Окровавленный мешок с головой грифона тащился по разбитой брусчатке приворотной площади.
Вивиен становилось хуже. Мелкие раны на руках, оставленные битвой с грифоном, взбухли и сильно чесались. Ни одно движение не давалось без стона.
У самой стены громоздилась решётчатая металлическая башня. Вереница шестерней, соединённых протёртыми резиновыми ремнями, вращала валы, приводя в движение визжащий металл. С вершины башни опустился крюк. Двое чумазых гоблинов привязали к нему цепями пыльный мешок каменной крошки. Со скрежетом механизм тронулся, поднимая груз на стену.
Патрули из трёх-четырёх офицеров бродили по площади. Кто-то направлялся за стены, кто-то — в цитадель, кто-то — вглубь скалы.
На металлической платформе над пропастью расположилась замковая цитадель, являющаяся центром любого города. В отличие от Воралека, она находилась почти у самых ворот, на окраине города, уходящего в скалу. Самая высокая башня не превышала двадцати метров.
Тёмный кирпич разошёлся трещинами от времени. Металлические балки цитадели продолжались опорами платформы, словно здание вместе с его фундаментом обхватывала гигантская рука, выросшая из скалы.
Рядом располагался маяк, который заметно возвышался над городом.
С ближайших башен центральную площадь освещали яркие прожекторы.
Между постройкой и остальным городом была натянута металлическая решётка с колючей проволокой. У входа дежурило два орка.
В панорамные окна было невозможно рассмотреть интерьер.
Небо над охотниками сменилось высокими сводами нависающей над ними скалы.
Ещё одни ворота отделяли цитадель от основного города. Рядом с ними, с внешней стороны, расположилось трёхэтажное здание с решётками на окнах. Люк повёл девушек к нему.
Пятеро стражников рядом с заданием держали руки на металлических дубинках. На двух узких охранных вышках стояло по гному.
На путников не обратили никакого внимания.
Мужчина аккуратно снял Вивиен с лошади. Поддерживаемая Шейн, она вошла внутрь. Скакунов привязали к фонарному столбу.
— Это не могло подождать? — Шейн одёрнула Люка, поняв, куда они зашли.
— К Стрэтчу нужно идти с деньгами, — мужчина не обернулся.
Просторный зал был выстлан ровными лакированными досками. Свечи смешались с фонарями, подсвечивая интерьер.
Перед охотниками открылась стойка, ограждённая от посетителей толстым стеклом. За ней стояла девушка.
Шейн бросила взгляд на доску рядом с администратором.
Заказ на муральва — 200 дорн.Заказ на вычистку помойной ямы — 5 дорн.Заказ на приручение сковера — 40 дорн. Или убийство сковера — 20 дорн.Заказ на убийство грифона — 35 дорн.
На губах Шейн появилась вымученная улыбка.
— Мы убили грифона, — Люк кивнул девушке за стойкой. — И нам нужно оставить лошадей на какое-то время.
Администратор оценила охотников.
— Заказчик не просил частей химеры, так что готова выкупить клюв, сердце, перья и когти.
— Пятнадцать дорн за всё вместе, — Люк изобразил равнодушие. — Иначе выгоднее будет продать в городе.
Девушка формально улыбнулась.
— Хорошо. За две лошади в стойле гильдии — дорн в день. На сколько вы у нас?
— Пока на пять дней, — мужчина посмотрел на Вивиен. — Если нужно будет — продлю.
Они сторговались. Администратор достала из сейфа под стойкой деньги, отсчитав сорок пять дорн.
— Пройдите для начисления социального вклада.
Девушка указала рукой на лестницу, ведущую на второй этаж.
Первым пошёл Люк.
Девушки остались одни.
Кожа Ви горела. Руки совсем перестали слушаться, повиснув канатами с плеч. Кажется, травмы оказались серьёзнее.
Спина не разгибалась. Сознание держалось на волоске.
