Добро пожаловать в Корею
Жизнь Джейн всегда была такой.
Родившись в нищете Детройта, она провела все детство в бесконечных драках. Даже когда она повзрослела, в ее судьбе мало что изменилось. Как и многие выходцы из трущоб, она примкнула к банде и жила жизнью, пропитанной наркотиками и запахом пороха. Джейн полагала, что именно так она и встретит свой конец.
— В твоих глазах есть жизнь.
Вот почему Сэмюэл был для нее особенным. Он стал тем, кто протянул руку помощи, когда она думала, что будет лишь глубже погружаться в пучину. Его улыбка, в которой отражались солнечные лучи, была особенной. Для Джейн Сэмюэл сам был солнцем.
Он всегда был светом, озарявшим ее путь, героем, который вечно будет стоять в полный рост. Наверное, не было ничего удивительного в том, что она в него влюбилась.
Разумеется, об этих чувствах она не могла сказать вслух. Когда они были заняты, мешала работа, а после начала апокалипсиса — обстоятельства. Те чувства, которые она собиралась хранить в тайне всю жизнь, вырвались наружу лишь в тот миг, когда она осознала, что они могут расстаться навсегда.
— ...Я люблю тебя.
Тело Сэмюэла дернулось от неожиданности. Джейн было плевать, она прижала его к себе еще крепче. Она впитывала его тепло каждой клеточкой своего тела, понимая, что, возможно, больше никогда его не почувствует.
Джейн плакала, как ребенок. От ее обычного взрывного темперамента не осталось и следа. Сэмюэлу оставалось лишь наблюдать за ее безудержными рыданиями. Но даже в этот момент Сэмюэл улыбался.
«Похоже, я прожил неплохую жизнь».
Ему было приятно осознавать, что есть кто-то, кто искренне оплакивает его смерть. Джейн и Уэйл. Память о том, что эти товарищи, прошедшие с ним огонь и воду еще до конца света, так сильно его любят, позволяла Сэмюэлу чувствовать, что он может умереть счастливым.
— Спасибо, — Сэмюэл мягко похлопал Джейн по спине. — Оглядываясь назад, я понимаю, что смог выстоять в этом апокалипсисе благодаря всем вам. Нет, я в этом уверен. Каждый миг с вами был счастьем.
Рыдания Джейн стали еще громче. Теперь зарыдал и Уэйл. Сэмюэл усмехнулся, а затем захотел напоследок позаботиться о товарищах, которые останутся после него.
Ли Сокхо. Сэмюэл хотел попросить его присмотреть за этой парочкой. В конце концов, тот не казался плохим человеком, способным отказать умирающему в последней просьбе.
Сэмюэл поднял голову. И тут же в замешательстве наклонил ее вбок.
— А?..
Выражение лица Сокхо было странным. Слишком уж безразличным для того, кто смотрит на умирающего. Почему у него такое лицо? Пока эта мысль крутилась в голове...
— Сэр... вы не заражены.
После этого громоподобного заявления Сокхо все трое замерли. Затем голова Джейн повернулась с сухим хрустом. Ее лицо стало абсолютно пустым.
В следующий миг ее зрачки задрожали, словно при землетрясении, а кожа вспыхнула ярко-красным. В тот день Сокхо осознал: если играть с чувствами женщины, можно познать ужас смерти от одного только ее взглядя.
Исследование не продолжилось. С точки зрения Сокхо и Чонмина, цель была достигнута, и идти дальше не имело смысла. Для иностранного трио продолжать путь в такой неспокойной атмосфере тоже было плохой затеей.
Вернувшись в пентхаус, Джейн на собственной шкуре ощутила, что такое детская вредность.
— Я люблю тебя! — Хесон победно вскинула руки и вцепилась в Кихён.
Кихён обняла девочку в ответ, похлопывая по спине и поглядывая на Джейн.
усмешка
Кихён коварно улыбнулась и подыграла Хесон:
— И я тебя люблю.
Кулаки Джейн сжались. И на то была причина.
«Уэйл!..»
Проблема заключалась в том, что Уэйл разболтал ребенку о случившемся в лаборатории во время сегодняшней вылазки. Хотя его можно было понять — он обожал детей, — Джейн не могла не злиться.
— Я люблю тебя!
Посмотрите, что вытворяет эта малявка в очках. И посмотрите на эту наглую девчонку. Они же явно над ней издеваются!
...И в этом Джейн была права лишь наполовину. На самом деле Кихён действительно поддразнивала ее, а вот Хесон просто приглянулась фраза «я люблю тебя». Ей нравился сам смысл слова «любовь».
Из комнаты вышел Сокхо. Как только Хесон увидела его, она лучезарно улыбнулась и подбежала ближе.
— Я люблю тебя! — она крепко обхватила его ноги.
Губы Сокхо расплылись в улыбке от такой милой картины. Затем, с опозданием заметив Джейн, он вздрогнул и быстро сделал серьезное лицо.
— Хе... Хесон... — он попытался успокоить ребенка, но когда это дети так легко слушались?
— Я люблю тебя!
— Э-это не то...
— А ты разве не скажешь?
— Что?
— Ты не скажешь Хесон «я люблю тебя»?
