Глава 54
Звучало нелепо.
Тесион почувствовал, как боевой дух рыцарей Эмпауса вспыхнул с новой силой.
— Почему именно ты?
Со скрежетом обнажив меч, Тесион направил его остриё на Лауэна.
— Когда я хорошенько тебя отделаю, ты заговоришь, даже если не захочешь.
— Ты всё такой же высокомерный. Взять его!
— Вперёд!
— Покажите тем, кто оскорбил нашего господина, силу Эмпауса!
Рыцари столкнулись с поджидавшими их в засаде людьми в масках.
Тесион без труда уклонился от клинка, метнувшегося к нему сбоку, и одной лишь грубой силой подавил противника, навязавшего ему прямое столкновение.
— Кхак!
В первые дни рабства, когда его тело превратилось в лохмотья от голода и побоев кнутом, всё могло быть иначе. Но теперь его хорошо накормленное, постоянно тренируемое тело, закалённое настоящими сражениями, стало ещё сильнее прежнего.
С каждым поверженным врагом меч издавал протяжный звон.
Клинок, за долгие годы привыкший к руке Тесиона, уже не выпускал свою остроту бесконтрольно, как прежде. Однако, напившись вражеской крови, он начинал неистово рваться вперёд.
Словно удерживая поводья свирепого боевого жеребца, Тесион не терял контроля над мечом и одного за другим подавлял противников.
Его движения перетекали одно в другое, оставаясь пугающе быстрыми и точными. Казалось, он исполняет танец с мечом.
— Ни с места!
— М-м-м… Брат!
Поглощённый боем Тесион резко остановился, услышав сдавленный, плачущий голос.
Бух!
Воспользовавшись мгновением, кто-то с размаху ударил его кулаком в подбородок. Даже не взглянув на нападавшего, Тесион обезвредил его и неотрывно уставился на мальчика, которого удерживал Лауэн.
— …Сиэль.
— Брат! Ты жив!
Судя по измученному лицу пятнадцатилетнего мальчика, за последнее время ему пришлось многое пережить.
Его рот был заткнут кляпом, а тело связано верёвками.
Тесион думал, что карета пуста. Но если в ней находился Сиэль, то в другой карете, скорее всего, везли их мать.
Лауэн приставил клинок к шее Сиэля, по щекам которого ручьями катились крупные слёзы — то ли от радости встречи с братом, то ли от страха.
— Бросай меч и сдавайся. Иначе мальчишка умрёт.
— Нет, брат! Не надо! Со мной всё хорошо!
Дзинь!
Тесион немедленно бросил меч на землю.
Всё это время его взгляд оставался прикован к дрожащему Сиэлю.
Следуя примеру господина, рыцари Эмпауса тоже опустили оружие и приняли позу сдающихся.
— Связать их!
Люди в масках медленно приблизились, намереваясь поставить Тесиона на колени.
— Вы допустили одну ошибку: не убили меня сразу.
Вжик! Хлесь!
В воздух взметнулся кровавый фонтан.
Выхваченным из-за пазухи кинжалом Тесион одним ударом пронзил горло ближайшего противника. Прежде чем капли крови успели упасть с лезвия на землю, он метнул кинжал в сторону Лауэна.
— Что за… Проклятье!
Кинжал летел точно в голову, и Лауэну пришлось резко отшатнуться. Благодаря этому Сиэлю удалось вырваться из его рук.
Следом появился ещё один кинжал, оставивший глубокую рану на правой руке Лауэна — той самой, которой он удерживал мальчика.
— Кх!
Тесион ворвался в толпу растерявшихся противников, словно лев в стадо буйволов. Он уже почти добрался до Сиэля, когда раздался крик:
— Стреляйте! Убейте его!
Фьють-фьють-фьють!
Разрезая темноту, к ним понеслось больше десятка стрел.
— Брат!
— Берегитесь, господин!
Благодаря почти сверхъестественной ловкости Тесиону едва удалось вырваться из зоны обстрела.
Сделай он ещё один шаг вперёд — и наверняка превратился бы в ежа.
Но…
— …
— Господин!
— Брат!
Бок пронзило обжигающей болью.
Даже Тесион не мог уклониться от всех стрел, сыпавшихся на него дождём.
Он обломил древко и с невозмутимым лицом выпрямился.
На лице Сиэля, отчаянно пытавшегося освободиться от верёвок и добраться до брата, сперва появилось потрясение, а затем оно болезненно исказилось.
Мальчик понял, что Тесион подвергает себя опасности из-за него.
— Кх… Всё кончено. Выходите все!
По приказу Лауэна скрывавшиеся лучники показались из укрытий и взялись за оружие.
Настал критический момент.
— Господин! Мы здесь!
