Вивиен щедро залили рану тягучей жидкостью молочного цвета. Боли почти не было. Лишь ощущение, словно руку целиком заковали в лёд. Стелла перевязала рану.
На обычно заваленном столе не было ни механизма, который док конструировала, ни бутылочек с водой из озера.
Люк сидел с перебинтованным плечом, но уже без торчащей из него рукояти. Шейн стояла в дверях, облокотившись на косяк. Неловкое напряжение действовало даже на дока. Она периодически кидала взгляды на каждого присутствующего, словно проверяя их.
— И кто с кем из вас переспал? — Стелла нашла единственное объяснение их поведению.
Вивиен уставилась на своих товарищей, синхронно опустивших глаза. Стелла тоже обратила внимание на это движение.
— Да ну? — синхронно спросили они.
Вивиен оставалось лишь удивляться собственной раскованности и ужасаться синхронности с доком.
— Нет! — Теперь синхронно заговорили Люк и Шейн.
Стелла многозначительно кивала. Самое неприятное, что Ви прекрасно понимала, что эти кивки значат.
— Ничего не было, — Люк покраснел, — не надо додумывать.
— Согласна, — Шейн тоже замялась.
Вивиен свела брови.
— Но будет?
Стелла, Шейн и Люк растерянно посмотрели на Ви. Этого не ожидал никто. Даже сама Вивиен.
Док начала улыбаться. Лёд треснул.
— Может, сменим тему? — Мужчина посмотрел на Вивиен. — Что с тобой произошло?
Ви поджала губы. Можно ли говорить про тренировки со Стрэтчем? Про предложение, которое он сделал?
— Её Стрэтч забрал, — не раздумывая выдала Стелла, — она почти каждый день полумёртвая приходит, это нормально.
Люк вытаращился на Ви.
— Стрэтч? Тебя?
Ей оставалось только кивнуть.
— Зачем? — Он прекрасно знал своего босса. Это всегда заканчивалось плохо.
Шейн не осознавала масштаб проблемы, но интонации Люка было достаточно для того, чтобы почувствовать: что-то идёт не так.
— Он сказал, что знает, кто я. И предложил сделку, — голос Ви стал уверенным, — я согласилась.
— Что за сделка? — Люк строил в голове самые худшие предположения.
Вивиен не могла спокойно ответить. Мысль о том, что ей предстоит совершить, всё ещё не укладывалась в голове.
— Убийство, — почти без воздуха сорвалось с губ.
Шейн молча уставилась на подругу. Для неё это всегда было красной линией, переступив через которую обратного пути уже не будет. Отнимая чужие жизни, ты вырываешь кусок собственной.
Люк уже всё понял. Стрэтч начал свою партию. Его предложение контракта Вивиен слишком подозрительно совпало с резким ультиматумом обучения этикету. Если его готовят на роль наместника цитадели Неоспанта, то со старым что-то должно случиться. Неужели жнец узнал, где он находится? И почему он тогда выбрал Вивиен, а не пошёл за ним сам?
Скорее всего, это настолько опасно даже для Стрэтча, что он не решается высунуть голову. Но если это так, откуда уверенность, что Виви справится? Босс не разбрасывается жизнями людей, вошедших в подполье.
Стелла пожала плечами. Это не её дело. Жизнь — такой же ресурс, как кровь или сталь. У кого-то есть, а у кого-то отобрали. Она спасла столько жизней, что от пары лишённых, по её собственной мерке, после смерти путь в Драконью Обитель ей в любом случае обеспечен. Так она себя успокаивала.
— Ну, — Стелла заметила растерянный вид Вивиен, — если нужно испачкать руки, стоит понимать, для чего ты это делаешь. Цель не всегда оправдывает средства, но…
Она заглянула девушке в глаза.
— Иногда всё же оправдывает.
Подмигнув Вивиен, она прошла мимо задумчивого Люка и растерянной Шейн, хлопнув последнюю по плечу.
— У неё не было другого выбора, — слова сорвались девушке в ухо, неслышно для остальных.
Выйдя из кабинета, док скрылась в коридоре, оборвав звук своих шагов на соседней комнате.
Послышался грохот стеклянных бутылок.
Волшебница закрыла глаза. Ей самой предстоит Норкс. Одержимые почти не отличаются от разумных существ, кроме того, что они безумны и агрессивны. Она согласилась, но совершенно не подумала про это. Есть ли теперь у неё право осуждать выбор Вивиен?
