По стойке звякнули два стакана.
Значит, чем дороже ты выглядишь, тем меньше внимания готовы уделять формальным правилам. Вивиен смотрела на мелкие пузырьки, поднимающиеся со дна своей кружки. Напиток был тёмным, с лёгким намёком на пенку на поверхности.
Древесный запах соперничал с солодом за господство в воздухе.
— Выглядит неплохо, — Сэм довольно кивнул, поднимая стакан, — за знакомство?
Ви взялась за ручку стакана, приподняв его к лицу.
— Что-то вроде того, — не поворачиваясь, она отпила.
Алкоголь почти не чувствовался, отдаваясь лишь лёгким покалыванием на языке и остаточным теплом в горле. Если сравнивать с той брагой, которую она пила после озера, то это был скорее яблочный сок, нежели пойло.
Ви поморщилась. Даже качественный алкоголь в любом случае был непривычен для эльфийки.
Трактирщица, заметив недовольство, побелела.
— Вы планируете присутствовать на Сожжении? — Торговец попытался заполнить паузу. — Говорят, в этот раз церемония будет не в Исходе.
— Что?
Сожжение? Кажется, это ритуал передачи Драконьей силы от старого Правителя к новому… но не в Исходе? Такое разве вообще возможно?
— Ну, — торговец обрадовался появившемуся интересу, — граждане тоже немного шокированы. Но Драконид сказал, что церемония не обязана проводиться каждый раз в столице.
Сэм пожал плечами, сделав один глоток.
— Кажется, текущему Правителю очень симпатизирует седьмой Драконид, который взошёл на престол не в Исходе, а в Ворлоу. Теперь он планирует начать новую традицию, чтобы будущие наследники почтили столицу каждой расы. Там даже вроде какой-то порядок проведения придумали…
— Разве седьмой Правитель не был вынужден провести ритуал в Ворлоу, потому что Исход был разрушен?
— Ну да. Тогда это было вынужденной мерой. Возможно, идея в том, чтобы скрасить тот период новой церемонией.
Ви задумчиво следила за тем, как пузырёк поднялся со дна стакана и лопнул на поверхности.
— И где будет проведён ритуал?
— Пока официально ничего не говорили. Но ходят слухи, что в столице эльфов.
Значит, Кёльн.
Желание посетить крупные столичные города всегда сидело в Вивиен. После Нэля даже Воралек и Неоспант казались чем-то удивительным. Сложно даже представить то, как могут выглядеть столицы. Особенно крупнейшие.
— Ну так что, вы планируете туда ехать? — Сэм опустошил стакан.
— Пока не знаю, — Вивиен сомневалась насчёт безопасности этой идеи. Судя по всему, Пять Теней не являются сами по себе чем-то незаконным. Но присутствие на Сожжении может быть безрассудным, — а ты?
Сэм улыбнулся первому встречному вопросу.
— Конечно. Сейчас мирные времена, Правители живут долго. Скорее всего, это единственный шанс в моей жизни. Вы-то, конечно, временем не связаны, — тоскливый вдох сопровождался опущенным взглядом, — а я хотел бы хоть раз увидеть что-то подобное.
Ответа не нашлось. Тепло от напитка разлилось от кончиков пальцев. Обострённые чувства наконец притупились, принося желанное спокойствие. На какое-то время всё стало как раньше.
Но опьянения не было. По вкусу эль вряд ли можно было бы считать лёгким. Ви не разбиралась в алкоголе, поэтому основывалась только на насыщенности вкуса спирта. В сравнении с тем, что она пила раньше, здесь его должно быть меньше на треть.
Но сознание оставалось ясным, голова не кружилась, а мысли, наоборот, приобрели структуру, разваленную под обилием мельчайших деталей перегруженного восприятия.
— Позволите узнать, чем вы занимаетесь сейчас? — Голос Сэма едва заметно изменился. Стал немного ниже, чуть более бархатным.
Ви улыбнулась про себя. Ну конечно, торговец захочет обзавестись подобными связями. Вот только Вивиен — единственный аристократ в Девяти Королевствах, с которым это бесполезно.
— Живу, — коротко подытожила она.
Разговор откровенно стал надоедать. Вивиен уже видела такое в Нэле. Торговцы всегда пытались завязать разговор с теми, кто выглядел лучше остальных. Зачастую это был её отец, гардероб которого отличался от остальной деревни из-за командировок в крупные города.
