Племя Волка не атаковало бездумно. Каждый вектор их штурма был нацелен на устранение одного из самых ценных активов противника, следуя доктрине «перерезания глотки», разработанной Разорительницей, стратегии, призванной снизить потери обеих сторон через подавляющее применение силы. Стоило сломить боевой дух, убить офицеров и захватить оружие, и даже самые фанатичные противники нередко задумывались о сдаче.
Драгена командовала штурмом с непринуждённой лёгкостью, обращаясь напрямую к разведчицам и волчьим ведьмам, когда считала, что те наступают слишком быстро, и возвращая их в строй одним лишь словом. Через связанные видеопотоки подчинённых военачальница постоянно обновляла данные о позициях врага, отмечая самых харизматичных или способных лидеров среди мятежников для устранения и помогая штурмовым группам находить более безопасные пути в глубь вражеской территории. Её бесстрастный голос усмирял жажду крови даже самых ретивых стай, обеспечивая безопасность сдающихся врагов. Её острый ум направлял артиллерийский огонь, ограничивая потери среди гражданских. Руководство Драгены удерживало линию Возвратителей нерушимой, равномерно распределяя силы для захвата ценных целей.
Даже сами военачальницы принимали её сдерживающую руку, поскольку Драгена пользовалась полной поддержкой Разорительницы. Из-за этого Джанин задавалась вопросом, почему её наречённая сестра доверила именно ей решение о помощи союзницам, вместо того чтобы просто приказать это сделать. Она была чем-то отвлечена? Или её считали слабым звеном и проверяли?
Эх, к чему об этом беспокоиться.
Перед вторжением Драгена использовала наркотики, чтобы развязать языки пленникам и выяснить общую планировку столицы, а также расположение заводов, подземных бункеров и оборонительных сооружений. Однако, несмотря на препараты, захваченные языки так и не выдали никаких сведений о самой Техно-Королеве. Драгена проигнорировала предложения выбить ответы силой, заверив командующую, что их враг не доверяет собственным офицерам. По её теории, у тиранши не было единого места власти. Она нерегулярно меняла своё убежище, чтобы избежать покушени.
Джанин обожала этот элемент неопределённости. Её стая получила задачу захватить возвышающуюся башню в восточной части города.
Этот невероятно высокий столб отвечал за связь, и шансов на то, что приз находится именно там, было немного... Но азарт возможной славы подгонял военачальницу, точно инъекция адреналина. Разорительница, Зеро и Альфа всегда были теми, кто расправлялся с сильнейшей добычей. Что, если она первой присоединится к их рядам? Джанин, Убийца Королевы. Низвергательница Правительницы... Она полагала, что Мартышкина, должно быть, думает о том же самом, судя по тому, как настойчиво продвигалась её стая.
Управляемая ракета пролетела над зданиями, ударив по стае. Взрыв пробил броню самца, разорвав его органы и убив солдата. Взрывная волна отбросила Богдана и одну из воительниц кувырком прямо в лапы союзниц. Воительнице досталось особенно тяжело, её ступня ниже щиколотки исчезла.
Нетерпеливая завыла и, оттолкнувшись от стены здания, точно от трамплина, прыгнула высоко вверх, приземлившись среди перезаряжающихся защитников. Там, где Джанин сражалась методично, с максимальной эффективностью используя и дальнобойное, и ближнее оружие, Нетерпеливая превратилась в вихрь стремительного насилия.
Ни одна шаманка никогда не пользовалась дальнобойным оружием или клинками; им были нужны лишь собственные когти и клыки. И теперь челюсти шаманки сомкнулись на кричащем мужчине, перекусив его пополам и выплюнув останки в стражников, пока она мчалась вокруг них. Она рассекала противников на части, усиливая хаос и швыряя изувеченные тела на землю.