— А вы чем занимались? — Ви подняла глаза.
— Насчёт этого, — Шейн оживилась, ухватившись за вопрос, — кто такой Кутчер?
Люка вырвали из размышлений.
— Старик, — в его голосе не было ни капли уверенности, — старый друг Стрэтча. По сути, главный управляющий подполья.
Волшебница подняла брови.
— А то, что он могущественный маг?
Мужчина поперхнулся.
— Могущественный… кто?
Шейн выдохнула. Это очень плохо.
Она хотела расспросить Люка об этом старике при первой же возможности. Но, видимо, Кутчер оказался более скрытным, чем планировалось.
— Ты знаешь, какие у него могут быть дела в Норксе? — Это была последняя надежда.
Люк окончательно запутался. Кутчер всегда действует от лица Стрэтча. Сам он давно уже оборвал все связи с внешним миром, но о причинах никогда не рассказывал. Вивиен отправляют на заказное убийство. Шейн, кажется, посылают в Норкс. Иначе она бы не спрашивала про Кутчера и это место.
Если предположить, что это тоже часть игры Стрэтча, что может связывать Норкс с Люком как политиком и убийством Вивиен? Зачем столько усилий?
— Я не знаю, — выдохнул он, — ты заключила сделку с Кутчером?
Шейн коротко кивнула.
— А я со Стрэтчем, — мужчина выдохнул.
Вивиен посмотрела на всех поочерёдно.
— Так мы все в дерьме, да?
Серебряный нож аккуратно разрезал мясо, сочащееся соком. Хрустящая корочка скрывала под собой нежные красные волокна, распадающиеся от любого нажатия.
Молодой картофель румяно поджарен по краям и посыпан ароматными травами.
Вилка, украшенная чёрными металлическими вставками, за одно движение подцепила ровно отрезанный кусок и отправила в рот.
Кутчер, скрестив руки, молча смотрел на то, как обедает Стрэтч.
Облик жнеца слегка размывался, создавая несимметричные черты лица и тела.
— Ты сам решил прийти сейчас, — жнец пожал плечами, — я не могу пропускать приёмы пищи, ты же знаешь.
— Я не тороплю, — старик стукнул ногтем по столу, — будет несподручно, если ты развалишься в середине разговора.
Стрэтч мило улыбнулся, продолжая трапезу.
— Забавно, — Кутчер выглядел отстранённым, — никогда не понимал, зачем ты загоняешь себя в такие рамки.
Жнец прожевал, вытирая рот салфеткой.
— Это рамки в твоём понимании, — он скрестил руки, откладывая приборы перпендикулярно столу, — для меня это лишь инструмент.
Маг усмехнулся.
— Это показушность и заносчивость, — они встретились глазами, — если бы не твоя дрянная коллекция обликов, то, собрав несколько одарённых ребят, мы могли бы уже ссать на могилу Дракониду.
Стрэтч поджал губы, изображая обиженность ребёнка.
— Неужели в тебе проснулся страх перед смертью?
— Возможно.
Стрэтч недовольно щёлкнул языком, закатив глаза.
— У тебя в запасе лет семь-восемь. Возможно, этого хватит.
Кутчер опустил взгляд. Он хотел бы что-то возразить, но спорить с правдой всё равно что пытаться победить ветер.
— Меня не устраивает. Я хочу гарантированной победы. Любым способом.
Жнец закончил с обедом. Его форма вновь была восстановлена.
— Ты знаешь властителя с расстояния от трибуны арены до огненной ложи. Я знаю его предшественников. Ты серьёзно думаешь, что, если я говорю, что уничтожить его — задача практически невозможная, я склонен преувеличивать?
— Ты мыслишь своими категориями, — голос старика стал хриплым, но не менее ядовитым, — учитываешь ли ты, что твои фигуры зависят не только от тебя?
— Конечно. Именно поэтому я и не собираюсь убивать Драконида. Это под силу Нхал’азару, может, Санскриту. И посмотри, что с ними случилось?
Он достал из шкафчика стола плотно скрученную сигару с серебряным мундштуком.
— Один стал грелкой для задницы правителя. А второго разорвали в Драконьей цитадели.
Он поднял брови и заглянул в глаза старику.
— Что, хочешь такого же финала?
Старик промолчал. Это опять правда. Горькая, но неизменная.
