«Теперь всё встает на свои места».
Почему-то люди в этом мире казались мне неестественными. Их поступки, образ мышления, эмоции — всё вроде бы существовало, но выглядело совершенно неорганично.
Это напоминало массовку из шаблонного романа или NPC из видеоигры.
Если даже я, человек, который с трудом разбирается в людях, это почувствовал, значит, так оно и было.
Теперь я понял причину.
Все они — лишь разновидность искусственного интеллекта.
Гелиос был заполнен ИИ, просто имитирующими людей, и от начала и до конца ничем не отличался от тех руин после гибели мира, которые я видел до своего попадания сюда.
«И кто же это сделал? Зачем творить подобное?»
В голове на мгновение мелькнул такой вопрос, но в глубине души я уже сочувствовал создателю.
В конце концов, он просто пытался сделать то же самое, что и я.
«Разве важна причина?»
Этот ублюдок просто делал ровно то же самое, что и я.
Осознав это, я взглянул на этот мир совсем иначе.
«Кто бы ты ни был… неплохо».
Даже на Земле едва ли найдется пара программистов, способных реализовать столь масштабную виртуальную реальность, пусть даже и не идеальную.
К тому же одного таланта тут недостаточно.
«Видно, сколько труда в это вложено».
Было очевидно, что в создание этого мира вложили колоссальную страсть.
В этом отношении мне хотелось проявить максимум уважения к разработчику.
«И всё же до совершенства далеко».
До идеального мира, к которому стремлюсь я, он всё ещё не дотягивал.
Нет, пожалуй, был далек от него катастрофически.
И в этом вопросе я оставался беспредельно холоден.
Именно в тот момент, когда я выносил оценку этому столь прекрасному, но несовершенному миру, раздался голос.
— Аллен.
Кем-то произнесенные слова достигли моих ушей.
Это был знакомый голос, который я слышал уже бесчисленное количество раз с тех пор, как оказался здесь.
Я обернулся.
Там стояла Лейла, позволяя ветру трепать её каштановые косички.
Забираю свои слова обратно.
То заявление о том, что в этом мире нет ни единого живого человека.
Я совсем забыл. Существовала она — столь чужеродный для этого места элемент.
«И эта девчонка — тоже всего лишь ИИ?»
В это не верилось.
Тот взгляд, с которым она вела меня на холм, те искорки человеческих чувств, что порой проступали в ней, несомненно, принадлежали живому человеку.
Однако всё это лишь мои субъективные ощущения. Слепо доверять им нельзя.
Я вспомнил концепцию теста Тьюринга.
Эту концепцию, придуманную гениальным Аланом Тьюрингом в те времена, когда само понятие компьютеров было весьма туманным, разработали как тест для размышлений о том, что же такое искусственный интеллект.
Сам метод был предельно прост.
Поместить в одну комнату компьютер, а в другую — человека, задать им обоим вопросы и угадать, кто из них машина.
Это был на редкость лаконичный и четкий тест.
Ведь успешное прохождение теста означало, что творение человеческих рук кажется человечнее самого человека.
Тем не менее тест этот не был безупречным.
Потому что судьей в конечном итоге выступал человек, а в человеческом мышлении неизбежно присутствует субъективность.
То же самое касалось и нынешней ситуации.
«Какова же она на самом деле?»
ИИ она или живой человек?
Причиной, по которой это запутывало ещё сильнее, был тот сценарий, который развернулся бы, окажись она человеком.
«Если она человек, велика вероятность, что она, как и я, попаданка».
Однако я никак не мог смириться с этой мыслью.
Если бы выяснилось, что всё её отношение к Аллену, все эти эмоции были лишь игрой… почему-то мне стало бы от этого жутко неприятно.
Именно поэтому мои размышления незаметно склонились к третьему варианту ответа.
«Кто-то наблюдает за происходящим лично, оценивает ситуацию и принимает меры. Такова моя текущая гипотеза».
