3
В конечном счёте они вдвоемдобираются до многоквартирного дома лишь к вечеру. Солнце всё ещё нещадно палит, однако в дуновении ветра уже начинает ощущаться едва уловимая ночная прохлада.
— О-о-ох, Кодзё-кун, и вы только сейчас вернулись? Поздновато что-то.
Стоит ему и спутнице нырнуть в вестибюль здания, спасаясь от лучей заходящего солнца, как кто-то окликает их. Придерживая открытые створки лифта, ученица средней школы в форменной одежде нетерпеливо машет им рукой, призывая поторопиться.
— Нагиса, что ли? И что это у тебя за поклажа? — он заходит в кабину лифта и при виде сестры недовольно хмурит брови.
В правой руке Нагиса сжимает спортивную сумку с экипировкой для школьного кружка, а левой придерживает увесистый пакет, доверху набитый провизией. Внутри теснятся разнообразные деликатесы: горы мяса, свежее сашими и прочие изыски, кои обычному семейству Акацуки обычно не по карману.
— Как это «что»? Мы устраиваем приветственный пир в честь нашей новой соседки-переводницы! — младшая смотрит на изумлённого брата с явным разочарованием.
— Приветственный пир?
— Именно. Она ведь только-только переехала, так что сегодня ей точно не до готовки.
— Ну, если подумать, в этом есть смысл. — кивает паренек, вспоминая совершенно пустую квартиру Юкины, где нет ни посуды, ни кухонной утвари. Внезапно его лицо принимает озадаченное выражение. — Погоди, Нагиса, а ты-то откуда прознала, что Химэраги поселилась по соседству?
— Так она же заходила к нам утром представиться. Ты в это время ещё дрых. — заявляет тоном, обличающим любовь брата к долгому сну.
В присутствии одноклассницы она ведёт себя несколько сдержаннее, чем обычно, явно стараясь не ударить в грязь лицом перед новой знакомой.
— Вот как? — вполголоса уточняет Кодзё у Юкины.
— Да... — та подтверждает его догадку кивком. — Но... удобно ли это? Стоит ли устраивать целый пир?
— Конечно! Мясо-то уже куплено. Нам с Кодзё-куном вдвоём столько ни за что не осилить. — с обезоруживающей улыбкой произносит любительница набить желудок съестным.
Кодзё лишь криво усмехается, признавая правоту сестры.
Ввиду того, что родители развелись четыре года назад, семья Акацуки ныне состоит из трёх человек. К тому же их мать, занимающая должность руководителя исследовательского отдела в одной из городских компаний, из-за плотного рабочего графика заглядывает домой лишь раз или два в неделю. Дети могут навещать её в любое время, оттого одинокими себя не чувствуют, однако фактически Кодзё и Нагиса живут вдвоём. И уж конечно, полуторакилограммовая упаковка отборной говядины высшего качества — сие угощение им одним не под силу.
— Благодарю вас. В таком случае с радостью принимаю приглашение. — после недолгих раздумий соглашается среднешкольница. Вероятно, убеждает себя, что подобное мероприятие — лишь часть задания по наблюдению за Кодзё.
— Вот и славно! — Нагиса, услышав ответ, расплывается в довольной улыбке. — Тогда заноси вещи домой и сразу к нам. Ой, а ты как относишься к ёсэнабэ? Есть что-то, чего ты совсем не ешь? Мне кажется, есть горячее набэ в разгар лета, когда на полную мощь молотит кондиционер — сие и есть истинная роскошь. Ах да, тебе больше по душе заправка с мисо или с соевым соусом? Для бульона планирую использовать кацуобуси, комбу, куриную основу и гребешок, но раз уж у нас сегодня крабы, то, пожалуй, остановимся на соевом соусе. Краб у нас волосатик из Охотского моря, как раз сейчас самый сезон...
— На этом и закончим, Нагиса. Ты видишь, Химэраги уже в ступор впала? — слегка хлопает тараторящую сестру по макушке, заставляя ту умолкнуть.
