Пока новые характеристики уживались в теле, наполняя меня ощущением, будто оно охвачено огнём, я отлепил внимание от этого чувства, чтобы изучить свежие перемены в своём статусе. Новые строки — пассивные навыки, класс и новый активный навык — приятно было лицезреть. Некоторые уровни моих навыков меня удивили, и лишь спустя мгновение я понял, что промотал несколько уведомлений о повышении уровня в бесконечных списках убитых Плакунов. Судя по всему, <Инфузия>, <Сосредоточение> и <Поляризация> за бой поднялись на один уровень каждая. Дополнительные уровни были приятны, но меня куда больше тянуло к новым значениям характеристик.
Уровень: 28
Телосложение (ТЕЛ): 50
Разум (РЗМ): 40
Ловкость (ЛОВ): 30
Мощь (МЩЬ): 100
Похоже, марафон уровней вкупе с классовыми бонусами характеристик наконец довёл один из моих статов до трёхзначного значения. Мощь наконец достигла соточки, и я не мог быть счастливее по случаю этой вехи. ТЕЛ тоже отметила веху, дотянув до 50, но, увы, ради этого пришлось пожертвовать семью свободными очками из добытых за время марафона. Мне больно было спускать драгоценные очки на что-либо, кроме МЩЬ, но вид текущих цифр на экране, выстроившихся ровными десятками, тешил мою детскую сторону. К счастью, дополнительные очки в ТЕЛ вкладывать не пришлось: за время физических тренировок с Винсом за последние пару дней я получил два очка ТЕЛ.
Единственное очко ЛОВ стало чистой неожиданностью: полагаю, характеристика слегка подросла сама из-за долгого бега до аномальных равнин. Ловкость никогда особо меня не интересовала, но то, что её значение теперь встало в общий строй с остальными моими характеристиками, весьма порадовало.
Отставив значения характеристик в стороне, я сосредоточился на новейшем навыке: <Контроль Неионизирующего Излучения>. Честно говоря, я был совершенно сражён тем, что стартовый класс сумел одарить меня таким навыком. Само собой, неионизирующая энергия означала, что в ближайшее время испарить кого-нибудь гамма-лучом, насыщенным маной, мне не светит, однако само существование моего навыка говорило о том, что, возможно, существует и навык <Контроль Ионизирующего Излучения>, который я как-нибудь смогу заполучить позже.
Если бы я мог объединить новый навык плюс <Контроль маны> плюс <Контроль Ионизирующего Излучения>…
Ох, признаться, эти возможности слегка пугали даже меня самого.
Единственный недостаток моего класса состоял в том, что я не получил ничего, чем можно управлять вредоносными частицами, всё ещё булькающими внутри тела, но пока я доверял пассивке мана-оболочки их удержать.
Жаждая опробовать новейший навык и положить начало медленному восхождению на гору под названием ‘контроль над всеми энергиями’, я попытался встать — лишь чтобы обнаружить, что конечности отказываются слушаться.
Может, очки характеристик ещё не улеглись? Нет, не то: тупого давления статов, вплавляющихся в тело, я больше не чувствовал. Прислушавшись к телу внимательнее, я обнаружил, что кожа снова ужасно чешется.
Хм-м… А, секундочку, кажется, дело в том, что я не подстроил <Излучение> под огромный скачок МЩЬ. Повернув в сознании метафорический диск, чтобы урегулировать выброс скопившейся под кожей радиации, я почувствовал, что зуд по большей части стих, — но теперь возникла новая проблема.
Конечности по-прежнему двигались непривычно туго, а живые язычки пламени, казалось, лизали мою кожу, хотя я вовсе не задействовал <Инфузию>.
Странное состояние вынудило меня заняться разбором собственного положения, но я был уверен: чуточку творческого подхода к решению проблемы — и я вмиг снова буду на ногах и в порядке.
***
Так, похоже, я всё-таки обосрался.
Выходило, что моё неравномерное распределение статов в связке с [Мутацией Маны] наконец малость меня догнало. Несмотря на очки, вкинутые в ТЕЛ ради компенсации проблемы вечно растущего запаса маны, моё тело оказалось затронуто сильнее, чем той нестерпимой болью, что я мог задавить <Сосредоточением>. Если как следует поднажать, я, вероятно, смог бы передвигаться более-менее нормально — при плотной поддержке маны, влитой в мышцы, и <Излучении>, работающем почти на всю катушку. Беда в том, что мана в итоге бы иссякла, а тепловая волна от непрерывного излучения стала бы угрозой сама по себе, оставив меня в ещё худшей передряге.