Травмы после лукмуса не успели полностью зажить. Битва с грифонами добила и без того страдающее тело.
Двое крепких мужчин уже забрали то, что осталось от грифона. Один оттащил мешок и голову, второй повёл лошадей по стойлам.
Вскоре Люк вернулся. Шейн вместе с Ви отправились по ступеням наверх.
Второй этаж встретил их длинным коридором с рядами дверей. Ближайшая к ним была открыта.
В узкой, но длинной комнате стояло двое мускулистых гномов с топорами на поясе. В дальнем конце помещения стоял стеклянный стол на металлической ножке. За ним сидела пожилая женщина.
Жестом она пригласила девушек подойти.
Шейн усадила Вивиен перед ней.
Потянувшись, женщина коснулась за ухом Ви. Кожу закололо.
Перед глазами появился паспорт.
…Связь: отсутствуетСтатус: гражданинСоциальный вклад в королевство: 23 дорн…
Взгляд Вивиен не мог сфокусироваться на строчках. Глаза слезились от боли.
То же самое сделали и с Шейн.
Никто не сказал ни слова. Всё происходило настолько рутинно, что объяснения не были нужны. А единственная, кто мог бы задавать вопросы, еле осознавала своё положение.
У Шейн начинала болеть спина от того, что ей приходилось практически тащить Ви на себе. Лестница была главным испытанием. Каштановые волосы спутались, а ноги то и дело подкашивались.
Люк вывел девушек из филиала гильдии.
Перед ними оказались ещё одни ворота, отделяющие подземелье от поверхности.
Пройдя через них, город раскрылся.
Фонари, пущенные по потолку гигантской пещеры, соединялись между собой вязью проводов.
На центральной улице с трудом поместились бы две кареты. Каменные, неотёсанные постройки рассыпались по блёклой пещере.
По стенам раскидывались бесконечные лестницы, образуя второй, третий и четвёртый ярусы.
Неотёсанные вывески магазинов были выдолблены из камня, оставляя некоторые помещения в толще породы.
В нескольких десятках метрах от входа в жилую зону главная улица уходила лестницей вниз, продолжая город на подвальных уровнях.
Чем выше располагались здания, тем более приемлемый вид они имели.
Некоторые постройки держались на металлических цепях, тянувшихся к толстой железной платформе в основании, под самым потолком. Они единственные были сложены из белого камня, ставшего, впрочем, давно уже серым. К ним вели железные подмостки, закреплённые за стены, потолок, друг за друга.
От главной улицы расползалась паутина мелких дорожек, петляя между домов вглубь пещеры.
Пахло сыростью и пылью.
Двое человек тащили шахтёрский инвентарь в шахту за стеной.
По бокам улицы ютились шатры с откровенно несвежей едой и грязной одеждой.
Жилистый гоблин громко ругался с гномом из-за цены на мясо. Такая тухлятина не может стоить половину дорна за килограмм. Спор перетекал в драку, но, кажется, это никого не волновало.
Двое бесов танцевали друг с другом на крыше двухэтажного овального здания. Им хлопала толпа, расположившаяся снизу. Некоторые кидались в двух танцоров гнилыми овощами. После каждого попадания зрители взрывались смехом.
Тролль, мурлок и человек держали в руках по три крысы, скидывая их по очереди в деревянный короб. Вокруг них народ гудел.
— Дорн на Роберта! — Орк кинул монету в засаленную шапку бродившего среди толпы гоблина.
— Олух, это не Роберт, а Влаколас, — человек выписал своему другу подзатыльник. — Роберт сдох в прошлом раунде.
Охотники лавировали на узких улицах между пьяными рабочими. Запахи города атаковали неподготовленное обоняние девушек. На Люка капнуло что-то сверху, но он не обратил никакого внимания.
У Вивиен подкосились ноги. Истощение, горная болезнь, раны и, кажется, начинающаяся инфекция полностью вывели её из строя.
