Глава 33: Убийство
Глава 40 из 44
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 33: Убийство

Глава 40

Глава 33: Убийство

Налётчики опустились на колени, позволяя товарищам на площади стрелять поверх их голов. Решение было здравым: они имели дело с небольшой элитной группой, и достаточная огневая мощь должна была обеспечить им победу. Кроме того, они выгнали пленных гражданских из грузовиков для рабов и погнали ближе к основной группе на площади, пуская в ход кнуты и время от времени нанося удары копьями. Это была ещё одна жестокая, но эффективная тактика: каждый промах будет стоить жизни тем, кого пытались спасти Волкороды.

Но против Племени Волка обычная тактика была бесполезна. Для них поле боя или направление наступления могли смениться в любой момент. Стрелять из кускострелов на запад было опасно, а система «свой — чужой» ограничивала неразборчивую пальбу? Тем лучше. Волкороды метнули гранаты и бросились в стороны, пока облако кислоты поглощало врагов и скрывало стаю. Волчьи ведьмы взобрались на стены и повели подчинённых в бой, обрушиваясь на врагов с северо-запада и юго-запада, а Джанин и Предайг шли вперёд, благополучно выдерживая кислоту благодаря боевым пластинам. Жгучие лучи винтовки Джанин летели сквозь туман, прожигая новые дыры в корчащихся фигурах.

Цель снова изменилась. Вместо того чтобы стрелять на поражение, они стреляли, чтобы искалечить толстых ублюдков. Осколки, выпущенные с точностью благодаря общему видеопотоку, повреждали шлемы, и налётчики давились зелёными парами, их трахеи и лёгкие горели. Плотность и время действия кислотных облаков в районе были тщательно рассчитаны: сперва прикончить меньшую группу, а затем взяться за большую.

На дисплее Джанин видела, как команда святой меча вступает в бой с противником на севере. Боевая броня военачальницы разительно отличалась от изысканно подогнанных рыцарских пластин их родичей, обеспечивавших максимальный комфорт. Броня военачальниц была более тяжёлым инструментом, в котором каждое открытое сочленение, будь то локоть, запястье или лодыжка, было заострено, чтобы помочь одолеть столь же сильного Нового Вида в жестокой стремительной схватке. Её пластины были тяжёлыми, грубыми и потёртыми, точной копией тела, которое они защищали. Трудно было представить, чтобы кто-то столь стройный и элегантный, как Ледяной Клык, когда-либо носил такую броню.

Камелия развеяла тревоги военачальницы. Она больше не танцевала; грация не покидала её, но опасность для гражданских пробудила то далёкое родство, которое связывало обе группы, и святая меча отражала летящие пули краткими жестокими движениями, следя, чтобы ничто не поцарапало её броню. Единственный удар копья создал ударную волну, сбившую с ног нескольких нападавших и открывшую их для Игнация и остальных. Видя неминуемую гибель, один налётчик швырнул зажигательную гранату в деревянную клетку.

— Анджи. Если вы будете так любезны, — спокойно сказала Камелия, преодолев расстояние до налётчиков тремя зигзагообразными шагами и уклоняясь от выстрелов.

— Раз! — ухмыльнулась Анджи, проносясь мимо налётчиков под прикрытием замешательства, созданного святой меча. На ходу она закрепила кускострел и вырвала человеку горло. — Два. — Она взлетела в воздух и сделала пируэт, уворачиваясь от нескольких пуль, словно сама была Ледяным Клыком. Её нога коснулась головы налётчика, вбив её до самого торса. — И три. — Она спрыгнула с трупа и когтями набросилась на женщину, бросившую гранату. Первый взмах вспорол налётчице живот. Следующие удары изорвали руки до кости, обездвижив противницу. А в конце Анджи вскрыла её лицевой щиток, выдернула с пояса ещё одну зажигательную гранату и протолкнула её между кричащих губ в самое горло. Анджи выдернула чеку и ухмыльнулась, пока глаза налётчицы расширялись от боли и ужаса.