Джанин обратила тревогу за сына в силу, рассекая надвое стража перед собой и посылая вперёд порыв ветра, достаточно мощный, чтобы сбить ещё нескольких с ног. Волкороды вокруг неё завыли, наполняя воздух песнями ярости, и открыли огонь из кускострелов, превращая противника в кровавое тряпьё. Игнаций помог Богдану подняться, и вместе оба самца отстреливали противников, пытавшихся выстрелить в спину сестре.
— Довольно, — приказала Джанин, остановив шаманку, когда та резала мятежников, падавших на дрожащие колени.
С прорывом ещё одной линии обороны Драгена прислала сообщение с приказом остановиться. Джанин воспользовалась моментом, чтобы назначить раненых Волкородов связывать пленников и отправлять их в тыл, где их примут под охрану Ледяные Мальчишки.
Из любопытства Игнаций стянул капюшон с головы одного из стражников, обнажив лицо, покрытое химическими ожогами, копну спутанных пепельных волос с проплешинами, бледную кожу в пятнах крупных красных точек и потрясённое выражение широко раскрытых глаз. Женщина закашлялась, не в силах справиться с загрязнённым воздухом, что побудило Аниссу натянуть капюшон обратно и отвесить Игнацию подзатыльник.
— Они даже в собственном городе жить не могут, — Анисса сплюнула на землю, поправляя респиратор пленницы. — Дыши, — велела она стражнице. — Успокой сердце. Твоя война окончена, гражданка.
— Формально, раньше они могли, Нисси... Волчья ведьма! — быстро поправился Игнаций под взглядом Аниссы. — Насколько нам известно, двадцать один год назад люди в этом районе жили нормально, почти без нужды в противогазах. Хотя, не пойми меня неправильно, не всё было безоблачно, Пустоши остаются одним из самых заражённых регионов...
— К делу, самец, — рявкнула Нетерпеливая. — Договаривай, пока мы тут в пепел не рассыпались.
Она подняла Богдана, обнюхала его и опустила обратно. Затем прокралась к раненой воительнице и взглянула на военачальницу. Джанин кивнула, следя за улицами. Изувеченная самка попыталась возразить, но коготь под челюстью быстро её усмирил, и недовольная воительница согласилась отправиться на лечение.
Сама Джанин не возражала против длинных объяснений Игнация. У её любопытного мальчика неожиданно находилось множество интересных историй для затворника.
— Конечно! — Игнаций отдал честь. — Техно-Королева пришла к власти, и Пустоши по-настоящему оправдали своё название; продолжительность жизни рухнула в бездну... — Он указал на дрожащую пленницу, считывая данные с её жетона. — Возьмите хотя бы её. Чуть за двадцать, а выглядит на все сорок, линия волос уже отступает, и, судя по цвету кожи, у неё эритема. Седина тоже не натуральный цвет волос, у неё осталось несколько платиновых прядей. Если хотите знать моё мнение, лет за десять весь этот регион рисковал потерять как минимум половину населения...
— Задро-от! — Богдан пнул брата под зад. — Кого волнует, что могло бы случиться? Кого волнует древняя история? Мы здесь, значит, всё будет хорошо. Вместо того чтобы тратить время на теории, прими практичность. — Он обнял брата за плечи и указал на разведчицу. — Глянь на эту красотку! Какая осанка, широкая талия, роскошный мех, а эти длинные белые когти сверкают сквозь смог, почти заставляя поверить, что выпустились случайно, несмотря на винтовку... Девчонка явно на тебя запала, братишка. Давай, подойди, поговори с ней, а потом наделайте кучу малышей...
— Богдан, — не то простонала, не то прорычала Анисса, расставляя войска на оборонительные позиции. — Тебя вообще хоть что-нибудь, кроме спаривания, волнует?
— Конечно. Мои детёныши, спутница жизни, семья, друзья...
