Глава третья: Ночь живой куклы (6)

— А... — Асаги, оторопев, издает тихий звук, глядя на замершую перед ней девушку-гомункула.

Синие волосы, нежно-голубые глаза и невысокая фигурка в наряде горничной, украшенном множеством оборок. Асаги знает это лицо, ведь им уже доводилось мельком видеться в одном примечательном месте.

— Ты... та самая, что вместе с экзорцистом из Лотарингии напала на «Кистоун-Гейт»...

— Подтверждаю. Я — испытательный образец гомункула, симбиотического типа с фамильяром, имя собственное — Астарта. — отвечает синеволосая девушка бесстрастным, лишенным интонаций голосом.

Нападение истребителя-проповедника Лотарингиийской православной церкви на «Кейстоун-Гейт» стало громким магическим преступлением, прогремевшим на весь мир. И именно Астарту, в которую был подселен искусственный фамильяр, использовал Рудольф Ойстах, чтобы взломать печати небоскреба.

— Зачем ты... поджидала меня?.. Неужели... — голос её дрожит от страха

В день нападения оказалась в «Вратах» и стала невольной жертвой событий, даже столкнувшись с Астартой во время боя. Одно неверное движение — и была бы мертва.

Посему мысль о том, что гомункул решила завершить начатое, не кажется хакерше странной — сия особа обладает силой, достаточной для того, чтобы расправиться с ней в мгновение ока. Однако в глазах гомункула нет ни капли враждебности или жажды крови — вместо этого протягивает Асаги предмет, который держала в правой руке.

— Прошу.

— А? — Асаги в полном недоумении принимает вещь. Это оказываются ее очки для плавания.

— Это... мои очки?

— Подтверждаю: они были найдены в коридоре. — сообщает гомункул.

— Ох... — Асаги бросает взгляд на свою сумку и понимает, что молния расстегнута. Видимо, забыла закрыть ее еще в классе, и во время бегства очки выпали. Оказывается, Астарта всё это время ждала ее у туалета лишь для того, чтобы вернуть потерю.

— Вопрос: имеются ли жалобы на состояние здоровья? — интересуется та, глядя на осевшую на пол девушку.

— Всё в порядке. — школьница лишь слабо и несколько отрешенно качает головой. — Просто... облегчение наступило слишком резко.

— Приношу извинения за то, что напугала. А также за то, что подвергла опасности во время инцидента во «Вратах». —произносит Астарта своим механическим тоном.

Асаги, продолжая сидеть на полу, вновь качает головой.

— Да ладно, пустое. — . — Я всё понимаю.

— Что именно понимаете? — в голосе искусственной формы жизни проскальзывают нотки искреннего недоумения. Кажется, реакция Асаги стала для нее сюрпризом.

— Ты ведь просто выполняла приказ. Да и доводы этого Ойстаха... ну, в них была своя логика, хоть и не со всем согласна.

— Благодарю. Мисс...

— Айба. Асаги Айба. Слушай, Астарта, а что ты вообще тут делаешь? — к ней, наконец избавившейся от сковывающего ужаса, возвращается ее природное любопытство.

Она помнит, что исполнительница теракта в «Кейстоун-Гейт» должна была находиться под строжайшим надзором Администрации острова. Ее появление в академии Сайкай кажется необъяснимым.

— Мое присутствие здесь является частью наказания за совершенные разрушения и сопутствующие преступления. — на удивление легко отвечает Астарта.

— Наказание? И этот наряд горничной тоже?

— Подтверждаю. В данный момент нахожусь под опекой боевого мага Минамии.

— Под опекой Нацуки-тян? — Асаги понимающе кивает.

«То, что государственный маг Минамия взяла на себя роль попечителя, звучит вполне логично, как и странный выбор одежды для подопечной.»

— Повторное подтверждение. Вследствие этого в настоящий момент я исполняю обязанности ночного дежурного вместо наставницы.

— Исполняешь обязанности... ну конечно... — в миг осознает, что Нацуки просто переложила часть своей работы на гомункула. Впрочем, дисциплинированная Астарта подходит для охраны школы куда лучше ленивой преподавательницы. Следовательно, и преследование Асаги было лишь частью патрулирования.

