Сота открыто заявил о своем намерении охотиться за красными знаменами других классов. Он прекрасно понимал, что легкой прогулки ждать не стоит, но все равно жаждал действовать: руки прямо чесались опробовать в реальном деле обретенную мощь.
Люмилия пристально посмотрела на него, после чего задумчиво кивнула. Прикрыв веки, она на несколько секунд погрузилась в расчеты, а затем распахнула глаза, окинув взглядом собравшихся:
— То, что Сота, один из сильнейших бойцов нашего потока, готов внести столь весомый вклад в общую победу — внушает огромную уверенность, — староста сделала короткую паузу и продолжила: — В таком случае мы разделим класс на два крыла. Первый отряд займет круговую оборону нашего знамени, а второй сосредоточится на перехвате знамен соперников.
Брайан тут же вскинул руку, сияя от предвкушения:
— Я тоже в деле! Руки так и чешутся начистить репу чужакам, так что пойду с Сотой за флагами!
Люмилия бросила на рубаку оценивающий взгляд и обратилась к строю:
— Хорошо. Все, кто желает войти в ударную группу захвата — поднимите руки.
Сота повернул голову к Алисе, которая все это время сохраняла ледяное молчание. С момента прибытия на горный полигон сереброволосая девушка не проронила ни единого звука.
— А ты что думаешь? Останешься в лагере или пойдешь в рейд с нами? — негромко поинтересовался он.
Алиса на секунду задержала на нем бесстрастный взгляд серых глаз и тихо ответила:
— Я останусь здесь. Ты наверняка устроишь что-то безумное, что прикует к себе внимание всего полигона. А я терпеть не могу, когда на меня глазеют.
— Понял, без вопросов, — кивнул Сота.
Ее неприязнь к всеобщему вниманию была очевидна. Девушка органически не переносила лучей славы, предпочитая тихие, уединенные уголки. Впрочем, за прошедшие два месяца Сота успел убедиться: за колючей броней отчуждения скрывался надежный и в сущности неплохой человек.
Оглядевшись, Сота насчитал восемнадцать добровольцев, вызвавшихся идти на штурм.
Взгляд Люмилии наткнулся на одну из поднятых рук, и брови старосты изумленно взлетели вверх:
— Линн?! Ты тоже собралась на передовую?!
— Эм... Мила, ну ты же знаешь, почему я вызвалась... — Линн виновато опустила голову, пролепетав это едва слышным шепотом, предназначавшимся лишь для ушей подруги.
— А-а!.. — Люмилию словно током ударило.
Она машинально скосила глаза на Соту — и случайно столкнулась с ним прямым взглядом, тут же смущенно отведя взор в сторону.
Сделав глубокий вдох, староста ободряюще улыбнулась подруге:
— Я все поняла. В таком случае я поддержу тебя, Линн.
— Спасибо, Мила! Ты настоящая подруга! — Линн просияла и порывисто повисла на шее старосты.
— Ты уверена, что это хорошая идея, Линн? — с лукавой усмешкой вмешалась Найо. — Ты уже два месяца кряду твердишь, как он тебе интересен, но дело с мертвой точки так и не сдвинулось. Все, на что тебя хватило — это сидеть на трибунах и с замиранием сердца пялиться на каждую его рейтинговую дуэль.
— Не напоминай! — Линн яростно замотала головой, пряча вспыхнувшие алым румянцем щеки.
— И все же мне как-то не по себе... — вздохнула Найо, помрачнев.
— В смысле?.. — Линн озадаченно склонила голову набок.
— Да за тебя я переживаю, за кого же еще! — отрезала подруга.
— Спасибо за заботу, конечно...
— Нет, ты не поняла, я совсем о другом, — покачала головой Найо.
— И о чем же? — с любопытством прислушалась Люмилия.
— Ну сами подумайте! Я ведь тоже видела его поединки на арене. Скажу прямо: в бою он сущий мясник. Ему плевать, кто перед ним — парень или хрупкая девушка. Он всех без разбора вбивает в каменные плиты с одинаковой беспощадностью, — с неприкрытой тревогой выдала Найо.
В памяти Люмилии мгновенно всплыли ледяные слова Соты, сказанные ей во время их финала на вступительном турнире:
«Я не стану делать тебе поблажек лишь потому, что ты девчонка. Заруби себе на носу: на поле боя нет полов — есть только жизнь и смерть. Никогда не жди милости от врага лишь из-за того, что ты родилась девушкой».
Те слова староста помнила так отчетливо, словно они прозвучали минуту назад. Взглянув на обеспокоенную Найо, она мягко возразила:
— Все не так просто, Найо. Сота суров на ринге, но он... он хороший человек.
— Вот видишь! Что я тебе говорила?! Даже Мила считает его хорошим человеком! — победно затараторила Линн.
— Да у него из друзей только Брайан да Алиса! Он же со всем остальным курсом и двумя словами не перекинулся за два месяца! — не сдавалась Найо.
— И все равно... по-моему, он невероятно крутой, — зарделась Линн, пряча улыбку.
— Ох, пропащая душа... — Найо обреченно хлопнула себя по лбу, но затем положила руку на плечо подруги: — Ладно уж, раз тебе так приспичило — дерзай, я на твоей стороне.
— Спасибо, Найо! — просияла фиолетововолосая.
— Джордж, Джошуа, вы тоже на штурм?! — прогремел над поляной зычный голос Брайана.
— А то! Я просто обязан опробовать новые боевые формулы на хваленых мечниках! — осклабился Джордж, с хрустом сжимая пудовые кулаки.
— Поддерживаю, — с улыбкой кивнул Джошуа.
Поляна окончательно превратилась в шумящий улей: студенты разбивались по группкам, бурно споря о будущих маневрах.
Люмилия повысила голос, перекрывая гул:
— Прошу минуточку внимания!
Галдеж мгновенно стих: маги повернулись к старосте.
Убедившись, что ее слушают, девушка продолжила:
— Нам необходимо решить вопрос с тайным лидером нашего класса. Стоит ли раскрывать его личность перед всеми или безопаснее сохранить инкогнито?
— Староста, разумнее всего оставить выбор за самим лидером, — поднял руку один из сокурсников.
Логика в этом была железная: если избранник промолчит, риск утечки информации к чужим шпионам сведется к нулю. Если же о тайной роли узнает весь класс — всегда оставалась вероятность, что кто-то проболтается под давлением или попадет в плен.
— Согласна, — кивнула Люмилия. Окинув взглядом строй, она скомандовала: — Я досчитаю до десяти. Если наш лидер сочтет нужным раскрыть себя — просто поднимите руку. Если хотите сохранить тайну — стойте смирно и не подавайте виду.
Счет начался. Класс затаил дыхание, вглядываясь в лица соседей.
На девятой секунде из задних рядов уверенно взметнулась левая рука.
Все взгляды скрестились на добровольце. Им оказался Юджин Друн — высокий юноша со смоляными волосами, стянутыми в тугой хвост на затылке. Тонкие резкие черты лица, сухопарое мускулистое телосложение, острые эльфийские кончики ушей и длинный черный пушистый хвост, лениво покачивающийся за спиной.
Полуэльф-полузверолюд.
Тот самый расчетливый мечник, который на вступительном турнире без лишних сантиментов выбросил белое полотенце прямо перед полуфинальным боем. Его соперником по сетке тогда выпал Сота, и Юджин трезво оценил расклады, решив не рисковать шкурой в заведомо проигрышной рубке.
— Значит, лидер — ты? — уточнила Люмилия.
— Да, браслет выбрал меня, — спокойно подтвердил Юджин. — И я останусь здесь, в глухой обороне знамени.
— Ты уверен? — нахмурилась староста. — Если ты будешь постоянно перемещаться по горным перевалам, вражеским разведчикам будет в разы труднее защелкнуть на тебе наручники.
— Исключено. Я остаюсь на базе, — парень уверенно положил ладонь на рукоять клинка у пояса. — В своих боевых навыках я уверен более чем достаточно.
— Ого... — Сота с неподдельным интересом прищурился, сканируя мечника.
В Институте Ладроса не существовало отдельного профиля для магических фехтовальщиков, поэтому Юджин выбрал Магический класс. Судя по всему, в чистоте своего базового владения клинком он не сомневался ни на йоту — иначе подался бы в Класс Мечников, чтобы подтянуть физику.
«Редчайший подкласс: Магический Мечник...» — мысленно усмехнулся Сота. Теперь становилось ясно, почему парень тогда снялся с турнира: раскрывать козыри гибридного класса на потеху публике до того, как они будут доведены до совершенства, было не в его правилах.
— Хорошо, твое право, — Люмилия перевела взгляд на ударный авангард: — Вас восемнадцать человек. Мы разобьем ударную группу на три равнозначных отряда по шесть бойцов...
— Секундочку, — Сота небрежно поднял руку, перебивая старосту: — По возможности я бы предпочел работать в одиночку.
— Э-э?.. — Люмилия опешила, растерянно моргнув. Она никак не ожидала, что он захочет уйти в сольный рейд.
— Ты чего несешь, Сота?! — возмутился стоявший рядом Брайан.
— Ладно, слегка перефразирую, — Сота примирительно развел ладонями: — Скажем так: я не хочу тащить за собой толпу. Чем меньше народу в моей группе — тем лучше.
— Гм... — Люмилия на секунду задумалась, украдкой скользнула взглядом по зардевшейся Линн и вновь посмотрела на гоблина: — В таком случае мы сформируем пять групп. Четыре четверки и твоя малая группа.
— Такой расклад меня устраивает, — кивнул Сота.
— Тогда я иду с тобой, Сота! — радостно гаркнул Брайан, победно вскидывая кулак.
— А вот это исключено, — отрезал гоблин, покачав головой. Брать с собой в тихий диверсионный рейд безумного генератора шума и пламени он не собирался ни под каким соусом.
— И я категорически против, — веско поддержала Люмилия.
Сота был чудовищно силен, но и Брайан входил в элиту потока. Сведи она этих двоих в один кулак — и ударная мощь остальных штурмовых троек просядет до критического минимума. Староста стремилась грамотно сбалансировать силы на флангах, а не складывать все козыри в одну корзину.
— Эм... Раз такое дело... как насчет того, чтобы я пошла с тобой? — робко подала голос Линн, смущенно поднимая тонкую ладошку и не отрывая сияющих глаз от невозмутимого лица Соты.