4
— Мою сикигами сбили?! — морщась от неприятного, похожего на статический разряд раздражения, Саяка Кирасака тихо стонет.
Из-за отдачи от развеянного заклинания кончики её пальцев едва заметно немеют; выпущенный для разведки дух-помощник оказывается уничтожен в одностороннем порядке, даже не успев приблизиться к цели, отчего Майхимэ не удается определить даже истинную природу вражеской атаки.
— Быть не может... Скрывающее плетение должно работать безупречно!.. — бормочет она, извлекая меч из чехла для музыкальных инструментов, который несет за спиной.
Девушка находится на территории старого заброшенного исследовательского института, служащего, по всей видимости, убежищем для «Кукольника» Андрейда. Внутри здания повсюду расставлены многочисленные ловушки, оставленные врагом; заметив их еще на раннем этапе, та старается избегать неосторожных перемещений, целиком полагаясь на скрытную разведку с помощью сикигами. Однако после уничтожения её духа барьер, скрывающий саму воительница из «Королевского льва», также дает брешь, и, кажется, сие приводит в действие механизмы «Кукольника». Она чувствует, как в недрах института пробуждаются и приближаются к ней два автоматона. Это боевые механические куклы, оснащенные встроенным огнестрельным оружием.
— Если честно, не хотелось пускать её в ход, но иного выбора не остается. Коккарин!
Вскинув серебристый длинный меч, Саяка вылетает из-за колонны.
Автоматоны реагируют мгновенно, поливая её градом пуль из пулеметов, встроенных в руки, однако девушка, не обращая внимания на свинец, небрежно обрушивает на них свой клинок. Оружие её, носящее название Коккарин, обладает особым свойством — способно рассекать саму пространственную связь. Пусть это лишь имитация разреза, воссозданная магическим путем, возникающий в результате разлом пространства позволяет полностью блокировать любые физические воздействия, так что обычным пулям ни за что не пробить подобную абсолютную защиту.
Пользуясь мимолетной заминкой, возникшей при прекращении огня, молодая особа наносит размашистый удар, буквально сметающий противника: механическая кукла с легкостью замирает навсегда, когда её центральный узел оказывается разрушен вместе с металлическим каркасом. Не останавливаясь, Саяка делает выпад мечом в сторону второго автоматона прямо сквозь стену. Для её клинка, разрывающего саму материю мира, даже толстый слой бетона не представляет преграды, и пронзенная в самую сердцевину машина бессильно рушится на пол.
— С помехами покончено, но настоящая проблема — тот маг...
Снова скрывшись в тени колонн, девушка восстанавливает сбитое дыхание. Сейчас находится на четвертом подземном этаже, и расстояние до вражеского колдуна всё еще приличное. Даже если тот (лица не разглядела, слишком быстро устранили её духовного разведчика) услышал выстрелы, определить точное местоположение Саяки ему вряд ли под силу.
— Неужели этот маг тоже заодно с «Кукольником»? Ну надо же... Словно мне мало возни с одними автоматонами!.. — недовольно ворча под нос, вновь выпускает сикигами.
На сей раз её цель — установить личность врага, и ради достижения этого результата готова рискнуть обнаружением. Девушка выстраивает новую магическую схему, где приоритет отдается не скрытности, а способности к обнаружению; металлическая пластина талисмана принимает облик серебристой совы и бесшумно растворяется во тьме. Сия форма духа предназначена для силовой разведки, в которой Саяка особенно хороша, однако...
— Ч-что?! — не проходит и минуты, как перед глазами Саяки рассыпаются голубоватые искры — сикигами вновь сбивают. — Не может быть... Как?! Он ведь только что находился в западном крыле!..
С трудом вынося отдачу магической энергии, школьница отчаянно пытается привести в порядок путающиеся мысли. Второй дух пал в двух блоках от места первоначального обнаружения врага; за столь ничтожный промежуток времени человек просто не способен преодолеть подобное расстояние. Прежде чем Саяка успевает вернуть самообладание, её охватывает озноб, сравнимый с прикосновением ледяных рук: поисковое заклинание противника берет её след.
— Он вычислил меня по остаточному следу магической силы?! Неужели такое возможно?.. — крепко сжимая рукоять меча, потрясенно замирает.
Определить положение заклинателя, используя едва заметные следы магии, оставленные его сикигами — в теории это понятно, но на практике требует невероятно тонкого контроля над магической формулой. Людей, способных применять заклинания такой сложности в реальном бою, можно пересчитать по пальцам даже в самом Агентстве. Осознав непостижимую мощь вражеского мага, Майхимэ чувствует, как по её телу пробегает холодный пот.
— Плохо дело... Если останусь здесь!.. — подгоняемая нарастающей тревогой, выскакивает в коридор. Ситуация зеркально изменилась всего за несколько секунд: теперь Саяка выступает в роли преследуемой дичи. Однако не успевает броситься прочь, как путь ей преграждает серебристое сияние, и в полумраке этажа раздается чистый звон сталкивающегося металла. — Цепи?! Откуда они взялись?!