Первая граната взорвалась, и новый огненный ад грозил обрушиться на заложников. Гражданские внутри кричали и заталкивали детёнышей в центр группы, отчаянно пытаясь выиграть время и хоть как-то их защитить.

Анджи прорвалась сквозь стену пламени и обхватила группу руками. Внезапная грубость, вероятно, сломала пару костей, но волчья ведьма вырвалась из горящей постройки, плечом разнеся стену в щепки, и вынесла граждан в безопасное место, прежде чем пламя успело опалить их. Снаружи она отпустила заложников и помогла стряхнуть огонь с их голов, раскинув руки как раз вовремя, чтобы красиво вписаться на фоне взрыва, обратившего паникующую булькающую налётчицу в пепел.

— И готово, — пропела Анджи, похлопывая детёнышей, чтобы их успокоить. — Две задачи разом, неплохо, если можно так сказать самой себе…

Джанин одобрила её быструю сообразительность. Ониксия выбрала прекрасную замену. Анджи уже была быстрее большинства шаманов. В грядущие годы из неё выйдет отличная военачальница и сестра. Какой будет их схватка на тренировке!

— Относись к своим обязанностям серьёзнее! — рявкнула Нетерпеливая, спасая воина: она отбила предплечьем летящую в голову союзника пулю. — Это поле боя, а не вечеринка!

— Вот видишь, из-за такого отношения вы, шаманы, и ходите хмурые, — сказала Саркисян, спрыгнув со здания и вытащив налётчицу за ноги из кислотного облака. — Если наслаждаешься службой, — она сломала женщине шею, — не будет ни одного кислого дня. — Рычание Нетерпеливой заставило её замолчать, и волчья ведьма отступила в тени.

— Ах, шаман, если я не буду играть на публику, мне придётся пролить слёзы, — прошептала Анджи, сопровождая заложников в относительную безопасность соседней квартиры. — Потерпи эту мою слабость, пожалуйста. Я приму любое наказание после задания.

— Ты впервые защищаешь поселение? — спросила Нетерпеливая. Её когти вскрыли отступающего налётчика, как консервную банку, и она сунула морду ему в грудь, пируя на органах. Джанин не стала её одёргивать.

Это был бой. Всякое бывает. Не всё стоило замечать.

— Опаздываю с защитой гражданских? Да, — ответила Анджи.

— Прощено. Сосредоточься на безопасности всех, — сказала Джанин, опуская топор и забирая ещё одну жизнь.

Элэд и её отряд добрались до стены. Солдатам, приписанным к военачальнице, оставалось мало дела, пока они поднимались по залитым кровью ступеням, а Элэд яростно рубила, повредив часть стены. Она собрала двадцать черепов, а остальные бежали от багровых взмахов её оружия. Охрана военачальницы расстреливала бегущих.

Артиллерия, лёгкобронированная парящая машина за пределами поселения, утолила её жажду разрушения. Вместе с небольшим отрядом пехоты она отступала, чтобы увеличить дистанцию, и голова военачальницы дёрнулась, когда линзы навелись на лакомую цель. Мобильная артиллерия навела длинное главное орудие в надежде выстрелить, но вздрогнула, когда военачальница метнула оружие, не оставив им шанса сопротивляться. Коса прошла по стволу и вошла глубже, вращаясь в полёте, и пронзила водителя древком.

В шоке эскорт и экипаж остановились. Элэд спрыгнула со стены и приземлилась во взрыве камня в образовавшийся кратер, выдавленный её собственным весом. Напевая мелодию прежнего национального гимна — того, что призывал к смерти нечестивых, прежде чем Династ приказал изменить его на более миролюбивый, — военачальница трусцой отправилась за своим оружием и жестом велела солдатам добить выживших.

