус крови во рту, — голос Руйджерта дрогнул, но он продолжил. — Я тут же выплюнул — это оказался чей-то палец. Затем я посмотрел вниз и увидел, что мой собственный сын держится за меня и захлёбывается кровью. Я увидел, как чёрное копьё, которое он разбил, чтобы спасти меня, пробило ему грудь.
Меня начало потряхивать. Не от жалости. Не от сочувствия.
— Хватит, — сказал я, резко вставая и разворачиваясь. — Я понял, что произошло на самом деле.
Я поднёс кулак ко рту и укусил его до крови. «Какого черта?! Какого черта, Хитогами?! Откуда ты знал, что это на меня сработает?»
Руйджерт сам настоял на принятии копий, а затем своими же руками убил жену и сына. Когда он рассказывал это, меня трясло не из-за сочувствия — а из-за того, что я буквально сделал то же самое. Сердце колотилось где-то в горле. Ещё шаг — и я сорвусь.
Зелёная волна, еле видимая, пробежала по телу сама, очищая сознание и защищая психику. «Надо быть осторожнее в следующий раз».
«И что теперь мне делать?.. Когда я лишился их в том мире… я обезумел. Перестал полностью сдерживаться в решениях. Мне было плевать на всё и вся. А он… он потерял всё, но всё равно старается. Уже больше четырёхсот лет старается восстановить репутацию. Спасает обычных путников и защищает детей…»
«Я не знаю, насколько это эффективно. Не знаю, правильно ли это. Не знаю, насколько… А-а-а! Я просто не могу не помочь ему. Если я отвернусь от человека в такой ситуации — я отвернусь от себя. Я не знаю как это объяснить…»
— Так значит, твоя цель — восстановить репутацию Супардов? — я вернулся и сел, будто ничего не произошло.
— Да.
— Тогда заключим сделку. Я помогаю тебе, а ты — нам.
— Это не нужно, — ответил он, его голос снова стал ровным. — Я и так защищу вас и доведу до дома.
— Нет. Ты, как гордый воин, хочешь защищать детей. Так и я хочу помочь Супардам избавиться от клейма, — я вложил в голос всю искренность, всю ту боль, которую мы оба испытали.
— Хм… — он улыбнулся, и в его взгляде появилось что-то новое. — Ты и правда странный ребёнок.
— Всю жизнь это слышу, — я позволил себе улыбнуться в ответ.
— Я тоже помогу! — закончила Эрис.