— А как же то «оружие», что у тебя в руках?

— Оружие?.. Вы имеете в виду это? — Астарта указывает на предметы, оставленные у стены. То, что издалека показалось ножом и винтовкой, на поверку оказывается самым обычным садовым инвентарем.

— Совок и... лейка?

— Поясняю: язанималась пересадкой цветов на клумбе.

— Да уж... — Асаги вновь чувствует, как силы покидают ее. Выходит, сама выдумала себе монстра, приняв трудолюбивого гомункула за убийцу. Ей становится даже неловко перед Астартой, которая просто добросовестно выполняла поручения. И тут... — Ой! Это письмо!.. — Асаги замечает конверт, заткнутый за пояс фартука.

Тот самый розовый конверт с «легендарного забора».

— Считаю находку потерянным имуществом. Оно было изъято из ограды электрощитовой. — бесстрастно поясняет Астарта.

— И что ты с ним сделаешь?

— На нем указан адресат, следовательно, его доставлю.

— Погоди... Так это ты всё это время разносила письма?! — девица буквально лишается дара речи.

«Получается, все послания, оставленные у забора, действительно доходили до получателей.»

— Подтверждаю. По этой дорожке регулярно хожу только я. В здании щитовой для меня установили регулировочный резервуар для гомункулов. — уточняет Астарта.

— И шарф для Имаи-сэмпая тоже?..

— Подтверждаю. Отправительница данного предмета мне запомнилась.

— Вот оно что... теперь ясно... — Асаги не выдерживает и начинает тихонько смеяться.

Механизм «легендарного забора» оказался до смешного прост. Письма попадали в руки того, кому предназначались, и если чувства были взаимны, человек просто признавался в ответ. Никакой магии, никаких городских легенд — лишь гомункул, невольно примерившая на себя роль купидона.

— Кто бы мог подумать, что у великой легенды столь прозаичный финал... — мастерица дел компьютерных продолжает хохотать под недоуменным взглядом Астарты. Ей немного жаль разрушенную тайну, но на душе становится удивительно светло.

Астарта не желала никому зла, и благодаря ее стараниям многие люди обрели счастье. Когда смех наконец стихает, в тишине коридора раздается звонок смартфона. Очевидно, в этой части здания связь работает исправно.

— О-о-ох, Мотоки. Чего это он в такой час?.. — Асаги нажимает на кнопку приема, и из динамика доносится непривычно встревоженный голос Ядзэ.

— Асаги, ты цела?!

— А? Ну да. Что случилось? Чего так паникуешь?..

— Объясню позже, немедленно уходи оттуда! — приказывает друг детства тоном, не терпящим возражений.

«Редко когда увидишь этого обычно невозмутимого парня в таком состоянии.»

— «Оттуда» — откуда? Я сейчас в школе, если не знал.

— Я и говорю — беги оттуда немедленно! — почти кричит Ядзэ. — Ты ведь слышала слухи о кукле-убийце?! Она пробралась в академию Сайкай!

— А, кукла-убийца. Да, мы тут как раз мило беседуем. — весело отвечает школьница, контрастируя с раздраженным другом.

На том конце провода воцаряется гробовая тишина.

— Беседуете?!

— Ага. Хочешь, дам ей трубку? Астарта, не уделишь минутку? — обращается она к гомункулу, предвкушая, как вытянутся лица у Ядзэ и компании.

Однако ответа не следует. Та стоит неподвижно, не отрывая взгляда от дальнего конца коридора.

— Астарта?..

Асаги невольно прослеживает ее взгляд и замирает, чувствуя, как кровь стынет в жилах. В полумраке коридора стоит еще одна фигура — чем-то напоминает Астарту: та же хрупкость, та же искусственная красота. Но волосы у нее ослепительно-белые. Сходство обрывается на деталях: правая половина тела сей беловолосой девушки выглядит жутко изуродованной и обгоревшей, в точности как описывала в своей страшилке Танахара.

— На... шла... — произносит существо, и его губы растягиваются в пугающей улыбке.

Левая рука существа, в которую вживлены механические детали, начинает трансформироваться, и через секунду в ней оказывается зажато окровавленное мачете.