По определению Трибона — «наблюдатель».
Но теперь, когда мне стала известна истинная суть этого мира, мне хотелось выразиться иначе.
«Администратор».
Быть может, она — администратор этого мира?
…Но и здесь кроется фатальное противоречие.
«Почему она меня не устранила?»
Она просто не могла не заметить подвоха.
Каким бы похожим на Аллена я ни был, она ведь его подруга детства, росшая с ним с самых малых лет.
Она бы непременно уловила хоть малейшую разницу — от мелких привычек до манеры речи.
И тем не менее она не стала меня убирать.
Почему?
— Аллен, ты собрался уходить?
В этот момент мне задали вопрос.
В её глазах, когда она спрашивала об этом, плескалось куда больше тревоги, чем когда-либо прежде.
* * *
Граница Гелиоса, где ввысь устремлялись гигантские деревья.
Перед ними лицом к лицу стояли парень и девушка.
Девушка спросила:
На её вопрос парень, до этого отсутствующим взглядом смотревший в небо, равнодушно кивнул:
— Ага.
— Почему? С чего вдруг тебе уходить?
Она не понимала.
— Ты же гений! Чудо, на освоение которого у других уходят годы, ты постиг всего за неделю! Ты наверняка сможешь стать старшим жрецом, нет, даже великим жрецом!
Лицо парня по-прежнему оставалось бесстрастным.
Вернее, она, прожившая рядом с ним долгие годы как соседка и подруга, сумела разглядеть правду.
В глубине его глаз, вечно казавшихся апатичными, теплился пусть и слабый, но огонек.
— Здесь слишком удушливо.
Он произнес это, без единого слова вызвав с помощью чуда языки пламени.
Хотя я уже видел это в первый раз и тогда сильно удивился, мастерство по-прежнему впечатляло.
Но… на этом всё не закончилось. Пламя стало расти и вытянулось, приобретая продолговатую форму.
«А?»
Это была стрела.
«Погодите-ка…»
На сей раз оно превратилось в конус.
Это было копьё.
— Ты… неужели сейчас…—
— Да, я попытался замахнуться на чудо.
— Но если ты так поступишь, тебя покарают небеса!
Однако он лишь покачал головой:
— Никакой небесной кары не существует. Если правильно понять чудо и научиться им пользоваться… есть лишь тюремные решетки ограничений.
Он повернул голову и посмотрел на густой лес.
— Я отправлюсь на поиски свободы.
Наконец он развернулся и зашагал вглубь леса.
— Но если ты уйдешь сейчас, тебя объявят в розыск!
Уход из Гелиоса без разрешения во время прохождения послушничества приравнивался к утечке чуда и грозил объявлением в розыск.
Но он продолжал шагать вперед, не обращая ни на что внимания.
Как же его остановить?
Что вообще нужно сказать, чтобы удержать его?
Пока она ломала над этим голову, он уже исчез.
И в этот момент.
— Ха, ха-а, ха-а…—
Она очнулась от сна.
Приподнявшись на постели и тяжело дыша, она окинула взглядом всё ещё погруженную в темноту комнату.
— Опять… этот сон…—
Даже омываемая холодным потом, Лейла думала об увиденном во сне.
Это был сон, количество повторений которого она уже перестала считать.
И тем не менее ей ещё ни разу не удавалось помешать его уходу.
Даже во сне.
Некоторое время тупо уставившись в стену, она торопливо переоделась, а затем вышла из дома.
— Свежие овощи! Покупайте овощи!
— Починка одежды!
На окраине Гелиоса с самого субботнего утра стоял шум и гам.
Но среди этой привычной суеты выделялся один особенный, чужеродный переполох.
— А-а-а-а!
Откуда-то донесся женский визг.
Оглянувшись на звук, она увидела толпившихся людей.
— По, помогите!
Какая-то женщина лежала на земле, прижатая головой к мостовой.