— Тогда, если хочешь и дальше их видеть, займи позицию и гляди в оба, а не то я выпотрошу тебя раньше, чем следующий враг успеет выстрелить в твою бестолковую шкуру. — Нетерпеливая приземлилась рядом с братьями и сестрой, сбив Аниссу с ног ударом локтя. — Дисциплина! Соблюдай дисциплину, волчья ведьма! Самцы слишком тупы, чтобы понимать, что лучше для них, но у тебя какое оправдание? Заставь их работать! Повеселиться они успеют после победы!
Джанин оставила Аниссу командовать стаей и прочитала короткую безмолвную молитву за павших воительниц, прежде чем снова осмотреть башню. Спутниковые антенны усеивали её поверхность, а толстые, точно дома, кабели питали энергией эту сверхконструкцию. Гигантское сооружение устремлялось ввысь примерно на триста метров. Поверхность вокруг башни была выровнена, а бурлящие ядовитые отходы под решёткой создавали образ гнилостного рва, окружающего замок, вызывая неприятные воспоминания о войне против Кровавого Графа.
Щит города пал, Волкороды разобрали его генераторы, и команда «Неотвратимого» была занята подавлением оставшихся оборонительных установок на стене. Но дворцы, крупные крепости и самые большие заводы имели собственные щиты, делавшие их неуязвимыми для обстрела. Оранжевые цветы расцветали в дрожащем воздухе, и куски железных снарядов отскакивали от энергетических барьеров, не в силах достичь башни. Луч тьмы соединил ползун с балконом дворца на западе, и на этот раз барьер поддался, не выдержав огня снайперской винтовки Зеро. Взрыв изнутри осветил балкон.
— Драгена, почему мы остановились? — спросила Джанин, закрепив лазерную винтовку за спиной и взяв Сказителя обеими лапами.
Она почувствовала, как дрожат улицы, пусть и едва заметно, и это не было результатом взрыва. Террифик когда-то научила их распознавать разницу, регулярно водя детёнышей охотиться на подземных хищников, чтобы уберечь Нормалов от опасности. Что-то или кто-то приближалось. Волна трещин прокатилась по земле, и Джанин выпустила когти на ногах, подавая знак стае приготовиться.
— Потому что это очевидная ловушка, сестра, — спокойно ответила Драгена, отправив изображение поля боя на дисплей шлема Джанин. — Смотри. Мы почти захватили все, но не встретили ни одного стального слуги или прислужника. Есть и кое-что ещё. Разорительница...
— Благословенная Мать, — прорычала по связи Истерзанная.
— Разорительница. — Не смутившись, Драгена проигнорировала возмущение шаманки. Истерзанная и её войска были заняты сопровождением раненых, пленных и охраной гражданских по приказу Благословенной Матери. На войне они подчинялись военным. — Она также это понимает. Обрати внимание на закономерность в её движениях. Она одновременно утоляет жажду крови и что-то ищет.
Джанин пришлось признать её правоту. Стоит ввязаться в бой, и любой, кто держит оружие, становится добычей в глазах Благословенной Матери. А учитывая, что у некоторых Новых Видов вместо рук были когти или клинки... Бывшая военачальница Джанин, Террифик, однажды получила пробитое лёгкое, спасая мутировавшего детёныша, покрытого зазубренными шипами, от Разорительницы, крича прямо в божественное лицо, что малыш не боец. Командующая знала пределы собственного безумия, поэтому нынешняя закономерность её движений озадачивала Джанин.
Почему она затягивает бойню? Это может привести лишь к дальнейшей ярости, способной разгореться в адское пекло, которое сама Разорительница не сумеет усмирить. Так что мы упускаем?
Часть ответа пришла к ней спустя считанные мгновения. Твари вырвались из ядовитых рек, прогрызая себе путь сквозь камень и металлические решётки. Они напоминали безумно подёргивающихся насекомых; три тонкие членистые ноги удерживали их овальные тела. Ещё шесть конечностей служили руками: четыре заканчивались иглами размером с ладонь, а оставшиеся две несли грубые манипуляторы. Белые линзы, служившие роботам глазами, нацелились на Волкородов, и со щёлкающим звуком их спины раскрылись, обнажив две пары металлических крыльев.
