— На этом всё.
Чунсок убрал рот от микрофона, и аудитория зааплодировала. Но важнее всего была реакция преподавателя.
Когда вслед за аудиторией послышались и аплодисменты преподавателя, я наконец выдохнул. Похоже, как минимум базовый уровень мы точно вытянули.
— Если честно, за вашу группу я переживал особенно. Всё-таки техника довольно новая. Но… о, хорошо получилось.
Увидев довольную улыбку преподавателя, мы с Доа переглянулись и слегка кивнули друг другу.
— Причём даже если забыть про сам VR, посмотрите, как снято. Разве не хорошо?
— Вы взяли знакомый рекламный язык, который мы уже сотню раз где-то видели, но при этом сделали его свежим.
— За одну смелость эксперимента я уже готов вас похвалить.
— Но если всё-таки искать, что можно было бы улучшить…
Ну да.
Преподаватель всё-таки преподаватель. Здесь явно не собирались всем подряд говорить только «отлично». Нам подробно объяснили, какие моменты стоило продумать ещё лучше.
Мы поблагодарили и вернулись на свои места.
— Фу-ух. Всё.
Чунсок вытер лоб.
Похоже, от нервов даже вспотел.
— Красавчик. Нормально выступил.
— Да ничего. Главное, преподавателю вроде понравилось.
— Ага.
Минджи тоже подключилась.
Наша группа сидела в самом дальнем углу аудитории. Другим выступающим, конечно, слегка неловко, но мы уже откровенно шептались между собой и обсуждали планы.
— Тогда в четыре?
— Да. Давайте.
Из-за стрима Доа в восемь нам пришлось назначить ужин на довольно странное время.
— …Тебе точно можно немного выпить?
Я посмотрел на неё с беспокойством. После недавней истории со стримом совсем не хотелось создавать ещё один повод для проблем.
Доа сложила пальцы в кружок.
— Если немного, ничего страшного.
Я верил, что она сама умеет следить за собой. Но лучше ведь вообще не оставлять шанс новой дурацкой истории.
Пока я сидел, подперев подбородок, презентации незаметно закончились. Перед аудиторией снова раздался голос преподавателя.
— Ну что, на этом курс по рекламе можно считать завершённым.
— В этом семестре общий уровень работ, по-моему, заметно вырос по сравнению с прошлым годом.
— Надеюсь, всё, что вы здесь изучили, потом пригодится вам уже в компаниях или в других проектах.
— Спасибо за работу.
— Спасибо!
— Спасибо за семестр!
Стоило прозвучать официальному «всё», как аудитория наполнилась грохотом отодвигаемых стульев. Мы вышли в холл первого этажа и стали решать, что делать до ужина.
— Сейчас час. Как распределяемся?
Чунсок проверил время на телефоне.
— У меня в половине второго общеобразовательная пара. Посижу на ней и потом сразу туда.
Минджи, похоже, ещё надо было на занятие. Я особых идей не имел и просто посмотрел на Доа.
— Нам, наверное, проще зайти домой, а потом снова выйти.
Она вопросительно глянула на меня.
Я кивнул.
— Хорошо. Тогда в четыре встречаемся в баре «Хансон».
— Договорились. Мы тогда первые пойдём.
Я положил ладонь Доа на плечо, попрощался, и мы разошлись.
— Тхэмин. Как думаешь, у нас A будет?
Доа явно понравилась оценка преподавателя — улыбка с лица вообще не уходила.
— Может… наверное?
Честно говоря, я не знал.
Другие группы тоже получили немало похвалы, поэтому угадывать итоговую оценку было сложно.
— Но, если честно, даже мне кажется, что ролик мы сделали очень хороший. Хе.
Чунсок не просто так говорил, что хочет угостить Доа. На последнем этапе она действительно почти в одиночку тащила съёмку.
Я только собрал монтаж.
А внутри VR именно Доа фактически выступала режиссёром.
— Молодец.
Я потянул её за щёку.
Лицо Доа сразу стало подозрительно похоже на один из эмоутов розовобашек.
— Уф! Фвати!
Мило.
Стоило ей сказать «не надо», как захотелось продолжать ещё сильнее. В итоге она несколько раз ударила меня кулаком по предплечью, и только тогда я отпустил.
На щеке осталось красноватое пятно — то ли от холода, то ли от моих пальцев.
