Глава 28: Проблеск Орды
Глава 35 из 44
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 28: Проблеск Орды

Глава 35

Глава 28: Проблеск Орды

— …А когда зло поднимет свою уродливую голову… — взревел Мирко Йович, запрыгивая с голым торсом на стол и вскидывая бутылку.

— Мы всадим ему саблю прямо в задницу! — взорвалось собрание.

— Чертовски верно! С зимой, ублюдки, и живите долго! — Мирко влил водку в глотку, не заморачиваясь закуской.

Шахтёры, рабочие, горожане, солдаты в увольнении и даже несколько полицейских подхватили, поднимая тосты и обнимаясь в полупьяном угаре. Толпа забила просторный бар; клубы дыма собрались над головами небольшим облаком, скрывая потолок; а из динамиков, сотрясая окна, лилась приятная кантри-музыка. Мирко заметил сержанта Шиме Штефанчича и Кит, танцевавших на бильярдном столе рядом с другими парами, и поднял бутылку в их честь, за всех парней и девчонок разом. Пусть в следующем году будет больше детей!

Зима! Кто не любил это время года в Пустошах? В этот период под морем песка, словно живые горные хребты, проходили стометровые насекомые, известные как длинные песчаные жнецы. Они мигрировали в Разорённые Земли на спаривание. Эти титанические создания почти не интересовались людьми; даже наткнувшись в пустыне на случайную группу мародёров, песчаный жнец редко нападал: сотня людей всё равно не восполнила бы питательные вещества, которые он потеряет при лишнем движении.

А как они украшали пейзаж! Катящиеся стены песка, подобно водам в высохших океанах, уходили к горизонту, выталкивая на поверхность чудеса, спрятанные в глубине: трупы мелких хищников, чья броня была прочна, как боевой костюм, а клинки отсекали конечность от одного касания; затонувшие лаборатории и вскрытые бункеры; тела древних солдат, иные из которых идеально сохранились благодаря системам жизнеобеспечения.

Но всё это не имело для Мирко значения. Он любил зиму за покой: в это время людям не нужно было волноваться и прятать сахар по бункерам, а сладости и напитки были обычным делом на улицах. Он любил снимать плывущих титанов и отправлять эти видео своей большеглазой жемчужине в Центральных Землях.

— Сержант, — голос Шиме выдернул его из блаженства, и Мирко заметил у входа лейтенанта Веронику Энпалу с группой солдат. Женщина носила чёрный кожаный офицерский плащ поверх стандартного экзоскелета, и бронзовый треугольник, обозначавший её звание, был чист от пыли. Несмотря на гобелен шрамов, покрывавший большую часть головы, Мирко считал её красивой. Капюшон плаща оставлял открытыми глаза и верхнюю часть лица, и она, сморщив нос от отвращения при виде разгула, поманила его.

— Есть, лейтенант! — Мирко отсалютовал, не обращая внимания на стон Шиме.

Вероника формально стояла выше их обоих по званию, но серебряные звёзды, отмечавшие их как Новый Вид, усложняли ситуацию. Шиме в последний раз поцеловал Кит и последовал за старшей из Нового Вида, натягивая термозащитный костюм. Кит поспешила следом, переодеваясь в свою более дешёвую гражданскую модель, а Мирко вышел на улицу и вдохнул горячий воздух.

Во имя Планеты, как он любил свой дом! За последнее десятилетие поселение выросло и превратилось в настоящий небольшой город. Днём горожане работали в шахтах на западе или на заводах и редко совали нос наружу, чтобы не получить тепловой удар. Самые маленькие дети проводили день во сне в общинных школах, а старшие учились. Жара здесь была отвратительной: не та, что иссушает тело, вытягивая влагу, а та, из-за которой ты вечно мокрый, если не носишь специальный костюм. Два-три часа на улице и даже взрослый терял слишком много сил от обезвоживания, чтобы потом споткнуться и упасть замертво.

Ночью, когда шахтёры возвращались с работы, город оживал. Семьи гуляли с детьми по недавно отремонтированным мощёным дорогам. Эти дороги были и признаком роскоши, и необходимостью. Подземные хищники часто пытались утащить ничего не подозревающую жертву, а прочный слой камня давал достаточно предупреждения. Каждый человек, включая детей, умел стрелять из простого огнестрельного оружия, но только армия и полиция обладали достаточной огневой мощью, чтобы свалить такую тварь.