Яркими вспышками, преграждающими дорогу, оказываются именно цепи; возникнув из ниоткуда, серебряные звенья обрушиваются подобно копьям, отрезая Саяке пути к отступлению. Она гневно кусает губы, ощущая себя неоперившимся птенцом в клетке, которому остается лишь ждать неминуемой гибели. Между тем количество серебряных цепей растет, кольцо окружения медленно, но верно сужается, и времени на раздумья больше нет. Саяка запускает правую руку за ворот формы, выхватывая столько талисманов, сколько может удержать.
— Звучи-и-и!
Сразу после того как Саяка завершает чтение заклинания, цепи, закружившиеся подобно яростному смерчу, оплетают всё её тело, окончательно скрывая силуэт девушки из виду.
†
— Неужели... промахнулась? — Нацуки Минамия произносит сии слова недовольным тоном.
Она стоит на первом этаже фармацевтического института «Схельде», в зале, заставленном баками для культивации. Атака, предпринятая Нацуки с помощью пространственного контроля, была выверена до доли секунды. Она точно знала, где находится вражеская заклинательница, а в кольце «Цепей Оков» не оставалось ни единой слепой зоны; удар обязан был достичь цели. Однако цепи преподавательницы школы Сайкай скрутили лишь новую сикигами, созданную противником; использовав свежесотворенного духа в качестве двойника, заклинательница сумела ловко ускользнуть из ловушки.
— Пусть и сдерживалась, но заблокировать такой выпад... Кто же эта девчонка? — сильнее сжимая пальцами рукоять зонтика, дама с некоторым интересом усмехается. Хоть окружение и прорвано, не потеряла след; стоит повторить атаку, и на сей раз противница точно окажется в её руках. Но в следующее мгновение уверенная улыбка на лице Нацуки сменяется замешательством, поскольку магическое присутствие врага внезапно претерпевает немыслимые изменения. — Присутствие разделилось? Неужели враг здесь не один?..
Словно в насмешку над растерянностью её, число заклинателей начинает расти: один сигнал превращается в два, затем в четыре, и в конечном итоге их становится шестнадцать. Даже для такой умелицы, как Нацуки, использующей сложную магию дистанционного поиска, становится невозможным отслеживать каждую цель одновременно.
— Активные приманки... Какая утомительная затея. — цедит вслух, осознав суть вражеской уловки. Противница разбросала вокруг себя кукол, излучающих тот же магический фон, что и она сама, тем самым обманув поисковое заклинание своей соперницы и обратив собственную способность к обнаружению против неё. — Неплохое решение для импровизации, но совершенно бесполезное, поскольку просто уничтожу их всех разом. — медленно взмахивает левой рукой, в которой зажат раскрытый веер.
Поймать приманки, намеренно источающие магическую энергию, оказывается проще простого; сколько бы их ни было, расстояние и препятствия не играют роли для той, кто свободно управляет пространством. Серебряные цепи, бьющие прямо из пустоты, пронзают уровни института, одну за другой уничтожая фальшивки, пока не исчезает последняя из них. И именно тогда на лице Нацуки вновь отражается недоумение.
— Я упустила оригинал?
Бегство под прикрытием двойников — такова была очевидная цель заклинательницы, однако среди шестнадцати уничтоженных кукол не оказалось самого мастера. Но ведь невозможно одновременно управлять такой оравой духов и при этом полностью скрыть собственное присутствие во время перемещения, согласно всем законам магии сие абсолютно исключено.
— Неужели вообще не двигалась с места? Но тогда зачем выпускать приманки?.. — Нацуки на мгновение замирает, не в силах разгадать замысел противника, и в этот самый миг, словно выждав идеальный момент, враг выпускает новую сикигами. Это уже не разведывательный дух, а крупная боевая форма, напоминающая хищную птицу; используя вентиляционные шахты института, она стремительно несется прямо к Нацуки. — Вот оно что, её целью было вычислить моё местоположение! — шестнадцать приманок не служили для побега; заставляя ту уничтожать их, неведомая вражина вычислила начальную точку и траекторию атак, тем самым определив, где находится заклинательница. — Хорошая работа, жаль только, что напрасная.
Боевая сикигами достигает первого этажа, но прежде чем успевает напасть, лолита небрежно ведет раскрытым зонтиком. В тот же миг её тело растворяется в пустоте и материализуется в совершенно ином месте, преодолев около восьмидесяти метров через пространственный скачок.
— Попалась!
Нацуки вновь наносит удар. Из-за управления мощным боевым духом противница больше не может скрывать свой фон, и место её убежища видно как на ладони. Серебряные цепи, летящие сквозь пространство, обязаны были окончательно сковать врага, но...
— Что?! — в момент, когда Нацуки уже готова была ощутить триумф, чувство натяжения цепей исчезает. Лицо её становится суровым. — Она разрезала «Цепи Оков»?! — ошибки быть не могло: серебряные звенья, выкованные богами, были перерублены встречной атакой. Подобное под силу лишь оружию, наделенному божественной энергией того же уровня, или же... — Способность к разрезанию пространства?.. Кто же ты такая? — из-за её собственной атаки пространство вокруг врага искажается, отчего след заклинательницы окончательно теряется. Нацуки приходится признать очевидное — противник ускользнул. — Кажется, тебя недооценила... Что ж, теперь займусь тобой всерьез. — столкнувшись с невиданным ранее достойным противником, сама того не замечая расплывается в улыбке.