Кто-то хотел получить информацию, кто-то интересовался, чем он занимается.
В основном же пытались продать то, что они привезли на территорию эльфийских садов. Кроме Нэля там было ещё несколько деревень покрупнее, но, так как родная деревня находилась первой на тракте, торговцы ещё не успевали разочароваться от обречённой оторванности местных обитателей. Все они уезжали со знанием того, что если эльф живёт четыреста лет на краю мира, то он не будет покупать специи, выторгованные у престарелого мурлока за тысячи километров отсюда.
— Выкладывай, чего ты хочешь? — Вивиен собиралась закончить разговор и отправиться дальше.
Сэм откинулся назад, опустив голову.
— Узнать, чего хотите вы.
Сразу же вспоминались разговоры с Зераулом. Неужели теперь придётся столкнуться с этим напрямую?
— И для чего же?
Торговец поправил жакет, стараясь выглядеть более претенциозно.
— Мне нужно попасть в Сан-Мартис, кхм, — он понизил голос, — без лишних проблем. Ну, знаете… проверки паспортов, досмотр.
Вивиен повернулась к собеседнику с вопросительным взглядом.
— Да ладно, — он наклонился ближе, — я же вижу, что вы сами не выглядите как святой член бюрократической машины. Такие не носят дорогущие клинки, не заходят в одиночку в таверны и не ходят без охраны. Вы поможете мне, я помогу вам. Просто скажите, я постараюсь сделать то, что смогу.
Ви сомкнула челюсти, пытаясь уловить в его лице что-то, что видела в Зерауле. Её сюзерен был идеальным мерилом для гнилых существ, с которыми лучше не связываться.
Но картина получалась комично противоположной.
Вместо властного взгляда перед ней были почти слезливо-щенячьи глаза, мечущиеся между её лицом и опустевшим стаканом.
Нервная ухмылка совершенно не подходила под описание властного самодовольства.
Подёргивающиеся брови, слегка намокший лоб.
Стелла говорила, что, когда собеседник волнуется, ему тяжело сидеть на одном месте. Опытные переговорщики умеют это контролировать. Существа, которые хотят казаться опытными, всегда себя чем-то выдадут.
Конечно, док говорила об этом в контексте прелюдий. Но Вивиен сделала вывод, что и здесь это должно работать.
Ви уже была готова ставить крест на разговоре, сославшись на то, что следующие подобные соглашения она будет совершать только после смерти.
Но, увидев полное несоответствие реальности и ожиданий, она позволила себе сдержанно хихикнуть.
Сэм свёл брови.
— Что?.. В смысле, мне радоваться или писать завещание?
В глазах торговца это выглядело немного жутко.
Вивиен покачала головой, вспоминая последние события из её жизни.
— Всё сразу, — хрипло донеслось из-под выбившихся из хвоста чёрных прядей.
Собеседник завис на этой фразе. Он невольно переглянулся с трактирщицей, которая успела немного успокоиться после последних событий. К сожалению, женщина ничего ему не сказала.
— Что ты хочешь провезти в город? — Вивиен прикрыла глаза, чувствуя подступающую усталость.
Спина торговца выпрямилась. Лёд тронулся.
— Да в этом-то и смысл, — он цокнул, оглянулся на владелицу заведения и заговорил быстрее: — если позволите, я бы показал лично. Это немного сложно объяснить…
Сонливость Вивиен отступила. Она уже готовилась к чему-то мутному, но такая реакция невольно вызывала самые негативные мысли.
— Нет, к чёрту, — фильтр слетел с речи, обнажая реальные мысли, — мне это ни к чему.
— Там ничего такого! — Сэм встал со стула. — Просто это правда сложно объяснить, я сам не до конца понимаю, но…
— Не, мне хватает проблем, — девушка отмахнулась от взволнованного торговца, — спасибо за разговор.
Он осел. Продолжать давить могло бы стать опасным. Поджав губы, торговец поклонился на прощание.
— Хорошей дороги.
Мужчина побрёл к выходу, тихо закрыв за собой дверь.
Ви откинулась на спинку стула и запрокинула голову, устало посмотрев на оставшуюся с ней наедине хозяйку трактира.
Громкий выдох прошёл тёплым воздухом по чёрной ткани её рубашки.
