Кто-то в Пятом Отряде — мой враг.
Хуже всего то, что и поговорить об этом мне не с кем. Я доверяю Уэйду и почти уверен, что это не он, но обстоятельства этого не позволяют. В этом мире мифических навыков я не могу быть уверен, что мои собственные мысли не работают против меня. Чтобы рассказать другому о своих подозрениях, мне сначала пришлось бы удостовериться, что никто не умеет читать мысли или что-то в этом духе.
Думаю, моего навыка <Сосредоточение> может хватить, чтобы пересилить любое постороннее влияние, но я понятия не имею, до какой степени навык способен подавить чей-то контроль. Судя по тому, что я видел в плане контроля Шпиля над мобами, я доподлинно знаю: высшая сила может полностью дёргать человека за ниточки, и тот совершенно не будет осознавать происходящего.
Возможно, это чистая паранойя, но я не могу быть уверен, что у другого члена группы нет схожего навыка. Сомневаюсь, что он хоть близко подошёл бы к абсолютному контролю над человеком, но чтение чужого разума, чтобы знать, как манипулировать кем-то обычными методами, вполне вписывается в параметры возможного.
Всё это чересчур раздражает. Изначально я радовался, что во время подъёма по Шпилю у меня будут другие люди, с которыми можно общаться и работать. Однако я никак не ожидал, что придётся учитывать их как ещё один источник опасности для себя. Мне нужно уладить это деликатно и как можно скорее.
Секунду… Похоже, я и правда могу обернуть эту ситуацию себе на пользу.
На данный момент все всё ещё не доверяют мне по какой-то причине. Холодное плечо мне подставляет практически каждый, кроме Уэйда, Ангуса и моего верного ЛКД Лапуси. Если бы я выяснил, кто покалечил остальных на Первом Этаже тем скальпеле-подобным оружием, то, возможно, сумел бы завоевать доверие всех остальных.
Те порезы, возможно, моя единственная зацепка для поиска предателя. Выяснение, кто с каким навыком начал, должно дать мне достаточно информации, чтобы построить гипотезу о том, кто этот человек.
Если они говорили правду, то формально я знаю стартовые навыки Уэйда и Винса, а также один из навыков Сандры. Никто из остальных ничего не рассказывал мне о своих стартовых способностях, да и те, что я уже знаю, я толком не мог подтвердить. Похоже, мне придётся подстроить ситуацию, в которой я смогу подтвердить навыки остальных. С течением времени документировать навыки каждого будет труднее, учитывая существование изучаемых навыков. Чем дольше я буду ждать, тем больше навыков каждый из них успеет выучить за это время. Но если мне удастся узреть все их способности, я смогу вычислить, кто стартовал с навыком режущего типа.
Закончив с душем, я вмиг обсох, использовав <Инфузию>, чтобы сделать поверхность кожи горячей, как варочная панель. Набросив принесённую с собой одежду, я потратил мгновение, чтобы привести в порядок себя и свои мысли, прежде чем отправиться обратно в змеиное гнездо. С этого момента начинается моё расследование.
“Привет, дружище!” Окликнул меня Уэйд в ту же секунду, как я вышел, как и ожидалось.
Я заметил, что он сидит на койке в дальнем конце вместе с Бенни, всё ещё обнимающим Лапусю. Вокруг одной из стоек была повязана простыня, чтобы отгородить уединение, так что я заключил, что именно эта кровать принадлежит Уэйду. Подойдя, я нежно погладил Лапусю по голове, а Бенни одарил меня зубастой улыбкой, почти такой же яркой, как его короткие платиновые волосы. Остановившись рядом с ребёнком, я придумал кое-что и присел, чтобы оказаться с мальчиком на уровне глаз.
“Бенни, если расскажешь мне свои стартовые навыки, я дам тебе ещё пять минут с Лапусей.” Бессовестно поторговался я.
“Оки! Мои стартовые навыки были <Пакт> и <Телекинез>, а мой псевдоним — BunBun!” Он выкрикнул это с восторгом.