— Защитить господина!
— Тесион!
Земля задрожала под грохотом копыт, а в воздухе раздались громкие крики.
Вернулись люди, отправившиеся вслед за второй каретой.
Словно зачарованный, Тесион повернул голову на знакомый голос. Среди рыцарей он увидел лицо той, по кому так сильно тосковал, и беззвучно шевельнул губами.
— Мама…
Слово так и не вырвалось наружу.
Он моргнул, подумав, что перед ним видение, но мать не исчезла.
Она сильно похудела с тех пор, когда он видел её в последний раз, однако выглядела целой и невредимой.
Как рыцарям удалось так быстро спасти её и вернуться, Тесион решил выяснить позднее. Сейчас он лишь крепче перехватил скользкую от крови рукоять меча.
Не обращая внимания на боль в боку, он вновь бросился в бой.
— Остановите их! Остановите!
— А-а-а!
— Августин, не вырывайся так далеко вперёд!
— Господин Сиэль, не двигайтесь оттуда!
Вокруг царили кровь и крики.
Тесион и его рыцари отчаянно сражались, но врагов оказалось слишком много. В конце концов Сиэля увезли прямо у них на глазах.
— Брат! Брат!
— Сиэль!
— Отступаем!
Лауэн с силой затолкал сопротивляющегося Сиэля в карету и приказал отступать. Его лицо исказилось от унижения.
Из-за раны на правой руке лоб Лауэна покрылся холодным потом.
«Мы потеряли слишком много времени».
Он ожидал лёгкой победы.
Разрабатывая этот план, Лауэн был уверен: сколь бы выдающимися ни были боевые способности Тесиона Эмпауса, тот всё равно не сумеет вырваться из его рук.
Он собрал гораздо больше людей, чем требовалось, подготовил ловушку, разделил силы противника и даже взял его родных в заложники. До последнего мгновения Лауэн не сомневался в успехе.
Он был уверен, что на этот раз заставит Тесиона Эмпауса ощутить горечь поражения.
Однако Лауэн не учёл одного: Тесион Эмпаус вернулся ещё большим чудовищем, чем прежде.
«Этого не может быть!»
Для правши ранение правой руки было серьёзной проблемой, но куда хуже оказалось то, что они находились на территории, подчинённой непосредственно императору.
Каким бы могущественным ни был герцог Трайн, он не мог позволить себе предоставить императору повод для обвинений прямо у него под носом.
Император и без того начал сдерживать влияние его отца. Если станет известно, что наследник Эмпауса провёл их вокруг пальца, Лауэн лишь докажет собственную некомпетентность.
Продлись сражение немного дольше — и раненый Тесион Эмпаус, возможно, всё-таки преклонил бы перед ним колени.
Но Лауэн мечтал не о такой победе.
Победа, которая была хуже поражения.
Его раздражало, что всё пошло не по плану. А мысль о том, что он ранен и отступает, словно разбитый солдат, наполняла его яростью.
— Проклятье!
Голос Лауэна, переполненный гневом, прокатился по трясущейся карете.
— Скорее! Догоните Лауэна Трайна! Кх…
— Не двигайтесь, господин! Вы потеряли слишком много крови!
Рыцари подхватили пошатнувшегося Тесиона.
Мертвенная бледность, сбившееся дыхание и стремительно падающая температура тела ясно показывали, что он достиг своего предела.
— Сначала тебе необходимо лечение, Тедди.
— …Мама, но Сиэль…
Тогда Пейра вышла вперёд и остановила сына.
— Разве ты не видел, кто увёз Сиэля? Начать погоню можно и после того, как тебе окажут помощь. Я заранее поговорила с Сиэлем на случай непредвиденных обстоятельств, поэтому пока не волнуйся.
После этих слов напряжение наконец покинуло упрямо державшееся тело Тесиона.
Позднее он узнал, что ещё за несколько дней до нападения Пейра заметила неладное.
А когда среди ночи её и Сиэля поспешно усадили в карету, она поняла, что рыцари Эмпауса идут за ними, и прямо на ходу выпрыгнула наружу.
К счастью, снег, шедший несколько дней, лёг мягким и толстым слоем, поэтому она не получила серьёзных травм. Но её поступок всё равно оставался безрассудным.
«Но ведь я не могла позволить им увезти меня и сделать обузой для тебя. Я должна была хотя бы попытаться».
«Если подобное повторится, я обязательно приду за вами. Поэтому, мама, прошу, прежде всего берегите себя».
С улыбкой ответив Пейре, Тесион постарался успокоить сердце, едва не остановившееся от страха.
А теперь…
— …
Стоя перед остывающим телом, Тесион застыл с пугающе неподвижным лицом.