Древность.
4353 год до нашей эры.
Внутри стократной временной области Лу Ли совершал пространственные прыжки по этому древнему государству Суймин. Его взор скользил по фигурам первобытных людей…
Прикрывая тела звериными шкурами и листвой, они держали в руках искусно обтесанные каменные топоры, каменные сабли и костяные орудия. В строительстве уже наметились первые деревянные постройки. Лу Ли замедлил шаг и остановился. Его силуэт на мгновение проступил в воздухе, став видимым для окружающих, но тут же расплылся и растаял.
В самом центре племени высилось самое крупное деревянное здание. По обе стороны от его дверей ярко полыхали факелы. Лу Ли вошел внутрь, и под его ногами глухо заскрипели половицы.
— Заложив прочные сваи в основание, сверху настилают большие и малые балки. Они держат настил пола, образуя фундамент здания, обладающий определенным пространством, — вполголоса проговорил Лу Ли, разглядывая постройку и легонько касаясь пальцами древесины у входа.
Он протянул руку и толкнул деревянную дверь.
В то же мгновение его силуэт растаял, возникнув уже внутри здания, прямо перед ложем…
На ложе, едва дыша, лежал дряхлый Суй-хуан.
В хрониках Трех Властителей и Пяти Императоров, дошедших до потомков, утверждалось, будто Суйжэнь-ши правил сто десять лет. Эти сведения были неточны, однако недалеки от истины. Под пристальным взором Лу Ли перед глазами предстали данные прародителя цивилизации, Суй-хуана, изгнавшего тьму ради блага человечества: «Имя: Фэн Юньжо / Суйжэнь». «Возраст: 108 лет». «Оставшаяся продолжительность жизни: 1 день 02 часа 20 минут 23 секунды». В ту суровую эпоху долголетие Суйжэнь-ши казалось истинным чудом…
Лу Ли смотрел на Суй-хуана. Tот был глубоким старцем, но по-прежнему внушал благоговейный трепет – каждое его размеренное дыхание дышало тяжелым, величественным спокойствием.
Одним лишь усилием мысли Лу Ли расширил временную область, накрыв ею угасающее тело Суйжэнь-ши.
В то же мгновение…
… Суйжэнь-ши, секунду назад лежавший в беспамятстве с крепко смеженными веками, резко распахнул глаза!
Его тяжелый, почти осязаемый взор устремился прямо на Лу Ли!
В комнате повисла тяжелая тишина.
Суйжэнь-ши пристально разглядывал незваного гостя.
Перед ним стоял молодой человек с невероятно бледной, нежной кожей, однако облаченный в шкуру свирепого зверя…
Юноша казался худощавым, его руки и ноги выглядели тонкими…
Такой облик совершенно не вязался с первобытными представлениями о силе и красоте, но вождь не смел терять бдительности из-за обманчивой хрупкости чужака.
Инстинкты, закаленные в вековой борьбе с дикой природой Небес и Земли, заставили Суйжэнь-ши содрогнуться. При виде загадочного юноши его кожа на голове натянулась, а все тело невольно сжалось, словно перед лицом самого жуткого и опасного хищника.
— Кто ты? — Низким голосом спросил Суйжэнь-ши, коверкая звуки на древний лад.
— Лу, — произнес Лу Ли, подстраиваясь под чужое наречие.
Это имя прозвучало совсем не так, как его записывали в поздние эпохи традиционными или упрощенными иероглифами. Оно больше походило на древнюю пиктограмму, несущую в себе чистый образ.
Знак этот изображал возвышенность, где слева угадывалась большая высота, а справа – обилие земли без единого камня.
Одного взгляда хватало, чтобы понять: символ этот означает великую гору из глины, твердую сушу…
Подобный древний пиктографический знак Лу Ли выбрал для себя в качестве родового имени в этих первобытных землях. В будущем от него протянется нить эволюции письменности вплоть до современного упрощенного знака «Лу».
— Я – бог, властвующий над временем, — величественно и твердо возвестил Лу Ли.
В глубине древнего, первобытного жилища…
… звуки и краски начали меняться.