Дети веселились на площадке или носились по дороге, и Мирко усмехнулся, уворачиваясь от девчонки на самокате. Его рука двинулась быстрее клинка инсектоида-воина и натянула ей капюшон на голову. Бевать без капюшона было глупо; наличие воды больше не было проблемой, но не было причин не дать системе рециркуляции костюма работать. Ткань впитывала пот и мочу и перерабатывала в питьевую воду, которую потом хранили на случай чрезвычайных ситуаций. По крайней мере, уже десять лет не приходилось пить подобные запасы — вместо этого ими поливали зелень.

Экологическое поселение 647 — как нарек его капитан Ивар Мурзалиев, или Всё Отлично, как называли все остальные, — имело единственную теплицу, производившую свежие помидоры, огурцы, капусту и картофель для нужд населения. Между жилыми блоками и вдоль детской площадки стояли высокие кактусы — генетически подогнанные растения, способные процветать на этой сухой земле и давать поселенцам свежий кислород.

Дети полюбили их: острыми иглами они пользовались как ритуалом посвящения, пытаясь сковыривать яркий цвет с зелёных форм, а солдатам приходилось тащить сорванцов домой, дабы те испробовали родительского ремня, выбивающего из голов глупые заблуждения. Родители не для того надрывались, строя этот маленький приют в жестоком мире, чтобы потом видеть своих отпрысков в шрамах, и, если нужно вколотить эту мудрость ремнём, то Планета им свидетель, так они и делали.

Большинство населения работало в шахтах, и именно там Мирко провёл юность. Грузовики вывозили драгоценную руду, добытую шахтёрами, а ночью вторая смена обеззараживала вскрытые туннели специальным противорадиационным раствором, чтобы утром рабочие могли трудиться безопасно. Юнец бросил эту работу при первой возможности. Конечно, в прошлом году лишь четверо отравились радиацией и облысели, но ни один защитный костюм не давал полной защиты, особенно при вмешательстве человеческого фактора. Несчастный случай, когда костюм рвался о ржавый шип или о неуклюжего напарника, мог закончиться получением по-настоящему опасной дозой радиации.

Такой была жизнь во Всё Отлично, и зеленоглазый, бледнокожий, ладно сложенный Мирко любил каждую её секунду, даже когда приходилось отмазывать от неприятностей с законом иммигрантов вроде Шиме и Кит. Идиоты по-прежнему не могли вдолбить себе в черепушки, что в Армии Возвращения есть установленный возраст согласия, и это не десять лет, как в неподконтрольных частях Пустошей. Неужели так трудно дождаться девятнадцати? Правила вывешены в ратуше, ради Планеты, а недавно открытая телестанция изо всех сил старалась держать граждан в курсе.

— От вас несёт алкоголем, — констатировала Вероника.

— Прошу прощения, мэм! Не на службе, мэм! — Мирко и Шиме отсалютовали, покачиваясь на ногах.

Они были регулярами — ветвью армии, созданной Лордом Змеем, чтобы снять нагрузку с Третьей армии. Хотя им не хватало оборудования для участия в большой войне, подготовка и численность позволяли помогать полиции поддерживать порядок во внешних регионах. Под руководством капитана Мурзалиева, печально известного Синего Вирма, их организованные силы служили в каждом крупном поселении. Во Всё Отлично они отвечали за содержание минного поля вокруг города, несение службы на стенах и четырёх башнях, обеспечение работы шахт и защиту горожан. Закон здесь был суров, и Мирко приходилось казнить не одного психа, пытавшегося устроить проблемы. В случае полномасштабного налёта связная башня на южной стороне поселения использовалась, чтобы призвать на помощь военачальницу Фатиму и её стаю.

— Патруль сделал крюк, — бледные глаза Вероники впились в него. — Они сослались на внезапный обвал, но видеозапись показала, что они снимали Третью армию.

— Виноват, мэм! — Мирко потёр затылок. — Не каждый день мимо нас проходит целая армия, и я решил, что граждане воспрянут духом, увидев возвращение героев.

— И, без сомнения, твоей девушке тоже понравятся зрелищные записи, а если репортёры заплатят, то это ещё слаще, — сказала Вероника. — Мирко, я не против твоих заработков на стороне. Но инспекция должна прибыть через два дня. Нам всем нужно быть в отличной форме.

— Мы будем трезвы, клянусь, лейтенант! — Шиме встал по стойке смирно.

— Дело не в трезвости, сержант, — вздохнула лейтенант и вытерла пот с загорелого носа. — Военачальница Фатима и её стая более не отвечают за охрану этой территории.

— Значит, это правда? — Плечи Мирко поникли. — Девочки уходят?