Люк поднял её на руки, ускорив шаг.
Охотники дошли до края пещеры, где расположились несколько дряхлых палаток, подсвечиваемых керосиновой лампой. Рядом с ними вглубь скалы уходила лестница.
Все трое начали спускаться глубже.
Воздух становился тяжелее с каждой пройденной ступенькой. Гудящие вытяжки не справлялись. Железные решётки покрылись многолетней пылью и грязью.
Потолки подземного этажа уступали в высоте верхнему ярусу, едва достигая семи метров. Спустившись с лестницы, Люк понёс Вивиен сквозь бродяг в обмотках. Многие откашливали пыль и смог. Мимо пробежало двое детей-метисов, одетых в разорванные наволочки.
— Люк, чтоб тебя, — Шейн еле поспевала за парнем. — Куда ты нас привёл?
— Не разговаривай и дыши как можно меньше, — мужчина закрыл Вивиен нос воротником рубашки. Затем сделал то же самое с собой.
Шейн повторила жест.
Местные жители тоже были молчаливы. На более молодых лицах мотались куски различной ткани, напоминающие маски. Шейн видела, как доктора в Ворлоу носили такие, но никогда не интересовалась причинами.
Старики же не беспокоились о таких мелочах. Воспалёнными, красными глазами они бегали по лицам прохожих, ища то ли милостыни, то ли смерти.
Путники остановились посреди подворотни, которая даже по меркам этого места выглядела сомнительно. Им пришлось перебираться через камни разрушенных домов, перевёрнутые и давно забытые мусорные баки, стаю крыс, перебегающих между кучами мусора. Мужчина кивнул в направлении железного люка под ногами.
Шейн нахмурила брови.
— Открой, — коротко сказал он.
Волшебница наклонилась, но пальцы никак не могли подцепить тяжёлый край. Тогда она достала манасталевый кинжал.
— Толчок, — девушка махнула остриём.
Тонкая волна воздуха, подгоняемая заклинанием, разбилась о люк, приподняв его с противоположной стороны.
Подцепив вылетевшее железо, она рывком отодвинула его в сторону.
Люк кивнул.
Им открылась вертикальная лестница, уходящая глубоко вниз.
— Поможешь спустить? — мужчина посмотрел на волшебницу.
— Постараюсь.
Люк положил Вивиен рядом и отошёл подальше.
— Лёгкость, — Шейн приложила руку к Ви. На лице волшебницы выступили капли пота.
Мужчина, не теряя времени, поднял девушку одной рукой. Её тело стало практически невесомым.
Вместе они начали погружаться в катакомбы.
Свет закончился. Охотники спускались на ощупь, пока нога парня не хлюпнула о зловонную воду.
Оказавшись на дне, Шейн пришлось отдышаться несколько секунд. Заклинание оказалось слишком сложным для её состояния. Передохнув, она достала посох со спины.
— Свет.
Синий кристалл загорелся, освещая узкий тоннель, дно которого было залито стоками города.
Дышать стало легче, но не приятнее.
Они брели по желобу, периодически останавливаясь перед очередным потоком, стекающим из маленьких отверстий в стенах.
Катакомбы расширились.
Лица окатило жаром.
Подтекающие трубы сочились паром через заржавевшие соединения. Большие разделялись на сеть мелких, расползающихся по подземелью.
— Направо, — Люк стянул с носа ткань. — Почти пришли.
Завернув в один из проходов, вскоре они наткнулись на железную дверь. Рядом с ней дежурил тролль. В тесном пространстве он смотрелся почти карикатурно, занимая своим телом почти весь туннель. Половину лица закрывала чёрная шляпа с раскидистыми полями.
Люк привёл Вивиен в чувство, похлопав её по щекам, и опустил на землю. Шейн подхватила девушку.
Мужчина вышел вперёд к троллю.