— Но это невозможно ни мне, ни тебе. — Жнец пожал плечами. — И точно не остальным.
Кутчер хлопнул ладонью по столу.
— И что же ваше сраное древнейшество предлагает?!
Жнец спокойно отрубил кончик сигары.
— Хроникон.
Пауза после слова продлилась недолго. Кутчер цокнул, закрывая лицо руками.
— Ты действительно веришь, что он существует? Это же сказка, Стрэтч. Для детей.
Существо с двумя хвостами запрыгнуло на колени к старику, удобно расположившись между ними.
— Он существует, — на губах появилась улыбка.
— Ты не можешь быть в этом уверен, — Кутчер устало гладил тварь на коленях.
Уголки губ опустились, а брови вздёрнулись вверх. Он только что осознал, что прожил жизнь зря. Все десятилетия работы разобьются о небылицу безумной древней сущности.
— Могу, — расслабленно парировал Стрэтч, — я видел, как Драконид нарушает заветы.
Кутчер сглотнул.
— Что?
Тварь на коленях издала довольный, мурлыкающий звук.
Палящее солнце обжигало сквозь плотную ткань, закрывающую всё тело. На горизонте не виднелось ни одного признака цивилизации. Песчаные барханы сменяли друг друга, создавая смертельный ритм засухи и обезвоживания.
Фигура шла вперёд, оставляя вереницу следов, стирающихся очередным порывом обжигающего ветра.
Губы потрескались от жары. Кожа, выглядывающая из-под капюшона, покрылась мелкими морщинами от недостатка влаги.
Высокий мужчина волочил своё тело вперёд.
Он остановился. Резко, будто без причины.
Лицо Кориэльзара сильно изменилось. К старым шрамам добавились новые. Новая прядка обожжённых сединой волос затерялась в чёлке.
Лёгкая вибрация в почве нарастала. Песок под ногами поплыл волнами.
Он здесь.
Из складок ткани появился манасталевый двуручный меч, переливаясь на солнце.
Кори закрыл глаза.
Земля подкинула его тело на несколько метров. Пасть, появившаяся секундой позже, схлопнулась под его ногами.
Мех твари был покрыт толстым слоем спрессованного песка. Четыре мощные лапы сделали выпад в сторону мастера, который беспристрастно смотрел на противника, падая ему на морду.
Он встал на лоб твари и занёс клинок.
Эрангель махнул лапой.
Столб песка вырвался из-под монстра и ударил Кори в грудь, отбрасывая эльфа на несколько метров.
В полёте он перегруппировался, призвав столбы песка, чтобы удержаться на ногах.
Монстр уже провалился обратно под землю, направляясь к мастеру.
Клинок загорелся зелёным.
Кори коснулся острия, разрезая свою руку.
Кровь моментально впиталась в манасталь.
Рывком он взмахнул оружием. Вслед за движением песок расступился под ногами, повторяя движение.
Гигантская расщелина обнажила Эрангеля, беспомощно падающего вслед за образовавшимся разломом.
Удушающая, плотная пелена, подобно буре, накрыла поле боя.
Кори рванул следом. Выставив клинок перед собой, он скользил по созданным им склонам, уменьшая дистанцию. Тварь щёлкнула зубами. Острые песчаные колья появлялись под ногами Кори.
Клинок засветился зелёным. Препятствия, секунду назад готовые пронзить мастера, меняли форму на ступени, полностью подчиняясь воле клинка.
Эрангель истошно рычал. Почувствовав почву под ногами, он ринулся в атаку.
Кори вонзил клинок в почву.
Песок под ногами монстра расступился. Вновь потеряв опору, он рухнул вниз, где его уже ждала очередная ловушка.
Грудь и брюхо насквозь пронзили песчаные пики.
Тварь вопила, захлёбываясь собственной кровью.
За один взмах голова Эрангеля покатилась по песку.
Мастер стёр кровавые разводы с блестевшего металла. Морда зверя застыла в немом оскале.
— Нужно запретить использование артефактов на ритуале, — за спиной Кориэльзара уже стояло двое.
— Согласна. Это абсолютно нечестно.
Фигуры в белых, ослепляющих на солнце балахонах оценивали тушу поверженной твари.
— Мы можем это засчитывать?
— Я не знаю. Случай уникальный.
— Надо получить консультацию у Преданий.