Хорошо. Убивай, сестра моя. Подумала Джанин. Основные силы Волкородов хлынули на главную площадь, расправляясь с противником. Милосердия они этой ночью не знали. Стая расстреливала тех, кто пережил её широкие взмахи, как бешеных животных, или давила их наголенниками. Один налётчик протянул руку Волкородам, булькая о капитуляции. Град осколков пронзил его голову, расплескав мозги по мостовой. Чудом изверг остался жив и продолжал просить пощады, пока самец не поставил ему сапог на грудь и не выстрелил ещё раз в голову.

Сдача в плен. Ни у кого нет на это времени. Смерть торговцам смертью. Никакой пощады безжалостным. Мрачно решила Джанин, заметив нескольких налётчиков, направлявшихся к гражданским. Они выкрикивали предупреждения гортанными голосами. Уши Джанин различили слова «стоп» и «стрелять». Остальное звучало как тарабарщина. Подразумеваемой угрозы хватило, чтобы подтолкнуть её к действию.

Её ноги всегда были слишком короткими; она никогда этого не отрицала. Конечно, пинать она могла неплохо, но в детстве простой бег причинял сильнейшую боль в спине и коленях. Будто невидимые оковы сжимали её кости, ограничивая диапазон движений. Именно Террифик избавила её от участи быть отмеченной как Калека. Жестокая наставница потащила юную девочку к медикам на серию долгих операций, а потом без объяснений заставила бегать километры, неся тяжёлые куски металла, всегда не отставая от неё. Каждый раз, когда Джанин пыталась замедлиться, пальцы Террифик оставляли на её спине вмятину или синяк, и боль заставляла её рваться вперёд. Военачальница регулярно водила Джанин к медикам после, запрещая рассказывать о тренировках и заставляя юную девочку терпеть уколы, от которых по мышцам словно тёк чистый плазменный огонь.

Тренировки продолжались месяцами, а с ними и бесконечная агония. Марти вскоре пробилась на эти пробежки, чтобы подбадривать подругу, обнимая большую девочку по ночам и шепча слова утешения, когда всё болело, болело так, что Джанин не могла уснуть. В минуту слабости она однажды встала перед Террифик и потребовала, чтобы её отбраковали или выбросили, лишь бы прекратить страдания, перестать быть обузой и слабым звеном.

— Нет, — прошептала ей Террифик, наклонившись ближе и раздирая спину девочки. — Так просто ты не уйдёшь, малышка. Детёныши доставляют тебе проблемы… А. — Янтарные глаза осенило понимание. — Ты думаешь, это ты их сдерживаешь? Глупая, тупая нимфа. Мартышкина и ты их предплечье и коготь. Подведёшь меня, и я выберу одного из них наугад и сдеру с него или с неё шкуру заживо. Их безопасность теперь в твоих лапках, Джанин. — Зловещие челюсти коснулись уха Джанин, пометив его запахом обещания. — Они живут, пока ты упорствуешь.

Джанин терпела год, молча сражаясь с каждым инсектоидным врагом, выполняя каждое тренировочное задание и ни разу не поделившись страхами со стаей или шаманками, боясь, что Террифик сделает с остальными. А потом это случилось. Что-то щёлкнуло в её опухшей спине и коленях. Она могла двигаться, бегать и прыгать свободно, будто мистические замки сорвались, а жестокие верёвки развязались. Джанин научилась летать по полю боя и услышала радостный смех Террифик, когда обогнала идущую военачальницу. Джанин в последний раз отвели к медикам, и на этот раз она рассказала им всё о своём выздоровлении по приказу военачальницы. На скучающую военачальницу долго кричали за возможный риск навсегда покалечить девочку. Даже Альфу вызвали, и та ткнула Террифик локтем, проломив грудину, а позже пожелала Джанин добра.

Это был день, когда Духи и наука дали ей шанс. И пусть её проклянут, если она не использует его для защиты тех, кто слабее.

Камень под сапогами раскололся от удара её ног, унося Джанин в небо: она преодолела пятнадцать шагов в одном слепяще быстром прыжке. Она не сводила взгляда с налётчика, ближайшего к заложникам, чьи пальцы давили на спуск. Лезвие Сказителя блокировало выстрел, едва тот покинул ствол, а быстрый диагональный разрез рассёк торс мужчины. Предайг присоединилась к Джанин, рубя шеи оставшимся налётчикам, а позади них стая прорвала последнюю оборону: кусая, рубя и стреляя.

