Последнему достаются лишь крошки
Лицо, которое я не видел долгое время, должно было вызвать радость, но то, что я не мог в полной мере ощутить это чувство, удручало.
— Сколько прошло? Месяца два или три?
— Девять месяцев, сэр.
Сэмюэл сердечно рассмеялся.
Он был одет совсем не так, как при нашей первой встрече. Поверх военной формы на нем красовался бронежилет, за спиной висела винтовка M16, а на поясе — пистолет Глок. Но больше всего мое внимание привлекла внушительная, искусно сделанная дубинка, которая, казалось, могла размозжить череп зомби одним ударом. Если и сравнивать ее с чем-то, то она напоминала утреннюю звезду, которую когда-то использовали средневековые рыцари.
Мне было странно и в то же время приятно видеть его во всеоружии, готовым к любым опасностям, которые мог подкинуть Сеул. Все это — благодаря моим урокам.
— Как добрались? Без происшествий?
— Никаких серьезных опасностей, сэр.
— Над произношением тебе еще стоит поработать.
Сэмюэл виновато улыбнулся. Похоже, корейский давался ему нелегко. Ну, после возвращения на авианосец он, вероятно, говорил только по-английски, так что его навыки подзаржавели.
— Проходи для начала. Поговорим.
— Да, сэр. И я привел с собой члена нашей команды.
— А?
Сэмюэл отступил в сторону. Только тогда я заметил еще одного человека. Это был темнокожий мужчина средних лет, довольно низкого для мужчины роста — около 165 сантиметров. В очках и с серьезным выражением лица, он выглядел как настоящий ученый.
Трудно представить человека, который даже в бронежилете смотрелся бы настолько по-академически. Он выглядел в точности как те чернокожие доктора, которых показывают в американских фильмах.
— Рад знакомству. Я Джулиан. Я получил присланную вами сыворотку.
Я удивился его чистому корейскому произношению, и Джулиан усмехнулся.
— Я жил в Корее около трех лет. А родился во Франции.
— Где вы только не бывали.
Его самопрезентация была весьма четкой. В хорошем расположении духа я протянул руку.
— Я Ли Сокхо. Я... ну, можно сказать, лидер этого отеля.
— Бомбермен. Кажется, так вас зовут?
Я невольно вздрогнул. Гадая, откуда он это знает, я посмотрел на Сэмюэла — тот неловко улыбался. Этот парень разболтал?..
— ...Да, звучит немного смущающе.
— Террорист во имя справедливости. Я считаю, это героически и правильно.
На самом деле я не особо забочусь о справедливости, так что от его похвалы мне стало не по себе.
— В любом случае, прошу внутрь.
Хватит пустых разговоров, я хотел поскорее перейти к делу. Когда я это озвучил, Джулиан решительно кивнул. Прямой человек.
Хесон всегда первой реагирует на незнакомцев.
— Черномазый!
Джулиан замер от этого расистского замечания. Я запаниковал, быстро подхватил Хесон на руки и поклонился Джулиану.
— Прошу прощения! Она никогда раньше не видела темнокожих! Она не знает, что такое расизм! Я ее этому не учил! Она просто...
— ...Все в порядке.
Правда, что ли? Нет, по нему не скажешь, что все в порядке. По его обычно спокойному лицу катился пот, а губы дергались в явном раздражении. Когда он поправил очки средним пальцем, это выглядело так, будто он показывает нам всем «фак».
— Хесон! А ну извинись сейчас же!
— Извини, черномазый!
— ...
Атмосфера окончательно заледенела. Джулиан неловко прочистил горло: «Кхм! Кхм!». Тем временем Хесон, найдя в ситуации что-то забавное, хихикнула и подбежала к нему.
— Черный мистер!
Она крепко обняла его. Джулиан на мгновение растерялся, но затем обнял ее в ответ. Тяжелый вздох, который он испустил, показал: он понял, что в словах ребенка не было злого умысла. Я наконец выдохнул с облегчением.
Когда напряжение спало, в разговор, к счастью, вмешался господин Пак.
— ...Может, перейдем к делу?
Джулиан кивнул. Он бросил на Хесон взгляд в духе «что нам делать с этим ребенком?», но тут подошла Кихён и унесла девочку. Из-за закрывшейся с глухим стуком двери донесся строгий голос:
— Хесон! «Черномазый» — это плохое слово!
Джулиан, я, господин Пак, Хелен и Ёнпхё — все мы неловко рассмеялись. Господин Пак снова взял инициативу на себя.
— Итак, есть несколько вещей, которые мы хотели бы прояснить.
— Да, позвольте мне объяснить все по порядку.
Он быстро переключился. Джулиан мгновенно принял серьезный вид и начал доклад.
— Во-первых, по поводу предоставленной вами сыворотки. Мы практически завершили исследования. У нас есть убежище, обустроенное недалеко от порта Инчхон. Там мы поймали нескольких зомби для клинических испытаний и выяснили, что вирус можно уничтожить даже в организме уже зараженных особей.
Кончики пальцев господина Пака задрожали. Должно быть, он подумал о своей дочери. Пока во мне поднималось чувство сочувствия, Джулиан продолжал:
— По нашей оценке, если уничтожить вирус в течение недели после превращения, человек может вернуться в нормальное состояние.