“Я не спрашивал про псевдоним, но спасибо, приятель. В качестве равноценной платы сообщу, что Лапуся очень любит, когда ему трут животик.” Сказал я, похлопывая парнишку по голове с ехидной ухмылкой во весь рот.
Один готов, осталось ещё восемь.
“Что это сейчас было?” Уэйд поинтересовался, когда я уселся на пол, прислонившись спиной к металлическому шкафчику, лицом к ухмыляющемуся мне с кровати приятелю.
“Просто немного любопытства с моей стороны. Я был удивлён, что для этого хватило продать своего ЛКД.”
“ЛКД? Я что, всерьёз проиграл коту?” Он рассмеялся.
“Лучшему кошачему другу, приятель.” Соврал я.
В номинации лучшего друга Лапуся безоговорочно обыгрывает Уэйда, но я не скажу ему этого на всякий случай. Как бы я объяснил ему, что кот — мой любимчик, потому что могу ткнуть пальцем в его маленький розовый носик?
Мы оба замолчали на мгновение, пока я смотрел, как Бенни самозабвенно тёр Лапусе пузо.
“Так ты, значит, правда не собираешься говорить, что думаешь обо всей этой истории? Сара права: было довольно очевидно, что ты тогда кое-что придерживал.”
Я вернул свое внимание к Уэйду и посмотрел старому другу прямо в глаза. Ментальный навык выжал мой разум на максимум, и с помощью <Сосредоточения> я впитал каждую деталь его выражения лица. Изгиб брови, пытливый блеск в бледно-голубых глазах и лёгкая складка на лбу говорили мне, что это всё тот же мальчишка, которого я знаю со времён начальной школы. Мне хотелось рассказать ему о своих подозрениях. Только вообразите, насколько легче было бы, будь у меня в этом деле напарник.
“Всё в порядке. Я размышлял о цензуре информации, с которой мы уже столкнулись, но, думаю, мне всё ещё не хватает пары кусочков головоломки. Я играюсь с идеей, что источников цензуры может быть несколько, а не одна сущность, управляющая всем, но точно не уверен.”
“Хмм-м…”
Он уставился на меня чуть дольше положенного, и я задумался, понимает ли он, что я его подозреваю.
“А знаешь, теория и правда отличная! Какого чёрта такое могло прийти в голову школьному недоучке?”
Мои тревоги о его подозрениях растаяли, когда я увидел, как у чуть более старшего парня загорелись глаза от интереса. Вскоре он всерьёз подозвал остальных, и поначалу те отнеслись скептически. Однако после того, как я выложил собранную информацию и связал свой опыт с их опытом, группа склонилась к идее и даже разбилась на разговоры между собой, пытаясь доработать теорию, пока я просто сидел и наблюдал за развитием событий.
Пока шло групповое обсуждение, я слушал вполуха, внимательно следя за действиями каждого в разговоре. Винс и Сандра обсуждали возможные пути использования моей теории и проверки её на других мобах, а Ангус с воодушевлением строил теории вместе с Уэйдом, Генри и Сарой. Кэтрин и Никки о чём-то переговаривались между собой, при этом Кэтрин сидела рядом с Бенни, как мать, опекающая сына.
Никто не вёл себя странно, однако я заметил, что Никки то и дело бросала на меня странный взгляд. На мой взгляд, было бы подозрительнее, скрывай она это лучше, но её способ наблюдения за мной был очень неуклюжим: я почти каждый раз ловил её взгляд, и она тут же отворачивалась с раздражённым видом.
Может ли она быть предателем? Если так, то как человек, открыто враждебный ко мне, так долго оставался в тени? Что-то мне подсказывает, что ей никогда не сошло бы с рук вредительство людям на Первом Этаже, если вот это — пример её попыток остаться незаметной. Я решил покончить с этим спектаклем прямо здесь и сейчас и сосредоточил на ней внимание.
“Эй, Никки.”
Она обернулась ко мне с удивлением, словно не ожидала, что я подниму вопрос о её поведении.