А сверху на ней восседал тот самый мужик, что торговал неподалеку фруктами.
…Нет, это был не он. Точнее, злой дух, захвативший его тело.
— Черт, верните меня назад!
Ублюдок брыкался, заливаясь слезами и соплями.
Хотя на шум сбежались зеваки, никто из них и не думал вмешиваться.
Однако оставлять всё как есть было нельзя.
— Этот мир скоро…!
Беснования злого духа ещё можно было стерпеть, но самым опасным было то «знание», которым обладали эти твари.
— Унич…!
Чуть приоткрыв губы, она пробормотала:
— Delete.
И торговец фруктами исчез.
А в этом месте не осталось ни единой души, помнившей о нем.
Разобравшись с ситуацией, она направилась к дому Аллена.
«Invisible».
Стоило ей пробормотать это слово, как её тело стало невидимым.
«…Пусто».
Аллена дома не оказалось.
Должно быть, уже направился на окраину, чтобы покинуть Гелиос.
Этот факт принес ей скорее облегчение.
Не уходи он так скоро, она бы его убила.
«Нынешний Аллен — вовсе не Аллен».
Она уже всё поняла.
Что телом нынешнего Аллена управляет злой дух.
Но в то же время её одолевало смятение.
Потому что поведение этого духа до жути напоминало самого Аллена.
Привычка время от времени витать в облаках, полная неуклюжесть, абсолютное равнодушие ко всему, что не входит в сферу его интересов, и просто вопиющее отсутствие чуткости — всё совпадало идеально.
Любой другой на её месте безоговорочно поверил бы, что это и есть Аллен. Но….
«Что это за движения рук?»
Только она одна сумела заметить его едва уловимую привычку.
Стоило ему о чем-то задумываться, как его пальцы начинали непрерывно двигаться.
Движения были не сказать чтобы размашистыми — он просто словно бы увлеченно выстукивал что-то в пустом воздухе.
Однако у прежнего Аллена подобных привычек отродясь не водилось.
Проблема была лишь в том… что это оказалось единственным отличием.
Вся разница с настоящим Алленом сводилась только к этому.
Видя парня, у которого помимо этого и способности, и образ мышления, и даже характер до мурашек по коже совпадали с Алленом, она неизбежно разрывалась в сомнениях.
«Будь на его месте кто-то другой…»
Но простить то, что кто-то посягнул на самого Аллена, она не могла.
И в то же время существовал ли на свете человек, способный настолько безупречно притворяться Алленом?
Задаваясь подобными вопросами, она отрешенно смотрела на проходящих по улице людей.
Она прекрасно это знала.
«Если уж на то пошло, здесь всё равно всё фальшивое».
Все они — лишь пустые оболочки, копирующие оригинал.
Пусть поначалу это и способно обмануть, но стоило пожить рядом хоть пару дней, и становилось очевидно.
Поступки здешних людей совершенно не похожи на человеческие.
Аллен ещё совсем недавно ничем от них не отличался.
Он определенно копировал Аллена, но был кем-то другим.
И это отчетливо сквозило во всех мелочах.
Однако парень, изображавший Аллена теперь, был совсем другим.
Он казался настоящим Алленом.
Даже то, что он совершенно не умел читать атмосферу и при этом ухитрился её отшить, — всё было точь-в-точь как у Аллена.
Всё до единой черты сходилось с Алленом.
Раз уж он настолько неотличим от настоящего, не закрыть ли глаза на столь незначительные различия в привычках?
Если их невозможно различить, то чем он отличается от истинного Аллена?
В конце концов, за всеми этими терзаниями… настал решающий момент.
— Аллен.
Она окликнула его по имени.
И тогда парень наконец оглянулся.
За его спиной простирался бесконечный Великий лес.
В этом пейзаже, который она видела уже бессчетное число раз, Лейла задала ему тот же вопрос:
— Ты собрался уходить?
Она так и не смогла решить, что должна почувствовать, когда он ответит правильно.