— ...Понятно, — господин Пак горько улыбнулся, а затем спросил: — Возможно ли массовое производство?
— Не сразу. Главная проблема — стоимость. Точнее, поскольку валюта обесценилась, правильнее будет сказать — ресурсы.
Джулиан поправил очки указательным пальцем. Значит, тот жест средним пальцем и впрямь был оскорблением.
— Сэмюэл. Покажи им.
Сэмюэл поставил на стол кейс-дипломат.
щелк
Чемодан открылся, явив взору около тридцати цилиндров с зеленой жидкостью.
— Это то, что мы привезли сейчас. Этого далеко не достаточно, чтобы распылить над всем Сеулом. Мы постоянно пополняем запасы ресурсов, но проблема в кадрах. У нас слишком мало техников, способных производить вакцину.
Сэмюэл шагнул вперед.
— Поэтому мы планируем авиаудар.
Я резко вскинул голову. Джулиан подтвердил кивком.
— Я слышал, здесь его называют Священником. Мы планируем захватить Йохана, как и договаривались. У его группы должны быть огромные запасы людей и ресурсов. Наша цель — нанести удар по его штаб-квартире и заполучить их. Другими словами, общий план будет продвигаться в соответствии с нашими прошлыми договоренностями.
Авиаудар. Вполне посильная задача для американцев, действующих с авианосца. Но была одна проблема.
— ...А как насчет нашей безопасности во время штурма?
— Об этом мы позаботимся. Для этого и нужна эта рация.
Джулиан достал из кармана рацию и помахал ей.
— Авиаудар состоится примерно через один-два месяца. Точное время и координаты будут определены, когда они закончат приготовления со своей стороны и когда мы выявим точку атаки.
— Это значит...
— Да.
Лицо Джулиана посуровело.
— Нам нужна разведгруппа. Чтобы точно определить местонахождение Священника в Каннаме.
Я почувствовал, как напрягаюсь. Он прав. Каннам огромен, и все это — территория Священника. К тому же, разве он только в Каннаме? Нет. Я встречал его дважды здесь, в Северном Сеуле — в районах Содэмун и Чонно. Он передвигается один и способен нанести удар где угодно.
— ...Нам нужно будет отобрать людей.
Общий план был ясен. Суть сводилась к одному предложению: «Выбор персонала для отправки в Каннам ради поиска цели для авиаудара». Похоже, пришло время созывать еще одно собрание Северного Сеула.
Тем вечером Джулиан смотрел на Сеул с крыши отеля. Рядом стоял Сэмюэл.
— Ты жил здесь?
— Да, доктор.
Сэмюэл обвел взглядом окрестности, а затем мягко улыбнулся и добавил:
— Здесь появилось много нового с тех пор, как я ушел. Чувствуется, что это место обжито, не так ли?
Джулиан усмехнулся. В этом Сэмюэле Уокере всегда была сентиментальная жилка, которая делала подобные моменты слегка приторными.
— Определенно.
Насколько он слышал, прошел примерно год. Именно столько времени человек по прозвищу Бомбермен закладывал фундамент этого отеля. Джулиан задумчиво хмыкнул, глядя на темнеющую теплицу и тренажеры рядом с ней.
— Здесь есть много вещей, которые и вам бы понравились.
Прежде всего, дети — все они были жизнерадостными и веселыми. Ему стало стыдно: несмотря на то, что они управляли целым авианосцем, они не уделяли детям достаточно внимания.
— ...Они хорошие люди.
— Они праведны.
— Определение «школа» им очень подходит.
— Мир — это площадка для обучения детей, а все опекуны для них — одновременно и родители, и учителя.
— «Туса-буиль-че». Именно этим термином я объяснял это, когда жил в Корее.
— Я запомню.
— Не стоит.
Джулиан негромко рассмеялся, а затем произнес:
— Сэмюэл.
— Да, доктор.
— Это будет нелегко. Война с людьми.
Джулиан зажмурился, вспоминая прошлое. Хотя с момента краха мира он жил как врач, лечащий пациентов на авианосце, до этого он был военным медиком. Он слишком хорошо знал, насколько жестокими могут быть войны между людьми. И какими злыми могут стать люди.
«И все же причина, по которой войны никогда не исчезали...» — потому что война приносит прибыль. Джулиан шевельнул губами.
— Мы скитальцы, потерявшие свою землю. Мы регрессировали до того далекого прошлого, когда только основывали страну под названием Америка. Теперь нам нужна почва под ногами.
— Да, доктор.
— Но знаешь...
— Говорите, прошу вас.
— Говорят, человек — животное обучаемое. История существует для того, чтобы мы не повторяли прежних ошибок.
Джулиан заговорил созерцательно.
— ...Я не хочу снова ступать на землю в качестве захватчиков. Я не хочу, чтобы наша история начиналась именно так. Поэтому твоя роль проста.
Джулиан открыл глаза. Сэмюэл склонил голову и заговорил, повторяя уже полученные приказы:
— Я сделаю так, чтобы Сокхо стал хозяином Северного Сеула. А затем мы заберем Каннам путем переговоров.
Джулиан удовлетворенно улыбнулся.
— Да. Мы должны закончить наш дрейф.
Затем он прошептал едва слышно:
— Мы заключим очень выгодную сделку.