Ночь уже наступила.
Но болезни не ложатся спать с заходом солнца, а значит, и нам отдыхать было рано.
Хотя ещё немного — и я сам стану пациентом.
Кажется, в крепости Лаписа для гостей приготовили комнаты, но выбраться из лазарета времени не нашлось. Я ненадолго задремал в чём-то вроде гамака в углу.
Истина вообще умудрялась клевать носом стоя.
Ничего нового.
В неотложке моей прошлой жизни тоже работали в три смены.
Когда рядом один за другим умирают люди, как-то неловко просто развернуться и уйти домой.
Из моих пациентов, к счастью, никто не умер: мы усердно носили им воду со спиртом и следили, чтобы они пили.
И от этой мысли становилось только хуже.
Человек не должен умирать лишь потому, что медицинский работник один раз не успел подать ему воды.
Но вчера такие люди наверняка были.
Ничего не поделаешь.
Не спать я ещё могу. Раздвоиться — нет.
— Истина, рассвело. Поднимайся, работать пора.
— За ночь… люди…
За ночь умерли несколько человек.
То ли от бессонницы, то ли от пережитого у Истины слегка дрожали руки.
Я посмотрел на неё.
— Среди наших пациентов кто-нибудь умер?
— Нет.
— Тогда пока не думай об остальном. Иначе сама свалишься.
Больница — место, куда привозят умирающих. Кто-то неизбежно умирает.
Мы всю ночь носились по лазарету как проклятые.
Утром хотя бы пришла новая смена, и людей стало немного больше.
Теперь главное — посмотреть, сколько новых больных появится сегодня.
Очень хотелось верить, что меньше.
— Сегодня пациентов станет меньше, да?
— Надеюсь.
Точно никто не знает.
Вчера мы объехали все колодцы и влили туда водку. Сработало это или нет — станет ясно только по числу новых случаев.
Хотя часть тех, кто лежит у нас сейчас, похоже, уже можно будет выписать сегодня.
Если обстановка успокоится, возможно, скоро вернёмся домой.
— Профессор Астрикс, сможете ненадолго пройти в зал совета? Баронесса вас вызывает.
Чумной доктор в белом одеянии.
Снова Хедвиг.
Появились хорошие новости?
Может, число заболевших наконец резко пошло вниз.
Из-за клювастой маски лица почти не видно, но, скорее всего, она устала не меньше нашего.
Лазарет за ночь превратился в поле боя.
— Что случилось?
— Хотят обсудить дальнейшие действия.
— Сейчас приду.
Надо проверить, что успели сделать городские чиновники и сколько ещё санитарных работ потребуется сегодня.
Надеюсь, они действительно работали.
***
До зала совета добрались быстро.
Внутри снова было полно людей, и выглядели все так, будто тоже не спали.
Наверное, хороший признак.
— Давайте быстро. Дел много.
Под глазами Раплании за ночь появились ещё более тёмные круги, но, увидев меня, она заметно оживилась.
Значит, есть результат.
— Тогда сразу к делу. Мы всю ночь обходили город и отмечали дома заболевших. Вы оказались правы: случаи действительно группируются вокруг нескольких конкретных колодцев.
— Понятно.
— То есть всё сходится? Холера — водная инфекция, её вызывает питьевая вода, загрязнённая испражнениями, а решение — чистая вода?
— По тому, что мы видим сейчас, именно так. И наши меры, похоже, уже начали действовать.
Раплания кивнула.
— Раз всё подтверждается, продолжим по вашему плану. На чём остановились?
Я, если честно, переживал.
Когда Джон Сноу в моём мире впервые предложил фекально-оральный путь передачи холеры, власти признали, что его меры помогают, но саму теорию принимать долго не хотели.
Причина была почти смешной.
Обществу просто было слишком неприятно соглашаться с мыслью, что люди заражаются через воду, в которую попали чужие испражнения.
Но реальность от этого не меняется.
К счастью, Раплания, похоже, не собиралась спорить с фактами.
И если всё идёт так, как я думаю, сегодня новых пациентов должно быть уже заметно меньше.
— Вчера мы добавили в колодцы крепкую водку, но это временная мера. За день-два спирт, скорее всего, испарится.
— Что дальше?
Нужна многоуровневая защита.