Тот вовсю изучал незваных гостей.
— По какому вопросу? — Охранник толкнул Люка в грудь, не давая подойти ближе.
— Нам к Стрэтчу, — он установил зрительный контакт. — Есть новости от Крэнга.
Тролль почесал лоб.
— Кто такой Крэнг?
Шейн округлила глаза.
Вивиен пыталась что-то спросить, но получалась лишь каша звуков.
— Ты новенький?
— А тебя волнует вообще, сопля? — Тролль подошёл ближе, нависая над мужчиной.
— Меня — нет.
Люк тоже сделал шаг вперёд.
— А вот тебя должно бы, — ещё шаг. — Зови Кутчера или пропускай нас, пока живой.
Услышав имя, охранник отошёл назад.
— Назовись.
— Люк Онстер.
Тролль трижды громко стукнул в дверь. Заслонка на уровне глаз со скрежетом открылась.
— Онстера знаешь? — Тролль наклонился к образовавшейся щели, повысив голос.
— Кого? — Старческий голос с той стороны звучал тихо в сравнении.
— Онстера. Люка Онстера, — охранник повторил.
— Кого говоришь?!
Кулак тролля ударил со всей силы в дверь, разнося металлический лязг по подземелью.
— Люка, мать твою, Онстера! — Охранник заорал во всю глотку.
Лицо Вивиен скривилось от громкого звука. Она чуть не упала, но Шейн вовремя её поймала.
— Больной кретин, катись в бездну с такими криками. — Замок щёлкнул с той стороны. — Конечно знаю.
Дверь открылась.
Человек. Седые волосы были собраны в неаккуратный пучок. На глазах толстые очки в железной оправе. Простая, но чистая белая рубашка с закатанными рукавами. Такие же брюки.
От брови до губ проходил старый шрам, теряющийся в морщинах.
Но самое заметное в нём, пожалуй, была не одежда.
Шейн уставилась на старика.
Из-под воротника рубашки выглядывали татуировки, идущие по шее до самого затылка.
Виднелась голова дракона. Он раскрыл пасть, касаясь языком челюсти старика. Остальное было скрыто под одеждой.
Предплечья тоже были изрисованы. На левой руке — кинжал, обвитый множеством змей. На фоне Шейн узнала Драконью Цитадель. Правда, на рисунке она пылала огнём, что отозвалось у девушки уколом в груди. Любой уважающий себя полицейский за такую татуировку имеет право отрезать руку.
Правая рука была целиком покрыта геометрическими узорами. Шейн, несмотря на свою образованность, не смогла установить язык или хотя бы культуру, которая пользовалась бы такими символами.
— Мальчик мой, иди обниму, — старик, рассмотрев лицо Люка, расправил руки, напрочь позабыв свою палочку у стены.
— Давай потом, Кутчер, — Люк указал в сторону Шейн и Ви. — Нужна помощь.
Старик поправил очки.
— И какая из них твоя? — Он хлопнул мужчину по плечу. — Или обе?
Шейн приоткрыла рот.
Кутчер рассмеялся.
— Ладно, пошли к доку, раз такое дело. — Старик развернулся и схватил свою палочку. Словно опомнившись, он начал заметно прихрамывать. — А где Крэнг?
Охотники шли за ним. Тролль закрыл входную дверь, оставшись снаружи.
— Мёртв, — коротко сказал Люк.
— Понятно, — Кутчер даже не остановился. Лишь опустил глаза. — Долго продержался, засранец.
За дверью было сухо, тепло и, на удивление, свежо.
Вытяжки работали исправно и явно регулярно протирались.
— Давно тебя не было, мальчик, — старик шёл спереди практически в полной темноте. — Смерть Крэнга привела вас сюда?
Люк на несколько секунд растерялся, оборвав себя на полуслове.
— Это нормально, — Кутчер хрипло хихикнул. — Больные псы всегда возвращаются зализывать раны.