— Вот же…
Доа потрогала щёку и сердито посмотрела на меня.
Даже когда злится — милая.
Кажется, теперь мне вообще всё, что она делает, кажется милым.
Мы дошли до дома.
Доа предложила сначала немного посидеть у неё, а потом уже вместе выйти.
Пип-пип-пип-пип.
Она набрала код двери и махнула: заходи.
Я вошёл следом.
Каждый раз замечаю одно и то же: у Доа дома всегда почему-то очень приятно пахнет.
— Тхэмин, я переоденусь, ладно?
Она сняла пальто, открыла комод и достала домашнюю одежду.
— Ага. Я здесь посижу.
Доа ушла в ванную.
Я опёрся левой рукой о кровать.
— М?
Под пальцами что-то шершавое.
Не одеяло.
Я нащупал тонкий ремешок и машинально потянул его к себе. И получил сцену, настолько дурацкую, будто её специально написали для дешёвой романтической комедии.
Светло-розовый бюстгальтер.
Похоже, я схватил за бретельку бельё, которое Доа недавно носила. И, конечно, именно в этот момент…
— …Тхэмин.
Она вышла из ванной в спортивной одежде и посмотрела на меня ледяным взглядом.
— Что ты делаешь?
Я стоял с её бюстгальтером в обеих руках.
— А… Это…
— Извращенец!
Доа со всей силы стукнула меня кулаком по голове.
Больно.
Причём заметно.
Но оправдываться я уже даже не успевал.
— Ты чего вообще чужое бельё трогаешь?!
— Да я не специально! Оно на кровати лежало, я рукой зацепил и хотел посмотреть, что это…
— Ну увидел, что бельё! Можно было просто молча положить обратно! Зачем ты его там мял?!
Несправедливо!
Вот реально несправедливо!
— Я как раз собирался положить обратно… И никаких странных мыслей у меня вообще не было.
По лицу Доа я сразу понял:
слова выбраны ужасно.
— …Вообще никаких?
— Да! Клянусь. Ни на один процент!
Она вдруг крепко прикусила губу. А потом толкнула меня в плечо.
Я не ожидал и потерял равновесие. В итоге верхняя половина тела оказалась на кровати.
Я растерянно посмотрел снизу.
Доа стояла надо мной.
А потом спросила:
— Почему?
И забралась сверху.
Села прямо мне на таз.
От настолько неловкого контакта я машинально отвернул голову.
— Д-Доа?..
— Почему у тебя вообще никаких мыслей не появляется?
Похоже, мой ответ её действительно разозлил. Она взяла меня за лицо и развернула обратно к себе.
— Ну потому что…
Как бы я ни старался не путать Доа с Лукой, Лука для меня долгое время была почти неприкосновенной святыней.
Пошлые шутки в адрес Луки.
Сообщения за гранью.
За такое на канале легко можно было получить вечный бан. Я не собирался своими руками пачкать место, которое столько времени было моим безопасным уголком.
Для меня это казалось очевидным. О Луке нельзя думать вот так.
И почему-то это правило бессознательно перекинулось и на Доа. Но объяснить всё словами внезапно оказалось ужасно сложно.
— Ну потому что что?
Её взгляд уже требовал ответа.
Я сдался.
— Прости.
Вместо неуклюжего объяснения я решил хотя бы перестать лежать.
Напряг руки и поднялся.
Теперь мы сидели почти вплотную лицом к лицу. Доа явно не ожидала, что я встану, и инстинктивно отклонилась назад.
— Эм…
Что говорить?
Так правильно вообще звучит? Но ничего лучше всё равно не приходило.
Если человеку что-то в тебе не нравится, наверное, стоит это исправить.
— Буду.
— …Что?
Кажется, я сократил фразу настолько, что смысл окончательно потерялся.
Доа мгновенно покраснела.
— Ч-что будешь?
Забралась сверху сама.
А теперь сидит и паникует.
Иронично.
Я обхватил её за талию, потому что положение выглядело не слишком устойчиво.
Так мы оказались ещё ближе.
Мне уже казалось, что она чувствует, как сильно колотится моё сердце.
Ладно.
Скажи нормально.
Пора наконец объяснить, что имел в виду. В голове было жарко, но я всё-таки открыл рот.
— Тогда… впредь буду думать о тебе всякие пошлости.
Лицо Доа покраснело так, будто сейчас взорвётся.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta