В отеле царило весеннее оживление. В отличие от прошлых лет, эта суета не была связана с попытками спастись от зомби.
Всё было куда мирнее... Да, именно такая суматоха заставляла с ностальгией вспоминать о прежнем, нормальном мире.
— Кихён! Ты там закончила сажать? — крикнул я.
— Ага! — донеслось в ответ.
В просторной оранжерее на крыше я вместе с детьми сажал семена, которые нам удалось собрать. Пройдёт немало времени, прежде чем они пустят корни и дадут урожай, но это было неважно.
«Мы понемногу привыкаем к этой жизни», — подумал я.
Если и дальше продолжать в том же духе, когда-нибудь еды у нас станет даже больше, чем мы сможем съесть. Тогда можно будет подумать о том, чтобы обустроить ещё одну оранжерею на каком-нибудь пустующем этаже ниже и начать делать запасы.
— Ух, ну и жарища.
Я снял куртку и остался в одной футболке, так как пот катил градом. В голове мелькнуло какое-то странное чувство неловкости, и я быстро понял его причину.
«Точно, после начала апокалипсиса мы носили плотную одежду даже летом».
От жары можно было сойти с ума, но выбора не оставалось. Если во время вылазки снимешь куртку, чтобы хоть немного остыть, тебя наверняка поцарапают и заразят зомби.
«Если подумать, опять наступило лето».
Я содрогнулся. Это проклятое лето с его духотой и влажностью, сковывающими движения, когда приходится раз за разом убегать от мертвецов... В такое время мир по-настоящему превращался в ад.
Хотя у нас было достаточно припасов, чтобы лишний раз не высовываться, полностью избежать вылазок всё равно не получится, и это удручало. Я взглянул на Ёнпхё, который как раз осматривал оранжерею, и перевёл на него полный надежды взгляд.
«Ёнпхё, я на тебя рассчитываю».
Очень хотелось верить, что наш техник сможет соорудить кондиционер, чтобы мы пережили это лето. Ну, или хотя бы вентилятор. В конце концов, он ведь тот самый человек, который сумел собрать солнечный генератор. Наверняка Ёнпхё обеспечит нас электричеством, чтобы этим летом работали кондиционеры.
— ...Чего ты на меня так смотришь? — спросил он, почувствовав мой взгляд.
— Да ничего. Просто хотел сказать спасибо за то, что ты всегда так усердно трудишься.
— Ладно... — Ёнпхё втянул голову в плечи.
На его лице появилось недовольное выражение, и мне стало неловко от того, что я так откровенно на него уставился.
— Дядя, возвращайся к работе, — проворчала Кихён, сердито глядя на меня.
Должно быть, ей тоже было очень жарко, потому что она собрала свои волосы длиной до плеч в хвост. Я молча вернулся к фермерству.
Спустя несколько часов в пентхаусе, заметив, что сегодня кого-то не хватает, я спросил старика:
— Эй, а где Хелен?
— Она только что поднялась на крышу. Сказала, ей нужно записать, как растут растения.
— А, точно. Я сам её об этом просил.
— М-м?
— Она ведь биолог. Не хотел, чтобы она сидела без дела, вот и поручил ей приглядывать за посадками. Заодно попросил её последить за бобами Хесон.
Я вспомнил, как Хелен с радостью приняла это задание. Что же она тогда сказала? Что-то вроде того, что у неё есть навыки, которые могут принести пользу, и чтобы я ей доверился. Весьма эксцентричная женщина.
— Кстати, ну и жара стоит. Всего две недели назад был мороз, как такое вообще возможно? — подал голос Инсок.
— Ты просто острее это чувствуешь после работы на грядках, Инсок, — ответил старик.
— И всё равно, это слишком. Весны как будто и не было.
— Это всё из-за глобального потепления...
— Ох, опять вы за своё.
Старик, который больше не был членом «Чёрного списка», а стал просто пожилым человеком в нашей группе, начал понемногу раскрываться. Оказалось, что он довольно консервативен и обожает читать нотации молодёжи.
Тема глобального потепления была одной из его любимых: всякий раз, когда я жаловался на погоду, он цокал языком и заявлял: «Это потому что вы, молодые, слишком сильно измывались над природой».
«Большинство тех, кто над ней измывался, уже и так мертвы», — подумал я.
Впрочем, его ворчание меня не особо задевало. Учитывая, каким старик был до того, как присоединился к нам, было приятно видеть его таким расслабленным.
— Между прочим.
— А?
— Ты как будто с каждым днём становишься всё больше, — старик пристально посмотрел на моё тело.
Видимо, он заметил мои мышцы, так как я был в футболке с коротким рукавом.
— В мирное время я был ещё крупнее. После начала апокалипсиса растерял массу, потому что не мог нормально питаться.
— Хм-м...
— А теперь, когда я снова начал хорошо есть, мышцы возвращаются.
Строго говоря, я не занимался систематическими тренировками, но сама жизнь была довольно требовательной. Когда ты постоянно играешь в догонялки с зомби, жир сгорает быстрее, чем при любых обычных упражнениях. А мышцы? Тут и говорить нечего.
Я тренировал своё тело с пятнадцати лет. Даже если я какое-то время забивал на спорт, мышцы, которые развивались и работали на пределе в течение двадцати лет, так просто не исчезают.