Корень проблемы был в том, что моя мана-сеть сейчас работала на износ, пытаясь вместить всю неспокойную ману в теле. Полагаю, с обычной маной проблема, скорее всего, решалась бы сбросом части накоплений, но, похоже, в моём случае этот путь не сработает. Лишняя энергия, спадающая с моей маны, усугубила положение, забив сеть хаотичной смесью этих двух субстанций, которая кишела в мышцах, отчего те перестали откликаться на команды.
Прежде эта проблема легко решалась техникой фильтрации, которой меня обучил мастер Лирин, но теперь всё было не так просто. С приходом новых статов МЩЬ и новой пассивки мана-оболочки изгонять энергию стало куда труднее. Вместо того чтобы целиться в нервную систему и фильтровать конвертированную ману в обычную, выбрасывая радиацию короткими интервалами, — теперь скорость конверсии моей маны настолько высока, что удерживать интервалы столь короткими, как мне хотелось бы, значительно сложнее.
Прибавьте к уравнению мана-оболочку — и вот вам уже два слоя настройки, сквозь которые надо продраться, чтобы стравить излишки энергии, и при этом скорость фильтрации по-прежнему нужно держать почти мгновенной.
Если коротко — мне либо придётся приспособиться к многократно выросшей сложности фильтрации маны, либо искать новый способ управления разными энергиями под кожей.
Лёжа на земле, я продолжал крутить в голове решение текущей передряги, но солнце надо мной клонилось к горизонту, и я слегка переживал, удастся ли найти лекарство до темноты. Последнее, что мне сейчас требовалось, — чтобы какие-нибудь Плакуны возродились и пришли мстить. До того, что осталось от аномальных равнин, было прилично далеко, но у меня ноль доверия к Шпилю в том, что он не подставит меня, позволив случайному монстру добрести до моего неподвижного тела.
Я оценил своё текущее состояние глубоким вдохом, который вышел скорее надрывным кашлем, чем вдохом. Меня изрядно бесило, что мои разбалансированные статы вцепились мне в задницу так быстро. Распределение статов два к одному в теории не выглядит чем-то безумным, однако в моём состоянии продолжать этот перекос, похоже, не выйдет. Я надеялся, что подобная проблема настигнет меня гораздо позже; хотя бы после того, как разберёмся с волной. Хотя, возможно, оно и к лучшему: набери я кучу уровней во время волны, а потом свались этот паралич — я был бы в серьёзной заднице.
Сейчас мне требовалось решить, готов ли я рискнуть и провести всю ночь в поисках долгосрочного решения проблемы. Шансы добраться до казарм прежде, чем иссякнет мана, невелики, если просто продавливать проблему с помощью <Инфузии>.
Я мог бы попросить помощи у остальных, но с учётом того, что Винс, скорее всего, уже лютует из-за моего опоздания к назначенному им сбору, я немедленно отмёл эту мысль. Их доступность — это ещё и костыль, а полагаться на костыли я не мог позволить себе на самой высокой сложности. Что будет, если я попаду в похожую ситуацию в будущем, а их рядом не окажется? Я что, просто усядусь и умру, потому что для решения собственных проблем мне нужна чужая помощь? Ответ — нет. Я найду решение прямо здесь и сейчас.
Сочинив в голове компромисс, я решил, что вопрос моих перекошенных статов — это то, что придётся принять целиком и полностью. Постоянного решения не будет до тех пор, пока я не стану куда искуснее и опытнее в мане и всём таком, поэтому я смирился с временным фиксом. Подобно воображаемому диску, которым я подстраивал выход излучения каждый раз, когда обзаводился новыми очками МЩЬ, я создам ещё одну технику — под постоянное напряжение моего нестабильного запаса маны.
Пора проверить, удастся ли мне обратить новейший навык в дело.
***
POV: ЗЕМЛЯ
“Мама, а что это?” Маленькая девочка подала голос, покачивая ногами взад-вперёд над краем скамейки у пляжа, на которой сидела.
“Что-что, милая?” Спросила мама девочки, стоявшая неподалёку в очереди к фургончику с мороженым.
Глаза женщины были слишком заняты меню, чтобы заметить, как дочь тычет пальцем в сторону океана.
“Вон то!”