— Прежде всего выяснить, почему загрязнились источники. Часть колодцев, возможно, придётся выкопать заново. Людям стоит рекомендовать кипятить воду, особенно если речь о маленьких детях. И возле основных источников нужно поставить песчаные фильтры.
В Англии во время вспышек бывало, что власти временно запрещали пить некипячёную воду.
Насколько люди действительно соблюдали запрет — другой вопрос.
Есть и известная история, что работники пивоварен холерой вообще не заражались.
— Раздайте населению пиво, прикажите пить кипячёную воду и установите фильтры возле колодцев. И отдельно объясните, что главное лечение эпидемической кишечной инфекции — восполнение жидкости.
Раплания кивнула.
— А более окончательное решение?
— Теперь, когда мы знаем источник и умеем сдерживать распространение, положение уже лучше. Но если говорить о корне проблемы…
Нужно перестраивать водоснабжение и канализацию.
Если я сейчас это скажу, меня возненавидят?
Доктор Вирхов, вы снова правы.
Хотя Вирхов пошёл ещё дальше и требовал введения демократии, снижения налогов, развития инфраструктуры и строительства дорог.
Поэтому его и записали в революционеры.
Я осторожно подобрал слова.
— Эпидемические кишечные инфекции возникают, когда сходятся сразу несколько проблем: недоедание, плохая канализация и водоснабжение, загрязнённые источники питьевой воды, низкий уровень гигиены.
Раплания слегка прищурилась.
— Да?
— Окончательное решение есть. Но оно потребует много времени и денег.
Вот эту часть она слышать не хотела.
— Понятно.
— Это задача на будущее. Сейчас даже песчаные фильтры уже могут решить большую часть проблемы. Не стоит сразу представлять самое худшее.
— Кстати, как вообще работает этот песчаный фильтр? Мы подготовили их по вашим указаниям, но я не понимаю принцип.
Принцип простой.
Пропускаем воду через толщу песка.
Можно спросить: если бактерии такие маленькие, почему песок должен их остановить?
Останавливает.
Хотя причина сложнее, чем кажется.
Бактерии, поселившиеся в песке, образуют биоплёнку. Как ни странно, другие бактерии через эту плёнку пройти не могут.
Получается почти идеальная полупроницаемая мембрана.
А мелкие примеси дополнительно адсорбирует активированный уголь.
Если кто-то не знает, что такое активированный уголь, — можно считать, что это древесный уголь.
В общем.
Мы переместились в мастерскую внутри крепости.
Сам фильтр был технически очень прост. Ничего такого, с чем местные ремесленники не справились бы.
— Профессор, вы уверены, что обычного песка и угля достаточно? Даже бактерии задержит?
— Да.
Я уже достаточно подробно объяснил всё это самому себе.
Повторять вслух не хотелось.
Чиновники, судя по всему, действительно не спали.
Несколько фильтров уже были готовы.
Пропускаем воду…
На выходе и правда получается очищенная вода.
Разумеется, при условии, что ведро и труба после фильтра сами не загрязнены.
Но это всё равно лучше, чем ничего.
— Кажется, сработало.
— И правда.
Для полноценной биоплёнки понадобится примерно сутки.
Насколько заметным окажется эффект сразу, пока не ясно.
***
Следующее утро.
Как я уже говорил, медианный инкубационный период холеры — около суток.
Если наши меры сработали, число новых больных должно было заметно снизиться.
Интересно, снизилось?
В лазарете действительно стало тише.
— Намного спокойнее, чем в первый день.
— Не сглазь. Сейчас кто-нибудь появится.
Мы открыли двери.
Перед входом не было ни одного человека.
Никто не пришёл ночью из-за обострившейся болезни и не занял очередь заранее.
— Что…
Истина застыла.
Рано праздновать.
За день пациенты наверняка ещё появятся.
Просто к рассвету здесь впервые никто не ждал помощи.
— Похоже, сработало?
— Похоже…
— Давай по шагам. Мы предположили, что эпидемическая кишечная инфекция передаётся через воду.
— Да.
— Потом подтвердили гипотезу по географическому распределению заболевших. После этого очистили все источники воды. И вот результат.
Истина ненадолго задумалась.
— Даже обидно. Сколько людей за всё время умерло от таких эпидемий — не сосчитать. А оказывается, проблему можно было решить настолько просто.
Просто?
Я после трёх суток дежурств едва стою на ногах.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta