4
Ужин, приготовленный Нагисой, казалось рассчитан, пожалуй, на добрых семь-восемь человек, однако троица демонстрирует недюжинный аппетит и подчистую сметает всё угощение. В довершение трапезы готовят одзия и вычерпывают бульон до последней капли.
— Уф... Наелись от пуза. Больше и пальцем не шевельну. — младшая в одной лишь тонкой майке на бретельках развалилась на диване в гостиной. Решительно спровадила Юкину, коя рвалась помочь с посудой, заверив, что справится сама. Видимо, после того как кухня была отдраена до блеска, силы окончательно покинули её.
— Эй, Нагиса. Не вздумай тут спать, простудишься ведь. — ворчливо замечает Кодзё, глядя на сестру, та с блаженным видом поглаживает живот.
— Ну немножко-то можно... — лениво отмахивается рукой. — У меня сегодня тренировка в кружке была, так устала... Ой, братик, ты куда это?
— В круглосуточный. Куплю что-нибудь попить, а то в сон клонит. — отвечает он, накидывая толстовку поверх домашней одежды.
— А, раз так — купи мороженое! — Нагиса резко вскидывает голову. — Такое же, как в прошлый раз.
— Тебе мало, что ли? Живот отрастишь. — подначивает её брат.
— Заткнись! Ненавижу тебя, когда так говоришь! — картинно надувает щёки.
— Ладно-ладно. — бормочет старший, понимая, что раз младшая злится, значит, и сама об этом подумывает. Он зашнуровывает кроссовки и открывает входную дверь.
Прямо перед ним, словно вросшая в землю, стоит Юкина.
— Сэмпай, куда это вы собрались в такой час?
— Уо-о! — невольно вскрикивает от неожиданности. Надзирательница подозрительно щурится, одаряя его холодным взглядом. — Х-Химэраги?
— Да. Слушаю вас. — склоняет голову набок, и Кодзё немного успокаивается.
Волосы её всё ещё влажные, с кончиков прядей срываются капли воды. На ней лишь форменная блузка, наброшенная прямо на голое тело — вид весьма беззащитный. Знакомого гитарного кофра за спиной не наблюдается. Кодзё было подумал, что она караулила его под дверью, но, судя по всему, дело в ином. Вероятно, находясь в ванной, почувствовала, что он собирается уходить, и выскочила в спешке. То ли чрезмерное рвение к работе, то ли поразительная наивность — в этой прямолинейности вся Юкина.
— Ты что, собралась идти со мной? В таком-то виде? — спрашивает Кодзё, чувствуя, как начинает побаливать голова.
— Я ведь ваш наблюдатель. — чеканит привычным тоном, хотя заметно, что ей не по себе: беспокойно переминается с ноги на ногу. Учитывая обстоятельства, под блузкой у неё наверняка нет даже белья.
— Иди и высуши волосы. — Кодзё со вздохом качает головой. — Я подожду, пока ты соберешься.
— Правда? — Юкина удивлённо хлопает ресницами.
— Ты думаешь, могу водить за собой школьницу в таком наряде среди ночи? Меня же сразу арестуют! — ворчит он.
— В-вот как... Тогда заходите и подождите внутри.
— Нет уж, избавь. Здесь подожду. Убегать не собираюсь.
Он понуро опускает голову. Оставаться наедине с девушкой, только что вышедшей из душа — задача для него запредельной сложности. Бросив короткое «в таком случае», Юкина пулей уносится к себе. Кодзё стоит на галерее дома и смотрит в ночное небо, сосредоточенно считая звёзды. Он понимает: стоит ему на мгновение представить переодевающуюся среднешкольницу, как жажда крови тут же даст о себе знать.
Вскоре дверь соседней квартиры вновь открывается, и на сей раз Юкина выходит при полном параде, включая тот самый чёрный кофр.
«Неужели у неё нет другой одежды, кроме формы? — проносится в голове у нешо. Мысль о том, что её придётся сводить за покупками, кажется ему чем-то само собой разумеющимся, отчего окончательно впадает в уныние. — Ощущение такое, будто подобрал крайне хлопотного зверька.»