— Ай, больно же! — девчонка вскидывает на родственника полные обиды и подступивших слёз глаза.
— Послушайте, может, мне тоже стоит чем-то помочь? — Юкина, всё ещё пребывая в некотором замешательстве от такого напора, подаёт голос. — С подготовкой ингредиентов для набэ справлюсь...
— Ну что ты, ни в коем случае! Сегодня Юкинашка — наша гостья, поэтому отдыхай и чувствуй себя как дома. Ты ведь только с дороги, наверняка утомилась. Вот, Кодзё-кун, ты и займись гостьей.
— Не мели чепухи, полагаясь лишь на свои внезапные порывы. Буду у себя в комнате доделывать домашнее задание. — бросает взгляд на угасающий закат и тихо вздыхает.
Внезапно до него доходит, что до конца летних каникул остались считанные мгновения. Хотя кажется, что исправлять ситуацию уже поздно, он не может скрыть охватившей его тревоги.
— Коль дела обстоят так, позвольте мне помочь вам с уроками? — предлагает Юкина, выставляя перед дверью квартиры №705 пакеты с купленными хозяйственными принадлежностями.
От этого неожиданного предложения он впадает в замешательство. Идея, безусловно, заманчивая, однако помощь в учёбе от одноклассницы младшей сестры — сие слишком сильно бьёт по его авторитету старшего брата и мужскому достоинству. Однако Нагиса, не обращая ни малейшего внимания на душевные терзания Кодзё, заявляет:
— Ой, Юкинашка, выручи его, пожалуйста! Позаботься об непутёвом старшем брате. — с этими словами решительно уводит подружаньку к себе...
... а Кодзё с кислым мином следует за ними. От его былого величия не остаётся и следа. Единственным утешением служит лишь то, что Юкина, несмотря на бесцеремонность Нагисы, не выказывает ни тени недовольства.
Едва переступив порог, младшая облачается в фартук и принимается за готовку. Тем временем Кодзё провожает Юкину в свою обитель. Благодаря стараниям Нагисы, которая при первой же возможности прокрадывается сюда ради уборки, комната выглядит вполне пристойно, и её не стыдно показать девушке. Впрочем, помещение само по себе довольно аскетичное и не перегружено вещами. За исключением кровати, стола и книжного шкафа, забитого старыми журналами, здесь практически ничего нет — почти как в спартанской квартире самой работницы агентства «львят».
— Это-о-о... сэмпай, вы что, занимались баскетболом? — Юкина с явным удивлением в голосе указывает на альбом, стоящий на полке.
В альбоме собрана хроника достижений баскетбольного клуба, в котором Кодзё состоял в средней школе. Когда покинул спорт, то избавился от всего инвентаря, но лишь эту вещь так и не смог заставить себя выбросить.
— Надо же, Химэраги, ты знаешь, что такое баскетбол? А ведь совсем недавно называла клюшку для гольфа разновидностью булавы. — иронично замечает Кодзё.
— Второе место на городском турнире — это ведь выдающийся результат, не так ли? — она обиженно поджимает губы.
— Ну, дела давно минувших дней.
— Неужели бросили спорт из-за того, что обрели силу Четвёртого Истинного Предка? — пристально и серьёзно вглядывается в его лицо.
Кодзё с неохотой качает головй.
«Надо же, с тех пор пролетел уже целый год.» — думает с каким-то странным чувством.
— С моими нынешними особенностями никак не связано — завязал с баскетболом ещё до того. — Кодзё самоиронично усмехается, добавляя. — Хотя, признаться, с таким телом на площадку меня бы точно не пустили.
Чудовищная сила, невероятная прыгучесть и реакция, позволяющая ловить пули голыми руками — сии способности демонической расы, подобные чит-кодам, представляют собой полную противоположность спортивному духу. По уровню нечестности это не идёт ни в какое сравнение с любым допингом. Однако юноша ушёл из спорта больше года назад, ещё будучи обычным человеком.
— Но тогда почему?
— Да обычная история, ничего особенного. Просто не понимал, что командный вид спорта нельзя тянуть в одиночку. Короче говоря, оказался в изоляции внутри коллектива.
— Что? — собеседница с изумлением смотрит на профиль Кодзё, коий говорит об этом так, словно речь идёт о ком-то постороннем.
Он устало падает на кровать и усмехается, глядя в потолок.
— В те времена свято верил, что если буду выкладываться на полную сам, то мы победим. И ведь поначалу это действительно работало. Эдакая команда одного игрока. Меня даже выбирали лучшим атлетом, отчего, видимо, и задрал нос. — смеётся, понимая, что вечно так продолжаться не могло.
Роковым стал последний турнир в средней школе. Во время отборочных матчей н получил травму: из-за грубого фола противника Кодзё был вынужден покинуть площадку. К счастью, их команда вела с большим отрывом, да и повреждение не было критическим — вполне мог бы вернуться к следующей игре. Однако в тот миг, когда ушёл, боевой дух команды мгновенно испарился. Соперники тут же перехватили инициативу, вырвались вперёд и с лёгкостью разгромили его товарищей. Кодзё мог лишь беспомощно наблюдать за этим крахом со скамьи запасных.
— Самым болезненным для меня стало то, с каким безразличием остальные игроки приняли поражение. — он небрежно пожимает плечами. — Только тогда до меня дошло: именно я лишил их воли к борьбе. Своей игрой заставил их поверить, что им самим стараться необязательно — ведь кто-то другой всё равно принесёт победу и всё уладит. Хотя на самом деле один ничего не стоил. Впрочем, осознание этого уже ничего не меняло. — посему Кодзё покинул клуб, сославшись на необходимость лечения. Были те, кто пытался его удержать, но он больше не мог играть с ними плечом к плечу. Ему казалось, что пока рядом, те никогда не изменятся. Да и сам окончательно утратил всякое желание продолжать.
— Лично мне... не кажется, что во всём виноваты только вы. — заявляет Юкина, коя всё это время внимательно слушала его рассказ.
— Да ладно, это уже неважно. — он весело усмехается, поддразнивая её. — Просто сам решил всё бросить. Однако... — внезапно Кодзё демонстрирует острые клыки, а его глаза на мгновение вспыхивают алым. — Когда мне навязали сию нелепую участь предка, тоже кое о чём размышлял. Используя такую мощь, можно было бы решить многие проблемы современного мира. Как минимум — перебить особо опасных преступников или стереть с лица земли продажных политиков.
— Сэмпай, это ведь...
— Знаю, так нельзя. Нельзя позволять такому типу, как я, перекраивать мир по своему усмотрению лишь потому, что в его руки попала сила чуть большая, чем у остальных. Подобное самовольство неизбежно приведёт к тяжёлым последствиям.
Юкина с облегчением выдыхает. Затем слегка хмурится, словно её осенило:
— Так вот почему скрываете свою сущность вампира и стремитесь жить как обычный человек?
— Возможно. — неопределённо кивает Кодзё. — Мне даром не нужны эти способности, и предпочёл бы вообще с ними не сталкиваться. Роль героя правосудия мне не по плечу. Сила, данная мне без всяких на то причин, явно превышает мои пределы. У меня нет уверенности, что смогу с ней совладать.
— Вот как... — девушка смотрит на него взглядом, в коем читается некоторая отстранённость. — Но... не является ли сие просто оправданием вашего бездействия?
— А? Вот как это оцениваешь? — юнец обиженно приподнимается на кровати. — Вообще-то я считал, что изрёк сейчас нечто весьма благородное...
— Фу-фу, ну что вы. На самом деле стала чуть более высокого мнения о вас.
— В-вот как?
— Да. — Юкина тихонько прыскает в кулак. — Ну а теперь давайте займёмся тем, что обязаны сделать прямо сейчас. Сразу предупреждаю: тупое зазубривание ответов запрещено. Достаточно усвоить основные формулы, и всё получится. — раскрывая учебник Кодзё, начинает говорить тоном строгого репетитора.
Тот лишь недовольно морщится, но девушка отчего-то выглядит вполне довольной.