“Можно с тобой быстро перекинуться парой слов?” Спросил я.
Она взглянула на Кэтрин, а та лишь пожала плечами, одарив юную девушку веселым взглядом. Никки пару мгновений сверлила её глазами, а затем поднялась со вздохом. Я отвёл её в дальний конец комнаты казарм, сунул руки в карманы и посмотрел ей прямо в глаза.
“Почему ты ведёшь себя со мной странно? Я сделал что-то, о чём не знаю?” Спросил я прямо, не желая терпеть неловкость, которая возникает от хождения вокруг да около.
“Э-э… Нет, кажется, ты ничего не делал.” Она произнесла это, густо насупившись и постукивая ногой по полу.
“Тогда почему?”
Юная девушка фыркнула про себя, а одна из её бледных тонких рук поднялась, чтобы провести пальцами по длинным чёрным волосам — жест раздражения.
“Всё сложно,” деловито заявила она. “Я тебе, в общем-то, не доверяю, но знаю, что Уэйд, Винс и тот ещё парень, Ангус, — доверяют.”
“Ясно. И?”
“Что и? Это все.”
Я медленно позволил угаснуть мане, которую гнал по рукам, вытащил ладони из брюк и скрестил их на груди.
“Мне, в общем-то, всё равно, что ты мне не доверяешь. Но можешь ты просто перестать так странно на меня смотреть, когда группа разговаривает? Меня это напрягает.”
Рука, гладившая её волосы, замерла, а выражение лица сделалось растерянным и почти обиженным.
“В смысле — тебе всё равно? Я только что сказала, что не доверяю тебе. Ты разве даже не попытаешься убедить меня, что я должна?”
“Если честно, мне не особо важно. С твоей точки зрения это логично. Наверное, со стороны я выгляжу как какой-то случайный чудик, свалившийся сюда и самочинно записавший себя в группу, не дав никаких объяснений почему.”
Её выражение лица было трудно разобрать, но, похоже, она оказалась в тупике. Это, серьёзно, всё? Она держалась со мной как с чумным из-за этого? А я-то готовился к тому, что она раскроет себя как скрытый убийца в группе, а у неё, оказывается, просто проблема с моим присутствием. Что это за школьный бред?
“Я… э-э, то есть, тут вопрос жизни и смерти. Если я не могу тебе доверять… то, ну… это попросту означает, что с моей позиции ты ещё одна опасность.” Она закончила с долей прежнего огня, вновь вспыхнувшего в её глазах.
“Ладно. Мне всё равно. Уверен, ты начнёшь доверять мне, когда нам придётся работать как единая группа, чтобы завершить задание этажа. Твоя позиция по этой теме беспокоит меня куда меньше, чем тебя, это очевидно. Скорее уж твоё подозрение ко мне, вероятно, приведёт к твоей гибели в бою, если ты будешь настолько занята мной, что не станешь следить за окружением.”
Никки ничего не ответила, и вместо этого я наблюдал, как её лицо прожило цикл: стыд, вина, раздражение, облегчение и, наконец, ярость. Не дав ей шанса взорваться на мне, я свернул разговор и направился обратно к остальным, прежде чем юная девушка устроила бы сцену. Я понимал, что ей всего восемнадцать, но такой уровень незрелости — практически на уровне Бенни. Как эта девушка позволяет эмоциям настолько управлять собой посреди серьёзной ситуации, в которой мы оказались?
Я вернулся на место возле койки Уэйда и наблюдал, как Никки потопала обратно к своему месту рядом с Кэтрин. Только я приготовился к тому, что она взорвётся и отправит Кэтрин поговорить со мной, как худенькая девушка вместо этого просто села, подпёрла подбородок кулаком и насупленно уставилась в пол.
Может, я прежде судил её слишком сурово?
И вот, когда я уже был готов поднять её на деление в своей шкале уважения, девушка снова встретилась со мной взглядом, а кулак под её подбородком трансформировался в средний палец, направленный прямо на мою голову.
Ну, это уже перебор.