Лу Ли хотел забрать Кун Имань в свое старое здание, поселить ее в спальне на пятом этаже и сделать соседкой Шэнь Ючу.
Однако Кун Имань отказалась.
Она объяснила, что давно привыкла к жизни в старом квартале Цзиньаньли: пусть тут и не было комфорта элитных новостроек, зато здесь чувствовалось биение настоящей жизни и человеческое тепло. Кроме того, ей нравилось преподавать китайский язык в местной частной школе… Лу Ли не стал настаивать.
Теперь по понедельникам, средам и пятницам он возвращался в Цзиньаньли, словно обычный муж после работы, чтобы побыть с Кун Имань.
По вторникам, четвергам и субботам он отправлялся в залив Хуанпу к Ян Чжэньэр.
А воскресенье Лу Ли целиком посвящал Шэнь Ючу в старом здании на территории медицинского колледжа.
И дело было вовсе не в предвзятости: просто, начиная с далекого 1754 года, они с Шэнь Ючу провели бок о бок почти три века, и она, будучи его секретаршей, не отходила от него ни на шаг.
О многих вещах Лу Ли никогда не рассказывал ни Ян Чжэньэр, ни Шэнь Ючу, ни Кун Имань. Но все три женщины были невероятно умны…
Они прекрасно понимали, о чем можно спрашивать, а о чем не стоит, на чем можно настаивать, а с чем нужно просто смириться…
Все постепенно вернулось на круги своя.
Проведя с Кун Имань еще несколько дней, пока она не ушла на работу, Лу Ли тоже вернулся к своим делам.
Старое здание, кабинет. Лу Ли уселся за письменный стол и ненадолго прикрыл глаза.
Спустя минуту он выдвинул второй ящик стола слева и достал блокнот, в который заносил наблюдения о своих способностях. Открыв чистую страницу, он вывел:
«Запись: Третий пространственный прыжок во времени.»
«Этот прыжок принес ценнейшие плоды. В частности, я получил наглядное представление о свойстве самовосстановления пространства и времени… Раньше, будь то Чжан Цзянь, отец и сын Юэ или Фарадей, даже дожив до наших дней, они не вызывали появления новых воспоминаний в моей памяти…»
Взгляд Лу Ли оставался сосредоточенным и ясным, пока он продолжал писать.
Сначала он подробно описал уникальность этого случая, а затем подвел итог: «В ходе этого перемещения во времени изменения, которые я совершил, уложились в рамки правил. Общая траектория жизни Имань с 1940 по 2010 год осталась неизменной. Я лишь принял участие в ее судьбе и повлиял на один месяц в 1940 году. Это мелкое ответвление истории, которое поддается корректировке».
Так Лу Ли нащупал и окончательно сформулировал для себя нерушимый закон путешествий во времени и пространстве: мелкие судьбы обычных людей, не связанных с ним напрямую и не влияющих на ход мировой истории, могут быть изменены в узких границах.
Зафиксировав свое новое озарение, он закрыл блокнот и убрал его обратно в ящик стола.
Затем вытащил другую тетрадь – ту, что была посвящена развитию Клуба Долголетия.
Раньше, делая в ней записи, он постоянно испытывал смутное беспокойство, но теперь, когда Кун Имань была рядом, это чувство бесследно исчезло.
Он четко и структурировано перенес на бумагу текущий прогресс по освоению подземного мира.
Закончив работу, Лу Ли отложил ручку и перечитал написанное.
«Разберусь с бумагами и обязательно загляну в лабораторию „Планеты №02“», – наметил он мысленно.
Проекту по освоению подземного мира, который возглавлял Никола Тесла, сейчас крайне требовалась помощь песочницы «Планета №02».
Убрав вторую тетрадь, Лу Ли принялся за скопившиеся на столе документы.
Первая папка касалась планов развития группы «Сверхпроводник». Со спокойным выражением лица он перелистывал страницы отчета.
«Благосостояние населения: реакция рынка на сверхпроводящую батарею №11…»
Сверхпроводящая батарея №11 представляла собой новый тип элементов питания, разработанных группой «Сверхпроводник». С виду это были обычные пальчиковые и мизинчиковые батарейки, однако плотность их энергии оказалась настолько велика, а срок службы – столь продолжителен, что они полностью перекроили мировой рынок элементов питания.
«Благосостояние населения: разработка сверхпроводящих маглев-поездов…»
«Государственный сектор: сверхпроводящая электрогенерация…» «Государственный сектор:…»
В конце этого масштабного плана развития группы «Сверхпроводник» Лу Ли поставил свою подпись и сделал пометку: «Ознакомлен».
Затен он открыл вторую папку. Это был отчет о продвижении строительства первой антарктической исследовательской станции Клуба Долголетия. Лу Ли внимательно вчитался в текст.
За последние несколько месяцев отец и сын Юэ, выполняя приказ Лу Ли, подчинили своему влиянию правительство Ба и от его имени подписали Договор об Антарктике.
В то же время Клуб Долголетия развернул подготовку к строительству собственной антарктической станции.
Лу Ли пробежал глазами документ:
«По рекомендации экспертов, оптимальным местом для размещения нашей исследовательской станции был выбран остров Короля Георга – крупнейший в архипелаге Южных Шетландских островов, расположенный на 62 градусе 12 минутах 59 секундах южной широты и 58 градусе 57 минутах 52 секундах западной долготы…»
«Рельеф выбранного участка представляет собой холмистую местность вулканического происхождения с террасами, плавно понижающимися с запада на восток. Средняя высота над уровнем моря составляет 10 метров. Поверхность Земли здесь покрыта галькой и гравием, ниже уровня 1,2 метра залегает вечная мерзлота…»
Документ содержал детальные выкладки: обоснование географического положения, экологические факторы, архитектурные чертежи модулей будущей станции и критерии отбора персонала.
В самом конце отчета содержалась просьба к Лу Ли лично дать название этой первой антарктической станции Клуба Долголетия.
Лу Ли на секунду задумался, после чего вывел на бумаге: «Антарктическая исследовательская станция „Долголетие“».
Третий документ касался запуска спутников…
В четвертом описывался ход работ над проектом «Жизнь»…
Пятый…
Ознакомившись со всей кипой документов, Лу Ли составил четкую картину того, на каком этапе находится развитие Клуба Долголетия в самых разных сферах.
Он с удовольствием потянулся, поднялся из-за стола и подошел к аквариуму, заглянув внутрь.
За те несколько дней, что он отсутствовал, в мире Цинъюньцзе минуло больше столетия.
Цивилизации Южного и Северного континентов, разделенные безбрежным океаном, развивались примерно в одинаковом темпе. Обе они уже вступили в эпоху бронзового века и сформировали рабовладельческие общества.
Лу Ли сосредоточил внимание на Южном континенте. Он заметил, что первая древняя династия Южного континента, Юй, оправившись от войн и достигнув пика своего могущества, стала клониться к упадку. Ее правитель Цзе, ослепленный величием, пустился во все тяжкие: строил безумные дворцы удовольствий с винными прудами и мясными лесами, возводил башню Бронзового воробья…
Наблюдая за копошением этих крошечных, словно муравьи, созданий, Лу Ли невольно улыбнулся.