Должно быть, это и были стальные прислужники. Настоящая регулярная армия Техно-Королевы, безжалостные орды, истребляющие её соперников. Джанин встретила их лицом к лицу, поймав первого на обух топора и пронзив насквозь. Существо забилось в судорогах, истекая маслом и обломками шестерён; его конечности молотили в предсмертных судорогах, оставляя глубокие борозды на её броне.
Опасно. Военачальница пробилась сквозь груду обломков одним взмахом топора, подставив клинок навстречу приближающимся массам и напитывая Сказителя свежими историями. Стальные прислужники не различали союзников и врагов; один из них вспорол спину сдавшемуся охраннику, прежде чем броситься на ближайшего Волкорода.
Богдану пришлось блокировать удар, спасая сдавшегося врага. Но в итоге он подставил глотку, когда острая конечность пробила верх его наруча, свирепым толчком сбив сына с ног. Кускострел Игнация гавкнул, послав разрушение в шею прислужника. Тварь пошатнулась, и Богдан воспользовался моментом, чтобы отпихнуть её от себя, увлекая брата на землю прежде, чем другой прислужник успел полоснуть его по глазам. Обезглавленный робот присоединился к целому, пытаясь заколоть самцов. Две самки набросились на машины, став клубками режущих когтей и колющих клинков. Богдан и Игнаций встали плечом к плечу, стреляя по роботам, разбирая их по частям и прикрывая воительниц своей стаи.
Они хорошо работают вместе. Решила Джанин, продвигаясь вперёд. Террифик, без сомнения, повела бы стаю в контратаку, стремясь одолеть противника яростью. Но её мать... Террифик здесь больше не было. Грамотно выстроенная оборона обещала выиграть не меньше битв, чем ярость могла надеяться завоевать.
Стая вела точно рассчитанный огонь по надвигающемуся рою, уничтожая противников десятками, прежде чем те успевали обрушить на Волкородов всю свою мощь. Разведчицы бросали гранаты, создавая дополнительный разъедающий слой на пути машин, и Джанин вдыхала кислотные испарения, наслаждаясь раздирающим ощущением в дыхательных путях. Что не убивает, делает сильнее. Такая крупная цель, как она, естественно притягивала внимание роя, и она использовала это в полной мере, выступая впереди своих воительниц.
Осколки рикошетили от её шлема, когтистые конечности оставляли глубокие борозды на пластинах, а рёв её взмахивающего топора приносил ей радость. Два робота попытались подобраться к её ногам, стремясь перерезать сухожилия, и военачальница пнула, насадив обоих на когти.
Несколько роботов прорвались сквозь огонь, прорубая себе дорогу через её стаю. Не уступая самцам в силе, клинковые конечности стальных прислужников вонзались в нагрудники, с хирургической точностью находя путь к сердцу внутри. Атаки существ стремились к эффективности: не сумев подтвердить убийство первым ударом, стальные прислужники целились в суставы и резиновую защиту шеи для выведения солдата из строя. Хуже того, миновав Джанин, они игнорировали более крупных Волкородов, охотясь именно на самцов, стремясь обменять своё существование хотя бы на одного противника.
И всё же существовал изъян. Рой, настоящий рой Инсектоидов, действовал слаженно, жертвуя дронами, чтобы воины могли нанести удар. У этих же роботов не было никакой слаженности в рядах. Они наступали единым фронтом там, где их крылья с лёгкостью могли перенести их через здания для атаки с флангов.
— Волчьи ведьмы, Драгена! Стальные прислужники действуют поодиночке! Они ничего не смыслят в командной работе и идут за самыми слабыми! — крикнула Джанин своё предупреждение. — Волчьи ведьмы, заманивайте и пожирайте!