— Так куда мы направляемся, сэмпай? — интересуется Юкина, не подозревая о его думах.
— В «комбини». Ты же не скажешь, что не знаешь, что это такое? — Кодзё заходит в лифт.
— Знаю, конечно. Но мне никогда не доводилось бывать там ночью. — в голосе её звучат нотки восторга и опасения одновременно. Напоминает ребёнка, коий втайне от родителей замышляет какую-то шалость.
Кодзё лишь криво усмехается — ожидать чего-то особенного от круглосуточного магазина довольно странно.
— Ты извини за недавнее. Наверное, утомилась. Нагиса у меня та ещё шумная девчонка.
— Что вы, мне было очень весело. И набэ было чудесным. — Юкина смущённо улыбается.
— Раньше мы готовили по очереди, но теперь естренка справляется с этим куда лучше меня. — Кодзё тоже светлеет лицом.
— Как это замечательно — иметь брата или сестру. У меня нет семьи, оттого вам немного завидую. — буднично произносит Юкина.
— Нет семьи? — юноша изумлённо смотрит на её профиль.
— Да. — кивает Юкина без всякой тени грусти. — В «Высшей обители богов» все — сироты. Это организация, коя собирает одарённых детей со всей страны и воспитывает из них ко-маси.
— Вот оно как... — паренек лишается дара речи, поражённый тем, насколько непростой оказалась судьба его спутницы. — Значит, с самого детства училась на мага-экзорциста?
— Именно. Но, пожалуйста, не думайте, что мне было одиноко или грустно. Наставники были ко мне добры, да и тренировки мне нравились. — поспешно добавляет .
«Не похожа на человека, который лжёт. — и Кодзё охотно ей верит. — В конце концов, техника Юкины, позволяющая ей доминировать даже над демонами, не может быть результатом принудительных занятий. Да и вряд ли бы человек, говоривший час назад, что зубрежка не варик, сама бы была приверженницей сего культа зубрил, даже если речь о боевых техниках.»
— Каннаги... это ещё что такое? — Кодзё недоумённо склоняет голову, услышав незнакомое слово.
— Это боевые маги на службе «обители». Полагаю, сие означает что-то вроде «жрицы, владеющей мечом». — неуверенно поясняет Юкина.
«Похоже, она и сама не до конца разбирается в тонкостях терминологии.»
— Жрица... Стало быть, и гадать умеешь, и молитвы возносить?
— Ну, чисто формально. У меня это не очень хорошо получается...
— Хм-м...
Кодзё кажется, что начинает что-то понимать. При всей своей серьёзности, Юкина производит впечатление человека, коему претят строгие и скучные ритуалы. Скорее напоминает хищника — создание, полагающееся на инстинкты и интуицию. Возможно, именно в сем и кроется истинный талант жрицы.
— Сэмпай... вы ведь только что подумали обо мне что-то весьма нелестное, не так ли? — спрашивает в тот самый момент, когда собеседник погружается в свои мысли.
— А? Нет-нет, ничего подобного! — спохватывается Кодзё.
— Моё духовное зрение развито достаточно хорошо, так что лгать бесполезно.
— Ого... Всё-таки ты и правда как дикий зверёк...
— Значит, и впрямь об этом думали...
За разговорами приближаются к пункту назначения. Район Айленд-Саут, где находится их дом — искусственный остров, служащий преимущественно жилой зоной, так что по ночам здесь немноголюдно. Впрочем, у вокзала жизнь всё ещё бьёт ключом. Рестораны быстрого питания, кофейни, интернет-кафе, игровые залы...
— Ах...
Проходя мимо одного из залов с игровыми автоматами, Юкина внезапно замирает. Кодзё тоже останавливается.
— Химэраги?
— Ой, простите. Ничего особенного.
— Тебя заинтересовал кран-автомат? — спрашивает он, заметив, куда устремлён её взор.
— Кран-автомат... — Юкина едва заметно наклоняет голову. — ...так он называется? Там внутри Нэкома-тан...
— Нэкома-тан? Ты про эту мягкую игрушку?
— Да. Просто... в моей прежней школе они были очень популярны.