— Что, не нужно было отказывать? — Вялый вопрос повис между ними.
— Вы всё сделали правильно, — вежливо кивнув, Соня уронила взгляд на первый попавшийся предмет под стойкой.
— Сколько я должна за обед?
— Эм, ну… — трактирщица сглотнула, — один серебряник?
Это слово Вивиен услышала впервые.
— Серебряник?
— Ну, то есть пятнадцать медяков…
— Медяки?
Соня нервно улыбнулась.
— Вы ничего не должны, я… погорячилась.
Ви зажмурилась. Да какого чёрта здесь вообще происходит?
Серебряник, медяк…
С валютой в Нэле были напряжённые отношения. Но если что-то и использовалось, то это были золотые дорны.
Даже во время дороги с Шейн и Люком они использовали дорны. Две комнаты на ночь стоили два дорна. Обед с выпивкой на троих стоил дорн. Когда они остановились в деревне у того тролля, они оставили три дорна. Ценники на оружие и бижутерию в Воралеке тоже были в дорнах.
О каких деньгах говорит трактирщица?..
Вивиен, не желая разбираться, решила приравнять один серебряник к одному дорну.
Она достала из кармана на кобуре золотую монету и оставила её на стойке.
— Этого хватит?
Соня переводила взгляд с аристократки на монету и обратно, подыскивая подвох. Может ли это быть провокацией? Или игрой?
— Ну что? — Вивиен опёрлась на стойку. — Скажи что-то уже наконец.
— Я, эм, ну, — женщина впервые оказалась в такой ситуации, — я не знаю, миледи.
— Пошла в Бездну.
Вивиен встала из-за стойки, оставляя монету трактирщице.
С неё хватит. Это какой-то цирк.
Дверь за ней с силой захлопнулась, растрясая пыль с покачнувшегося потолочного светильника.
Соня закрыла лицо руками.
Парнишка-тролль наконец высунул голову из-за дверного проёма с кухни.
— И часто тут так?
Трактирщица молча покачала головой.
Но не успела она полностью выдохнуть, как дверь таверны вновь открылась. На пороге появился мужчина, заляпанный землёй. Его грубая рубашка была измазана травой. Он с удивлением осматривал абсолютно пустое помещение.
— Артур, — Соня выдохнула, — Святые Лорды, тут такое произошло…
Солнце ползло по небу, склоняясь к горизонту перед лицом Вивиен. Красные лучи неприятно били в глаза, слишком яркие, чтобы её зрение могло безболезненно их игнорировать.
Сомнения настигали в дороге. Нужно было хотя бы выслушать то, что хотел предложить Сэм. Он не обязательно должен был оказаться злодеем. Или совсем аморальным торговцем.
В конце концов, не каждый же встречный должен оказываться кем-то вроде Зераула. Даже если они будут использовать похожие формулировки.
Вивиен серьёзно задумалась над тем, как сложно строить нормальные отношения, когда каждый встречный видит в тебе не тебя, а то, что или кого ты можешь представлять.
Неужели Драконид чувствует себя так же? Хотя глупо приводить такое сравнение. Всё же это уникальная ситуация…
Но мысли о Правителе не покидали. Каждый правитель был когда-то обычным гражданином. Эльфом или человеком. Гномом или мурлоком… да кем угодно. Единственное требование — полное отсутствие какой-либо магии.
Просто однажды их выбрали в члены двенадцати апостолов. И на этом их обычная жизнь окончилась.
Когда правитель начинает чувствовать, что скоро его время иссякнет, апостолов забирают в Драконью Цитадель, после чего начинают их обучение как будущего правителя. Накануне ритуала Сожжения, за год, Драконид выбирает одного, кто унаследует Драконью Волю и престол.
Так что каждый Драконид был когда-то обычным, не выделяющимся. Так что же они чувствуют, становясь наследниками Девяти Королевств и Божественной силы, если даже обычное внешнее богатство может быть таким бременем?
Как понять, где заканчивается то, кто ты для людей, и начинается то, кто ты для себя?
Если бы Шейн была рядом, этот вопрос стоило бы задать без раздумий. Пока что придётся лишь запомнить его. Стоило бы начать записывать подобное.
Да и Люка можно было бы об этом спросить. Всё же, несмотря на тараканов, водивших хороводы у него в голове, невозможно было утверждать, что он болван.