Взгляд Сокхо заметался, как у человека перед лицом смертельного кризиса. С одной стороны был ребенок, спрашивающий о любви. С другой — женщина, которая могла его убить, если он ответит утвердительно. Его колебания были очевидны.
Видя это, Хесон внезапно начала дуться.
— У-у-у...
— Я люблю тебя! — Сокхо опустился на колени и обнял Хесон. — Дядя любит нашу Хесон больше всех на свете!!!
Сокхо зажмурился. Хесон несколько раз моргнула, а затем ее щеки порозовели, и она захихикала.
— Я люблю тебя! — Я люблю тебя!
Глупый дядя и невинный ребенок повторяли это друг другу.
— Я лю... кхм! Блю... ха-ха-ха! — вторила им Кихён, едва не умирая со смеху.
Взгляд Джейн стал острым как бритва. Сокхо старательно избегал смотреть в ее сторону.
топ топ
Джейн спускалась по лестнице тяжелыми, злыми шагами. Она с силой распахнула дверь и вошла в гостиничный номер.
— М? Джейн?
Сэмюэл сидел на кровати, проверяя оружие. Он попытался улыбнуться ей, как обычно, но вспомнил о дневном инциденте и замялся.
«...Я люблю тебя».
Признание, сделанное в полной уверенности, что это его последние минуты. Неловкость того момента заставляла Сэмюэла колебаться. Джейн это тоже почувствовала. И без того разгневанная, она ощутила, как ярость закипает в ней с новой силой. Она подошла и грузно опустилась рядом с ним.
— Почему ты ведешь себя так натянуто!
Сэмюэл подпрыгнул от ее внезапного выкрика.
— ...Вовсе нет.
— Да что ты говоришь.
Джейн цокнула языком и с вызывающим видом подперла подбородок рукой. Затем, словно нуждаясь в том, чтобы выплеснуть раздражение, она начала пересказывать Сэмюэлу все, что произошло в пентхаусе.
О том, какую ошибку совершил Уэйл, какую пакость устроила очкастая малявка, услышав это, как наглая девчонка издевалась над ней и как Сокхо — причина всего этого хаоса — не проявил ни капли верности. Добавляя как минимум одно крепкое словцо в каждое предложение, она продолжала ворчать.
Сэмюэл не смог сдержать смешок. Скорее, он испытал облегчение от того, что Джейн, кажется, вернулась к своему обычному состоянию.
— В общем, вот так... Сэмюэл! Ты меня вообще слушаешь?!
— А, да, слушаю.
Джейн обиженно выпятила нижнюю губу. Внутри нее росло недовольство, которое она сама не могла до конца понять. Он ведь слышал ее признание. И слышал все ее ворчание только что.
Но реакция Сэмюэла оставалась прежней, и она невольно задалась вопросом: может, он просто в ней не заинтересован? Хотя признание и было сделано в порыве чувств, это не означало, что сами чувства были легкими. Наверное, в глубине души она надеялась, что это признание что-то изменит между ними.
«...Как глупо».
Джейн почувствовала тяжесть в груди. Это была другая тяжесть, не та, что при скрытых чувствах. Когда она не знала, где находится его сердце, она могла оптимистично думать: «Может, если я признаюсь, он ответит взаимностью». Но теперь мысли сменились на: «А вдруг я ему не нравлюсь?»
Джейн сжала кулак. Она взвешивала варианты. Просто зачахнуть вот так? Или встретить проблему лицом к лицу?
Колебания длились недолго. Говорят, женщины становятся слабыми перед лицом любви, но Джейн по природе своей была человеком с невообразимо ярым темпераментом.
хлоп
Джейн схватила Сэмюэла за руку. Затем, глядя прямо на него, спросила:
— Кстати говоря.
— М-м?
— Я так и не получила ответа.
Джейн уставилась на Сэмюэла, ее лицо раскраснелось. Его зрачки задрожали, словно при землетрясении. Сэмюэл не был глупцом. Он понимал, что значат ее реакция и эти слова.
— Ну...
— Молчи.
бух
Джейн повалила Сэмюэла на кровать. В ее глазах горел огонек, который почти можно было принять за безумие.
— ...Ты же знаешь. У меня упрямый характер. Терпеть не могу, когда что-то идет не по-моему.
«Этот джентльмен наверняка попытается оттолкнуть меня, ссылаясь на всякие внешние обстоятельства, — подумала Джейн. — И тем самым вонзит кинжал мне в сердце».
Какой еще оставался вариант? Джейн не была из тех, кто привык сдаваться.
— Сначала сделаем это один раз. Потом снова дашь мне ответ. Если он мне не понравится — повторим.
щелк щелк
Джейн расстегнула пуговицы на рубашке.
— Выбирай ответ с умом.
На ее губах заиграла коварная улыбка.
В одном из гостиничных номеров где-то в Содэмуне, спустя шесть лет после начала апокалипсиса, место начало служить своей первоначальной цели, наполняясь жаром страсти. Позже Хелен, пришедшая к двери из беспокойства за Джейн, вздрогнет от услышанных звуков и убежит с пунцовым лицом — но эти двое об этом так и не узнают.