Джанин проигнорировала хаос и закрепила винтовку, чтобы схватить последнего налётчика, не обращая внимания на нож, оставивший царапину на броне. Она разбила забрало древком топора. Под ним оказалось загорелое женское лицо с сузившимися глазами, блестящими от страха. Женщина нервно сглотнула, тщетно пыталась разжать пальцы военачальницы и пнула Джанин в широкую грудь.

— Шанс сдаться, — предложила Джанин. — Где ваш вожак?

— Дура, — сплюнула женщина. — Ненависть растёт. Дура. Не выжить. Всадники. Ты падёшь.

Едва знает Общий, — подумала Джанин, склонив голову, скорее с любопытством, чем с досадой. Конечно, в мире много языков и диалектов. Общий был просто самым распространённым, но у многих людей, приходивших с другого края континента, была своя речь, часто мелодичная и красивая. Вот очень жаль, что здесь нет Бездушной. Не важно, Бюро Расследований…

— Вы здесь! — Из руин выбежала девочка-подросток, одетая лишь в слишком большое для неё военное пальто. Большой синяк набухал на подбородке, а ужасный порез пересекал лицо и левый глаз, и из-под века капала кровь. Дисплей опознал её как дочь владельца универсального магазина.

— Постарайся не перенапрягаться, Кит. Твоя рана не смертельна, но нет причин рисковать. — Широкой стороной топора Джанин отбила выстрел, готовый убить девочку. — Территория будет зачищена менее чем за десять минут.

— Неважно! Я подслушала их! Их босс идёт! Крикуны рядом! — закричала Кит, бросаясь освобождать от цепей группу граждан.

Оглушительный шум наполнил площадь, и размытые силуэты метнулись через неё. Воительница вытащила когти из глаз налётчика и ахнула, увидев, как её собственная рука падает, чисто срезанная у локтя. Нападавший на ховербайке остановился на некотором расстоянии, замедляясь для разворота. Воительница закусила губы, запечатывая шлем, и потянулась к кускострелу, а к ней присоединился самец, пнувший брошенную ракетную установку, намереваясь обратить против захватчиков их же оружие.

Ховербайк ускорился, огромная масса стали и лезвий, и протаранил двух Волкородов, насадив самца на переднее лезвие, пока боковое лезвие прорезало горжет воительницы, отправив её отрубленную голову в полёт. Всадник схватил дёргающегося самца и швырнул умирающего солдата прочь с клинка.

Значит, это и есть крикуны, — оценила Джанин, приказывая солдатам вернуться на крыши. Байк свернул, чтобы сбить её, и военачальница шагнула в сторону, поставив на его пути бьющуюся налётчицу. Налётчицу уничтожило в брызгах крови и мяса, её кишки опутали всадника. Когда лезвие топора готово было рассечь ему голову, всадник навёл винтовку на Джанин, и фиолетовая вспышка отбросила её на шаг. В наплечнике появилась дыра размером с кулак, но энергетический заряд рассеялся, не достигнув её шкуры.

— Мощное импульсное оружие! Не стоять на месте и не пытаться блокировать! — рявкнула Джанин. Байк развернулся и снова нацелился её таранить.

Джанин отбросила тревоги, намереваясь прикрыть запертых гражданских у себя за спиной. Долг перед государством не требовал меньшего, и она подняла оружие, приняв импульсный выстрел плоскостью топора. Даже для неё пульсирующая энергетическая сфера двигалась слишком быстро, но всаднику всё равно приходилось целиться. Она успешно заблокировала снаряд, предугадав линию огня. Боковое лезвие байка разбилось о её броню, слегка прорезав металл, но сила столкновения сбила машину с курса. Джанин выстрелила, прожигая дыру в спине налётчика, и его тело сползло с байка, когда тот врезался у края площади.