Юкина едва заметно кивает. Это маскот в виде пухлого кота с двумя хвостами, напоминающий кота-счастья манэки-нэко. Несмотря на то что старается казаться равнодушной, её глаза буквально сияют, прикованные к игрушкам за стеклом.
— Такую-то точно добуду. — усмехается он, доставая монету в сто иен.
— Добудете? — Юкина вскидывает на него изумлённый взгляд. — Как это понимать? Вы же не собираетесь...
— Да нет же — не про кражу говорю, эта машина специально так устроена. — договорив, Кодзё опускает монету.
Когда под его управлением механическая «клешня» приходит в движение, Юкина, кажется, осознаёт принцип игры. Сейчас её лицо выглядит куда более сосредоточенным и серьёзным, чем во время схватки с демонами. Благодаря постоянным просьбам Нагисы, Кодзё набил руку в подобных развлечениях. Наметив цель, коя лежит удобнее остальных, плавно опускает зажим. Спутница, затаив дыхание, следит за тем, как лапы автомата цепляют игрушку и несут её к лотку.
И вот, когда маскот уже готов сорваться вниз...
— Вы двое! Ученики академии Сайкай, полагаю. И чем это тут занимаетесь в столь поздний час? — тихий, спокойный голос за спиной заставляет Кодзё и Юкину замереть, словно под ударом молнии.
Увидев отражение в стекле автомата, Кодзё едва не стонет от досады. Там стоит Минамия Нацуки. Даже не оборачиваясь, можно с уверенностью сказать: на всём этом тропическом острове найдётся лишь один человек, коий станет разгуливать в душном платье с оборками в такую жару. Несмотря на ночь, держит в руках кружевной зонтик.
«Похоже, вышла в патруль.»
— Ты, парень. Твоя спина кажется мне до боли знакомой. А ну-ка, скинь капюшон и повернись ко мне лицом. — произносит училка тоном, не предвещающим ничего хорошего. Кажется, намерена медленно и со вкусом загнать Кодзё в угол.
Юкина рядом с ним окончательно окаменела. Будучи прилежной ученицей с малых лет, явно не привыкла к подобным стычкам с законом и школьной дисциплиной. Кодзё прошибает холодный пот. Время близится к полуночи. Нахождение в игровом зале, пусть даже у входа — прямое нарушение постановления о защите молодёжи. А уж в компании ученицы средней школы — и подавно.
— Ну же? Если и дальше продолжишь упрямиться, у меня есть пара идей, как заставить тебя... — договорить Нацуки не успевает. Глухой толчок сотрясает всё основание искусственного острова. Мгновением позже доносится грохот взрыва. — Что это?! — будучи боевым магом, мгновенно реагирует на зловещее колебание атмосферы.
Взрывы следуют один за другим. Это не случайность и не каприз природы — здесь явно имеет место преднамеренное разрушение. Более того, воздух пронзает мощная волна магической энергии, ощутимая даже для обычного человека. Как только внимание Нацуки полностью переключается на источник угрозы, Кодзё выкрикивает:
— Химэраги, бежим! — хватает Юкину за руку...
... и та, мгновенно сориентировавшись, крепко сжимает его ладонь в ответ.
— Эй, стойте, вы куда!.. — доносится вслед голос Нацуки...
... но оба беглеца обладают физическими данными, далеко выходящими за рамки человеческих. Кажется, Юкина одним лишь импульсом своей воли сокрушает барьер, коий чародейка попыталась воздвигнуть на их пути. Застигнутая врасплох «Ведьма Пустоты» не имеет ни малейшего шанса их догнать.
«Спаслись...» — только и успевает подумать Кодзё с облегчением...
— Я припомню тебе это, Акацуки Кодзё! — ... как ночной город оглашает яростный крик Нацуки. Впрочем, её голос тонет в череде непрекращающихся мощных взрывов.
Лицо бегущего Кодзё искажается в гримасе — и дело вовсе не в угрозах учительницы: осознал природу того, что сеет хаос в городе. Это невероятно могущественный, наделённый волей сгусток неистовой магической энергии. Воплощение разрушения. Нечто, что сейчас бесконечно близко самому Акацуки Кодзё...
Это фамильяр вампира.