С дуновением летнего морского бриза приносится резкий, бьющий в нос запах хлорки. В лучах знойного полуденного солнца рассыпаются теплые брызги воды. На открытом бассейне академии Сайкай проходит урок физкультуры у девушек. Ученицы в форменных купальниках по очереди сдают заплыв на спине на время.
— У-у... Ну и тоска... Живем на острове, кругом одни моря, и ради чего мы должны мучиться в школьном бассейне? Только лишние вещи таскать, да и волосы потом сушить замучаешься. —ворчит Асаги, которая благодаря своему номеру в списке освободилась первой и теперь сидит на бортике. Накинула на голову банное полотенце — слабая попытка защититься от загара.
Остров Итогами представляет собой искусственный клочок суши в трехстах тридцать километрах к югу от Токио, и субтропический ультрафиолет здесь беспощадно жалит кожу.
— Да ладно тебе, Асаги, у тебя отличная фигура. Хоть глаз радуется. — улыбается ей подруга, Рин Цукисима. Она занимает пост старосты класса и отличается весьма взрослым, рассудительным видом.
Рин не слишком словоохотлива и порой бывает резка на язык, однако именно сия черта привлекает многих парней. Подруга смотрит на высокую и стройную подругу с легкой обидой в глазах.
— Когда ты так говоришь, сие звучит как издевка... И вообще, дело же не в этом.
— Ну, согласись, это всяко лучше, чем бежать марафон под палящим солнцем, как те парни на стадионе? Кстати, вон и Кодзё-кун на тебя поглядывает.
— Что?!.. — девушка невольно касается челки.
Она пугается мысли, что Кодзё увидит ее в таком растрепанном после шапочки для плавания виде. Но Рин лишь тихонько хихикает над ее реакцией.
— Ой, прости. И забыла, что этот забор со стороны стадиона непрозрачный.
— Рин... ну ты и... — выдыхает Асаги, сердито глядя на невозмутимую подругу.
— Хе-хе... Разочарована?
— Ни капли! Кодзё тут совершенно ни при чем.
Староста улыбается, глядя на храбрящуюся подружку, а затем внезапно переводит взгляд за пределы бассейна.
— Слушай, раз уж мы заговорили о заборе... Асаги, ты слышала легенду об «электро-заборе»?
— А? Что еще за легенда такая? — недоуменно моргает в ответ.
Если бы речь шла о легендарном оружии или доспехах, она бы еще поняла, но наделять легендами обычный забор кажется ей полной нелепостью. Однако девица в очечках с совершенно серьезным лицом кивает.
— Да. Среди старшеклассниц эта история сейчас весьма популярна.
— Нет, впервые слышу.
— Вон там, за раздевалками, стоит небольшое здание. В нем находится электрооборудование для обслуживания бассейна.
— А, ну есть такое. —хакерша оглядывается. Обычно не обращает на это внимания, но за раздевалками действительно притаилось квадратное строение, похожее на склад. Там размещены системы фильтрации, дезинфекции и трансформаторная подстанция.
— Оно обнесено забором, ведь посторонним вход туда запрещен. Так вот, говорят, если оставить любовное письмо в щели сего забора, то любовь непременно станет взаимной.
— Чего? — программерша скептически смотрит на сказительницу.
Действительно, из-за того, что там почти никто не ходит, в забор перед электрощитовой часто набивается всякий мусор. Видимо, ученики, не найдя места в переполненных урнах, заталкивают туда пустые банки. Получается, что сам забор служит своего рода свалкой. Мысль о том, что любовное письмо в таком месте принесет удачу, кажется Асаги крайне сомнительной.
— У-у-у... Как же это неправдоподобно звучит...
— А похоже, что это чистая правда. —Рин серьезно качает головой, игнорируя недоверчивый взгляд подруги. — Помнишь Имаи-сэмпай из клуба изучения демонов? Говорят, после летних каникул хотела признаться в любви Косаке из футбольного клуба. Собиралась подарить ему письмо и шарф ручной вязки.
— Шарф ручной вязки на острове Итогами?.. — Асаги мысленно поражается такому выбору.
«Средняя температура на острове даже зимой превышает двадцать градусов, так что подобный подарок выглядит скорее как изощренное издевательство.»