Её офицерам едва ли требовался этот приказ, они уже поняли намерения роботов. Джанин заняла позицию в пяти шагах впереди своей стаи, закружившись вихрем стали и сдержанной ярости, разбивая рой в стороны, чтобы выкупить для стаи краткую передышку. Анисса велела самцам занять позиции позади самок, потенциальная ересь и в высшей степени неортодоксальная тактика, но Джанин одобрила её мгновенно. У воительниц, разведчиц и волчьих ведьм её стаи было гораздо больше шансов выжить и преуспеть в этой рукопашной, а самцы обеспечивали превосходную огневую поддержку.
Анисса закрепила оружие и бросилась на пытающегося подняться прислужника, выпустив когти. Нетерпеливая последовала за ней, вызвав улыбку на губах Джанин.
Обе её драгоценные девочки сражались спина к спине с яростью, которой позавидовала бы даже Истерзанная... О, какое славное будущее их ждёт! Анисса легко отбила клинок, нацеленный ей в линзы, и подсекла ноги стального прислужника, прикончив его локтем, вдавившим маленькую голову глубоко в грудь. Нетерпеливая просто пронзила, пробив зияющую дыру в прислужнике, пытавшемся пролететь над ней, а затем откусила голову ещё одному.
— Упыри! — выругалась Нетерпеливая на поднимающееся обезглавленное тело. Она втоптала его в мостовую.
— Наконец-то, хоть кто-то, достойный убийства! — взревела по связи военачальница Элэд. Через общую видеотрансляцию Джанин наблюдала, как войска Элэд также подверглись атаке, а военачальница взмахнула своей гигантской косой, покосив четыре машины размытой дугой, оставленной клинком.
— Формально, это всего лишь машины, Военачальница. Их можно уничтожить, но изначально в них нет жизни, так что правильнее говорить «разобрать» или «сломать», — поправил Игнаций, выстрелив в упор в прислужника, пытавшегося вцепиться разведчице в спину.
— Никогда не встречал Артифисера, полагаю. — Альфа сплюнула, стоя невозмутимо посреди моря стальных прислужников, пока её стая свободно отстреливала их с неё. — Есть что добавить, кроме бессмысленной игры слов, самец?
— На самом деле, да! — Похвальба Игнация едва не заставила мех Джанин поседеть. Она бы никогда не позволила Альфе тронуть её мальчиков, не попытавшись защитить их, но это едва ли имело значение. Ни один Волкородов не мог и надеяться одолеть эту самку. — Прислужники продолжают двигаться, даже когда их основной генератор уничтожен, и способны ориентироваться без линз на голове.
— К делу! Договаривай, пока я не заткнула тебя своим когтем! — рявкнула Нетерпеливая, разрывая прислужника пополам.
— У каждого компонента этих роботов есть собственный резервный источник питания, позволяющий им имитировать бездействие для заманивания нас в радиус атаки, — быстро сказал Игнаций, стреляя по прислужникам, пытавшимся добраться до ног сестёр. Пришёл запрос от его системы, и сама Альфа одобрила его, позволив Игнацию разослать всем военачальницам фотографии шипящих энергетических батарей, застрявших в конечностях машин. — Вероятно, эти источники недолговечные, но это лишь теория. А их способность работать без оптики намекает на наличие скрытых сенсоров.
— То есть не терять бдительность и крошить их в куски, пока не перестанут двигаться, так? — спросила военачальница Предайг.
— Формально, если бы мы точно знали, где находится их центр управления, мы могли бы превратить их в металлолом гораздо проще, но в полевых условиях я не могу с чистой совестью строить какие-либо гипотезы. Возможно...
— В этом и есть суть, верно, Военачальница, — ответил Богдан, оборвав объяснения Игнация. — Мы польщены, что вы пригласили нас озвучить мудрость, которая, без сомнения, вам уже известна.
— Джанин, держи своих самцов сосредоточенными на бое! — радостно рассмеялась Элэд, растаптывая обломки роботов под ногами прежде, чем у них был шанс приблизиться к её стае. — Они выставляют меня в дурном свете!