— Уже ушли. Фатима выразила обеспокоенность нашим благополучием два часа назад, и вся стая направляется в свои деревни.

Все регуляры, независимо от места службы, разделяли общую игру. Волкороды, свирепые, но доверенные и героические хранители мира в Пустошах, редко навещали людей в мирное время, и каждый такой визит был изысканной диковинкой. Мирко, как и многие другие, часто пытался сорвать поцелуй у одной из их разведчиц или волчьих ведьм. Самцы не считались, к жгучему разочарованию регуляров-женщин. Это было слишком просто; какой мужчина откажется от приглашения поцеловать девчонку бесплатно? Противоположное было гораздо труднее, и призовой фонд, накопившийся за годы, достиг внушительной суммы.

Никто ещё не сорвал куш, и Мирко ненавидел упускать шанс. К тому же он всегда лучше спал, когда вой пронзал ночь.

— Значит, теперь нас будет охранять Вторая армия? — спросила Кит, и лейтенант кивнула, не удосужившись заговорить с девчонкой. — Здорово! Кто-нибудь знает, есть ли у них в рядах змеиные парни? Ну, знаете, у лохматой Разорительницы — волчьи девчонки, а у змееподобного Пожирателя, наверное, змеиные парни, да? Это, типа, логично, — подразнила она дёрнувшегося Шиме.

— Кит, говори о чемпионах с должным уважением, — напряжённо сказала Вероника. — Это не повод для смеха, солдаты, — сказала она ухмыляющимся мужчинам. — Два дня мы одни. Вбейте себе это в голову. Да, да, нет ни малейшего шанса, что кто-то нападёт с востока, куда сейчас движется конвой. Но наша обязанность, наш священный долг — быть начеку. Мы обязаны этим Всё Отлично и его гражданам, если только вы не хотите быть казнены по приказу капитана Мурзалиева.

— Что от нас требуется? — спросил Мирко, трезвея.

Чёрт, он об этом не подумал! Да, Синий Вирм не тронул бы ни его, ни Шиме. Вирм защищал своих Новых Видов и тех из Нормалов, кого считал способными, наказывая лишь за серьёзные преступления. Но если хотя бы половина слухов о капитане была правдой, он вполне мог избавиться от патрульной группы, а Мирко скорее умер бы, чем допустил это. Легендарная способность Синего Вирма добиваться результатов бледнела на фоне его беспощадной мстительности. Если он решит, что солдаты выставили Третью армию в дурном свете перед Второй… именно поэтому лейтенант и пришла сюда, чтобы вбить в его глупую голову серьёзность ситуации.

— Оставайтесь бдительны, пока не завершится смена защитников. — Лейтенант смерила взглядом его неформальную одежду. — Не сомневаюсь, что у Второй есть свои чемпионы, не менее достойные, чем у Третьей, но я предпочитаю не рисковать, пока они не прибудут. Я планирую отменить все увольнения для офицеров и солдат и хотела бы вашей поддержки, сержант.

— Она у вас есть, мэм. — Мирко усердно кивнул, застёгивая куртку и сосредотачиваясь на выведении алкоголя из вен.

По коже Шиме пробежала рябь, и его чёрные глаза сфокусировались, прогоняя хмельную дымку. Он поцеловал Кит, надел кепку и отсалютовал, готовый принять любое задание.

— Хорошо. Тридцать часов общественных работ в канализации за выходку с патрулём, сержант. Проследите за этим после церемонии передачи, капрал, — сказала Вероника своему заместителю, и офицер нервно внесла взыскание в терминал. — А теперь разберитесь со своими людьми и…

Взрыв песка оборвал её: ряд мин за пределами поселения сдетонировал почти одновременно. Клубящаяся пыль ударила в лица солдат на стене. Офицеры уже выкрикивали приказы включить прожекторы и открыть миномётный огонь по местности, но было поздно.

Что-то пронзило облако в небе, разорвав его надвое, и вонзилось в связную башню. Мирко не заметил, кто по ним выстрелил; сверхзвуковая скорость снаряда превосходила быстроту любой пули, а вслед за ним раздался рвущий крик расколотого пространства, когда башня из железобетона рухнула. Этот странный выстрел вывел из строя несколько ретрансляционных массивов и оставил зияющую дыру, полностью разрушив структурную целостность и заставив всё сооружение обрушиться под собственным весом. Трое солдат внутри не имели ни единого шанса.