Так свершалось величайшее таинство в истории человечества, скрытое от чужих глаз…
Два дня спустя.
Скончался вождь племени Суйжэнь – великий Суй-хуан, предводитель древнего первобытного клана!
Все племя погрузилось в глубокий траур, оплакивая своего господина…
В ночной мгле бесконечной вереницей поплыли ярко горящие факелы. Это величественное зрелище озарило небосвод огненной рекой, напоминавшей извивающегося исполинского дракона!
В отдалении Лу Ли, облаченный в тигровую шкуру, стоял бок о бок с Суйжэнь-ши. Старец, укрытый серым мехом неведомого зверя, вновь обрел былую молодость: его плечи расправились, а весь его облик дышал непоколебимым величием.
Поднявшись на возвышение, они провожали взглядом погребальное шествие, шедшее за телом покойного Суй-хуана.
В глазах Лу Ли плясали отсветы факелов…
В его груди шевельнулось глубокое, щемящее чувство…
В эти незапамятные времена предки уже обживали дикую землю, шаг за шагом меняя лицо первозданного мира!
— Фэн, — негромко произнес Лу Ли, — верь в своих потомков. Пусть они лишились твоей защиты, но унаследовали твой дух. Они сумеют выстоять на этой земле, опираясь на собственную силу и сплоченность клана… Я верю, что спустя бесчисленные века их далекие наследники все так же будут жить здесь, построив великую и блистательную цивилизацию!
Лу Ли вместе с Суйжэнь-ши бесследно растаяли в ночной мгле.
Вдвоем они пустились в странствие по древней, доисторической суше.
Время от времени Лу Ли встречал умирающих первобытных людей и возвращал им былую молодость. Но он лишь даровал им новые юные силы, не наделяя бессмертием.
За время этого пути отряд Лу Ли и Суйжэнь-ши разросся от двух человек до нескольких десятков.
И днями, и ночами Лу Ли обучал Суйжэнь-ши и остальных помолодевших спутников боевым искусствам!
Они учились противостоять силам Небес и Земли, сражаться со свирепыми дикими зверями!
То ли боевые искусства идеально подходили к суровым первобытным реалиям, то ли сами люди древности обладали исключительным талантом к тренировкам, но Суйжэнь-ши и его соратники продвигались в своем уровне боевых искусств с поистине поразительной скоростью!
Целью пути Лу Ли был переход из государства Суймин в земли Шэньнунцзя.
В конце индосинийской и начале яньшаньской эпох тектонических движений здешние пласты подверглись интенсивному складкообразованию и масштабным смещениям, что предопределило уникальный рельеф Шэньнунцзя.
Климатические колебания четвертичного периода оставили в некоторых местах следы ледников, сделав ландшафт этого края невероятно изрезанным и разнообразным.
Эти бескрайние, богатые дичью и растениями угодья пустовали. Даже спустя шесть тысяч лет, в современную эпоху, огромные площади этого края все еще будут оставаться неисследованными белыми пятнами.
Именно поэтому Лу Ли решил основать тайную базу Клуба Долголетия эпохи глубокой древности именно здесь, в глуши Шэньнунцзя.
Он намеревался сотворить в этих горах настоящий земной рай, заложить основу для скрытой от чужих глаз цивилизации!
Члены Комитета по Защите Времени и Пространства будут жить, рождаться и обучаться боевым искусствам на тайной базе в Шэньнунцзя, чтобы затем, подчиняясь строжайшему кодексу, тайно выходить в мир людей и следить за ним.
Преодолев долгий путь в тысячи ли, отряд наконец добрался до Шэньнунцзя.
К этому времени за Лу Ли шло уже несколько сотен мужчин и женщин, и каждый из них упорно закалял свое тело в боевых искусствам…
— Лу, — обратился к нему Суй-хуан, Фэн Юньжо, остановившись рядом и оглядывая открывшийся впереди величественный первозданный пейзаж. — …Мы пришли? Это здесь?
— Да, — с открытой, теплой улыбкой кивнул Лу Ли. — …Здесь.