Перед ними из темноты выросла ещё одна железная дверь. Она была приоткрыта, пропуская через себя тонкую линию света.
— С возвращением, мальчик.
Кутчер с глухим звуком толкнул плечом металл. Петли заскрипели.
Они оказались на металлической платформе посреди гигантского палаточного лагеря, разбитого в неаккуратно вырытой просторной пещере.
Десятки существ слонялись между палатками, переговариваясь и смеясь.
Среди простых, но ухоженных жилищ было несколько каменных построек, сложенных из кривых булыжников.
Прямо на улице несколько орков торговали клинками разного размера и назначения.
В самом верху работали десятки вентиляторов, с гулом гоняя воздух. Между ними светили прожектора.
От путников вниз вела лестница. В самом низу дети гонялись, играя в догонялки. Они перепрыгивали между ступенями и хохотали в голос.
Люк вдохнул полной грудью. Здесь он вырос. Тут его дом.
Шейн не знала, что рассмотреть первым. Это выглядело так убого и одновременно живо, что невозможно было оторвать взгляд.
Только Вивиен не смогла оценить происходящее. Она, в целом-то, сейчас мало что могла.
От правого края лестницы в скалу отходило несколько проходов. Кутчер нырнул в один.
Люк повёл девушек за ним, перехватив Вивиен из рук уставшей Шейн.
Сначала их насторожил шум. Отвратительный, словно били молотом по искорёженному железу. С каждым шагом гул становился всё громче и громче.
Мужчина закивал, явно узнавая природу этого адского скрежета.
Кутчер толкнул последнюю дверь.
Громкая музыка оглушила всех, включая старика. Она доносилась из разбитой бледно-жёлтой коробочки. От неё тянулись провода, входившие в чёрные кубы, испачканные разноцветной краской. Наверное, краской. Самый толстый провод уходил в потолок.
Коробка стояла на чистом металлическом столе. Рядом с ней было разбросано всё, что только смогло поместиться.
Прозрачные банки с различными травами были перевёрнуты и сложены в друг на друга. Рядом с основанием просыпано их содержимое, явно указывая, что башня получилась не с первого раза.
Рядом с ними громоздились в куче неаккуратно отрезанные провода и винтики.
Левее — ступка с переливающимся месивом внутри. Пара колб с бесцветной жидкостью.
Недоеденный кусок мяса, залитый полностью чёрным соусом. Соуса было явно больше, чем еды.
Несколько клыков монстров и, кажется, часть сердца какой-то химеры были разрезаны скальпелем.
Док как раз взвешивала ингредиенты.
Это была молодая девушка. Волосы наполовину были грязно-жёлтого цвета и собраны в торчащий во все стороны хвост на затылке. Вторая половина была то ли зелёная, то ли коричневая, то ли всё вместе. Виски выбриты, а в брови сверкал пирсинг в виде металлического кинжала из эльфийской стали.
На длинной шее вытатуированы черепа каждой из рас, связанные ниткой через пустые глазницы. Шейн уставилась немигающим взглядом на этот рисунок.
С правого плеча, через ключицы и вплоть до левого, тянулась виноградная лоза, которая по какой-то причине имела шипы, как у розы.
Девушка была одета в короткий топик со свисающими обрывками ткани.
Правая рука полностью закрашена в чёрный цвет, а на левой струились языки пламени, обрамляя её по кругу.
Самым аккуратным элементом её внешнего вида стали очки. Большая круглая оправа и идеально чистые стёкла были направлены на кусок отрезанного органа, помещённого на чашечку. В противовес насыпан какой-то порошок.
Док, прикусив губу, качала головой в такт громкого, но ритмичного скрежета. Со щеки стекала капля крови, брызнувшая, видимо, когда разрезала сердце.
— Док, — Кутчер вышел вперёд, закрывая уши от невозможного шума. — Есть работа.