Просто Люк долго был рядом с Крэнгом, который слишком сильно соответствовал тому, что о нём говорят. А такие личности не могут не заражать собой остальных. Вивиен пока что этому не научилась.
Мысль раздобыть подходящую одежду лишь крепчала. Крэнг не ходил в роскошной рубашке. Он был в одном-единственном безразмерном балахоне.
Значит, и Вивиен должна носить то, что соответствует ей.
А что соответствует ей?
Погружённая в себя, она не обратила внимания на детский силуэт, неторопливо бредущий навстречу.
Лишь оказавшись на расстоянии нескольких десятков метров, Ви подняла голову.
Человеческий мальчик лет десяти с растрёпанными рыжими волосами перебирал ноги по пыльному тракту. Грязные бриджи, бежевая кофта без одного рукава. Рассечённая бровь запеклась коркой крови.
Сгорбившись, он шёл вперёд.
Ви раскрыла глаза, с тревогой подмечая плачевное состояние ребёнка.
Почти поравнявшись, он безучастно окинул взглядом девушку, не выразив ни одной эмоции.
— Стой, — поводья Мари натянулись, — что ты здесь делаешь?
Мальчик развернулся к ней. Ничего не сказав, просто пожал плечами.
— Не знаешь? — Бровь Вивиен дёрнулась. — Где твои родители?
Он лишь опустил уголок губ, продолжая молчать.
— Как тебя зовут?
С каждым новым вопросом Ви начинала быстрее стучать пальцем по шее лошади.
Тот продолжал молча смотреть.
— Ты меня понимаешь?
Мальчик кивнул.
— А говорить умеешь?
Снова кивнул.
— А почему не говоришь?
Его ярко-зелёные глаза были слишком спокойными для побитого ребёнка, бредущего вечером по дороге вдали от поселений.
Он покачал головой в стороны.
Ви выдохнула. Что значит нет?
— Ты не можешь говорить?
Мальчик кивнул.
Спрашивать, почему он не говорит, было бы глупо. Вивиен сама была как-то в похожей ситуации. Правда, тогда она могла только моргать.
— Ты идёшь в деревню? — Девушка указала пальцем в сторону дороги, откуда она ехала.
Мальчик покачал головой.
— Тебе вообще есть куда идти?
Ответ был тот же.
— Просто отлично…
Обречённый выдох сопровождался полной капитуляцией тела. Руки опустились с поводьев, спина сгорбилась, шея больше не держала голову. Вивиен практически легла на спину Мари.
— Ты идёшь с Алькирвальда? — она бубнила, скрываясь в собственных волосах и гриве коня.
Тот снова замотал головой.
— А как тогда? Здесь ещё есть деревни?
Ребёнок пожал плечами. С каждым новым ответом его действия были всё более вялыми, словно он уставал от разговора.
— Нхала, да чтоб тебя, — Ви выругалась, возвращая контроль над телом, — ты что, от работорговцев сбежал?
Мальчик поднял брови. И кивнул.
Ви несколько раз моргнула.
— Реально?
Он указал пальцем в сторону, куда ехала Ви, и кивнул ещё раз.
— Куда ты показываешь? — Слова полились быстрее, голова повернулась в направлении жеста. — Они там?
Мальчик кивнул.
— А ещё там кто-то был?
Пожал плечами.
Отлично, Вивиен Эндрих. Вот и проверка статуса.
Сама по себе она мало что представляла. Если работорговцев больше, чем три функционирующих человека, умеющих драться, то вся её вылазка станет просто очень дорогим подарком.
Какой шанс того, что они испугаются просто за то, как она выглядит? В таверне сработало.
А если не сработает?
Мысли кипели, пока она всматривалась в зелень глаз мальчика.
Зераул. Его жизнь полностью зависит от её жизни. Навряд ли он даст каким-то отбросам убить Вивиен в первый же день пути.
Но это же работорговцы, чтоб их. Они не станут её убивать. Они станут её продавать. И что-то подсказывает, что Зераулу будет плевать на то, в каком состоянии находится Вивиен, пока жизни ничего не будет угрожать напрямую.
Время утекало. Если там остались ещё дети, то просто закрыть на них глаза, когда за тобой потенциально стоит страшнейшая тварь из всех встреченных, было бы просто отвратительно.
Да, может быть, она и не вассал Пятой Тени по существу.
Но они-то этого не знают.