— Это поставит вопрос о нашей компетенции.
Девушка задумалась.
— И вправду.
Они синхронно посмотрели на Кори.
Тот уже убрал меч и спокойно дожидался вердикта.
— Это Алая Слеза?
— Возможно.
— Она была утеряна. Откуда это у вас?
— Мы требуем вернуть реликвию.
Кори пожал плечами.
— Ну так заберите.
Комиссия переглянулась. Мужчина бросил несколько взглядов на сверкающую рукоять.
Девушка прищурилась.
— Это может расцениваться как саботаж ритуала.
— Мы не вправе вмешиваться в проведение экзамена.
— Но ритуал закончен.
Экзаменатор задумался.
— Мы решаем, когда он закончится.
— И вправду.
— Мы поднимем этот вопрос на собрании.
— С вами свяжется ближайший свободный иллирион.
Одновременно они провалились под землю, не оставив после себя ни единого напоминания.
Кори простоял неподвижно какое-то время. Удостоверившись, что экзаменаторы покинули его, он облегчённо выдохнул.
Он упал на колени. Слишком дорого обходится использование артефакта. Руки тряслись, а сознание никак не собиралось в кучу.
Истощение от двух минут боя. С его-то запасом энергии.
— Элион, психопат… — простонал Кори.
Его брат всегда умудрялся его удивлять.
После изгнания Вивиен он попросил Кориэльзара пройти ритуал. Как всегда, объяснения остались лишь в голове сумасброда. Но если это может помочь Вивиен…
Правда, как? Что ей даст его статус даэро?
Не нужно было брать этот клинок с собой. Можно было бы и так справиться. Почему Элион настоял на клинке?
Кори окончательно запутался. Брат редко ошибался. Но, когда речь идёт о его дочери, вряд ли Элион позволит неточность.
Они сказали, что с ним свяжется архимеч. Ступень после даэро. Иллирион, фиолетовая лента.
А вопрос они поднимут среди Преданий. Эль’каэли. Чёрная лента. Высший эльфийский статус. Это чересчур. Почему решение о присвоении даэро принимается на таких уровнях? Из-за Алой Слезы?
Могло ли это быть планом Элиона? И если могло, то в чём смысл?
Кори с трудом поднялся на ноги. Вода закончилась ещё несколько часов назад. Чтобы выйти из Агниевой пустыни, нужно как минимум полдня идти в обратном направлении. Силы закончились ещё в битве.
Ситуация плачевная. Но, с другой стороны, а когда было лучше?
Держась рукой за голову, мужчина побрёл по песку.
Меч словно стал тяжелее.
Хотел бы Кори использовать быстрое подземное перемещение.
Это была довольно популярная техника среди эльфов, владеющих земляной связью. Тело проваливается вглубь грунта. Вокруг кожи формируется прочный панцирь. Оставляется небольшой карман с воздухом у головы.
Эльф подталкивает себя землёй со всех сторон, прорезая почву. Так можно очень быстро перемещаться по миру при минимальных усилиях. Именно из-за этой стихийной особенности эльфы с земляной связью обычно занимаются логистикой и доставкой, редко становясь воинами. Ещё чаще обладатели такой силы занимаются земледелием и строительством.
Именно поэтому среди эльфийской культуры зародился стереотип о том, что земляная связь самая скучная. Правда, в основном это мнение молодых. Опытные и взрослые эльфы с уважением относятся к обладателям связи, настолько упрощающей быт.
Гражданские эльфы доходят максимум до синей ленты — тав, — после чего останавливаются в боевом искусстве. Мастера земли редко становятся даже ашерами.
Кори, будучи неподтверждённым даэро с такой связью, будет привлекать очень много внимания. Даже больше, чем привлекал раньше.
Теперь ещё и высшие эльфы узнают про Алую Слезу. Элион точно хочет сделать из Кори ночной огонь.
— Хоть бы у тебя был план…
Нужно было выбрать любого другого Эрангеля. Отлично подошёл бы огненный, раз уж он всё равно взял этот клинок. Но пришлось бы потратить много времени на поиски. Земляного выманить проще всего…
Кори брёл шаг за шагом, стараясь поялностью перестать обращать внимание на истощение.
Лучше всего это получалось, уходя в свои мысли. Неважно, что испытывает тело, когда разум закрыт сам в себе.
Солнце палило так же, как и секунду назад. Так же, как и секунду спустя.