«Вот почему хорошо быть "натуралом"».
Мысли о старых добрых временах внезапно пробудили во мне желание потренироваться.
— Может, нам стоит притащить сюда какое-нибудь снаряжение для спортзала?
— А? Разве на нижних этажах ничего такого не валялось?
— Я хочу поставить их на крыше. Теперь, когда с питанием всё наладилось, пора возвращать форму.
— Хочешь стать ещё огромнее?
— Я же сказал, раньше я был здоровее.
Старик посмотрел на меня с нескрываемым презрением, будто я был каким-то монстром. Я лишь хмыкнул в ответ.
«Ничего он не понимает в мужской романтике».
В здоровом теле — здоровый дух.
Через несколько дней на крыше пентхауса Джину и Джуён, отдыхая от работы в оранжерее, ошеломлённо наблюдали за Сокхо.
— Ого... Это вообще человек или монстр?
— Джуён, нельзя так говорить...
— Но это же правда. Он там уже больше часа надрывается, ты видел?
Джину ничего не ответил и снова перевёл взгляд на Сокхо. Тот был полностью погружён в тренировку. Жим лёжа или становая тяга — он поднимал железные веса в разных положениях, и пот градом катился по его телу.
— Офигеть, посмотри. Каждый блин на грифе по двадцать килограмм. Их там шесть штук, значит, это сто двадцать...
— Сто сорок.
— Чего?
— Ты думаешь, сам гриф ничего не весит?
В отличие от шокированной Джуён, Джину смотрел на Сокхо с восхищением в глазах.
«Как круто...»
Хотя его нынешним хобби было коллекционирование странных комиксов, которые могли бы шокировать любого, в душе он оставался мальчишкой, который когда-то любовался моделями в журналах. Одним из любимых направлений Джину были фитнес-журналы. Особенно рубрика «Трансформация месяца».
Обычные люди, худые или с лишним весом, тренировали себя до предела и демонстрировали впечатляющее телосложение. Для Джину Сокхо сейчас выглядел точь-в-точь как герой с тех журнальных страниц.
Поддавшись этому чувству, он рассеянно пробормотал:
— Может, мне тоже попробовать?
— Тебе? Вот это? С твоим-то телом? — Джуён глубоко нахмурилась.
Джину обиженно свёл брови, но Джуён и не думала отступать.
«Ему это совершенно не пойдёт», — подумала она. Джуён представила голову Джину на мускулистом туловище Сокхо.
«Уф, аж подташнивает».
Объективно говоря, у Джину было миловидное лицо. Он был примерно одного с ней роста, со светлой кожей и кротким взглядом — с подходящим макияжем и одеждой его легко можно было бы принять за девушку.
— Не думаю, что это хорошая идея, — добавила она, решив про себя, что в женской одежде он смотрелся бы куда лучше.
Джину, чьё самолюбие было задето, внезапно вскочил и выпалил:
— Думаешь, я не справлюсь?
— Ты чего это вдруг развоевался?
— Ты меня недооцениваешь!
— Вовсе нет! — Джуён была в замешательстве.
Она просто высказала своё мнение и не понимала, почему Джину так бурно отреагировал. Однако это было неизбежно. Несмотря на свою внешность, Джину был зациклен на маскулинности и из-за этого чувствовал себя неполноценным рядом с Джуён, которая была выше него.
Джину утверждал, что его рост — сто семьдесят сантиметров. Но это была ложь. В нём было всего сто шестьдесят семь. Конечно, для школьника средних классов у него ещё оставалось время, чтобы подрасти, но он страшно завидовал Джуён, которая уже вымахала до ста семидесяти и всегда находилась рядом.
— Вот увидишь! — Джину, пыхтя от злости, направился к Сокхо.
Джуён не смогла сдержать смешок, глядя на его внезапную вспышку гнева. Но в то же время ей в голову пришла мысль:
«А сердитым он выглядит довольно...»
Ей это пришлось по вкусу. Видимо, она и правда влипла.
— Дядя!
— М-м-м... погоди секунду.
Пока Сокхо вёл напряжённые переговоры со своими мышцами спины, к нему подошёл Джину и окликнул его.
— Научите меня тоже тренироваться!
— А?
— Тренировки! Я тоже хочу построить тело!
Для Джину это заявление прозвучало непривычно решительно. Сокхо в недоумении склонил голову набок, а затем заметил Джуён, которая наблюдала за ними издалека.
«А-а, пацан хочет произвести впечатление на девчонку!»
Сокхо озорно улыбнулся. Что ж, возраст такой, верно? Он и сам когда-то начал качаться, чтобы нравиться женщинам. Желание выглядеть лучше в глазах окружающих — не самая плохая причина для начала занятий.
Конечно, это было лишь очередное типичное недоразумение в стиле Сокхо, но поправить его здесь было некому.
хлоп
— Просто делай как я и доверься мне.
— Есть, босс! — глаза Джину засияли.
Он скинул верхнюю одежду, преисполненный глубокого уважения к широким плечам Сокхо. А потом...
— А-а-а-а-аргх!..
— Ещё разок!
— Но вы и прошлый раз говорили «ещё разок»!..
— Давай ещё два!
— А-А-А-А-А-А-А!!!
В тот день Джину воочию увидел дьявола.