— Сопротивление нарастает. Элэд, твоё присутствие очень пригодится тут, — позвала Джанин на помощь. — Святая Меча Камелия, приготовься. Цели бросают на нас лучшее.

— Военачальница, захватите парящую машину для изучения… — Команда управления ползуна заблокировала значок Инго, едва тот на мгновение появился на экране шлема. Он тут же снова появился. — Я не закончил! Желательно целую… Руки прочь, грубияны, мне нужно к бронетранспортёрам! — Раздался звук борьбы.

— Прекратите болтовню, мистер Инго, — сказал капитан Кристобо. — Наши солдаты в бою. Не отвлекайте их, иначе вас арестуют. Исследования проведёте после операции.

Машину захватим после боя. Решила военачальница, готовясь встретить оставшиеся ховербайки, когда разведчица стаи Драгены исчезла с дисплея. Острый клинок прорвал её броню, как нож горячее масло, перерезав позвоночник и достав сердце. Всё ещё работавшие камеры поймали тень чего-то четвероногого, скользнувшего прочь в руины.

— Неизвестный Новый Вид, ближний бой! Прекратите охоту, прикрывайте друг другу спины! Военачальницы зачистят остальное. — Через линзы Игнация она увидела, как дрогнула земля. — Стая Камелии! Юг!

Что-то огромное обрушило здание рядом с Камелией, заставив святую меча отпрыгнуть. Из руин вышло четвероногое чудовище, тело которого покрывала бронированная чешуя, а тяжёлые металлические пластины и золотая вышивка грубо облегали его, как вторая кожа. Осколки, выпущенные соседним самцом, пробили внешнюю сталь, но отскочили от закалённой кожи внутри. С ненавидящим рёвом зверь вперил запавшие бусинки глаз в нападавшего и поскакал вперёд, обрушив на солдата всю свою огромную массу и едва не расплющив его.

Струя пламени вырвалась из искусственной ладони Игнация, поджаривая один глаз-бусинку. Зверь поднялся на задние лапы в агонии, уходя от огня и освобождая искалеченного Волкорода из-под ноги. Кровь хлестала из многочисленных трещин в костюме самца. Позвоночник, ноги, правое лёгкое, обе руки — всё, что можно было сломать, было сломано, и несколько органов повреждены, но солдат всё ещё жил благодаря броне.

— «Взорвётся в первом боевом столкновении», ха, как же! Утрись, Богдан! — Игнаций бросился к раненому товарищу, без промедления подхватил его и попытался убежать, пока зверь обрушивал лапы. Зрелище наполнило сердце Джанин ужасом, отвлекло её достаточно, чтобы промахнуться по цели, а выстрел повредил её собственную наколенную броню. Мой мальчик. Духи, прошу, заберите мою жизнь; пусть он выживет!

Копьё вонзилось в ногу зверя, остановив его движение. Камелия пришла на помощь Игнацию, удерживая существо, превосходившее её размером в несколько раз, одной рукой и неся кускострел в другой. Остриё её копья глубоко вошло в плоскую ступню. Из-за головы зверя выглянула фигура: ещё один налётчик в серой силовой броне. Мужчина навёл винтовку на Камелию, но получил два осколка через линзы и упал. Мощным толчком руки Камелия отправила зверя кувырком обратно в руины. Титаническое падение существа и перекат набок обрушили ещё одно здание, и паутина трещин расползлась по каменной земле.

С ворчанием зверь поднялся, больше не рыча, и хищно оглядел Святую Меча. Упрямо отказываясь отступать, он ударил толстым коротким хвостом по стене здания, разрушив её. Он опустил голову к земле и злобно выдохнул носом, готовясь к броску. Камелия решила стоять на своём, чтобы не подпустить зверя к Анджи и гражданским.

Из поворота дороги вылетел ещё один ховербайк, готовясь ударить по Игнацию и раненым.

назадназад
1 ... 38 39 40 41 42 ... 44
впередвперед