— Опасность! — закричал Мирко во всё горло, пока стена тряслась, а багровые взрывы расцветали на ней, сбивая солдат на камень вместе с кусками обломков. Он выхватил из кармана портативный визор и надел на левый глаз, активировав дисплей, чтобы видеть через камеры защитников. — Уведите гражданских в бункеры! Вызывайте подмогу Третьей! — Он подтолкнул заместителя Вероники к Кит, чтобы те попытались быстро эвакуировать людей, пока Вероника спокойно выкрикивала приказы, направляя регуляров на оборонительные позиции и требуя любой визуальный контакт с противником.

— Стремительно движущиеся двиг… — Отверстие размером с кулак появилось в парапете рядом с говорившим солдатом, и тот умер, лишившись половины головы.

Его товарищ — испуганная женщина, снимающая атаку, — ахнула, выглянув за парапет и забыв всякую заботу о безопасности. Её линзы передали кадры стремительно приближающихся двигателей, а потом вспышка из одного из них ударила её в грудь, пробив броню и кость. Её сломанное тело рухнуло со стены. Менее чем через секунду вся часть парапета исчезла, разбитая вдребезги внезапным всплеском палящего света. Нападавшие бешено палили, совершенно не жалея боеприпасов; их снаряды состояли из странной энергии, двигавшейся в виде пульсирующих ярких шаров.

Шиме хлопнул в ладоши, и его мышцы раздулись, разрывая одежду. Волосы исчезли, уступив место пульсирующим толстым щупальцам, заканчивающимся острыми когтями. Кожа у основания шеи лопнула, выпустив ещё больше смертоносных придатков. Мужчина вырос до трёх метров; его загорелая кожа приобрела тёмно-синий оттенок и налилась мышцами, а потом её сменила грубая шкура, и его анатомия исказилась, пока сдвигался корпус. Шиме закричал один раз, когда его колени разлетелись на бесчисленные осколки и собрались заново в ноги с обратными суставами. Череп вытянулся вперёд, кости щёлкали, ломались и собирались заново, пока сержант закрывал и открывал новые челюсти, проверяя подвижность трёхпалых ладоней. Преобразившийся воин прыгнул на здание, достигнув крыши шестиэтажного жилого блока одним прыжком, и ринулся вперёд, держась крыш, чтобы не давить гражданских.

Воздух собрался вокруг Мирко, образовав кокон. Он шагнул к испуганному ребёнку и схватил его за плечо как раз вовремя, чтобы распространить эффект и на него, когда сверху обрушился снаряд. Этот снаряд Мирко увидел и стянул воздушные потоки вокруг него, создав на его пути неприступную преграду из чистых, стремительно движущихся молекул. Воздушный барьер выдержал, и снаряд взорвался внутри изолированного кармана, созданного его силой. Запечатанная ударная волна рассеялась, пощадив жизни окружающих.

Артиллерия и неизвестное число нападавших. Мирко швырнул мальчика Кит и завис в воздухе, полетев к горящему участку стены и слыша новые взрывы, бьющие по другим башням. Организация этой атаки была тщательно спланирована, исполнена с исключительным мастерством и совпала с самым моментом, когда Всё Отлично остался без защиты. Предательство? Кто-то продал сведения работорговцам? Нет, не может быть; ни один идиот не сделал бы этого. Даже не учитывая мстительную злобу капитана Мурзалиева, никто в здравом уме не стал бы сотрудничать с варварами, а безумцы не представляли угрозы, потому что неспособны строить стратегию…

Его мысли прервал взрыв, убивший семью, пытавшуюся вбежать в здание. Случайный снаряд размазал семью из пяти человек, когда они входили в дверной проём. Кто, почему и всё остальное он обдумает позже.

Физическая форма Мирко растворилась в тумане, его плоть исчезла из виду, слившись с окружающим кислородом. Куртка и штаны соскользнули, волосы превратились в пелену пара, а глаза вспыхнули синим, став двумя кусочками эфемерного льда, запертыми в глазницах туманного скелета. Ремень тоже упал на землю, но это не имело значения; его бестелесные, призрачные руки могли использовать оружие куда мощнее любого пистолета или ножа. Ему больше не нужно было дышать; он сам был воздухом. Его прозрачное, обнажённое тело потемнело, когда он тщетно пытался вызвать молнию. И это было нормально; его сила давала ограниченный контроль над стихией, и Мирко потребовались годы, чтобы научиться различать цвета и слышать в этом состоянии.

Пора было устроить бойню, пока не останется никого, кроме его стороны.

назадназад
1 ... 33 34 35 36 37 ... 44
впередвперед