В конце концов любопытство пересилило её интерес к сливочным лакомствам, изображённым на боку фургона. Взглянув на ребёнка, она наконец заметила поднятый пальчик, указывающий за пределы пляжа — туда, где расстилалась широкая гладь сине-зелёных волн, где люди плескались в честь наступления лета. Проследив за взглядом дочери, мать посмотрела на океан, в полной мере ожидая увидеть какой-нибудь кораблик или другой заурядный объект, которым дети вечно засматриваются.
Вместо этого руки матери безвольно упали вдоль тела, а взгляд застыл на невозможной высоты башне, стоявшей вдалеке. Словно складка самого пространства, башня рассекала горизонт и пронзала облака, оставляя за собой длинную тень, ложившуюся на океан и превращавшую гостеприимную лазурную воду в зловещий чёрный провал.
Взяв верх, первобытные инстинкты погнали мать к дочери, которая всё ещё восторженно тыкала пальцем в странное сооружение, только что возникшее посреди океана. Схватив её со скамейки, женщина не слышала причитаний малышки сквозь собственный страх, бежав прочь от пляжа к парковке, где стояла её машина.
“Но ма-а-ама, ты же обещала мороженое, а мы его так и не взяли!”
***
Сирены воздушной тревоги разносились над всей базой, в то время как солдаты напяливали снаряжение и устремлялись к входам в бункеры.
“БУНКЕРЫ. БУНКЕРЫ. БУНКЕРЫ. МСТИТЕЛИ. МСТИТЕЛИ. МСТИТЕЛИ.” Повторялось поверх воя сирены: Центр оборонительных операций базы (DBOC) своими кодовыми словами созывал всех начальников секций и командование на сбор в DBOC, а весь остальной личный состав должен был направиться в бункеры.
Остановившись прямо у входа в столовую DFAC, командир базы вместо этого направился к оперативному центру, на ходу возясь со своим кевларовым шлемом.
“Какого чёрта они нас вызывают? Я же только собирался похавать, чтоб им провалиться.” Проворчал мужчина, вбивая код двери, чтобы попасть внутрь здания.
Полный решимости разнести в пух и прах того, кто посмел прервать его время вне кабинета, командир вломился в отсек обороны базы, где вдоль стен выстроились ряды ноутбуков, раций и всяческого другого технического дерьма, все они были развёрнуты к одному большому экрану напротив входа. Едва он открыл рот, чтобы скомандовать смирно, голос застрял у него в горле: десятки солдат в камуфляжной форме в панике носились по залу.
Сообразив, что происходящее — не учения, он проворно ухватил пухленького сержанта у ближайшего компьютера, про которого точно знал, что тот сейчас на смене.
“Сержант Мартинес, доложите.” Потребовал он.
Молодой солдат, едва доросший до E-5, смотрел как олень в свете фар, узнав чёрный лист на груди мужчины — знак подполковника, командующего базой. Почти мгновенно приняв положение смирно, сержант на секунду запутался в словах, прежде чем начать доклад.
“С-сэр, у нас что-то появилось на всех радарах у побережья. Оно не движется, но оно огромное, и у нас нет связи ни с кем в этом районе.”
“Ну и откуда оно взялось? Кто-то из вас ведь всё это время сидел за радаром, так?” Спросил командир с сердитой ноткой, мысленно прикидывая, не уснул ли персонал опять на смене.
“М-мы следили за ним, сэр, честное слово! Объект появился из ниоткуда! Как будто он был там всё это время — даже тревоги никакой не было!” Выпалил молодой человек, тыча пальцем в стоящий рядом ноутбук с секретными данными.
“Ну, из ниоткуда оно появиться не могло, если оно такое ‘огромное’, как ты говоришь. Выведи его на главный монитор, я хочу взглянуть.” Потребовал он.
Сержант мигом подчинился и вывел на экран странную цель, взявшуюся, похоже, из ниоткуда сразу на всех радарах BDOC. Зал на мгновение затих — все суетившиеся фигуры застыли, разглядывая грубое изображение загадочной штуковины, расположившейся посреди океана.
Из-за паршивого качества военного сканера разглядеть что-либо было непросто, но панорама побережья Атлантического океана всё же проступала на экране.
“Чёрт, Мартинес, убери этот глюк с чёрной полосой, залезший на полэкрана, чтобы я наконец увидел, о чём ты, блин, говоришь!”
“Сэр… Эта чёрная полоса и есть объект.”