— Но перед самым признанием увидела, как Косака-сэмпай мило гуляет с какой-то девушкой. Она так и не решилась заговорить и в сердцах бросила шарф у того самого забора. В урне места не было, вот она его туда и приткнула.
— Вообще-то это называется незаконным выбросом мусора...
— И что ты думаешь? Спустя какое-то время Косака сам внезапно признался ей в любви, и теперь они встречаются.
— О как, поздравляю.
«Судя по всему, та девушка оказалась просто его сестрой — классический сюжет. Остается загадкой, сыграл ли шарф хоть какую-то роль, но наличие реально существующей пары явно подстегивает веру в сие 'поверие'.»
— Слухи расползлись, и теперь стало модным тайком привязывать к забору любовные записки. — продолжает Рин, поправляя лямку купальника.
— Привязывать? Как омикудзи в храме?
— Именно. И говорят, что после этого объект симпатии признается в любви с очень высокой вероятностью. Странно, да? Ведь слух ходит только среди девчонок. Разумеется, эффект индивидуален. — добавляет Рин.
Асаги лишь вздыхает. Всё это звучит как реклама сомнительных БАДов.
— И это и есть тот самый «легендарный забор»?
— Именно. Может, и тебе стоит попробовать? — Рин лукаво заглядывает Асаги в лицо.
— Шутишь? — та лишь фыркает. — С какой стати я должна писать письма олуху Кодзё?
— Ой, а я разве говорила, что твой «объект симпатии» — это Акацуки-кун? — с невинным видом парирует Рин.
Асаги на мгновение лишается дара речи.
— Т-так, подожди! История с Имаи-сэмпай случилась сразу после каникул, верно? Прошло всего пару недель. С чего вдруг этот забор стал «легендарным»?
— А, это... Понимаешь, здание-то электротехническое. «Электро» созвучно с «легендарно».
— Это же просто каламбур! — Асаги в бессилии роняет голову на колени. Рин весело смеется. — Зря я только слушала... Ладно, неважно. С самого начала не верила во всю эту чепуху.
— Асаги, ты слишком консервативна для жительницы «Особой зоны».
— Именно поэтому и не верю. Если бы кто-то наложил гипнотическое заклятие — одно, а верить в забор, дарующий любовь без всякого теоретического обоснования. —увольте. — серьезно бубнит под нос, словно убеждая саму себя.
В этот момент к ним, сверкая глазами, присоединяется Юхо Танахара, которая только что закончила свой заплыв.
— О чем болтаем? Что за оккультизм? Неужели обсуждаете куклу-убийцу?
— Куклу-убийцу? — работница Администрации недоуменно хмурится, услышав столь зловещее словосочетание.
— Сейчас же только об этом и говорят! — пришедшая, выжимая мокрые волосы, изображает на лице наигранный ужас. — На острове один за другим пропадают люди.
— По телевизору тоже показывали. Говорят, целью становятся только красавицы. — спокойно дополняет Рин.
— Вот-вот. — Юхо активно кивает. — К примеру, та новенькая из средней школы... Ей стоит быть осторожнее.
— Хм... — Асаги невольно испытывает укол раздражения, вспомнив Юкину Химэраги. Присутствие этой девчонки, которая вечно хвостиком ходит за Кодзё, крайне ей неприятно, но отрицать ее красоту невозможно. — И что, похититель — кукла?
— Ходят слухи, что это обезумевший автоматон. Мол, у нее половина лица обуглена, и ищет красивую кожу, чтобы заменить свою.
— Какая-то типичная страшилка. — вздыхает Асаги.
В основное ядро любого автоматона вшит приоритетный протокол «Первого закона не причинения вреда». Даже если машина выйдет из строя, физически не способна на убийство или похищение. Конечно, если использовать самодельное ядро, собранное вручную — дело другое, но мастеров такого уровня в мире можно пересчитать по пальцам.
Несмотря на скепсис подруги, Юхо пристально смотрит программерше в глаза.
— Понимаешь, говорят, ее видели прямо здесь, на территории академии Сайкай. Будто бы по ночам бродит по коридорам в поисках добычи.
— Ясно-ясно... — Асаги лишь пожимает плечами.
Яркое летнее солнце золотит ее щеки, а морской бриз ласкает влажную кожу, обтянутую купальником.