— Э, если самец прав, он прав. — Взрывы сотрясали землю перед стаей военачальницы Игрит, не давая сотням стальных фигур добраться до её пленников. Сама военачальница, ужасающее месиво из когтей, торчащих из шеи и рта, поймала полуразрушенного робота и раздавила его в лапе. — Ах, обожаю хорошо продуманную засаду. Особенно когда обращаешь её против врага. Продолжайте пользоваться гранатомётами, мальчики. Если хоть один из этих блестящих жуков до вас доберётся — завтра без выпивки! Вот как нужно вести войну! — Она издала радостный клич, грея лапы у огромного костра, устроенного её стаей. — Говорила же, мы не зря притащили тяжёлое вооружение! Девчонки, присоединяйтесь к веселью, не стесняйтесь! Ваша выпивка тоже на кону, между прочим! Калайса, держи эту мразь подальше от моих пленных. Теперь это наши Нормалы.
— О, то есть ей можно бездумно жечь всё подряд взрывоопасными зажигательными, а мне пришлось выслушивать нотации? Дерьмо кузачье! — прорычала Эшбрингер, расплавляя ряд стальных прислужников, стараясь не поджечь ядовитый ил.
— Держите позиции, сёстры. — Голос Драгены прорезал болтовню. — Элэд, Предайг, потери в ваших стаях недопустимо высоки. Берите пример с Игрит и Джанин и держите самцов на безопасном расстоянии.
— Священный долг самцов, жертвовать собой ради племени! — вмешалась в разговор Истерзанная.
— В час нужды, Святая. Было бы расточительно терпеть потери без необходимости, — бесстрастно ответила Драгена. — Мартышкина, ты слишком далеко вырвалась вперёд; отступи. Если кто-то наткнется на Ониксию, выведите её на связь. Мы ещё не встретили ни одного стального слуги...
— Игнаций, помолчи, — попросила Джанин. — Элэд и Альфа не из тех, кто поднимает шум из-за поправок, но кто-то столь мелочный, как Эшбрингер, не будет столь снисходителен.
— Хватит клеветать, Джанин, — прорычала Эшбрингер. — Когда самцам есть что сказать по делу, я великодушно выслушиваю их точно так же, как выслушала сейчас болтовню твоего детёныша. Отличная работа, Игнаций, даже если твоя мать впадает в маразм от беспокойства.
— Мелина, доложи обстановку. — Джанин сочла за лучшее проигнорировать нареченную сестру. У Эшбрингер, может, и были небольшие признаки мутации, клыки поменьше, шёлковистый мех, вытянутая морда, но, Духи ей свидетели, когти этой самки пронзали глубоко!
— Защищаем союзников, Военачальница, — тихо ответила Мелина.
— Что случилось? — Джанин вызвала индикаторы здоровья стаи Мелины на дисплей шлема. Ничего необычного; большая часть стаи даже не была ранена. — Волчья ведьма Мартышкиной подчинила вас себе? Вы под атакой?
— Нет, военачальница, куда хуже, — с отчаянием ответила волчья ведьма. — Здесь нет ничего, кроме бесполезных Нормалов, сдающихся толпами. Ни киборгов, ни стальных прислужников, ничего. Так мы никогда не сравняемся по числу убитых с другими стаями. Мы будем последними, посмешищем для всех!
— Значит, быть посему. — Военачальница пожала плечами, рассекая прислужника и растаптывая другого. — Благополучие моей стаи важнее титула. Пусть я навеки останусь Джанин Безымянной, если придётся. Пока мы живы, шанс есть, волчья ведьма Мелина. Победа ценой беды друзей, не та победа, которой стоит хвастаться.
Бетон содрогнулся, и волна трещин прокатилась по нему. Военачальница подняла лапу, приказывая стае отступить на два десятка шагов при звуке рвущегося металла и обрушивающихся труб.
Что-то крупное. Решила она, чувствуя, как заколотилось сердце при виде осыпающегося вокруг камня. Может быть, какой-то чемпион? Выходи, и будешь сокрушен.